Новая жизнь

Мы продолжили посещать лекции, а уже через несколько дней нам показали лабораторию. Отчего-то это место показалось мне знакомым, но я, ссылаясь на то, что все комнаты здесь похожи друг на друга в большей степени, просто отмахнулась от пугающей мысли.

Лаборатория оказалась небольшой. Металлические кушетки внушали мне отвращение, но меня заверили, что поработать рядом с ними все-таки придется. Постепенно к нам перестали относиться с подозрением, это чувствовалось. Лектор, которого оказывается звали Майклом, разговаривал с нами почти как с друзьями. Мы перебрасывались дежурными фразами, встречаясь в коридоре или в новой столовой для персонала, куда нас перевели. Чуть позже нас переселили в другую спальню, находившуюся в соседнем крыле, ближе к лаборатории. Но, к счастью, меня оставили в одной комнате с парнями. Не знаю, как бы разнервничалась, если бы нас разделили.

Нам стали поручать сначала мелкие дела вроде уборки в лабораториях. При этом не воспрещалось наблюдать за работой подозрительных ученых. Вообще-то это даже приветствовалось, и парни включили бдительность на полную. Я же не всегда могла проявить участие, от лежащих на столе жутких существ меня начинало мутить. Отдаленно напоминающие людей существа лежали с открытыми стеклянными глазами, а их посеревшая кожа с черными прожилками, похожая на пересохшую растрескавшуюся землю, источала такое зловоние, что медицинские маски с респиратором совсем не спасали положение.

Чуть позже Нил вернул память Дереку, на что тот никак не отреагировал. Он не выглядел, как страдалец, но и не дразнил оставшихся «без памяти». А сразу на следующий день нам позволили увидеть живого зараженного иного. Отчасти, он еще не потерял рассудок, не кидался на людей, но выглядел просто ужасно. Не так ужасно, конечно, как те трупы, которых мне доводилось видеть прежде, но и далеко не так прекрасно, как здоровый человек. Кожа его уже стала серой, как у зомби в фильмах, а вены черной паутиной покрывали тело. Наверное, меня это зрелище должно было напугать, но я и бровью не повела. Он все еще был жив и в своем уме, так что казался относительно безопасным.

У иного взяли кровь и показали нам под микроскопом. Для сравнения нам дали кровь здорового человека. Потом нам продемонстрировали какие-то диаграммы, отображающие разные регионы и очаги заражений. Мне это ни о чем не говорило, но парни задумчиво кивали, и я повторяла за ними. Трудной работы, требующей понимания дела, мне не поручали, но при каждом вопросе спрашивали и мое мнение тоже. Впрочем, хоть что-то во всем этом я понимала. Например, что иногда способна рассуждать логически. Благодаря нашим «успехам» нас даже представили главе компании, Амелии Броук.

Девушка была высокой и фигуристой, может, именно поэтому не вызвала у меня никаких теплых чувств. Парни же расплылись в вежливых улыбках, стараясь не показаться идиотами. Я мысленно закатила глаза. Шатенка с идеальными волнистыми волосами и осиной талией. Конечно, будто по каким-то законам Вселенной, Амелия была обладательницей длинных ног, пухлых алых губ и больших серых глаз. Особого внимания девушка нам не уделила, лишь поздоровалась, осмотрела каждого с ног до головы и отправилась в свой кабинет.

- У кого еще от нее мурашки по коже? – тихонько хихикнул Скилер.

- Не у меня, - безразлично пожал плечами Эван.

- У меня, - тихо ответила я. – Но не в том смысле, наверное, в каком у тебя.

Скил в ответ только фыркнул.

Майкл особо радовался вкладу Нила. Он свято верил в то, что Нил всем сердцем хочет помочь им в поиске лекарства. Только вот сам Нил как-то вечером поделился с нами страшной новостью: они действительно изучают иных, как здоровых, так и зараженных, но преследуют другие цели. Во всех операциях только корысть, - они хотят выяснить, каким образом можно подчинить себе иных, а еще на основе их крови хотят создать сыворотку, способную забирать и передавать способности иных.

Многого же они хотят, идиоты.

Пока все старания были тщетны, но ученые уже точно знали, что необходимо разработать индивидуальную сыворотку, отнимающую гикай, - отличительные черты ДНК, позволяющие делать невообразимые вещи - для каждого иного.

С каждым днем я потихоньку переставала понимать смысл всего происходящего. Так ли необходимо было вернуть всем память, прежде чем сбегать? Все эти люди – сущее зло, это ведь очевидно. Тогда почему мы все еще не сбежали, и даже делаем вид, что пытаемся им помочь? И что мы будем делать, когда сбежим? Если на самом деле никто не ищет лекарство, черт знает, во что превратится мир. В конечном итоге все зараженные просто поубивают всех людей, а потом и друг друга. Однако Нил настроен оптимистично. Я же его оптимистичность не разделяла.

В один из таких моментов, когда пытаешься придумать будущее получше, но не можешь найти никаких гарантий, что все получится, мои размышления прервал Дерек. Судя по всему, его тоже мучили какие-то вопросы, ответы на которые парень решил искать на свежем воздухе, на скамейке цветочного сада. Он сел рядом со мной, не поздоровавшись и не сказав ни слова.

Какое-то время мы оба молчали, думая о своем, но Дерек пришел к какому-то решению гораздо быстрее меня. Он чуть повернулся, закинув одну ногу на скамейку, ненавязчиво намекая на то, что собирается нарушить молчание. Я тоже повернулась к нему и коряво улыбнулась.

- Редкость – увидеть тебя в одиночестве, - издалека начал Дерек.

- Нил работает над Скилом, а остальные шастают по территории в поисках чего-то полезного. – Тайлер оставил меня здесь.

- Ты не захотела помочь? – удивился Дерек.

-Хватит меня обхаживать, - беззлобно всплеснула руками я. Мне просто не хватало терпения. Особенно сейчас, когда я знала, что Дереку нужно что-то конкретное, но он тактично пытается зайти издалека. – Ты ведь хотел что-то сказать? Так говори!

- Всегда любил в тебе эту прямолинейность, - хохотнул Дерек. – Ты как женская копия Тайлера.

- Так что там? – поторопила я.

- В общем-то, ничего, - пожал плечами он. Не реагируя на мое нетерпение, Дерек запрокинул голову, поглубже вдохнул прохладный воздух и медленно выдохнул. – Хотел спросить, что тебя беспокоит? Раз уж мы оба оказались здесь... ну, ты понимаешь.

- Может, ты прав, - вздохнула я, подобрав ноги, и обхватив их руками. – Наверное, я просто запуталась. Как ты думаешь, есть ли смысл бежать отсюда?

- Ты издеваешься? – выгнул бровь Дерек. Рука его замерла, не донеся какой-то розовый маленький цветочек до его лица. Полные любопытства глаза медленно поднялись на меня. – Это что же могло пошатнуть твою решимость?

- Просто там, снаружи, все как-то мрачно. Даже не знаю, где будет лучше или безопасней, - спешно объяснила я, чувствуя безосновательную необходимость оправдаться.

- Хочешь остаться с этими людьми? Помогать в захвате мира, так что ли? – голос Дерека совсем не звучал осуждающе. Казалось, он задавал мне вопросы, ответы на которые знал лучше меня.

Возможно, так и было на самом деле, ведь его память уже была при нем, в отличие от моей. Он наверняка знал многое. Эван ведь уже предположил, что прошлое у нас у всех общее. Значит и обо мне Дерек может знать слишком много.

- Нет! Конечно же, нет! – заверила я. – Но я и не знаю уже, о чем думать. Бесполезно спрашивать тебя о прошлом?

Парень виновато пожал плечами.

- Боюсь, да. Тайлер мне башку оторвет.

- Он не похож на такого человека, - поддела я, хитро улыбаясь.

Уловка не сработала, Дерек даже в лице не изменился.

- Только с тобой, мелкая. Он никогда не тронет тебя и не обидит, уж поверь мне.

А вот это уже было похоже на некое откровение «знающего» человека. Дерек мог позволить себе такое громкое заявление, только основываясь на вернувшуюся память, в этом я не сомневалась. Может, тогда я смогу разжалобить его и вытянуть что-то еще.

- А Нил? - Изобразив искреннее замешательство и грусть, я сгорбилась, всплеснула руками и нервно потерла шею. - Я не могу поверить, что он был одним из нас, а теперь все должно измениться.

- О чем это ты? – нахмурился Дерек. – Что он сказал тебе?

- Мне показалось... - замялась я, сомневаясь, стоит ли говорить правду.

- Ну?

- Кажется, он намекнул, что мы больше не друзья. Ты не знаешь, что случилось? Может, я просто не помню.

- Кажется, я догадываюсь, - Дерек словно вздохнул от облегчения и откинулся на спинку. – Но я не в праве говорить тебе. Думаю, вы обсудите это вдвоем. Когда мы выберемся. - Шепотом добавил Дерек, прекрасно зная, что услышу его только я.

- Как думаешь, зачем Амелия делает это? Никогда не понимала, зачем людям такая власть. Да еще такой ценой.

Дерек заметно расслабился. Кажется, мотивы, да и сами действия Амелии, его не сильно волновали. Возможно, он даже не видел тут ничего возмутительного.

- В этом и заключается самый ужасный факт: в реальной жизни не нужно причин и мотивов, чтобы быть злодеем, убийцей, преступником. Все крутится вокруг людской глупости. Мы сами не понимаем, что делаем. А когда поймем, будет уже поздно.

- Я сомневаюсь, что она просто не знает, что делает, - настаивала я, пытаясь пробудить в Дереке хоть какой-то отклик.

- Даже если у нее и есть личные мотивы, то оправдываются они лишь глупостью. На ней же и основываются.

- Если зло – это просто глупость, то что тогда добро?

- А его может и не быть, - все так же спокойно ответил Дерек, глядя на горизонт с безмятежным видом. - Все зависит от того, как на это посмотреть. Преступник, приговоренный к смертной казни, например. У него есть семья, которая любит его.

- А если нет?

- В мире всегда найдется хотя бы один человек, который любит тебя. Не важно, хороший ты или плохой.

- Но в случае с преступниками все просто! Даже любящий его человек не может отрицать, что он виновен.

- А это тоже вещь относительная, - мягко возразил Дерек. - Обстоятельства бывают разными, но давай рассмотрим самые примитивные. Человек, любящий преступника будет страдать. Для него все закончится добром только в одном случае – если бы преступник не становился преступником и продолжал жить. Но такого ведь не случается. А значит, зло для любящего человека уже то, что он полюбил человека с подобной судьбой. Представим, что случилось нечто ужасное. Возьмем обычного мужчину с обычной жизнью, семьей. Вдруг по чьей-то глупости, некомпетентности или из-за безразличия происходит беда, в которой пострадал или даже погиб член семьи нашего главного героя. Убитый горем он решается на месть, такую же жестокую, с какой его разрывает боль и скорбь.

Дерек сделал паузу и одарил меня неоднозначным взглядом.

- Месть можно понять, - кивнула я.

- Но для закона, органов власти и общественности наш мститель окажется всего лишь нарушителем порядка, преступником. Чист тот, кто не страдал. Все остальные – оправданные.

- Ты плавишь мне мозг, - хихикнула я. – Но, мне почему-то легче. Пойдем внутрь, холодает.

Пока Дерек нагружал мой потрепанный мозг на лавочке во дворе, Скилеру как раз возвращали память. Мне казалось, что эта процедура уже не так сильно пугает и давит на меня, но я ошиблась. Вернувшись в спальню и не обнаружив Скилера, я поняла, что мое сердце сжалось от волнения. Все, прошедшие через процедуру «возврата» реагировали по-разному, и я не знала, каким вернется Скилер.

Вопреки моим ожиданиям, Скилер отреагировал на возвращение своих воспоминаний не так стойко, как остальные. Моя способность ориентироваться в этих однотипных коридорах все еще была ниже плинтуса, так что Дереку пришлось отвести меня в столовую за ручку, как свою дочь. Мы вышли всего на пять минут, а когда вернулись, Скил уже сидел на кровати, погрузившись в глубокие размышления. Вид у него был, мягко говоря, немного подавленный. Нил предупредил, чтобы мы не трогали Скила и просто дали ему немного времени. Он снова пообещал, что все станет намного легче, когда мы сбежим. Осталось только выждать еще немного, вернуть мне память и дать деру. И надеяться, что Нил окажется прав.

***

Когда Майкл разбудил меня посреди ночи, я не сразу сообразила, что парней в комнате уже не было. Меня сразу же бросило в дрожь, но Майкл, наградив меня сочувственным взглядом, сказал лишь, что они уже ждут меня в лаборатории. Я умылась и поплелась за Майклом по однотипным белым коридорам, от которых даже спустя столько времени все равно резало глаза. Сна как не бывало, зато дрожь будто и не оставляла меня с самого первого дня, когда я только попала в это место. Что-то было не так. И даже не то, что меня разбудили ночью.

Войдя в лабораторию, я сразу же приметила несколько необычных пистолетов на жестяном столике на колесиках. Мои друзья выстроились в ряд, а перед ними стояла Амелия, загадочно поглядывая на ширму, из-за которой доносилось рычание и лязг металла. Я быстрым шагом подошла к друзьям, отметив большое количество охраны. Как только я поравнялась с парнями, нас обступили со всех сторон и схватили за руки.

- Видит Бог, я хотела по-хорошему, - с притворной печалью прокомментировала Амелия.

- Что происходит? – рыкнул Нил, не дергаясь.

Сердце колотилось с бешеной скоростью, пульс отдавался эхом в ушах. Майк встал рядом с Амелией и улыбнулся.

- Я уверен, что вы сделаете правильный выбор, - сказал Майкл, с улыбкой глядя на Нила. – Ваше стремление вспомнить свое прошлое, истинное прошлое, вполне логично и я могу его понять. Но что вы будете делать, вернув себе память? Мы посвятили вас в наши дела, надеясь, что вы все поймете правильно.

- Ближе к делу, - скомандовала Амелия деловым тоном. Терпение не было ее сильной чертой.

Майкл покорно кивнул и подошел к ширме, отодвигая ее. Прикованные цепями к стене, за ширмой находились иные. Выглядели они хуже тех, что нам приходилось изучать, но лучше тех, что препарировали без нашего участия. Меня передернуло от одного лишь взгляда на них, но не потому, что зрелище это не из приятных. Среди зараженных, явно потерявших рассудок, были лишь знакомые лица, одно из которых напоминало моего старшего брата.

- Эдди, - сорвалось с моих губ. – Что это значит?

- О, не волнуйся, Кейт, - снова заговорила Амелия. – Ты не заразишься, пока ты с нами. Но твои одноклассники и брат, увы, жили снаружи, в окружении иных. Там, где никто не проконтролирует распространение вируса. Ты, наверное, даже не знала, что все они были обладателями гикая. Они хорошо это скрывали?

Пока мои друзья извивались в цепях, напоминая диких животных с безумными глазами, я судорожно хваталась за каждое слово Амелли, в надежде уловить фальшивые нотки.

- Что такое? – прощебетала девушка, хлопая завитыми ресницами. – Или тебе не успели вернуть память? Может, ты знала, что твои друзья были иными с самого рождения?

- Зоуи, Мелисса! – вырвалось у меня против моей воли. – Эрика! Они всегда были людьми! Какого тут...

- Боюсь, это не так, - скривилась Амелия. – И им уже не помочь. Они давно перешли черту, таких нельзя вылечить. И мы не можем позволить им жить, распространяя вирус. Но не бойся, это уже не твои друзья.

Бред какой-то. Уж они-то точно были людьми. Но даже если... Как они... Почему именно они?

- Люк!

Амелия реагировала на мой шок так, словно подобные сцены ей приходилось наблюдать по несколько раз на дню.

- О, нет, дорогая. Люка больше нет. Ни его, ни Зоуи, ни остальных. Признаюсь, для меня было большим сюрпризом узнать, что все они – твои друзья. Только представь: если бы не мы, ты бы сейчас была среди них, - шатенка указала рукой на пленников. Она старалась звучать так, словно ей действительно не наплевать на мои чувства, но в ее глазах, не лишенных артистизма, все равно сквозила вселенская скука. – Вот почему, все мы сейчас здесь. Я посчитала нужным дать вам всем еще один шанс.

- Какой еще шанс? – сквозь зубы прорычал Тайлер. – Ты издеваешься?!

- Тише, великан, - улыбнулась Амелия, широко растянув алые губы. – Мы позволим вам остаться здесь, в безопасности и быть частью нашей команды. Вы ведь хотите разработать лекарство и спасти свои семьи, человечество? От Кейт требуется малое – убей их. Их уже не спасти, но можно спасти людей от них.

От ее абсурдной просьбы у меня закружилась голова. А ведь еще двадцать минут назад я безмятежно покоилась на мягкой подушке, забыв о том, что нахожусь под вражеским контролем и наблюдением.

- Но, если вы тут ищете лекарство... - запротестовал Нил, полагая, что сможет вырулить ситуацию в мирное русло, просто «включив дурачка».

- Что будет тогда? – оборвала его я. По телу разлился холод, но этот же холод каким-то образом включил мой мозг, а заодно подключил логику, прагматизм и холодный расчёт.

Смирение пришло настолько быстро, что мне даже стало страшно. Мне при любом раскладе не спасти старых подруг, их парней и брата. Как бы жестоко это ни звучало, я не смогу спасти их, даже если смогу освободить. У меня нет лекарства, я не особо продвинулась в изучении иных и нового вируса, так что я даже не смогу поддерживать их в стабильном состоянии. В конце окажется, что я просто освободила кучку опасных и чрезвычайно сильных монстров, бесконтрольно уничтожающих все и вся.

- Мы сотрем этот день из вашей памяти. Сотрем все слишком болезненные воспоминания. Вам так будет легче, поверь. И тогда вы продолжите работать с нами.

- Ты не обязана делать этого, Кейт! – зашипел Тайлер.

- Еще как обязана, - холодно возразила Амелия. – Кейт, подумай хорошенько. Представь: вы забудете такое болезненное прошлое. Вы останетесь здесь, все вместе. Вы же хотите быть вместе? Докажите, что хотите остаться здесь, в безопасности.

- А где доказательства, что мы будем в безопасности? – спокойно спросил Дерек. Его холодный вид и привычная непоколебимая безмятежность придали и мне немного уверенности. И еще я ощутила прилив гордости за своего друга, - так гордо он держался перед обворожительной властной шатенкой.

- Вы ребята смышленые, можете пригодиться. Мне бы не хотелось избавляться от вас. Да и выбор у вас небольшой, верно? – Несмотря на слегка насмешливый тон, на лице Амелии не появилось и намека на улыбку.

- Вы же просите ее омыть руки в крови друзей, - произнес Эван немного брезгливо.

- По-твоему, хоть чьи-то руки здесь не запачканы кровью? – усмехнулась Амелия, обнажив белые зубки.

- Я сделаю это, - вызвался Нил.

В этот раз «сговорчивость» Нила не пришлась по душе ни Амелии, ни Майклу.

- Это не тебе... - начала было Амелия.

- Не нужно, - возразила я, с таким же каменным лицом, как и у Нила. – Я сама.

Около минуты Амелия обдумывала мои слова и, кажется, решала, не хочет ли она как-нибудь наказать меня за то, что перебила ее слишком смело, чем она могла бы мне позволить. И все же эта мелочь сошла мне с рук. Возможно, холод в моих глазах немного остудил темперамент Амелии, не привыкшей слушать других или принимать возражения.

Мне позволили медленно подойти к столику и взять оружие. Холодный металл в руках будто обжигал кожу. Внутри все сжалось, но на лице не дрогнула ни одна мышца. Я облизнула пересохшие губы, обхватила рукоять пистолета покрепче и направила его на высокую шатенку.

- Глупо, - спокойно пожала плечами та. – Думаешь, кто-то при таком раскладе выберется живым?

- Полагаю, моих условий тоже никто не примет?

Парни за моей спиной не подавали признаков жизни, так что я не могла понять, является ли их молчание полнейшим недоумением или же признаком глубокого доверия.

- Даже убив меня, желаемого ты не получишь, - уверенно проговорила Амелия. Эта красивая стерва держалась отлично, никаких внешних признаков страха или сомнения. И тем не менее, я буквально почувствовала, что умирать она не готова. - Прости, дорогуша, такова жизнь. Убей или умри.

- Подходит, - кивнула я и прицелилась.