Жизнь Эдем

Саундтрек: А-Студио - Ангел

Год спустя...
Я вышел из ванной, обернувшись полотенцем, и чуть не наступил на пустую коробку из-под конфет, оставленную на полу кем-то из вчерашних гостей. В гостиной до сих пор царил погром. Мишура, плакаты, надувные шары, бокалы, грязная посуда - доказательства прошедшего веселья предстали перед моими глазами, когда я заглянул в комнату.
- Доброе утро, милый, - произнес голос за моей спиной, и я обернулся.
- Ты уже встала? - я с любовью смотрел на жену, которая стояла передо мной в моей футболке и безразмерных пижамных штанах и потирала заспанные глаза.
- Как видишь, - буркнула Эдем и, вздохнув, уронила руки.
- Еще рано, - нахмурившись, я посмотрел на часы. - Я опаздываю на работу.
- Пойду сварю кофе, - сказала Эдем и заковыляла в кухню, держась за выступающий живот. - И, между прочим, нечестно разгуливать в одном полотенце и демонстрировать свои кубики, когда я такая толстая и страшная.
- Ты прекрасна! - крикнул я, бегом поднимаясь по лестнице. Споры о красоте начались, как только Эдем обнаружила, что ее плоский живот начинает расти. Для меня всякое изменение в ее теле казалось чем-то поразительным, а она же начинала злиться, считая, что становиться страшной.
Одевшись, я спустился вниз и выпил чашку кофе, оставленную на столе в кухне. Дверь в ванную была закрыта, и я постучал в нее, взяв сумку и ключи от машины.
- Малышка, я ухожу. Закроешь за мной?
Когда ответа не последовало, я постучал еще раз.
- Эдем, ты слышишь?
Щелкнул замок, и дверь медленно повернулась на петлях. Взглянув в побледневшее лицо жены, я почувствовал, как земля уходит из-под ног.
- Эдем, что такое? - мое сердце остановилось в ожидании ответа, когда она прошептала:
- Что-то не так, - ее испуганный голос звенел у меня в ушах, как вдруг она закричала, хватаясь за живот.
Бросив сумку на пол, я потянулся к ней.
- Тише, малышка. Посмотри на меня. Все будет хорошо... - она взглянула на меня, и я попытался ободряюще улыбнуться, хотя внутри все похолодало от страха. - Идем, возьми меня за руку.
Я подвел ее к двери и накинул ей на плечи пальто. Потом, взял сумку с ее вещами, ключи от машины и от дома, закрыл дверь, и, взяв Эдем на руки, понес на улицу. Единственной мыслью было доставить ее в больницу.
- Все будет хорошо, милая. Не волнуйся, все будет хорошо, - беспрестанно повторял я, поглядывая на нее, съежившуюся на переднем сидении.
Превышая скорость и нарушив пару правил дорожного движения, я остановился у госпиталя. Вокруг стоял гвалт. Машины скорой помощи заполонили площадку, вокруг сновали врачи с носилками и перепуганные родственники. Похоже, случилась авария.
Я отнес Эдем в приемную и усадил на свободный стул.
- Я быстро, - пообещал я, целуя ее в лоб, и она кивнула, сосредоточившись на дыхании.
- Здравствуйте, - я подошел к стойке регистрации. - Моя жена беременна, и у нее...
- Сейчас к вам подойдут, - медсестра даже не взглянула в мою сторону. - Располагайтесь на свободной кушетке.
- Но ей больно, - процедил я, и женщина в упор посмотрела на меня.
- Больница переполнена, когда врач освободиться, он займется вашей женой, - раздраженно сказала она, и мне ничего не оставалось, кроме как уступить. Вернувшись к Эдем, я поднял ее на руки и положил на одну из незанятых кроватей, которые стояли прямо в коридорах. Врачи и персонал сновали туда-сюда, помогая, успокаивая, что-то спрашивая. В стороны операционных то и дело отвозили носилки с искорёженными телами. Я встал так, чтобы загородить Эдем от этих ужасов, а она закрыла глаза, уткнувшись носом в мою ладонь, обдавая ее своим теплым дыханием.
- Что тут у нас? - приветственным тоном произнесла женщина-врач, подойдя к нам. - На каком вы месяце? Седьмой? Восьмой?
- Седьмой, - ответил я, потому что Эдем, сморщившись, стиснула зубы, чтобы не закричать. Быстро я описал, то, что происходило до этого, и врач сделала пометки в журнале.
- Срок ранний. Так что, скорее всего, это преждевременные схватки, - заключила она и, наткнувшись на мой растерянный взгляд, сказала, - это бывает у многих женщин и в основном все положительно. Но мы проверим, хорошо? - она наклонилась к Эдем и ласково улыбнулась. - Потерпи немного, пока освободиться палата. Дыши размеренно и постарайся успокоиться.
Она кивнула мне напоследок и ушла.
- Господи, - слабым голосом простонала Эдем, зажмуриваясь.
- Дыши, - я прижался губами к ее уху, когда она сотрясалась, вцепившись мне в руку от очередной схватки, - Дыши, малышка. Все будет хорошо.
- Слишком рано, слишком рано, - отчаянным голосом проговорила она, а я... Я словно язык проглотил.
Никогда. Черт, никогда я не был столь испуган и потерян. Я видел мучения женщины, которую любил, и чувствовал себя неспособным облегчить ее боль. Ничтожеством.
- Т-ш-ш, - сумел выдавить из себя я, влажной салфеткой вытирая пот, выступивший у нее на лбу, и нежно целуя ее волосы. Она притихла, осторожно вдыхая и выдыхая воздух, когда я поднял голову и увидел Нину, размашистым шагом направляющуюся к нам. Я и забыл, что написал ей сообщение о нашем местонахождении, пока стоял на светофоре.
- Почему вы здесь? - вместо приветствия выпалил она, приблизившись, и с беспокойством добавила. - Эдем, ты в порядке?
- Нет, - просто откликнулся я, когда Эдем только открыла глаза, сквозь пелену слез взглянув на мать. - У них нет свободных палат.
Нина, пренебрежительно фыркнув, развернулась и уверенно зашагала к стойке регистрации. Меньше чем через минуту к нам подскочили медсестры. Они подложили под Эдем подушек и увезли ее в палату. Мы с Ниной стояли посреди коридора и смотрели им вслед, потому что нам запретили их сопровождать.
Позже к нам присоединился Джаред с серьезным выражением лица.
- Что с ней? - с неприкрытой тревогой спросил он.
- Я не знаю, - выдохнул я, чувствуя ком в горле. Впервые в жизни мне было страшно. Нет, я находился в паническом ужасе.
Целых четыре часа мы провели перед дверью, неподвижно сидя на стульях.
Боже. Боже, помоги ей.
Неизвестность убивала. Никто не выходил из палаты на протяжении... Я бросил взгляд на часы. На протяжении четырех часов тридцати семи минут. Если это не серьезно, почему до сих пор нам ничего не сообщили?
Дверь открылась, и я вскочил на ноги. В коридор вышла уже знакомая мне медсестра. По ее выражению лица невозможно было ничего понять, и я не знал, к чему приготовиться.
- Мистер Браун? - спросила она, я кивнул, и на ее губах появилась слабая улыбка. - Поздравляю, у вас мальчик.
- Мальчик? - беспомощно выдохнул я, непонимающе уставившись на нее.
- У вашей жены были преждевременные роды. Ребенок родился недоношенным, но совершенно здоровым. Его поместили в кувез, так что все будет хорошо, - медсестра похлопала меня по руке, но я не шевельнулся, переваривая информацию.
- А что с матерью? - рядом со мной возник Джаред, и я очнулся.
- Эдем. Как она?
- Стабильно, - поспешила успокоить нас медсестра. - Она ждет Вас в палате, мистер Браун. Еще раз поздравляю.
С этими словами она ушла.
- Иди к ней, - устало сказали Нина с Джаредом, толкнув меня в спину.
Вбежав в палату, я замер. Эдем полулежала на кровати, такая маленькая и бледная. Она смотрела на меня круглыми от страха глазами, а я застыл, не в силах пошевелиться. Стены сужались, комната становилась расплывчатой, а мой взгляд был прикован к ней.
- Патч? - жалобный, хрипловатый голос выдернул меня из транса, и я сделал два нерешительных шага к кровати. Она подняла руку, протягивая ее мне, и я бросился вперед.
- Боже, Эдем, ты не представляешь, как напугала меня, - встав на колени у ее кровати, я прижался губами к ее рукам.
- Прости меня, - пролепетала она, и я поднял голову, встречаясь с ней взглядом.
- Что ты, малышка. Все хорошо, - я привстал осторожно, чтобы не причинить ей боли, поцеловал ее сухие губы. - Как ты себя чувствуешь?
- Нормально, - отозвалась Эдем, откидываясь на подушки. Похоже, она совершенно измотана.
- Мне жаль, малышка, - я боялся даже сжать ее руку, чтобы не сделать больно.
Дверь за моей спиной открылась и закрылась.
- Миссис Браун, вам следует принять лекарство и немного поспать, - сообщила молодая медсестра, ласково улыбаясь Эдем. Я поднялся на ноги, зная, что должен уйти, но тут Эдем открыла глаза, глядя на меня.
- Останься, пожалуйста.
Я вопросительно взглянул на медсестру, и она кивнула, пожав плечами.
- Конечно, любимая, я никуда не уйду, - я снова поцеловал жену в губы, на которых появилась тень улыбки.
Придвинув стул ногой, чтобы не отпускать ее руки, я сел, кладя голову на кровать рядом с нашими переплетенными руками. Дыхание Эдем стало ровным. Она уснула.
* * *
- У него твои глаза, - заключил Бекс, стоя у колыбели Томаса Брауна. - И какое-то идиотское имя.
Фыркнув, я отпил шампанского из полупустого бокала.
- Посмотрим, как ты назовешь своего, умник, - произнес знакомый голос, и рядом со мной встала тетя Эдем - Клер. Она с любовью смотрела на малыша.
- Патч, он просто прелесть.
О. Я знал это. Эдем порой смеялась над тем, как долго я любуюсь сыном, когда тот спит, хотя сама могла сидеть у колыбельки часами, делая то же самое.
- Ребята, не будите его, - Эдем подошла ко мне, протягивая ко мне руку, и я обнял ее, прижимая к себе.
Малыш Томас сладко зевнул, засовывая крохотный пальчик в рот, и все умиленно вздохнули. Вскоре, в детской остались только я и Эдем. Мы просто стояли в тишине, наблюдая за маленьким человечком перед нами.
- Я должна кое в чем признаться, - Эдем, задрав голову, посмотрела на меня.
В этот момент, в зеркале я увидел Самуэля, Габриэля и Михаила. Они с любопытством заглянули в колыбельную, одобрительно кивнули и исчезли.
Мы с Эдем опять остались вдвоем.
- Что это ты съела мою порцию торта вчера? - пошутил я, заправляя светлую прядь ее волос за ухо, открывая любимое лицо.
- Значит, признаться в двух вещах, - поморщилась она, и я, засмеявшись, уткнулся носом в ее волосы, вдыхая изумительный запах. - Патч, я не думала, что полюблю кого-нибудь больше тебя, но один мужчина покорил мое сердце...
Отстранившись, я сделал вид, что задумался.
- Знаешь, думаю, я смогу тебя простить, если этот мужчина сейчас одет в комбинезон с вертолетами и сопит в полуметре от нас.
- Тогда все в порядке, - Эдем улыбнулась.
- Я люблю тебя, Эдем Браун, - улыбнулся в ответ я.
- Я люблю тебя, Патч Браун, - она улыбнулась в ответ и поцеловала меня в губы...