1 глава
Pov Тесса
Тесса. Именно так меня и зовут. В свой двадцать один год я добилась многого, но никогда не забуду о своём прошлом. Я всегда мечтала рассказать о своей жизни совсем в иных красках, но я не могла врать. Моя жизнь была полна разочарований и слёз. Всю жизнь я провела в небольшой квартире с родной матерью. Я никому не желала такой жизни. Не скажу, что с мамой я была в плохих отношениях, нам просто было сложно. Мы были одни друг у друга, и всеми силами пытались друг другу помочь.
Никто не знал, каково мне было в детстве. Всё своё детство я провела одна. Ни друзей, ни счастья, ни радости. Мне казалось, что я полностью погрязла в этой рутине. Каждый день я просыпалась с мыслью, чтобы всё скорее закончилось. На самом деле, это очень сложно, когда у тебя нет хотя бы одного настоящего друга. Моя мама всю жизнь утешала меня словами, что друзья появятся у меня в школе, а если не в школе, то уж точно в университете. Со школой не удалось. Из-за травли в школе, мне пришлось сменить учебное заведение три раза. Также на меня давили постоянные переезды. Когда мне исполнилось шестнадцать, мне пришлось пойти подрабатывать в кафе, чтобы хоть как-нибудь помочь своей матери с оплатой счетов. Там тоже не обошлось без травли. Всю жизнь я задавалась только одним вопросом.
«Почему люди ко мне так относятся?»
Но никогда не находила на него ответ. Я всегда утешала себя тем, что в университете всё наладится. Но, мои надежды оказались как всегда напрасны. Я думала, что в школе была самая худшая и последняя травля в моей жизни. Нет. Всё намного хуже стало именно в университете. Со мной было много нелепых ситуаций. Помню, как девчонки с моего факультета закрыли меня в туалете, и я пропустила несколько лекций. Звучит смешно, но это повторялось несколько раз. Это, на самом деле, всё больней давило на моё моральное состояние. Про мальчиков я вообще молчу. Никогда ещё не видела таких озабоченных подонков. Один раз меня попытались сфотографировать, когда я переодевалась, но, слава богу, фото получилось смазанным. Всю ночь просто прорыдала из-за этого. В столовой для меня никогда не было свободного места рядом с людьми, поэтому, я сидела одна в самом дальнем углу. Мне даже нравилось. При всех этих обстоятельствах, на удивление, училась я довольно хорошо. Но, даже несмотря на это, всегда была настроена на свою жизнь довольно пессимистично. Мне казалось, что мир устроен неправильно, несправедливо. Пессимистичное отношение к жизни я стала называть «чувством реальности».
На самом деле, со временем, жизнь расставила свои точки. У меня появилась любовь всей моей жизни. Может, друзей у меня никогда и не было, но я до безумия люблю своего бойфренда. Питер. Да, именно так его и зовут. Всю свою жизнь я была неуклюжей, и впервые мне это помогло. Когда я шла на лекцию с бодрящим кофе, столкнулась с каким-то парнем, пролив коричневую жидкость на его белую рубашку. Я думала, что он посмеётся надо мной, или выльет этот кофе мне на голову. Жизнь в университете была сложной, это ещё даже мягко сказано. Здесь никому нельзя доверять. Каждый сам за себя. Не знаю как, но тогда я смогла выдавить из себя обычное «извини». Оно было безразличным, но искренним. Тогда он и заговорил со мной. Одного разговора нам не хватило, и мы обменялись контактами. Всю ночь напролёт мы болтали о чём только можно. Я узнала, что у нас с ним много общего. За всё наше время общения, я постоянно хотела его спросить, почему он заговорил со мной, а не просто обошёл стороной. И когда я наконец задала этот вопрос, он ответил лишь то, что если бы он прошёл мимо, сильно бы потом пожалел. Его слова всегда заставляли меня краснеть. Тогда я наконец поняла, что начала в него влюбляться. С некоторых пор мы стали неразлучны. Питер оказался очень милым. Именно его присутствие помогло мне выбраться из вида умирающего зомби. Весь четвёртый и пятый курс я провела с удовольствием, в конце получив свой заветный красный диплом. Я была очень счастлива. Питер закончил университет чуть раньше, но это не помешало нам видеться. После выдачи дипломов, он признался, что чувствует ко мне что-то большее, чем просто дружба. Тот день стал в сотни раз счастливее. Как маленькая наивная девочка, я начала мечтать. Мечтать о нашем будущем. Не знаю, навсегда ли это, но я хочу в это верить. Никогда не думала, что я найду такого прекрасного человека, да ещё и влюблюсь в него. Мы обещали, что проведём это лето вместе, потому что с осени нам нужно будет уже дальше продолжать строить нашу карьеру. В общем, так и случилось. Всё лето мы гуляли от заката до рассвета. Именно этим летом я почувствовала себя живой. Мама постоянно спрашивала, нет ли у меня температуры, на что в ответ я лишь смеялась. Думаю, она догадывалась, что я влюблена. Конечно, увидеть меня счастливой - большая редкость. С появлением Питера, мой характер значительно поменялся. Та Тесса осталась в прошлом. Теперь я не такая зажатая, полна сил, и уж точно готова усердно строить свою карьеру. В свободное от прогулок время, я черкала наброски для романов и детективов, потому что думала, что это может помочь мне устроиться на хорошую работу. Мой глаз уже упал на большую издательскую компанию. Я не особо надеюсь, что меня примут, но шанс всё-таки есть.
— Ну что, тебе понравились каникулы? — спрашивает меня Питер, отвлекая от собственных мыслей.
— С тобой любые каникулы проходят прекрасно, — отвечаю я, целуя его в щеку.
Как же приятно в последние дни лета выбраться куда-нибудь прогуляться. Свежий летний воздух обдувает мои волосы, наполняя лёгкие сладким ароматом новых расцветающих растений.
— Кстати, ты так и не сказала, какую компанию выбрала.
— Какая-то компания «Келмскотт-пресс», она довольно большая, и мои шансы равны нулю, но, — Питер замечает, что я начинаю нервничать, и поэтому касается ладонями моих щёк.
— Перестань, у тебя всё получится, я в тебя верю, — он нежно касается моих губ, и это лучшее утешение. — Я отвезу тебя, и дождусь того, как ты выбежишь из здания с счастливым лицом.
— Ты единственный человек, который даёт мне смысл жить. Не понимаю, зачем ты возишься со мной.
— Потому что я люблю тебя, — он зажимает меня в самые крепкие объятия. — Хочу, чтобы ты уже поняла, что много для меня значишь, и я боюсь тебя потерять.
— Просто я.. — я не успеваю договорить, как в кармане джинсов начиняет жужжать телефон.
— Кто это?
На экране вижу незнакомый номер.
— Алло, — говорю я, и в трубку мне сообщают, что это полиция. — Что происходит?
Мужчина на том конце сглатывает, а затем говорит то, что я никак не ожидала услышать.
— Что? — чуть ли не падаю в обморок, но Питер успевает меня словить. — Что произошло? В какой она больнице? Отвечайте!
Из-за нервов смотрю по сторонам. Мне говорят адрес, и я резко сбрасываю вызов. На глаза наворачиваются слёзы.
— Тесса, что такое? Кто в больнице? Объясни мне!
— Моя мать. Мою маму сбила машина, — от безысходности закрываю лицо руками. — Пожалуйста, отвези меня в ту больницу.
— Конечно, пошли.
Кое-как мы доходим до машины, и мчим почти на самой запрещённой скорости. В машине пытаюсь успокоиться, но у меня не получается. Какой ублюдок её сбил? Сильные ли у неё ушибы? Клянусь, если с моей матерью произошло что-то серьёзное, я убью его.
Вскоре мы уже доезжаем до нужного места, и я сама не замечаю, как быстро добегаю до регистратуры.
— Девушка, мне нужна Элизабет Янг, в какой палате она лежит? — девушка ошеломлённо на меня смотрит, и не может выдать и слова. — Говорите, я её дочь, и это срочно!
— Она в палате номер девять, по коридору и направо, — тараторит она, и я бегу со всех ног в её палату. Никогда ещё не была такой быстрой. В универе мне всегда приходилось умолять учителей, чтобы они округлили мне оценку до пятёрки.
— Мама! — залетаю в палату, и замечаю, что рядом с ней стоит полицейский. На глаза сразу наворачиваются слёзы. Мама выглядит максимально измученной. На её ноге красуется гипс, а лицо и руки в синяках и ссадинах. — Господи, мама, какой ублюдок с тобой такое сделал?
— Тесса, успокойся, всё обошлось, — говорит она, поглаживая меня по плечу.
— Успокоится? Мама, ты издеваешься? — впервые за несколько лет я чувствую гнев до предела, но стараюсь сдерживаться, чтобы не наорать на маму. — Товарищ полицейский, вы узнали кто сбил мою мать?
Он нервно сглатывает, но потом отвечает:
— К сожалению, этому человеку удалось скрыться с места преступления.
— Что? То есть мы теперь не сможем его поймать? — гнев утихает, а на замену приходит большое разочарование.
— Будем вести следствие. Ваша мама запомнила только то, что это был мужчина на чёрном феррари, но это не так уж и поможет следствию, — полицейский опускает взгляд в пол, а я падаю на кресло, стоящее рядом с кроватью мамы.
— Подождите, на каком перекрёстке вас сбили? — вмешивается Питер, и я в недоумении на него смотрю.
— Я шла в библиотеку Конгресса, а потом какой-то мужчина заехал на территорию библиотеки, и сбил меня. Не знаю, специально ли, но всё же, — на её глазах появляются слёзы, усиливая мою боль.
— По-моему, территория этой библиотеки полностью обставлена камерами, вы можете посмотреть сегодняшнюю запись. Я думаю, там вы точно сможете что-то разглядеть.
— Боже, Питер, ты просто гений! — резко к нему подхожу, заключая в крепкие объятия.
— Спасибо за помощь следствию, но мы сами разберёмся , — фыркает полицейский, и выходит из палаты.
— Что это с ним?
— Наверно просто завидует, что я додумался до чего-то значимого быстрее него, — усмехается Питер, и я выдаю что-то наподобие улыбки.
— Скромности у тебя не отнять, — подкалываю его я, а затем обращаюсь к маме: — Мам, что тебе сказал лечащий врач?
— Вот об этом я и хотела с тобой поговорить, — она указывает рукой на диван, чтобы мы присели. — В общем, он сказал, что благодаря моему гипсу и ушибам, они провели полный осмотр, и кое что нашли..
— Что? Что нашли? Мам, ну не пугай меня так! — начинаю нервно дёргать ногой, а мама опускает взгляд.
— Они сказали, что нашли какую-то болезнь. Вроде бы муковисцидоз.
— Что? Что это вообще такое?
— Эта болезнь связана с какой-то дыхательной недостаточностью. Я всегда думала, что у меня простой бронхит, но, оказывается, всё намного хуже.
Не могу поверить в то, что все проблемы обрушились на меня именно сейчас. Как только я зажила своей счастливой жизнью, тут же проблемы решили меня ободрить.
— И что они говорят? — на самом деле, я жутко боюсь услышать ответ.
— Это трудноизлечимая болезнь. Вся надежда только на операцию.
— Сколько она стоит?
Она тяжело вздыхает, а затем продолжает:
— Это неважно. У нас нет таких денег.
— Плевать, сколько она стоит?
— Сорок тысяч долларов, — эта цифра будто перекрывает мне дыхательную систему, но я не показываю своего шока. — Ты никогда не заработаешь столько, ты только начинаешь свою карьеру.
— Мам, я обязательно что-нибудь придумаю. Устроюсь на несколько работ, буду понемногу зарабатывать. Я обещаю, что накоплю. Пожалуйста, не опускай руки.
— Я помогу с деньгами, мисс Янг, — вступается Питер, и я вижу, что маму очень растрогали его слова.
— Дети мои, спасибо вам большое.
— Ладно, мне пора на собеседование, поправляйся, — целую напоследок её в щеку, и выхожу из палаты.
За пределами палаты мои слёзы начинают просто течь рекой. Что я буду делать? Как мне накопить такую огромную сумму? Вся надежда на компанию «Келмскотт-пресс». Если меня туда примут, я намного быстрее смогу накопить такую большую сумму, не устраиваясь на другие подработки.
— Не надо плакать, мы что-нибудь придумаем, — Питер снова крепко меня обнимает, и я действительно хочу ему верить. Я должна в себя поверить, и пройти собеседование на отлично. Я справлюсь. — Я пойду заведу машину, а ты давай успокаивайся, и поедем на собеседование.
Я киваю, и он выходит из больницы. Роюсь в своём рюкзаке и достаю все свои документы, чтобы удостовериться, что я всё взяла. На ходу перечитываю все важные бумаги, и внезапно врезаюсь в высокого парня. Бумаги разлетаются по всему коридору, а я встречаюсь с пылающими ярко-зелёными глазами.
______________________
Ну что, как вам глава нового фанфика? Может подумать ещё, или вам нравится? ❤️