Паноптикум

— Знаешь, не думала, что он окажется таким... Таким... — Рита скривила лицо в гримасе и поджала под себя ноги, наблюдая за снующим из гостиной в кухню и обратно Державиным.

— Каким? — с усмешкой поинтересовался Олег, протянув ей один стакан и сев рядом. Помимо конфет и чая, он додумался притащить бутылку виски.

— Не думала, что он окажется таким мудаком, — грубо выразилась Маргарита, отбросив куда подальше красноречие и откинувшись на спинку дивана, покрутив в руках стакан.

— Согласен. Но не уверен, что здесь всё так просто... — начал было Олег, но Рита перебила его:

— Даже слышать ничего не желаю сейчас.

И Державин замолчал, глядя на неё пару секунд, а затем смущённо отвёл взгляд. Почему-то Олег яро не хотел оставлять её в одиночестве и норовил поддержать, подбодрить хоть как-то. Впрочем, что можно было ожидать от Олега? За месяц совместной жизни и дружбы Рита успела изучить его и даже привыкнуть к его поведению. Олег всегда проявлял заботу по отношению к ней, возможно, слегка нелепо и забавно, но оттого трогательно и искренне.

— Ты слишком добр, — холодно отчеканила Рита, неожиданно посерьёзнев и приблизившись к мужчине. Аккуратная ладошка Маргариты легла на плечо Олега, и тот положил свою руку поверх её, слегка сжав и широко улыбнувшись.

— Я просто стараюсь быть хорошим человеком, — мужчина снял очки и устало протёр переносицу, заметив недоумение Маргариты.

— Я не про всех людей. Я про себя. Ты слишком добр ко мне, — забрав из рук Державина очки, Рита задумалась, не решаясь продолжить мысль. Потом, решив, что не стоит этого делать, нацепила очки на себя, расхохотавшись. — Державин, чёрт возьми, как ты живёшь с таким плохим зрением?!

— Всего лишь минус три, — Олег нахмурился, стаскивая с девушки очки и надевая их сам. — Давай переведём тему и выпьем чаю... Или что-нибудь покрепче? — он потянулся к виски, и Рита утвердительно кивнула.

— Что-нибудь покрепче мне больше сейчас нравится, — Маргарита расплылась в довольной усмешке и схватила наполненный алкоголем стакан.

— Я не пью, но... Ради тебя можно сделать исключение. Негоже позволять девушке пить одной, — обольстительная ухмылка мелькнула на лице Державина, и Рита скуксилась, язвительно отозвавшись:

— Джентльмен, — и, сделав глоток, поморщилась вновь. — Знаешь, мне стоит меньше доверять людям.

— А ты разве доверяла кому-то?

— Тебе.

Рита быстро осушила свой стакан и застыла, уставившись в пустоту, будто стараясь осознать смысл сказанного. Державин продолжал ухмыляться и слушать собеседницу, позволяя ей договорить.

— У тебя было столько возможностей оставить меня. Почему ты не ушёл?

Олег пригубил напиток, затем покрутил стакан, наблюдая за тем, как сияет янтарная жидкость в свете включённого торшера. В полумраке Державин казался ещё старше и серьёзнее, особенно теперь, когда улыбка пропала с его лица.

— Видишь ли, Рита... — он отставил виски, видимо, передумав пить. — Я знаю то чувство, когда тебя предают. И оно не из приятных. Я не хочу, чтобы ты испытывала подобное. Хотя...

—Да пошёл он к чёрту! — тут же вскричала Рита, фыркнув и откинув назад копну длинных тёмных волос.

— Тш-ш-ш, — на губах Олега снова заиграла открытая улыбка, и он одарил Риту мягким, ласковым взглядом. То ли от выпитого алкоголя, то ли от переполнявших его чувств, но Маргарита показалась Олегу самой прекрасной девушкой в мире. Покрытые россыпью веснушек худенькие плечи, тонкие изящные пальцы, сейчас нервно перебиравшие русые пряди, обветренные губы с небрежно стёртой вишнёвой помадой — всё казалось таким настоящим, родным и прекрасным, что перехватывало дыхание.

— Что ты так смотришь? — тут же ощетинилась Рита, начав пялиться на Державина в ответ и придвинувшись чуть ближе. Тогда Олег понял, что он погиб, пропал бесследно и безвозвратно, утонув в этих светлых изумрудных глазах. Олег Державин ненавидел тонуть в людях, нырять в чувства с головой, но сейчас он хотел именно этого. Быть ближе, как можно ближе, коснуться её, позволить этой Снежной Королеве растаять в тёплых объятиях.

— Олег?.. — шёпот Риты вернул его в реальность, и, увидев, как впервые девушка стушевалась, а на её скулах заиграл лихорадочный румянец, Державин улыбнулся, взяв её за руку. Рита вздрогнула, осознав, что так же на неё смотрел Антуан. Так же замерев, не находя слов, но в словах и не было необходимости: молчание могло рассказать о чувствах больше, чем тысячи признаний. Но что-то во взгляде Олега отличалось. Олег смотрел иначе, и Рита не могла понять, что она испытывает к нему. Это не было влюблённостью или влечением, скорее чем-то большим, чем дружба, но меньшим, чем любовь, симпатией, не требовавшей каких-то объяснений.

— Извини, просто залюбовался, — со смехом пробормотал Державин. Теперь пришла очередь Риты молчать и смотреть. Она только сидела, любуясь его веснушчатым лицом и светлыми добрыми глазами.

Они молчали несколько минут. Молчали неуверенно, испуганно, боясь испортить этот хрупкий момент, спугнуть друг друга. Запоминая всё в мельчайших деталях.

Стаканы полетели на ковёр, пачкая его пролитым алкоголем, а Олег сжимал Маргариту в своих объятиях. Крепкие ладони касались плеч, ни на секунду не отпускали, желая укрыть девушку от этого мира. Так Риту обнимало всего двое людей... До того момента, пока в её жизни не появился глуповатый, но до улыбки искренний и чуткий психолог. Рита поняла, что она нуждалась в таком человеке, в объятиях и поддержке, в защите в минуты слабости и... Помощи. Маргарита признала, что нуждается в чужой помощи, особенно теперь, когда её жизнь рушится на глазах.

— Не бросай меня хотя бы ты, пожалуйста, — тихо попросила Рита, и Олег улыбнулся, с нежностью и осторожностью прижимая её, эту маленькую хрупкую девушку к себе, будто боясь, что та растает в воздухе, и одновременно показывая, что не отпустит её. Не позволит упасть, а при необходимости упадёт вместе с ней.

— Я думаю, пора расходиться, — нехотя проговорил Олег, и Рита согласно кивнула. — Ты иди, собери вещи, я уберусь здесь.

— Я тогда сразу куплю билеты, утром мы уже должны быть в Лондоне, — Маргарита поднялась на ноги, потянувшись. — Здесь нам больше делать нечего.

Олег Державин уже понял, что если Рита что-то захотела, то это обязательно исполнится. Поэтому уже через восемь часов он был в аэропорту вместе с Ритой и тащил пару чемоданов, а сама Маргарита легко шла впереди, болтая с кем-то по телефону.

— Нас ждёт Вивьен, — Рита обернулась, наблюдая за непонимающим лицом Олега.

— Это кто и почему я узнаю о ней только сейчас?

— Я разве не говорила? — искренне удивилась Маргарита и поспешила на выход. Рита не могла понять, какого чёрта Вивьен решила приехать, но подруга не прекращала щебетать о том, что она соскучилась и им надо срочно увидеться. Должно быть, мадемуазель Готье считала, что Рита после того проклятого вечера впадёт в депрессию, и ей потребуется помощь, но вряд ли такая, как Вивьен, могла бы помочь.

— Кто она вообще?

— Я оказала ей небольшую услугу, — уклончиво ответила Маргарита, желая заинтриговать мужчину. Всё же воспоминания об этой недалёкой, но очаровательной девчонке с прекрасным голосом грели ей сердце. Возможно, будь Рита чуть более общительной, они с Ви стали бы лучшими подругами. А, может, таковыми уже и являлись, просто Рита старательно отрицала это?

Закончить размышлять Рита не успела: кто-то со счастливым визгом влетел ей в грудь и крепко-накрепко обнял. Уткнувшись носом в пышные, пахнущие цитрусом светлые волосы, Розенберг с облегчением выдохнула.

— Маргарита! — испещрённое веснушками довольное личико поднялось, и Рита выдавила из себя подобие радости.

— Здравствуй, Вивьен, — прохладно отчеканила Маргарита, мягко отстраняя подругу от себя. Та только недовольно сморщилась, но тут же обратила взор на Олега, подскочив к нему и игриво похлопав ресничками.

— Вивьен Готье, рада знакомству, — обратилась к мужчине Ви, протянув маленькую ручку.

— Не думал, что я окажусь в стране лилипутов, — не удержался Олег, снизу вверх глядя на девушек, и Маргарита встрепенулась, подскочив на месте от злости.

— Как же я хочу иногда тебя придушить, — зарычала Рита, подкрадываясь ближе к другу, жестом показывая, как обхватывает пальцами воображаемую шею, наверняка представляя мужчину.

— Но не дотянешься, — промурлыкал Державин, наклонившись и вовремя выпрямившись, чтобы Маргарита не успела дать ему подзатыльник. Однако Рита поймала момент и всё же сумела стукнуть того по шее, гордо вздёрнув подбородок. — Олег Державин, рад познакомиться, Вивьен, простите за наше небольшое представление, — посмеиваясь, Олег очаровательно улыбнулся, пожав руку застывшей от удивления девушки.

— Рита, а вы...

— Мы друзья, — прошипела Маргарита, но предпочла переменить тему, миролюбиво продолжив: — Ты вызвала такси?

— Разумеется, едем к тебе и пьём чай, я тортик уже купила, конфеток и по мелочи, — она любовно погладила пакет, который держала в руках, и потащила Риту к машине.

— А у тебя хорошенькая подруга, — шепнул Олег Маргарите, и та ткнула его локтем под рёбра.

— Хорошенькая, да у тебя с ней ничего не выйдет, — отозвалась Рита, плюхнувшись на переднее сиденье.

— Будто я что-то планировал.

Всю дорогу Вивьен щебетала без умолку: о последних новостях, о кабаре, в котором она работала, и то и дело скорбно хмуря личико, с жалостью поглядывая на Риту. Пару раз самой Маргарите хотелось стукнуть назойливую подружку, но грозно нависшая за ней фигура Державина настоятельно советовала передумать. И Рита продолжила выслушивать Ви, пропуская её слова мимо ушей, погрузившись в мысли и стараясь разобрать происходящее по полочкам.

Артур Филипповский. Все размышления начинались с него. Артур Филипповский, главный виновник её проблем на данный момент, сначала сумевший втереться в доверие, а потом гнусно предать. Артур с наивной улыбкой, оказавшейся маской. Лживый. Мерзкий. Идеальный. Пустой. Рита не хотела даже думать о нём, но вспоминала каждый раз. Слишком большой удар по репутации и самооценке, чтобы так быстро забыть. Или же мальчишка просто исполнял чужое приказание? Например, Вэня.

Господин Чжоу. Опасный, импульсивный, чем-то похожий на Риту. Достойный соперник, который одновременно пригодился бы в расследовании, но, к сожалению, решил стать врагом, перетянув на свою сторону и Филипповского. Да и разве Артур мог бы предать его? Это было бы равносильно тому, если бы Маргарита предала Камиллу.

Камилла Розенберг. Неупокоенный дух, преисполненный жаждой мести, желающий расплаты за свои муки и готовый пойти на всё, в том числе на убийство самой Риты в случае неудачи. И одновременно ангел, сошедший с небес, самый добрый человек из всех, кого когда-либо встречала Рита. Самый близкий человек... Наверное, не считая Антуана.

Антуан Ришер. Рита не могла сравнивать Антуана, свою любовь, ныне гниющую в треклятом деревянном ящике под землёй, и пропавшую Камиллу. Обоих она любила, оба мертвы.

Маргарита не удержалась, скривив губы в горькой усмешке. Среди всех людей она определённо была чёрной кошкой, притягивающей неудачи и мешающей всем, кто решит подобраться поближе. Рита старалась откидывать эти мысли прочь, но они невольно возникали, возвращаясь из тёмных уголков разума Маргариты.

— Рита, приехали, — Олег щёлкнул пальцами перед лицом девушки, и та сморгнула стоявшие в глазах слёзы, выскочив из машины. — Ты слишком много думаешь обо всём...

— Возможно, — слабо отозвалась Маргарита, покрепче сжав в руках сумку. — Сегодня можешь у меня переночевать. Да и когда хочешь.

— Учту, если что, ты всегда можешь переехать ко мне, — со смехом воскликнул Державин, и Рита горделиво вздёрнуло подбородок, отвернувшись.

— Я несколько раз заходила к твоим соседям и спрашивала, не случилось ли чего-то, ты могла и ключи всё-таки оставить, — вклинилась в разговор Вивьен, осторожно, с опаской коснувшись предплечья Риты. Та не оказала сопротивления и позволила Ви идти рядом, пока Державин тащил чемоданы, что-то недовольно бубня.

Стоило Рите подойти к двери, как её накрыло уже привычное чувство паники, и притаившееся дурное предчувствие вновь начало царапать Риту изнутри. Воздух сгустился, превратившись в плотную прозрачную массу, неосязаемые зыбучие пески, из-за чего передвигаться приходилось, прикладывая усилие, и пара метров до двери превратилась в бесконечную дорогу. Даже время замедлилось, и Маргарита с изумлением слушала, как громко колотится сердце. Все звуки стихли, осталась только пульсирующая в висках кровь и тяжёлое дыхание.

Щелчок. Не понадобились даже ключи — ручка двери с лёгкостью поддалась, и Маргарита прошла внутрь. Сзади испуганно пискнула Вивьен, выругался Олег, но всё это казалось таким далёким, что Рита даже не обратила внимания.

Запах разлагающегося тела. Мерзкий, удушающий, заставляющий задержать дыхание. Топот ног. Должно быть, Вивьен бросилась открывать окна на кухне. Олег тем временем промчался мимо Риты, забегая в гостиную.

Распотрошённый труп крысы, грубо брошенный на журнальный столик. Но разве это маленькое тщедушное создание могло распространять такую ужасную вонь так долго?

— Рита... — время ускорилось, ходить снова стало легко, и Маргарита, помотав головой из стороны в сторону, прошла к Олегу, испуганно смотрящему за диван. Человеческие останки. Череп с изъеденными опарышами лоскутами кожи, куски зловонной плоти и костей.

Взгляд невольно зацепился за что-то тёмно-красное, обезобразившее светлые бежевые обои на стене.

«Убийца».

— Святые угодники! — взвизгнула Вивьен, и Рита обернулась, приложив палец к губам.

— Звони в полицию, — глухим голосом произнесла Рита, сглотнув слюну и заодно стараясь подавить рвотный позыв.

— Это никогда не закончится... — выдохнул Державин, невольно перекрестившись. Заметив его жест, Маргарита хмыкнула.

— Тут это не помощник. Если бы я знала, кому так насолила...

— А таких мало? Давай уйдём отсюда, прошу... — Олег схватил запястье Риты, без раздумий потащив ту к выходу, но Розенберг вырвалась из хватки, внимательно осматривая комнату.

— Я не уйду, пока не осмотрю всё! И не найду причины...

Рита осматривала улики издалека, боясь затоптать что-то, что может пригодиться, только старательно перебирала в голове все возможные варианты. Вариант с местью Камиллы отпадает сразу же. Кто-то хотел либо напугать Риту, либо... Дать намёк на своё присутствие.

— Убийца, никого не убившая... — Маргарита в смятении коснулась дрожащими пальцами висков, сосредоточившись. — Мне нужна полиция.

— Да оно и понятно, — Олег подошёл ближе, окинув подругу обеспокоенным взглядом.

— Она мне нужна для того, чтобы узнать, какие из психов, которых я засадила за решётку, сгинули в тюрьме.

— А подозреваемые уже есть?

— На данный момент двадцать три. С тобой, — холодные равнодушные глаза впились в подошедшую Вивьен, — двадцать четыре.

— Со мной? — Вивьен охнула, закрыв рот ладошкой, с нешуточным испугом глядя на подругу.

— Ты ведь тоже затаила на меня обиду, Вивьен.

«Никогда никому не доверяй».

Стальной тон голоса Анны Розенберг всплыл в голове, и Рита сжала челюсть, с видом загнанного в клетку зверя пялясь на застывшую с гримасой ужаса на лице подругу.

— Рита, я не... — Ви попыталась взять себя в руки, но Рита не дала договорить:

— Неужели? Вспомни, кто погиб из-за меня.