17 Глава
Вивиана
Мы с Брендоном пытались привести одежду в порядок, когда Итон подал голос:
- Ладно, ребятки, мне нужно найти какую-нибудь девчонку, пока я не кончил в штаны как гребаный подросток.
Он посмеялся себе под нос и ушел.
Я посмотрела на Брендона, который тоже смотрел на меня. Боже, я не хочу признаваться ему, что влюбляюсь, но я не могу это остановить. Я хочу быть с ним. Он меня раздражает, постоянно бесит, игнорирует, играет со мной как со своей куклой, а я хочу только его. Что со мной не так.
- Поехали в отель. – буркнул Брендон, после чего взял меня за руку и повел через коридор и зал к машине. Краем глаза я увидела, что возле Итана трется какая-то блондинка. Что ж, в штаны он сегодня не кончит. Я улыбнулась себе под нос от нелепости всей этой ситуации.
Брендон снова вел машину в тишине, пока я не сдержалась и не решилась ее прервать.
- Почему ты делаешь это? Пытаешься все контролировать? Я имею в виду не только себя, хотя и это тоже, но и город, всех людей здесь.
Брендон посмотрел на меня, нахмурив брови, но не ответил.
Я решила продолжить свой монолог:
- Нет, правда. Я иногда думаю, сколько ресурсов и времени тебе понадобилось, чтобы установить такую безоговорочную власть.
Я усмехнулась, поражаясь сама себе.
- Это было довольно просто вообще-то. – начал парень – я собрал команду, людей, которым доверяю, вроде как. Мы избавились сначала от оружия, потом от наркотиков, а потом я натравил власти на казино. После того, как их прикрыли, я выкупил парочку. Полиция вовремя сообразила, и встала на сторону силы, а мэр и совет поджали хвосты. Да, мне нравится контроль, но я мог бы делать это где угодно. Андерсон Моторс уже приносил хорошие деньги. Но я решил, что дать этому городу второй шанс будет…благородно, не знаю. Когда-то все было лучше, красивее, а потом все развалилось. Местные жители начали сбегать, вместо того, чтобы бороться за свой дом. А у мэра недостаточно большие яйца, чтобы контролировать хотя бы младшую школу.
Я открыла рот от такого откровения, но снова захлопнула его, потому что Брендон еще не закончил.
- Мы применяли насилие, потому что люди понимают его лучше всего, но были и другие методы. У нас куча компромата на совет и других «важных», - на этом момент парень изобразил кавычки в воздухе – шишек города. Так что, они под колпаком.
Я фыркнула, а когда он посмотрел на меня, объяснила:
- Если бы ты был женщиной, то мог бы сказать: «Мой каблук на ваших яйцах, ублюдки!»
Брендон рассмеялся своим низким голосом, и я тоже не сдержала улыбки.
Чары развеялись, когда мы вернулись в пентхаус. Он направился прямиком к своей спальне, бросив мне по дороге:
- Спокойно ночи, Вивина.
Что не так с этим парнем.
Я захлопнула дверь спальни, и от нахлынувших эмоций выкатилось пару слезинок. Я быстро вытерла их. Нет, я не буду плакать из-за Брендона Андерсона.
***
Я приняла душ, потому что глаза слипались. Я погрузилась в такой глубокий сон, что еле подняла голову с подушки. Раньше, мне требовалось по меньшей мере две таблетки снотворного из папиной заначки, чтобы так крепко уснуть.
Я проверила комнату Брендона, потом спустилась на кухню – никого. Если эта сволочь снова заперла меня дома, я за себя не ручаюсь. Я разнесу в щепки всю мебель, как происходит, если оставляешь дикую собаку в ограниченном пространстве. Это называется рефлекс свободы. Я остро ощутила, что он развился у меня. Я брыкалась и злилась, когда была в отеле, но стоит нам выйти за пределы, и уж тем более, заняться сексом, я тут же отходила. Твою мать.
Еще одна странная вещь – это то, что мы никогда не занимались сексом в пентхаусе. Может, у него фишка какая-то. А может, он просто козел.
Я стояла в гостиной, глядя в окно, и окидывала взглядом весь город. Высотки и развитая инфраструктура заканчивались через пару кварталов от отеля, а дальше растянулись городские прерии. Этот город был полным отражением Брендона. Времена оживленный и полный энергии, а местами безжизненный и пустой.
Дверцы лифта разъехались, и я повернулась на звук.
- Доброе утро, красотка. – проворковал Итан, входя в пентхаус.
На мгновение мои щеки вспыхнули, но я взяла себя в руки.
- Утро доброе, - бросила я, отворачиваясь обратно к окну.
Итан подошел и остановился сбоку от меня, соблюдая приличное расстояние. Видимо, он понимал, что мне немного неловко.
- Ты ведь не сердишься, да? Ты не обижена? Ничего такого? – он искренне переживал по поводу моей реакции, но в этом не было необходимости.
- Нет, конечно.
- Я бы тебя не обидел, ты же знаешь. Я правда не стал бы делать что-то против твоей воли. – казалось, впервые этот парень выглядел чертовски серьезным.
Я одарила его улыбкой, но даже сама понимала, что она выглядит слегка вымученной.
- Я знаю. И почему-то у меня есть такая мысль, что первоначальная идея принадлежала вовсе не тебе. – буркнула я.
- Да, с этим не поспоришь.
Тяжело вздохнув, Итан замолчал и просто смотрел в окно рядом со мной.
- Почему он это делает? Почему с ним так сложно? – мой голос почти сорвался, потому что глаза начало щипать от слез гнева.
Итан сочувственно посмотрел на меня.
- Давай выйдем на свежий воздух. – предложил парень.
Я кивнула.
- Идем, - он протянул мне руку, и я ее приняла.
Что странно, мы не спустились вниз, а поехали еще выше на лифте. В итоге, мы оказались на крыше здания.
- Крыша? – недоверчиво спросила я, осматриваясь.
- На улице пока что небезопасно. Мы так и не поймали тех кретинов, которые хотели накачать тебя наркотой.
В памяти вспыхнул страх от неизвестности, которая меня ждала, если бы Брендон и Итан не вмешались, но я тряхнула головой.
Мы с Итаном подошли к краю, и присели на бордюрчик. Он не доходил до конца крыши, но был довольно близок. Ветер развивал мои волосы, а от воздуха, лишенного влаги, во рту пересохло.
С такой высоты, город выглядел почти очаровательно. Был какой-то шарм, что-то такое необычное, присущее только этому месту. Может, дело было в людях, а не в городе.
- Вивиана, послушай. Брендон не плохой человек, но он чертовски запутался. Ему сложно сближаться с людьми. Мы до сих пор дружим, потому что нашли друг друга в очень сложный для нас обоих период, и всегда были рядом. Далеко не все люди остаются, когда наружу вырываются его демоны.
Черт, Итан решил поговорить о чувствах. Но что я ему скажу, если сама не знаю, что чувствую.
Я глубоко вдохнула и с шумом выдохнула. Слезы снова подступили, но я загнала их обратно.
- Я понимаю. Я правда могу это понять, но он даже не пытается. То есть, для него это все игра, это начиналось, как игра, и до сих пор продолжается. А я уже не уверена, что хочу знать итог.
Я опустила голову, и обхватила руками свои колени.
Итан придвинулся, обнял меня рукой, и я наклонилась, опираясь на него.
- Знаю, детка. Только не сбегай. Он тогда вообще потеряет рассудок. Его уже… - парень осекся – в общем, просто постарайся.
Видимо, Итан знает что-то о прошлом Брендона, отчего у него такие крупные проблемы с доверием и контролем.
- Расскажи мне. Плевать, если это будет выглядеть, как предательство, но я должна знать. Он никогда мне не расскажет.
Я выпрямилась и впилась взглядом в Итана.
Итан выглядел так, будто я ударила его ножом прямо в живот. Он разрывался между желанием помочь и чувством преданности своему другу.
- Вив… - начал парень, но я его перебила.
- Нет, Итан. Если я не узнаю, если не смогу объяснить это сама себе, то я уеду. Какой смысл оставаться в Детройте. Чтобы ждать, пока кто-то из нас неизбежно проиграет? Потому что у меня такое чувство, что это будем мы оба. И я, и он.
Итан кивнул, соглашаясь, и вздохнул, собираясь с мыслями.
- Я думаю, что он воспитывал в себе эту холодность всю жизнь, но все началось, когда ему было шесть лет. В общем, его отец оставил мать, когда та была беременна Брендоном, то есть его он никогда не знал. Она всю жизнь твердила, каким монстром тот был, что бросил своего ребенка. Женщина была алкоголичкой и наркоманкой, она едва ли могла вырастить ребенка. Они жили где-то на окраинах, но тогда, это был еще достаточно приличный район, это сейчас там пустырь. В общем, в шесть лет, он устроил пожар, не специально, как он утверждал. Их панельный домик вспыхнул, как спичка. Мать разозлилась, и избавилась от сына. Она отдала его в детский дом. Там мы и встретились. Моя мать была одной из воспитательниц. Мы подружились. Но его постоянно выдергивали от нас. Пару раз семейные пары усыновляли его, но каждый раз, он вытворял что-нибудь и от него отказывались. Они фактически давали ему надежду, а потом выбрасывали на улицу, как ненужный мусор.
Итан покачал головой, а по моей щеке скатились предательские слезы.
- Его бросали, Вивиана, понимаешь? Всю жизнь. Поэтому он никого к себе не подпускает.
- Тогда зачем, - голос дрогнул, но я продолжила – зачем, он сделал так, чтобы я осталась? Почему заставил меня влюбиться в него? Чтобы потом сделать мне больно, и я сама сбежала?
Итан резко вскинул голову.
- Ты его любишь? – спросил парень с нотками мольбы в голосе.
Я покачала головой, отварачиваясь.
- Я не знаю. Не знаю.
После этого мы ничего не говорили. Я снова уткнулась носом в плечо друга, а он поглаживал большим пальцем мою руку.