Перекрёсток

— Кажется, Биннз перепил на праздниках...

— Почему ты так решил?

— Потому что, насколько я помню, про Гурта Бородавчатого мы в прошлом месяце говорили...

— Поттер, если бы ты слушал Биннза хоть иногда, то понял бы, что между Гуртом Бородавчатым и Гуртом Бородатым огромная разница,— хмыкнул Скорпиус, поигрывая пером.— Это ты перепил на праздниках...

— А ты нет?— с сомнением осведомился Джеймс, глядя на друга снизу вверх, даже не удосужившись поднять голову с рук.

— Я?— Скорпиус изобразил глубокую задумчивость.— К сожалению, нет. Ну, или к радости... На самом деле... Я был наказан с самого Рождества вплоть до Нового года, а потом с Нового года до конца каникул,— мальчик ухмыльнулся, глядя на изумленного немного друга.

— И что ты опять натворил, позволь узнать?

К ним повернулась сидящая впереди Эмма Томас:

— Слушайте, достали! Можете помолчать хоть немного?!

Мальчики переглянулись, усмехаясь.

— А еще недавно мечтала, чтобы мы ее на бал пригласили,— фыркнул Поттер, блаженно зевая.— Так что ты там устроил опять? Пел нецензурные песни? Показывал стриптиз?

— Нет,— Малфой дернул уголком губ.— На самом деле Рождество я встретил на крыше поместья, кидаясь снежками в скульптуры парка...

— Дай угадаю: ты был с МакЛаген.

— Гениально, Поттер, ты все-таки не безнадежен,— тихо рассмеялся Скорпиус (Эмма передернула плечиками), откидываясь на стуле и глядя на Биннза, который бухтел о чем-то у доски.

— И за что же тебя наказали? Ты пытался сделать папу дедушкой?

— Ха-ха, очень смешно,— холодно ответил Малфой, пнув друга под столом.— Мы выловили всех рыбок в пруду Малфой-Мэнора, поджарили их на костре и скормили собаке садовника. Собака утром сдохла...

Джеймс прыснул от трагических интонаций в словах друга.

— И что сильнее всего рассердило твоего отца?

— По-моему, он говорил что-то о своих питомцах, правда, я так и не понял, кого он имел в виду: рыб или собаку. Да и, в сущности, какая разница?— пожал плечами Скорпиус.— Мы с Донгом замечательно провели время в моей комнате за интеллектуальной беседой...

— А МакЛаген?

— Спокойно уехала домой,— пожал плечами слизеринец.— Что ж я ее буду отцу сдавать? Тем более, не думаю, что ее родители очень бы сожалели о рыбках моего папеньки... А ты чем занимался?

Джеймс тоже задумался, вспоминая прошедшие каникулы:

— Ну, все как обычно... Правда, Мари-Виктуар слиняла вместе с Люпином в самый канун Рождества, видимо, у них была веская причина,— хмыкнул гриффиндорец.— Тетя Флер грозилась сделать с Тедди что-то очень ужасное. Но не сделала, потому что в тот момент Альбус застрял в каминной трубе, куда залез, играя в прятки с румынскими кузенами... На Новый год папа и дядя Рон вдвоем где-то напились и вывалились из нашего камина, чуть не придавив двух или трех котов, что опять развела в доме Лили... Мама и Гермиона даже не стали мучиться и оставили их — в смысле, папу и дядю Рона — отсыпаться в гостиной на диванах, и у папы утром болела спина...

— В общем, все как всегда, и никто не подпалил Уизли брови...— чуть разочарованно проговорил Скорпиус.

— А ты хотел?— усмехнулся Джеймс.— Пиши заказ Альбусу, он и не только брови подпалит... Хотя... скорее всего, подобное мероприятие закончится тем, что сгорит весь дом...

По замку разнесся звук колокола, мальчики радостно зашевелились.

— Значит, ты теперь вроде как у нас обзавелся девчонкой, да, Малфой?— Джеймс вскинул на плечо рюкзак.

— Завидуй молча,— презрительно отозвался Скорпиус, одарив Томас улыбкой.— Но, впрочем, надо об этом подумать...

— В смысле?

— В прямом, мой заторможенный друг-ежик,— фыркнул Малфой.— Я не считал, что мне нужна сейчас девчонка, но раз ты настаиваешь...

— Погоди,— Джеймс даже остановился посреди коридора.— То есть эта ваша рыбалка в Рождество... Бал...

— Поттер, включи мозг, я тебя умоляю,— простонал Скорпиус, продолжая путь.— Ну, зачем мне МакЛаген? Если только заразиться революционными идеями и стать магглофилом...

— Но при этом ты не отрицаешь возможности с ней встречаться?— гриффиндорец нагнал друга на повороте.

— Поттер, ты есть не хочешь?

— Нет, а что?— нахмурился мальчик, глядя на часы.

— Ничего,— усмехнулся уголком губ Скорпиус, хлопнув друга по плечу.— Кстати, тебе надо будет дописать мое письмо для Луизы...

— На кой черт? Она же из-за тебя всю эту переписку затеяла.

— Нет, Поттер, определенно у твоего мозга истек срок годности. Переписка с мальчиком в Женской Академии выглядела бы, мягко говоря, компроментирующе...

— А с двумя мальчиками — это нормально?— ехидно заметил Джеймс, останавливаясь возле класса Заклинаний.

— Два мальчика — это дружба, лохматый ты ежик,— рассмеялся Малфой.— Дружеская переписка студентов разных магических школ...

— Ага, Роза тоже дружескую переписку ведет с каким-то студентом Дурмстранга,— пробурчал Поттер.— Я уже намекал Уильямсу и Ченгу, чем это закончится...

— Радовался бы. Представляешь: Уизли уедет в какую-нибудь Германию, и ты вместо нравоучений будешь получать от нее открытки...

— Нет, уж лучше нравоучения,— хмуро откликнулся гриффиндорец.— Нашу Розу какому-то темному магу просто так отдать!

— А ты не просто так,— рассмеялся Скорпиус.— Ты продай. Или обменяй...

— А иди ты, хорек!— фыркнул Джеймс, заходя в класс. Слизеринец лишь усмехнулся, последовав за другом.

— Эй, Скорпиус,— к ним повернулся Флинт, стараясь говорить как можно тише.

— Принимаю шифровку,— Малфой шутливо озирался, имитируя заговорщицкий тон однокурсника.

— Паркинсон узнал, где и с кем была его сестра перед Рождеством.

Опа! Скорпиус тут же бросил взгляд на Тобиаса — тот сидел, уткнув взгляд в книгу, но был совершенно неподвижен, палочка лежала на парте. Интересно, Поттеру уже гроб заказывать?

Ежик все-таки понял всю серьезность ситуации, поскольку дурашливая ухмылка тут же слетела с его лица. Он вопросительно взглянул на друга.

— А Дьюлис разговаривала с моей сестрой,— Энжи чуть недовольно посмотрела на сокурсников, покусывая губу.

— Доигрались,— простонал Джеймс, медленно сползая под парту.

— Не трусь, гриффиндорец,— хмыкнул Скорпиус, наблюдая за Тобиасом.— Будем решать вопросы по мере их возникновения.

— Ну, он же не будет меня убивать, правда?— почти с надеждой спросил Поттер, кивнув на Паркинсона.— Она же сама...

— Слушай, а не ты ли уже раз двадцать грозился стереть с лица земли всякого, кто посмеет коснуться твоей сестры хотя бы случайно?— подняв бровь, спросил Малфой.— Помнишь такое?

— Но...

— И ты видишь разницу между собой и Паркинсоном?

Джеймс ничего не ответил, упрямо поджав губы. Его сестры никогда бы не согласились на подобную игру. А Парма сама предложила... В чем он виноват?!

— Может, мне просто стоит подойти и поговорить с ним?— спросил Поттер, глядя на друга.

Малфой покрутил пальцем у виска:

— Хочешь разозлить саламандру — полей ее водой.

— Чего?

— Да ничего, так, мысли вслух,— отмахнулся Скорпиус.— В общем, не вижу повода для паники...

— А кто говорил о панике?— даже обиделся гриффиндорец.

— Тогда отложи в сторону палочку и расслабься, не позволю я тебя убить — потом проблем не оберешься, куда прятать тело и как отбиваться от твоих кузин.

— Подожди, я еще увижу, как младшая МакЛаген отреагирует, это будет даже интереснее кровавой разборки от Паркинсона,— фыркнул Джеймс, а слизеринец лишь пожал плечами.

— Пусть реагирует, не она первая, не она последняя.

На Заклинаниях все прошло спокойно, хотя Джеймс несколько раз ловил на себе взгляд Тобиаса и нервно сглатывал. Ну, не хотелось убивать или калечить брата девчонки, с которой у них все так и весело и замечательно вышло до каникул. В принципе, нормальная слизеринка эта Парма...

— Смотри, Малфой, жертва твоего обаяния,— кивнул Джеймс, когда они после Чар шли на обед. Впереди них с кем-то из однокурсниц шла Лиана МакЛаген.

— Договоришься,— усмехнулся Скорпиус, даже не делая попытки догнать девчонку. Ну, да, с ней было здорово на балу, и Рождество она ему устроила необычное... А так... Девчонка как девчонка, только тем и выделялась, что кучу теорий заумных напридумывала, да попыталась ему отказать, когда другие девчонки даже не могли о подобном подумать. Теориями Малфой интересовался постольку поскольку, а бастион МакЛаген он взял за пару дней.

— Не умеешь ты держать слово, Скорпиус.

Он, задумавшись, чуть не налетел с размаху на ту, о которой так цинично размышлял. Голубые глаза смотрели недовольно.

— Увидимся!— Поттер решил, что не стоит ему быть свидетелем этого разговора. Кажется, батарейка в его голове еще немного работает.

— И какое же обещание я не сдержал?— осведомился Скорпиус светским тоном, глядя на Лиану.

— Ты обещал, что не будешь меня использовать.

— А когда я тебя использовал? По-моему, мы отлично провели на балу время,— пожал плечами слизеринец. Что еще? Жениться на ней, что ли?

— Ты пригласил меня. А потом пошел к другой девочке...

— Ну, я же ее не приглашал,— усмехнулся Малфой.— Так в чем проблема?

— Одна для развлечений, вторая для светских приемов,— холодно заметила Лиана.— Хорошо устроился, неправда ли? Вот это и называется использовать.

— Ну, тогда начнем с того, что я не тебя использовал,— также холодно заметил Скорпиус, снисходительно глядя на МакЛаген. Зря ты, малышка, со мной в спор вступаешь...

— Какая разница?— вспыхнула Лиана.— Ты использовал человека! Это низко!

— Ну, ты же сама говорила, что это для меня обычное дело,— пожал плечами Скорпиус.— Или ты злишься, что тебя я не использовал? Тогда это можно устроить, легко.

— Чистокровная сволочь, вот ты кто,— равнодушно обронила Лиана, повернулась и зашагала к лестнице.

Малфой посчитал до пяти, давая девчонке фору, потом стремительно догнал ее, буквально припечатал к стене и прошипел:

— Считая меня сволочью, нужно быть осторожнее и не поворачиваться ко мне спиной. Потому что я и есть чистокровная сволочь,— он выразительно поднял бровь, проводя рукой по тонкой шее Лианы, когда она отвернула лицо.— И поверь, если я решу тебя использовать, ты об этом узнаешь первой...

Рейвенкловка смело посмотрела в его ледяные глаза, даже не пытаясь освободиться:

— Не надо меня пугать, Малфой. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы бояться. Поэтому — отпусти,— твердо произнесла она.

— Малфой!

Он дернулся, услышав этот панический крик откуда-то снизу. В пролете появился Ричард Графф с ужасом на лице.

— Поттер...— выдохнул Скорпиус, тут же забывая о МакЛаген и ее заслуживающей уважения гордости.— Где?!

— В туалете на втором этаже...— с трясущимися от волнения руками проговорил Ричард, спеша за Малфоем и Лианой.

У туалета уже собралась небольшая толпа любопытных. Скорпиус растолкал всех, пробиваясь внутрь. Возле лежащего на полу Поттера склонились несколько старших мальчиков, среди них — староста школы Ависон с Рейвенкло.

— Что произошло?— требовательно спросил Малфой, тоже склоняясь над другом, лицо которого было залито кровью — непонятно, от кулака или от заклинания.

— Не знаю,— откликнулся Ависон, водя палочкой над Джеймсом.— Когда я вошел, отсюда выскочил мальчишка, я не успел его поймать, а он,— староста кивнул на все еще лежащего без признаков жизни Поттера,— сползал по стене, теряя сознание.

— Слушайте, а никто до меня не додумался, что надо бы в больничное крыло, а?— холодно осведомился Скорпиус, сощуренными глазами глядя на друга. Гриффиндорец зашевелился, пытаясь открыть глаза.— Поттер, не двигайся.

Джеймс послушно затих, слушая разговоры вокруг.

— Где он?!

Малфой внутренне застонал: только переживающих по любому пустяку сестер и кузин тут и не хватало...

* * *

— Джим, проснись!

— Ммм...?

— Да проснись же!— кто-то очень сильно дернул его за рукав, и мальчик ударился локтем о стойку кровати, взвыв от неприятной боли.

У постели стояла рассерженная чем-то Шелли.

— Мне же больно,— буркнул Джеймс, глядя на кузину, которая чуть его не покалечила.— Чего тебе?

— Мне — ничего. А вот внизу у портрета стоит твой дружок с серебряными волосами и напоминает тебе о том, что через полчаса у тебя матч Гриффиндор-Рейвенкло.

— Что?! Как?!— Джеймс вылетел из кровати, даже забыв смутиться из-за того, что полуголым бегает перед кузиной.— Почему меня не разбудили?!

— Тебя будили, причем несколько раз,— хмыкнула Шарлотта, глядя на то, как мальчик поспешно одевается.— Насколько я поняла, Граффа ты послал очень далеко и попросил не возвращаться, Хьюго ты чуть не пришиб кулаком, а на зов Лили ты разразился такой тирадой, что они с Розой решили, что тебе будет хорошей наукой, если ты проспишь матч и тебя исключат из команды...

— Я такого не помню,— Джеймс уже натянул форму и в панике искал кроссовки.— Один Малфой и заботится обо мне, видимо...

— А я?— Шелли завернула на шее шарф.— Я, кстати, взялась рискнуть своим здоровьем и разбудить тебя, хотя меня отговаривали...

— Шарлотта, ты прелесть,— Поттер подлетел к кузине и смачно чмокнул ее в светлую макушку, притянув на миг к себе.— А теперь — пулей в раздевалку, где полно красивых переодевающихся парней, предупреди, что я сейчас буду, ладно?

Шелли рассмеялась и выскочила из комнаты. Джеймс наспех зашнуровал обувь, достал из сундука перчатки, щитки и метлу и тоже бросился вниз по лестнице, спрашивая себя, на кой ляд они с Малфоем полночи шлялись по школе. А, ну да, они же хотели отловить миссис Норрис, но та, хитрое животное, уже научилась чуять, когда они ее ищут, и играла с ними в кошки-мышки. Увлеклись они немного, хорошо еще Филчу не попались...

— Ну, ты, Поттер, и олух лохматый,— встретил его у портрета Скорпиус, уже тепло одетый, с шапкой в руке.

— Я тебе потом отвечу, сейчас некогда,— хмыкнул Джеймс, бегом пересекая коридор и почти скатываясь по тайной лестнице, стукаясь коленками, но заботливо держа метлу.— Энистон меня убьет...

— И правильно сделает. И Паркинсон обрадуется,— хмыкнул Малфой, по пятам следуя за другом.— Который он день-то там уже перепись у Фауста ведет?

— Я не считаю, мне так пусть всю библиотеку перепишет, гад,— Джеймс, не останавливаясь ни на секунду, поднял руку и провел по шраму, что еще не затянулся на щеке от заклинания Тобиаса. Напасть исподтишка, со спины — подло и гадко, даже думать об этом не хочется. Правда, Скорпиус рассказал, что Парма со злости на брата чуть не расцарапала тому физиономию, и Джеймс был разочарован тем, что почти...

Они вдвоем выбежали в холл и уже собирались выскочить в распахнутые двери замка, когда с главной лестницы донесся крик.

— Помогите!

Джеймс замер, глядя в ту сторону. Малфой тоже остановился. Через пару мгновений по ступеням сбежала маленькая хаффлпаффка с перекошенным от страха лицом.

— Ну, что опять?— простонал Скорпиус, все время поглядывая на поле, что виднелось вдали.— Давай быстрее выкладывай!

— Что случилось?— Джеймс подошел к девчонке, у которой дрожала нижняя губа.— Ну!

— Там Роджер!— девочка указала на лестницу.— Он... он сорвался с лестницы... она начала двигаться... а он решил прыгнуть... считал, что успеет... Кати его держит, но он сейчас...— девчонка заплакала, схватила за руку Джеймса и потянула наверх.

— Поттер, игра,— процедил Скорпиус.— Пусть позовут кого-то другого, или — ты иди, а я...

— Некогда,— бросил Джеймс, кидаясь вслед за хаффлпаффкой. Малфою ничего не оставалось делать кроме, как последовать за ними, поминая зад огнекраба и бороду Слизерина. Какой-то идиот по собственной глупости решил убиться, зачем мешать?! Тем более что если Гриффиндор проиграет Рейвенкло, то Слизерину не видать Кубка по квиддичу как ушей Мерлина! А если Поттер не явится на игру, то так и случится...

Мальчишка висел на краю лестничного пролета, который мог в любой момент начать движение обратно и просто раздавить руки хаффлпаффцу. Еще одна девчонка старалась удержать сокурсника за руки, но она была такой же крошечной, как и та, что привела помощь.

— Как его оттуда снять?— Джеймс оглянулся на друга.— Бежим вверх?

— Стой, не успеем,— покачал головой Скорпиус, просчитывая пролеты, что их отделяли от мальчишки.— Метла.

— Что?

— Садись на метлу, Поттер, скорее!— Малфой показал вверх, где лестничный пролет медленно приходил в движение.— Быстрее!!!

Джеймс вскочил на «Молнию» и с места полетел вертикально вверх, еле удерживаясь на метле, не спуская взгляда с мальчика, который все еще цеплялся за край лестницы и за руки девчонки, пытающейся втащить друга наверх.

Гриффиндорец никогда в жизни не летал так быстро и так опасно — за несколько секунд он долетел до парня и затормозил, хватая того за пояс.

— Садись!— крикнул он, дергая мальчишку на свою метлу, но тот с испугу отказывался разжимать пальцы. Второй пролет, с которым лестница должна была соединиться, угрожающе приближался.— Отпусти!

Девчонка стала разжимать пальцы друга, плача. Джеймс крепко держал хаффлпаффца, заставляя того сесть на его метлу и отпустить, наконец, лестницу.

Малфой мгновенно понял, что, если Поттер не успеет отлететь, их с хаффлпаффцем собьет с метлы. Слизеринец достал палочку, направил ее на глупого мальчишку, который сам нашел для себя неприятности, и прокричал, стараясь как можно лучше прицелиться:

— Фламео!

Мальчишка тут же разжал пальцы, которые опалил огонь из палочки Малфоя. Джеймс, крепко держа хаффлпаффца одной рукой, мгновенно направил метлу прочь от центра движения лестниц. Руки у гриффиндорца дрожали, в глазах помутилось, но он смог взять себя в руки после пережитого всплеска адреналина.

— Слезай!— почти рыкнул Джеймс на мальчишку, останавливая метлу на стационарной лестнице и сталкивая спасенного на ступеньки.

— Поттер, матч!— заорал Скорпиус, махнув рукой в сторону выхода. Гриффиндорец кивнул и тут же сорвался с места, даже не слезая с метлы. Он вылетел из распахнутых дверей Хогвартса и за десяток секунд домчался до поля, над которым уже шла игра. Трибуны встретили его криками и гулом, Энистон провел рукой по шее, давая ловцу понять, что ждет его после игры.

Джеймс притормозил, глядя на табло: 30:30. Потом он нашел взглядом ловца Рейвенкло — девчонку с двумя косичками. Она куда-то очень целеустремленно неслась. Поттер тут же направил метлу в ту же сторону.

Она выигрывала у него какие-то мгновения и футы, но Джеймс уже был разогрет, кровь пульсировала в венах, еще не успокоившись после полетов внутри замка. Он догнал девчонку, видя снитч, что играл с ней в догонялки, то юркая вниз, то взлетая вверх.

Бешеная гонка закончилась в секунды: Поттер протянул руку, боком чуть налетая на соперницу и отодвигая ее пальцы от желанного мяча, и одним рывком схватил снитч. Сердце билось так, что заложило уши, но он видел улыбки на лицах гриффиндорцев. Даже Энистон позволил себе улыбнуться.

— Что ж, можно теперь лететь на дальнейшие подвиги,— устало пробормотал себе под нос Джеймс.

* * *

— Ну, что, Паркинсон, доигрался?

— Отвали, Малфой.

— Где это ты научился нападать со спины, а?

— Что, Поттер сам струсил отомстить? Ты у него телохранителем подрабатываешь?

— Поттер, как это ни странно звучит в данной компании, слишком легко прощает и забывает. Нам с тобой этого не понять.

— Тогда что тебе от меня надо?

— Тобиас, разве родители тебе не объясняли, что за все в этой жизни нужно платить?

— А ты кто такой, чтобы с меня плату брать?

— Я тот, кто не прощает и не забывает долгов.

— Я тебе ничего не должен.

— Паркинсон, ты, правда, дурак или прикидываешься? Ты поднял руку на моего друга.

— Когда-то он был твоим врагом!

— Когда-то и твоя мама любила твоего отца...

— Малфой!

— Не надо истерик, меня это не трогает. Как сказала одна неглупая девчонка, я чистокровная сволочь, а подобные мне никогда не прощают, если кто-то посмел поднять руку на семью, близких или имущество. Я думал, ты-то это давно усвоил... Но, видимо, я был слишком высокого мнения о некоторых чистокровных семьях...

— Ты заступаешься за Поттера! Ты — Малфой!

— Подобных речей я наслушался от своего отца, так что закрой рот — гланды простудишь...

— Все равно Поттер еще ответит за мою сестру... У него-то сестер много!

— Паркинсон, его сестры, хвала Мерлину, не обделены мозгом и глазами, чтобы связаться с тобой добровольно. А если ты решишь причинить им вред — ты узнаешь, насколько хорошо я владею Круцио.

— Ты еще и Уизли будешь защищать? Малфой, ниже падать тебе уже некуда...

— А это уже точно не твое дело. Я буду мстить за любого, кого считаю частью своего мира.

— Малфой...

— Да, Паркинсон, запомни это хорошенько.

— Ты совсем спятил!

— Возможно, но меня это не тяготит...

— Экспел...!

— Империо! Иди, Паркинсон, и извиняйся перед Поттером, пора тебе научиться это делать. Это послужит тебе хорошим уроком. И никогда не поднимай руку на того, кто находится рядом со мной...