~ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ~
Я давно выучил её наизусть.
POV: Jennifer
Со дня рождения Тома прошёл один день. Мы все еще торчим в съемном доме, потому что Том не хочет возвращаться домой. Ведь так мы не сможем чаще проводить время в постели, из-за Симоны Каулитц, которая ненавидит меня и не допустит того, чтобы я переступила порог их дома. Меня, конечно, она никогда не останавливала и мы с Томом в тайне от неё засыпали в его комнате, когда еще были друзьями. Но теперь... Между нами не только крепкая связь дружбы. Нас связывает бесконечная нить любви. Мы вместе играли в детстве, украли у друг друга первые поцелуи, вместе ходили в школу и теперь, когда мы признались друг другу в любви, мы занялись нашим первым сексом. Мы поняли, что нам будет трудно оторваться друг от друга хотя бы на час. Мы хотим жить вместе, а не в соседних домах. Хотим вечно заниматься сексом, показывая друг другу нашу любовь. Поэтому, мы решили, что останемся в этом доме на еще один день. Не знаю, как мы будем заниматься сексом дальше, ведь, если нас застукает Миссис Каулитц, мне и Тому не поздоровится. А заниматься сексом у меня дома – не лучшая затея. Бабушка зайдет в любой момент и предложит позавтракать.
Я тихонько хихикаю, когда вспоминаю, как мы с Томом чуть не поцеловались, лежа в моей кровати и бабушка зашла в самый неподходящий момент.
Помню, как раньше я постоянно думала о том, как повезет будущей девушке Тома. Но, сейчас, я понимаю, что повезло мне.
Умывшись, я накинула рубашку Тома. И больше ничего. Мое платье, в котором я приехала в этот дом, испачкалось. Том ходит в одних штанах. Мы не брали с собой вещей и нам, в принципе, все равно. Мне нравится видеть его обнажённый торс, а ему нравится видеть мои ноги.
Усмехнувшись, босиком я спустилась вниз, пробегаясь кончиками пальцев по перилам лестницы. В гостиной все еще царил беспорядок: объедки пиццы, настольные игры, разбросанные подушки и куча красных стаканчиков из под пунша. Пройдя к кухне, я почувствовала запах блинчиков.
Том, напялив на свое оголённое тело идиотский фартук с пчелками, стоит ко мне спиной, суетливо возясь с блинами вокруг плиты.
Ужасно глупо и мило. Глупо, потому что на нём тысячи нарисованных улыбающихся пчел. Мило, потому что это Том. Мой Том, который готовит для нас завтрак.
Том, конечно, и раньше готовил для меня. Но сейчас, это ощущается совсем иначе. Раньше я не ценила его внимания. Не понимала, почему Том так бережно относился ко мне. Сейчас я понимаю. Это любовь. И я чувствую её к нему в ответ.
Подойдя ближе, я прикасаюсь к его плечам ладошками, спускаясь по его широким мышцам рук ниже. Я услышала как он хихикнул.
– Это моя награда за утренний подарок? – Усмехнулась я, наблюдая за тем, как Том переворачивает блин лопаткой.
– Это наш завтрак, принцесса.
Я улыбнулась. Том посмотрел на меня и я заметила его покрасневшие щеки.
Спустя десять секунд зрительного контакта, Том, смущаясь, произнёс:
– Джен, я... Я постараюсь.
– О чем ты?
– Сделаю тебе приятно.
Румянец подошёл и к моим щекам. Одно представление языка Тома между моих ног возбуждает меня.
Том развернулся и резко впился в мои губы в нежном поцелуе. Прикосновение его языка к моему, заставляет меня намокнуть. Я ещё никогда не возбуждалась от поцелуев, исключая вчерашние и сегодняшние моменты с Томом.
Дыхание вновь порвалось. Дышать стало тяжелее, когда его рука скользнула под рубашку к моей киске. Теплые пальцы прикоснулись к моему набухшему влажному клитору. Я сжала его мышцы плеч, прикрыв глаза. Палец с легким напором начал кружить по моему клитору и я хныкнула.
– Том...
Мои ноги задрожали и Том усадил меня на стол, раздвинув ноги в сторону и поглаживая внутреннюю часть моих бедер. Руки, покрытые венами расстегнули пуговицы на рубашке, открывая Тому вид на мою грудь.
Поцелуи не прекращаются. Они везде. На мочках моих ушей, на шее, ключицах, груди... Я тихо постанываю ощущая его влажные поцелуи, спускающиеся вниз к моему животу. Он невероятно нежен.
– Том...
Он не останавливается. Я сжимаю его плечо, заставляя посмотреть на меня. Его взгляд поднимается и я замечаю в нём растерянность.
– Тебе не нравится?
– Том... Блинчики...
Том оглянулся вместе со своими пчёлами на его фартуке и усмехаясь, выключил плиту.
А после, он вернулся ласкать мое тело. С легкими причмокиваниями, он спустился ниже, начиная покрывать поцелуями мою промокшую киску. Тихий стон вырвался из меня, когда он всосал клитор своими губами, активно двигаясь по нему язычком.
– Боже... Где ты этому научился... – Задыхаясь, пробормотала я.
Тёплый язык продолжил двигаться в разные стороны, заставляя содрогаться мое тело. Я почувствовала, как с моей киски потекла вязкая жидкость, которую Том собрал пальцем и вошёл внутрь, сгибая во мне палец.
– Том... Ах...
Его движения ускорились. Я не смогла сдержать себя от громкого стона. Его палец делает внутри меня круговые движения, касаясь самых чувствительных и вызывающих чувство эйфории точек. Это приятное наслаждение продлилось не долго и я очень быстро кончила от его языка.
Ноги сжали его голову, я изогнулась в спине, тяжело вздыхая и хныча от пальца, который все еще внутри меня. Том вынул его и внимательно посмотрел на меня глазами, полными похоти и невероятного желания.
– Джен... Ты... Прекрасна...
Я покраснела.
POV: Tom
Прежде, я никогда не видел никого более прекраснее, чем Джен, которая сидит на кухонном столе в моей белой рубашке. Её розовые соски затвердели и и встали. Хрупкие ребра слегла выпирают от её изогнувшейся спины. Шея с бархатной кожей запрокинула голову назад. Её ноги дрожат, а киска пульсирует, изливая на стол много жидкости, которую я начал слизывать. Она всхлипнула, когда я начал пробовать её.
– Том...
Попробовав её, мои зрачки расширились от сладковатого металлического вкуса.
– Джен...
Мои поцелуи пронеслись по её телу, к губам. Я нежно поцеловал её, все еще чувствуя тяжёлое дыхание Джен.
Поцелуи... Нежность... Прикосновения... Я прижимаю её к себе. Мне не описать того счастья, которое я испытываю. А тем более не описать всей моей любви к ней. Как же я рад, что Джен моя.
Наши пальцы переплелись. Джен пододвинулась ближе, продолжая меня желать. Это утро просто сумасшедшее. Мы признались друг другу в любви вчера и уже успели дважды заняться сексом. Успели насладить друг друга нашими языками. Почувствовали тепло наших тел.
Я люблю Джен.
Я видел Джен в самые сокровенные минуты её сна и в первые минуты её пробуждения. Она приходила ко мне каждый раз, когда её прекрасные серые глаза обливались слезами, а сама она была слаба и бессильна. На протяжении десяти лет я был и остаюсь тем самым человеком в её жизни, который самым первым слышит её мысли, истории и переживания. Мы вместе кушаем гавайскую пиццу, хотя Джен и не догадывается о том, что раньше я ненавидел эту пиццу и полюбил её только потому что Джен всегда хотела ее. Я понимаю этот мир со стороны Джен. Понимаю, как она относится ко всему. Я давно выучил её наизусть. Я знаю её мнение по поводу миллиона вещей. Я могу касаться её. Могу обнять когда захочется. Я чувствую всю её боль и переживания, как свои собственные. Я знаю Джен с разных сторон: милую, радостную, злую, вспыльчивую, неловкую, смешную. Я вспоминаю о Джен, когда чувствую запах яблока. Джен красива абсолютно всегда. Каждый гребаный раз, когда я вижу её, я понимаю, что она красивее любой картины, написанной художниками, любой музыки, прожигающей насквозь душу и тело, любого стихотворения, написанного великими поэтами. Джен красивее всего мира. Она – олицетворение всего самого прекрасного и даже больше.
И эта Джен – моя.
Моя Джен.
– Ты не представляешь, насколько сильно я люблю тебя, Джен...
– Том... Это были твои письма, верно...?
– Разве... Ты не выкидывала их?
– Я сохранила пару из них... Это был ты...
– Я люблю тебя, Джен...
Она крепко обняла меня, прижимаясь к дурацкома фартуку с пчелами и обхватывая мой торс своими бедрами.
Я приподнял её и понёс в спальню, из которой мы не выходили до тех пор, пока Джен не захныкала от голода.
Я и забыл о блинчиках.
____________________________________________________
тгк: kauquiet