Глава 23.
- Привет, - Кай заходит в комнату и, как и всегда, бросает рюкзак у двери.
- Привет.
Сехун полулежал на кровати и смотрел какую-то дораму.
- Что делаешь? - спросил старший, присаживаясь у ног Сехуна.
- Дораму смотрел.
- Вот как...
Им обоим было неловко молчать. Но, казалось, говорить им не о чем.
- Где был? - спросил Сехун, нарушая неловкую паузу.
Кай тут же поднял голову, радуясь, что тишина больше не давит на него.
- Я репетировал в танцклассе, - ответил он.
- А остальные?
- ЧанЕль и Кенсу ушли отдыхать после перелёта. А Лухан... - он запнулся. Почему-то ему совсем не хотелось говорить Сехуну о том, что Лухан был с ним. Но врать тоже не хотелось.
- ...был со мной.
Сехуну стоило огромных усилий, чтобы сохранить непроницаемое выражение лица. В то время как его голова чуть ли не взрывалась от непрошенных мыслей о том, что они могли делать вдвоем наедине.
- Понятно, - с таким же безразличным голосом ответил Сехун. - Пойду помогу маме.
Он встал с кровати и вышел с комнаты. Сбежать сейчас - единственный выход, чтобы не показать, как ему больно.
Сехун ревнует и это чувство будто сьедает его изнутри. Потому что он не знает, кого именно ревнует.
Все последние годы он любил Лухана. Восхищался им, боготворил его.
Но в последние дни появился Кай. И это стало началом его разрушения, его моральной гибели. Потому что все слишком... Против него?
Как могло выйти так, что в итоге Лухан и Кай тоже стали друг другу нравиться и что теперь Сехун где-то на обочине.
- С тобой все хорошо, сынок? - мама подошла к нему и приложила ладонь к его лбу. - Температуры вроде нет.
- Мам! - Сехун раздраженно откинул мамину руку - вечно она нянчится с ним как с ребёнком.
- Я волнуюсь, Сехун, - мама обеспокоенно посмотрела ему в глаза. - Ты в последнее время очень странный. С тех пор, как появился Кай, ты...
- Я в туалет, - буркнул Сехун и тут же ушёл, оставив маму с открытым ртом.
Да, все началось с тех пор, как появился Кай. И пора уже с этим заканчивать.
Он уверено вошел в комнату и остановился, как вкопанный, когда увидел, что Кай как раз хотел надеть футболку и стоит перед ним с голым торсом.
Он тут же покраснел и отвернулся. Весь запал, с которым он сюда шёл, куда-то улетучился и теперь перед Каем стоял тот самый неуверенный в себе Сехун, который, как девчонка, смущается голых парней.
Кай усмехнулся, увидев такую сехуновскую реакцию.
- Что случилось? Ты так резко открыл дверь, - насмешливо спросил он, надев на себя футболку. - И можешь уже повернуться.
Сехун с опаской и слишком медленно повернулся, боясь, что Кай его снова обманет, но он заметно расслабился, узрев полностью одетого Кая.
- Я... - все слова, которые он хотел сказать, позабылись и теперь он стоял перед предметом его странных мыслей и не знал, что говорить. - А что, мне нельзя войти в свою комнату?
Кай удивленно изогнул брови, а Сехун подумал о том, что он самый дебильный дебил на земле, если не смог придумать оправдания получше.
- Можешь, конечно, - кивнул Кай, - но делай это чуть менее эпично. Ок?
Он сам же посмеялся над своими словами, плюхаясь на кровать.
Сехун смотрел на него и понял, что не сможет сказать ему то, что собирался сказать. Он не сможет сказать, что он ему надоел и ему пора сваливать.
Потому что это неправда.
Потому что Кай стал его личной радостью. Потому что Кай изменил его, как и хотел. Потому что он теперь от него зависим. Потому что он любит его.
- Ты мне нравишься, Кай, - вдруг выпалил Сехун и испугавшись своих же слов и реакции Кая на них, тут же убежал.
Кай же даже не успел переварить его слова, как и его след простыл.
- Что? - оцепенело спросил он непонятно у кого, когда до него дошёл смысл сказанных младшим слов.
Это слишком, когда двое решают признаться в любви в один день.
- Оппа! - в комнату забежала ХваЕн, от чего Кай испуганно дернулся, чуть не выронив с рук планшет.
- Йааа! Напугала, блин! - он шутливо схватился за сердце.
- Прости, оппа, - мило улыбнулась девушка. - Мама зовёт кушать просто.
- Хорошо, - улыбнулся в ответ Кай. - Сейчас приду.
- А где Сехун, - спросил Кай, сев за стол.
- Не знаем, - ХваЕн уже сидела и жевала рисовый шарик. - Он ушёл, ничего не сказав.
- Ушёл? - отрешенно переспросил Кай.
- Да, - тетя села напротив Кая. - Можешь сказать, что с ним происходит? Мне кажется, что его что-то беспокоит.
Тетя выглядела такой озабоченной, что Каю стало неловко. Он ведь не мог сказать, что её сын просто влюбился. Влюбился в парня. И что этот парень именно он.
- Я... Даже не знаю...
- Может, он влюбился? - вставила ХваЕн.
- Влюбился? - тетя, казалось, была очень удивлена тому факту, что её замкнутый сын Сехун мог взять и влюбиться.
Кай тоже просительно посмотрел на ХваЕн, но та будто не видела его сигналов.
- По мне, это слишком очевидно, - самодовольно продолжала ХваЕн.
- Но в кого он мог влюбиться? - растерянно спросила тетя.
- Думаю, и это довольно очевидно, - ухмыльнулась младшая, многозначительно глядя на Кая.
- В Кая? - догадалась тетя и Каю вдруг захотелось сгореть дотла. Лишь бы не испытывать этого смущения и стыда. - Но ему же нравился другой мальчик.
От такого заявления Кай вообще впал в ступор.
То есть, все это время тетя знала, что её сыну нравятся парни? Более того, она знала даже, кто именно ему нравится. И она не против?
Сам Кай ни за что не признается своим родителям в том, что он гей, потому что его отец этого не перенесёт. А маму хватит сердечный приступ.
- Вы знали? - аппетит у Кая совершено пропал.
- Да, уже давно. Я знаю все о своих детях. Во всяком случае, стараюсь...
- Понятно, - пробормотал Кай, все ещё прибывая в шоке.
- Неудивительно, что он влюбился в тебя, Чонин, - вдруг сказала тетя и тепло улыбнулась. - Ты очень хороший парень.
Какой-то странный день, подумал Чонин. Очень странный...
- Я не думаю, что такой уж хороший... - неловко ответил он. - Спасибо, тетя.
Последующие два часа Кай старался разобраться со своими мыслями и чувствами, которые никак не желали пониматься.
В один момент он вдруг понял, что уже десятый час ночи, а Сехуна по-прежнему нет дома.
Непонятное беспокойство охватило его и он взял в руки телефон.
"Аппарат вызываемого абонента выключен или..."
Кай чертыхнулся и снова сел.
Раздался стук в дверь, а затем в комнату аккуратно вошла тетя.
- Чонин, я звоню Сехуну, но его телефон выключен. - Что делать? Я очень волнуюсь, ведь уже поздно...
- Да, я тоже звонил, - кивнул Кай. - Не беспокойтесь, я найду его.
Он встал с места и, взяв куртку, выбежал с дома.
Первоначальный азарт сыщика пропал тогда, когда, обежав два ближайших квартала, он так и не нашёл Сехуна.
Кай понял, что сделать это будет довольно сложно. А телефон младшего по-прежнему выключен.
Чувство тревоги заметно усилилось.
Спустя час безуспешных поисков Кай выдохся. Он присел на ближайшую скамейку, пытаясь отдышаться. Он очень устал.
Ему совершенно не приходило в голову, где мог быть Сехун.
Ему до жути хотелось пить, а потому он решил сперва набраться сил.
Ближайший супермаркет оказался в десяти минутах ходьбы, что вывело Кая из себя. Жажда и усталость давали о себе знать раздражённостью. Он вдруг ощутил прилив злости на Сехуна, из-за которого он и вынужден скитаться так поздно ночью по улицам.
Капля упала на его руку и он недоуменно поднял голову вверх. Тут же ещё одна капля упала на его щёку. А уже через две минуты начался ливень, который довольно частое явление для их местности. И который был сейчас так некстати...
- Черт тебя дери, О Сехун!
- Вы его рожу видели? Как кирпич, - Кай обернулся на дикий хохот четырёх парней, которые шли ему на встречу. Они были явно выпившие.
Ввязываться в проблемы Каю сейчас не хотелось, а потому он спрятался за угол ближайшего здания.
- Смотрел на меня так, будто в душу заглядывал, - продолжал все тот же толстяк, делая глоток соджу.
- Что ты не несёшь, Гон! - усмехнулся самый тощий из них. - У тебя-то и души нет, чтобы туда заглядывать.
Снова раздался ржач, от которого Кай поёжился.
- Носит же земля придурков, - шёпотом сказал он и покачал головой.
- Ну хоть бабки сразу отдал, - третий, самый трезвый на вид, пересчитывал деньги, - всего лишь десять тысяч с половиной вон, блин. Выглядел вроде побогаче, - фыркнул он.
- Так он и не сразу отдал, - снова вмешался толстяк. - Пару раз пришлось вмазать, когда он телефон не хотел отдавать. Тогда-то и отдал как миленький.
Он достал с кармана грязной куртки телефон.
В первую секунду Кай не сразу понял, что вызвало у него неприятные мурашки по телу. Но позже он осознал, что брелок "Адидас" висел именно на телефоне Сехуна.
"Сехун!" - в голове тут же всплыли картинки, где Сехун лежит в луже грязи и собственной крови.
Забыв о прикрытии, Кай выбежал из-за угла и ринулся в сторону поворота, откуда вышли четверо ублюдков.
Из-за дождя он постоянно поскальзывался, и пару раз даже упал, но все же добежал до переулка, где сразу же наткнулся взгядом на лежащее на земле тело.
- Сехун! - Кай бросился к нему и упал перед ним на колени.
Сехун лежал на боку, поджав ноги к себе от холода. Он весь дрожал и стучал зубами, так как лёгкая куртка, промокшая насквозь, уже давно перестала согревать.
На его скуле красовался свежий кровоподтёк, при виде которого Каю захотелось вернуться и избить толстяка до полусмерти.
- Сехун, - Кай поднял его и облокотил о грязную стену. Он снял с себя куртку и накинул её на Сехуна. - Что произошло?
- О...о...они, - корчась от боли, начал отвечать младший, забрали телефон и деньги...
- Да, я знаю. Почему ты не убежал?
- Я не успел... - поникшим голосом ответил Сехун.
Сердце Кая сжалось от обиды и жалости к этому бедному парню, которому вечно достаётся.
Сехун вздрогнул, когда он неожиданно оказался в тёплых объятиях Кая, который прижимал его к себе так крепко, что младшему не хватало воздуха.
- Кай...
- Почему ты такой? Почему ты все время принимаешь судьбу, какой бы жестокой она с тобой не была!? Почему ты все время вызываешь жалость? Ты такой слабый?
Сехун не мог поднять глаза, потому что он понимал, что Кай прав. Ему и самому было больно от того, что он такой бессильный, от того, что у него нет воли сопротивляться. Ему было привычно мириться с таким положением, где он - жертва судьбы. Судьбы, которой очень по нраву над ним издеваться. Ему всегда казалось, что ему нет смысла бороться за себя, что он все равно не справится...
- Я знаю, что я ущербный, - тихо сказал он, найдя в себе силы поднять взгляд на Кая. - Знаю, что слишком слабый для этого мира. Я даже для того, чтобы любить, слабый.
Слезы смешиваются с дождем. И все равно щеки горят, причиняя боль. И это самая малая боль, которую сейчас испытывает Сехун. Эта боль не заглушит душевную.
- Ты просто привык так жить, понимаешь? - Кай зол и он совсем не намерен сдерживать свою злость.
- Это жизнь ко мне слишком жестока. Это ты ничего не понимаешь! Тебе хорошо, у тебя есть все и ты счастлив. А я нет! У меня ничего нет!
Сехун вырывается из объятий Кая и смотрит на него волком. Ему совсем не понятно, почему Кай решил выговориться именно сейчас, когда ему итак плохо.
- Плохая жизнь - это не стечение обстоятельств. А наша собственная слабость. Это не жизнь к тебе несправедлива. Это ты сам привык быть побеждённым.
- Ты Сократ? Как это мудро, черт возьми! - разозленно выпалил Сехун. - Думаешь, самый умный? Думаешь, тебе все можно? Не думай так, потому что в жизни не бывает всегда хорошо! В жизни вообще хорошо не бывает.
- Сехун, - Кай растерянно смотрел на младшего, который начал рыдать в голос, не скрывая своих эмоций.
- Это все из-за тебя. Я окончательно сломался из-за тебя! В моей никчёмной жизни появился ты и все стало ещё хуже.
- О чем ты? - Каю становилось не по себе в присутствии такого Сехуна.
- Я всегда любил Лухана, - мрачно начал Сехун. - Как только созрел для любви, влюбился именно в него. Но он... Он меня не замечал. Или, что ещё хуже, просто задирал. А ещё его друзья меня всегда били. Тао тоже любит его и за каждое слово, брошенное Луханом в мой адрес, расплачивался я же. Потому что Тао думал, что это знак его внимания к моей персоне. Придурок! Лухан никогда не видел во мне того, кого можно полюбить.
Он выдержал короткую паузу и поднял голову, глядя прямо в глаза Каю. Дождь мешал ему, но он упорно не отводил взгляда.
- Но все стало хуже, когда вдруг появился ты... Ты увёл его у меня. Я видел, как Лухан смотрел на тебя. И моё сердце разбилось тогда, когда я понял, что он влюбился в тебя. Ты понимаешь, как это больно? Конечно, нет... Я думал, что смогу ненавидеть тебя, помня эту боль, которую я вынужден испытывать из-за тебя. Но я не смог. Потому что сам влюбился в тебя. И ненавидеть мне пришлось уже себя. С каждым днём я понимал, что влюбляюсь в тебя сильнее. Но ведь всегда есть Лухан. Лухан, который стал нравиться тебе. Конечно... Как же может Лухан кому-то не нравиться? Это невозможно. И ты тоже попался на его удочку. Что вы делали в танцклассе вдвоём? Неужели просто танцевали? Пф, кто в это поверит!
- Сехун...
Кай серьезно смотрел на него. От таких откровений блондина у него разболелась голова.
- Скажи мне правду, Кай, - просит Сехун, умоляюще глядя на старшего. - Скажи мне, что вас связывает. Я все пойму, не бойся причинить мне боль. Я уже привык к ней...
- Он признался мне в любви, - чётко сказал Кай.
Сехун запнулся и чуть не подавился воздухом. В отличие от него у Лухана нашлась смелость признаться Каю. Он сделал это первым. Сехун не успел.
Он опустил взгляд и горько усмехнулся. Затем встал, опираясь о стену и постарался не упасть, игнорируя острую боль в животе, куда пришелся удар толстяка.
- Совет вам да любовь.
Он сделал неуверенный шаг в сторону выхода из переулка, повернувшись к Каю спиной.
- Я сказал ему, что дома меня ждёт кое-кто. Тот, которого я хотел изменить, но который сам незаметно изменил меня. Тот, который нарисовал меня с ухмылкой на губах. Тот, поцелуй с которым мне очень понравился. Тот, который заставил меня влюбиться в него. Тот, кого зовут О Сехун.
Сехун замер на месте. Его глаза расширились от удивления, а сердце бешено забилось в волнении.
Спустя мгновение он ощутил, как Кай обнял его со спины и прижался к нему.
- Я люблю тебя, Сехун, - прошептал Кай ему в шею. - Люблю очень сильно. Твоя жизнь больше не будет такой несчастной. Потому что я сделаю тебя счастливым.
- Постарайся, Ким Чонин, потому что я тоже тебя люблю, - Сехун развернулся в объятиях Кая и сам обнял его за шею, плача на этот раз от радости, забыв о боли.
Потому что любая боль теперь незначительна.