Жизнь на льду: когда любовь становится игрой (Егор Крид) [ЗАВЕРШЕН]

Я просидела в своей комнате целую неделю, как заточенная в тёмной клетке. Комната была тихой, только звуки улицы доносились иногда сквозь окно, но я их игнорировала. Папа пытался изо всех сил поднять мне настроение. Каждый день он приносил что-то вкусное — печенье, шоколад, даже мороженое. Я смотрела на эти лакомства, но живот словно был заполнен камнем, и ни разу не коснулась их.

Он взял недельный отпуск, чтобы быть рядом со мной, но я не знала, как его радовать — не могла даже обнять. Мой мир сжался до размеров этой комнаты, а отчаяние охватило меня так сильно, что я не хотела ни с кем общаться. Андрей звонил, писал, но я всё игнорировала, словно он стал призраком из моего прошлого. Даже команда пыталась выйти на связь, но сообщения пролетали мимо меня, как легкий ветерок.

Егор не оставлял попыток. Он писал, пытался позвонить, но каждый раз я не могла заставить себя ответить. Я чувствовала себя убитой горем и была уверена, что никто не сможет понять, что со мной происходит. Даже я не до конца осознавала почему у меня такое состояние, ведь я поступала намного хуже с Андреем с самого начала. Ведь мне это просто вернулось бумерангом, а мне неприятно. Но все же его слова ранили меня, смысл было начинать отношения, если человек не уверен в чувствах. О каком доверии тогда может идти речь?

В один из дней, когда не оставалось сил даже думать, я услышала, как в дверь позвонили. Это был Андрей. Я притаилась, слушая разговор за дверью. Папа открыл дверь, и его голос звучал решительно. Он отчитал Андрея за то, что тот пришёл, как будто это могло что-то изменить. Я сама не знала, что чувствую — злость на Андрея за то, что он пришёл, и одновременно желание, чтобы он остался, чтобы его голос снова наполнил пространство в моей комнате. Это была война внутри меня, а снаружи — тишина, которая ненавидела любое движение, даже мысли о том, чтобы выйти и встретиться с ними.

Услышав шаги за дверью, которые направлялись ко мне, я тут же села обратно на кровать и приняла непринужденную позу. Стук в дверь.

— Стеш, можно войти? — произнес Андрей через дверь.

Моя душа сжимается. Пауза затягивается. Я молчу. Мое сердце бьется так громко, что кажется, он слышит его за дверью. Как я хочу, чтобы никакого «войти» не было. Но всё равно его голос продолжает звучать:

— Я... Я хотел бы извиниться... За свои слова... За весь этот путь в Дубай.

Словно тысячи острых сквозняков пронизывают меня от его слов. Вспоминаю те моменты, когда радость смешивалась с горечью, когда мы были вместе, и сразу же... потускнели воспоминания о его упреках, о том, как легко он ранил мои чувства. Я обхватываю плечи руками, как будто пытаюсь защитить себя от очередной тирады.

— Стефания, мне очень жаль... Я не хотел, чтобы так вышло. — продолжает парень.

Его извинения звучат искренне, но они уже не имеют той силы, что раньше. Сердце моё кровью обливается, но мысли крутятся. «Стоит ли опять прощать? Не повторится ли всё? Кто сказал, что он изменится?» Я медленно поднимаю руку к двери, словно собираясь открыть, но задерживаюсь.

— Я просто... не знаю, что и думать.

Пауза. Мне кажется, что он ждет ответа, как капля дождя, готовая упасть.

— Пожалуйста, открой. Я не могу так. Мне нужно, чтобы ты знала, как мне больно от того, что произошло.

Андрей пытается проникнуть в мою душу через дверь, но я не уверена, что хочу его впустить. Я закрыла глаза, прислушиваясь к своим эмоциям. «Почему я всё еще держу его в сердце?». Ванильный запах нашего путешествия сказывается на воспоминаниях, и я всё больше запутываюсь в своих чувствах.

— Молчать сейчас - это тоже ответ, Стефания. Я просто... хочу, чтобы ты знала, что я скучаю по тебе.

Слова его как бы окутывают меня, и я не знаю, что сделать. В середине я стою на краю пропасти. «Если отпущу — упаду... Если не отпущу — останусь в плену».

Я прижалась спиной к двери, чувствуя, как сердце колотится в груди, словно пытаясь вырваться наружу. Я глубоко вдохнула и попыталась успокоить себя, но его голос продолжает звучать в моих ушах, вызывая волнение и страх.

— Ты должна знать, что я понимаю. Я понимаю, что ошибся, — говорит он, и я вижу его бледный, взволнованный взгляд через дверное стекло. — Я был эгоистом. Я никогда не хотел тебя обидеть.

В эти слова я чувствую искренность, и это пугает меня ещё больше. «Почему сейчас? Почему я не могу просто забыть?» Внутри снова начинается борьба. Я хочу его простить, но этот страх повторного предательства удерживает меня. Я всё еще помню те моменты его злости и упреков, когда ничто не было достаточно хорошим.

— Стефания, пожалуйста... — продолжает он, и в его голосе слышится легкое дрожание. — Я готов сделать всё, чтобы всё исправить. Хочу, чтобы у нас снова всё было, как раньше.

Моё сердце заходит в тупик. Воспоминания о том, как мы смеялись, гуляли по пляжам Дубая, переполненные радостью и счастьем, противоречат тому, что произошло после. Как же мне хотелось вернуться в тот момент, когда я была свободна от сомнений и боли. А теперь я сомневаюсь, не могу доверять ему, даже если он искренен.

— Зачем мне снова открываться? — в общем-то, шептала я, но он слышит.

— Я знаю, что это сложно. Но ты ведь не одна, мы вместе. Я всё ещё верю в нас.

Я закрыла глаза, крепко сжимая кулаки. Комната кажется слишком тесной, и я почувствовала себя загнанной в угол. Его слова, словно терновый куст, колют меня и приносят боль.

— То, что было, — это не просто слова, Андрей. Это чувства, это раны.

Некоторое время повисает молчание. Я слышу, как он вздыхает, и в этом звуке заключена тяжесть осознания.

— Я готов подождать. Столько, сколько нужно. Но, пожалуйста, дай мне шанс, чтобы всё исправить, — наконец говорит он.

Я глубоко вздыхаю и медленно отхожу от двери. Меня охватывает желание открыть её, внезапный порыв надежды на то, что, возможно, мы сможем всё исправить. Но в то же время меня сковывает страх.

— Я... не знаю, Андрей. Это слишком сложно.

— Я понимаю. Но как только ты будешь готова, я буду здесь.

Эти слова остаются со мной, как обещание. Я чувствую, что он по-прежнему верит, что в нем еще есть свет для нас. На мгновение я боюсь, что готова отпустить свою защиту, но вдруг понимаю, что сейчас всё зависит от меня. Решение принято, но шаг вперед требует времени. Я остаюсь в комнате, раздираемая противоречиями, и, наконец, закрываю глаза, позволяя эмоциям захлестнуть меня.

На этот раз я не скажу, что простила. но, может быть, смогу открыть ему дверь... когда-нибудь.

Я осталась на полу, прислонившись спиной к двери, словно она может защитить меня от всего, что происходит в моей голове. Андрей уже сказал свои последние слова — он говорил о том, как он готов ждать, как он все осознал, но я лишь слышала гул их звучания. Я чувствовала, как он уходит, как его шаги затихают, замещая меня пустотой — разрывающей, обжигающей.

Как только его присутствие покинуло пространство, комната кажется еще более безжизненной. Словно времени не существует — только я, мои мысли и страхи. Я решилась взять в руки телефон. Мне нужно отвлечься, узнать, чем сейчас живу я — вечно теряющаяся между двумя мирами.

С трепетом открываю переписку с Егором. Мой голос, далекий от привычного, начинает шептать его сообщения.

— "Стефания, я уже приземлился. Как ты? Напиши мне, пожалуйста."

— "Скучаю по тебе. Жду твоих новостей."

— "Всё ли хорошо? Надеюсь, ты не забыла про меня."

— "Ты не отвечаешь. Я волнуюсь."

— "Сегодня был у моря. Мы были бы счастливы вместе... скажи хоть слово."

— "Я не могу спать. Думаю о тебе каждую ночь."

— "Пожалуйста, дай знать, что с тобой всё в порядке."

— "Сегодня прошел мимо твоего дома, у тебя включен свет . Так сильно не хватает твоего смеха."

С каждым прочитанным сообщением грудь сжимается всё сильнее. В его словах — надежда, ожидание и любовь. Я почувствовала, как слезы подступают к глазам. Егор искал меня, переживал, ждал, а я...

Вдруг я ощутила резкое желание действовать. Поднявшись с пола, стараясь словно сбросить с себя тяжесть, я подошла к окну и лицезрела, как Андрей, сделав несколько шагов, сел в свою машину. Он уходит. Я больше не хочу оставаться здесь, между этими двумя мирами.

Дождавшись, когда его автомобиль уходит из поля зрения, я решительно вышла из комнаты. На столе стоит букет цветов — они совсем неактуальны сейчас для меня, но шепчут о том, что Андрей когда-то хотел сделать для меня. Даже не посмотрев на них, мой шаг ускоряется в сторону кухни, где папа, наклонившись над чашкой, трактует свои мысли.

— Стеф, куда ты? — спрашивает он, отрываясь от своих размышлений.

— Скоро вернусь, — ответила я, не останавливаясь, будто это просьба, а не объяснение.

Я выбегаю из дома и останавливаюсь на улице. Вокруг все кажется серым и холодным, но внутри — огонь решимости. Мое сердце колотится от нетерпения, когда я сажусь в ожиданное такси.

— Лефортово, — говорю водителю, — К Егору... — шёпотом проговорила я и пока машина трогается, я закрыла глаза, представляя, как вновь увижу его лицо и услышу его голос.