Воспоминание 13
С тех пор мы стали созваниваться раз в неделю. Никогда раньше я не чувствовала себя настолько понятой и услышанной. Каждая встреча с Татьяной становилась для меня чем-то вроде маленького чуда, словно подарок, посланный свыше. Я помнила, как когда-то давно ответила Иззи на её сообщение всего лишь смайликом, даже не представляя, к чему это приведёт. Мне хотелось написать ей огромное письмо благодарности, расписать всё, что изменилось внутри меня, но что-то каждый раз останавливало. «Может быть, позже», — убеждала я себя.
Иногда мне казалось, что именно эти сессии стали смыслом моей жизни. Лекции по психологии, которые раньше зажигали во мне интерес, перестали трогать так сильно, как полтора часа разговора с ней. Бывало, что мы встречались дважды в неделю, если у неё появлялось свободное окошко, а моя внутренняя нужда выговориться становилась слишком острой.
Я стала чаще звонить родителям, живущим в другом городе. После сессий с Татьяной я словно открывала в себе новое понимание к тем, кто никогда не мог до конца понять меня. Я даже думала устроиться на подработку, лишь бы позволить себе больше встреч, но совмещать и так загруженную учёбу с этим было почти невозможно.
И вот, незаметно подкралась зима. Воздух стал свежим и колючим, деревья стояли голыми, улицы блестели после моросящих дождей. Но впервые за всю холодную пору я ощущала тепло внутри себя. Будто этот маленький островок понимания, который я обрела, стал для меня источником света, способного согревать даже в самую тёмную ночь.
В один день я решила прогуляться в парке, чтобы хоть немного проветрить голову после учёбы. Первые настоящие зимние дни всегда имели особый аромат. Воздух был свежим, в нём витал запах дыма из труб. Снег ещё не успел укрыть всё толстым слоем, но лёгкая белая пелена уже лежала на ветвях деревьев, искрилась на фонарях и светилась под шагами детей, которые с восторгом катались с небольшой горки.
Я остановилась. Звуки их смеха, звонкие возгласы, следы на снегу – всё это почему-то задевало меня глубже, чем обычно. Я смотрела, как они несутся вниз на ярких пластиковых санках, визжат от радости, и вдруг перед глазами всё расплылось, и мир вокруг начал меняться. Современные санки растворились в памяти, и на их месте встали другие. Тяжёлые деревянные, с железными полозьями, что блестели в морозном воздухе.
Я вспомнила, как в той жизни мы были детьми, и жили в одном дворе. Зимы тогда были снежными, морозными, и каждый день казался праздником. Мы собирались всей ребятнёй, хватали свои простые санки и бежали наперегонки к ближайшей горке. Кто первый заберётся наверх? Кто дальше прокатится? Снег скрипел под сапогами, дыхание вырывалось облачками пара, щеки горели так, что казалось они вот-вот лопнут от жара.
Мы смеялись до слёз. Но иногда наступали короткие паузы. Та странная тишина, что затягивалась чуть дольше обычного. В такие минуты мы украдкой смотрели друг на друга и быстро отводили глаза, смущаясь, хотя сами не до конца понимали, почему сердце вдруг начинало биться так быстро.
Но время шло, и мы росли. Хоть я и была уже девушкой, которой подобало вести себя сдержанно, мы всё равно возвращались к нашей любимой горке. Теперь уже далеко от города, где никто не осудил бы «ребячество». Там, на холме, нас всегда ждала самая гладкая и длинная дорожка для скатывания.
Я помню один день особенно ясно. Мы решили скатиться одновременно, каждый на своих санках. Снег был хрустким, небо чистым и морозным. Мы оттолкнулись в один миг, и ветер свистел в ушах, когда мы мчались вниз, смеясь, осыпая друг друга снежной пылью. Но внизу мы не разъехались, врезались друг в друга с грохотом, санки опрокинулись, и мы повалились в сугроб.
Мы не встали сразу, нет. Мы остались лежать рядом, глядя друг на друга, будто время остановилось. Наши щеки были пунцовыми, от мороза или от смущения, я так и не поняла. Сердце билось так громко, что казалось, его слышно в тишине зимнего леса. Ты смотрел на меня так, словно перед тобой была зимняя королева, и я вся пылала внутри от этого взгляда. А потом ты, не спросив разрешения, наклонился и поцеловал меня. Мир вокруг был холодным, снежным и безмолвным. Но с тобой всегда было так тепло.