Глава 13.
Мы уже в его доме. Что было вокруг нас не волновало, сейчас мы были заняты поцелуем. Наши языки сплетались во едино, иногда мы задерживали этот поцелуй, а иногда отстранялись причмокивая губы друг друга.
Феликс куда-то откинул ключи, которыми только что пытался открыть дверь и принялся снимать поскорее с себя одежду. Услышав некий рык в губы, я ухмыльнулся.
Пуговица. Некая пуговица взбесила это солнышко. Отстранившись от его губ, я наклонил свою голову и положил свои пальцы на эту самую пуговицу. Пока я растегивал его рубашку, он обвил руками мою шею и встав немного на носочки чмокнул мой лоб, начал зарываться в мои волосы, вдыхая их аромат.
Покончив с рубашкой я вернулся к Феликсу. Начав целовать его шею и оставлять на ней засосы, послышался под ухом сладкий и такой неимоверный стон. Ах, именно таким я себе его представлял.
— Хёнджина.. Джинни..— я сейчас кончу нахрен.
—Тихо, мне ещё пока рано.— грубым голосом прошептал я и сняв с себя одежду кинул ее куда-то подальше. Сейчас нам это все не нужно. Лишь мы. Наши тела.
***
Скрип кровати. Громкие шлепки раздаются по всей комнате, как и наши стоны. Все остальные элементы одежды на полу, как и смазка, которая уже нам давно не нужна. Жарко. Очень жарко.
— Джинни..— голос задрожал, что-то случилось?
— Что?!—грубо, но что поделаешь.
—Помедленнее, пожа..—не успел он договорить, как из его сладкого ротика выпустился болезненный стон. Начав помедленнее двигаться, я начал лишь слышать только приятные стоны. Спустившись к его шее, облизнув его шею своим язычком, я на этом месте оставил яркий засос. Даже зубки остались.Чувствую, завтра меня за это прибьют на месте.
—Ты слишком уж сладкий у меня.— проговорил я, не переставая двигаться. Феликс изогнулся и замычав сделал ещё один стон. Именно этим стоном я наслаждался. Он грубый, но в то же время и нежный. Умереть можно.—Любимый, прекрасный и такой замечательный. Ты— моя любовь.
Затянув его в нежный и страстный поцелуй, я закрыл глаза и будто бы начал покидать свой разум. Каждый наш поцелуй с каждым разом, все прекраснее и прекраснее. Будто мне стёрли память и я снова чувствую его прекрасные губы,язык, который проникает в мой рот.
Вдруг, этот мелкий гаденыш укусил мою губу. Почувствовав вкус металла, я ухмыльнулся и произнес.
—Поиграться захотел?—говорил я, прислонив лоб к его лбу.
—Не останавливайся, придурок.—облизнув мой нос, ухмыльнулся он. Хах, гаденыш мелкий.
***
Время три часа ночи. Пот так и окутывал меня и Феликса. Оба мы были уже без сил. Оба уже хотели это закончить и провалиться в сон.
Простыня сжималась в маленьких кулачках Ёнбока, наши стоны так и разлетались по всей комнате или даже квартире. Последние быстрые и резкие толчки (ритмичные движения, резкие толчки.. хах) и вот, наконец мы закончили это. Мы оба кончили. Чмокнув Феликса в губы мы на мгновение сразу же уснули.
~ Author ~
Утро. Первым кто проснулся из наших героев, был Феликс. Глаза слипались, не хотелось подниматься с кровати, хотелось повернуться на другой бок и продолжить спать, но боль в пояснице да и в целом во всем теле не давала.
Приняв сидячее положение, он хотел уже было вскрикнуть от боли, но повернув голову в сторону, он увидел Хёнджина,который в свою очередь умиротворенно спал. Глубоко вздохнув, он ели как смог встать и пойти в душ. Охлаждающий душ не помешал бы сейчас.
Маленькие и холодные капли стекали по его идеальному телу. Перед глазами всплывали картинки с их ночи. Феликс улыбнулся. Он уже и забыл этого. Давно, очень давно он не занимался с ним. Издав короткий смешок он закрыл ладонями лицо и начал уже смеяться во всю. Что с ним такое? Этот смех не был каким-то простым. Он был.. истерический? Да, именно. Именно такой.
По его щекам лились слезы. Слезы счастья и боли. Не физической, а моральной боли. Было больно сейчас вспоминать прошлое.
— Почему? Почему?!—уже переходя на крик, истерил младший.
Слезы так и не прекращались литься. Перед глазами всплывали теперь разные воспоминания из прошлого. Бесит. Он ведь только начал забывать его.
Отключив воду, юноша вышел из душа и подойдя к зеркалу, начал одеваться. Посмотрев на свое отражение, он увидел засосы. А именно его смутил тот, на котором был так сказать, укус.
Тяжело вздохнув, Феликс не придал этому особого внимания и продолжил одеваться.
Пойдя на кухню, он наконец увидел свой любимый бардак на ней.
— Надо бы прибраться здесь немного.— сказав самому себе, он взял тряпку и начал прибираться.
Прошло пятнадцать минут, на кухне стало намного чище и поэтому вытерев последний шкафчик принялся за готовку. Приготовить он решил что-то лёгкое. Может сырники? Да, они довольно хорошо получаются у младшего.
Заведя тесто для них, он принялся их жарить. Как и всегда, они получались у него прекрасно. Феликс улыбнулся. Взяв один и откусив его, он замычал от удовольствия. Не хватает музыки, хоть и тихой, но все же. Ее не хватает.
Вдруг кто-то сзади подошёл и ртом отхватил из рук Феликса сырник. Это был одетый Хёнджин, который по всей видимости, только проснулся.
— Как всегда вкусно.— прожевав и поцеловав его в щеку, сказал Хёнджин.
—Ты в сегодня на работу?— Господи, правда, как женатая парочка.
— Нет, сегодня дома.
Поцеловав того в лоб, Хёнджин пошел в душ. Включив теплую воду в голове всплывали воспоминания с ночи. Было очень охуенно. Хёнджин вышел буквально через двадцать минут. Почему ему казалось, что все прикосновения так знакомы? Эти стоны, то когда он делал засосы.. все это, будто такое знакомое, родное.
Посмотрев на свое отражение в зеркале, Хёнджин тоже увидел засосы на своей шее. Только он задавался вопросом, когда этот гаденыш успел? Повернувшись и посмотрев на спину, там он обнаружил большинство так и больших, так и маленьких царапин. Они так неимоверно болят.
—Сука, одежду забыл.
Приоткрыв дверь, Хёнджин выкрикнул Феликсу, чтобы он принес ему одежды. Тот услышал и побрел в сторону комнаты. Прошло минут пять, и вот, стучится в дверь Феликс.
—Короче, эти штаны..- открыв дверь, на взор Феликса открылся Хёнджин с полотенцем на бедрах. С его кончиков волос стекали капельки, которые перемещались на мускулистые плечи Хёна.
Феликс не мог оторвать от него своего взгляда. Он так и манил. Хван ухмыльнулся.
Наклонившись к блондину, брюнет с ухмылкой на лице взял в одну руку вещи, а в другую захватил талию младшего прижимая к себе. Отложив вещи старший принялся снимать одежду с младшего.
—Джинни, но ведь сейчас все остынет..— не переставая смотреть на Хёнджина, тихо произнёс Феликс.
— Еда подождёт, я могу ее хоть холодную есть. Главное, что оно приготовленное твоими руками.
Феликс улыбнулся и обхватив руками шею старшего, затянул его в нежный поцелуй.