Глава 46
Асмодей отнес меня в комнату, бережно, словно я какая-то хрупкая вещь и вот-вот рассыплюсь, положил на кровать. Потревоженная его действиями, я открыла глаза. Как бы я не устала, но в таком виде точно не буду спать. Мне срочно нужно привести себя в порядок. Его взгляд, полный жалости и любви, с которым он смотрит на меня, мне не нравиться. Я должна внушать ему по крайней мере восхищение.
- Ламия там, внизу,- охрипшим от переживаний голосом пробормотала я.
Асмодей услышал меня. Его взгляд тут же стал жестким и полным ярости. Кажется кому-то ой как не поздоровится. Поцеловав меня в губы, он быстро покинул мою комнату. Ему не терпелось разобраться с ней. Пусть спешит, но там внизу его ждет разочарование. Я сама разобралась с обидчицей. Улыбаюсь краешком губ.
В комнату забегают какие-то существа и останавливаются в нерешительности. Кажется я догадываюсь, кто их ко мне прислал.
- Принесите мне еды. И можете быть свободны. Вы мне больше будете не нужны, - говорю величественно, словно я их королева.
С легким поклоном, они уходят выполнять мое поручение. Эта власть начинает мне нравится. Встаю с кровати и подхожу к зеркалу. Внимательно рассматриваю себя. Что со мной стало? Это просто ужас. Грязные колтуны на голове вместо моих роскошных рыжих волос. Неестественно бледная кожа, которая местами проглядывает из под толстого слоя грязи. И огромные, почти в половину лица, глаза. Эти глаза меня пугают. В них затаилось что-то мне совсем незнакомое, новое, темное. Раздавшийся стук в дверь, отвлек меня от моего занятия. Существа, робко зашли вместе с подносами с едой. Поставив их на стол, они замерли в ожидание нового приказа. Я кивнула головой, показывая, что они могут быть свободны.
Как только они ушли, я пошла в ванную комнату. Мне безумно хотелось смыть с себя все. Скинув с себя грязные лохмотья, я встала под горячие струи воды. Опустив голову, я видела как стекает с меня грязь и образовывает подо мной грязную лужу. Взяв в руку мыло, я с ожесточением начала намыливать все тело. Мне нужно смыть с себя все: грязь, усталость,сомнения... Все то, что накопилось за столь длительное время , что я была в той ужасной тюрьме.
Через некоторое время, я вышла из ванной комнаты, обмотанная полотенцем. Кожа, слегка покрасневшая от растирания, светилась чистотой. Влажные волосы водопадом спускались на плечи. Как же это приятно ощущать себя чистой, словно я заново родилась.
Я прошла мимо стола, уставленного едой. Есть мне совсем не хотелось. Даже аромат, исходивший от нее, не вызывал во мне желания хоть что-то съесть. Каким то внутренним чутьем, я знала что мне нужно что-то другое. Какая-то новая жажда зарождалась внутри меня. Тряхнув головой, отгоняя все мысли, я подошла к кровати. Сейчас мне меньше всего хочется думать о чем-то. Мне нужно отдохнуть. Нужно прийти в себя от всего случившегося. Скинув грязное одеяло с кровати, на котором я лежала до этого, я присела, а затем и вовсе легла. Утомленная событиями дня и закрыв уставшие глаза, я уснула.
***
Проснулась я от ощущения, что в комнате кто-то есть. Так и есть. Асмодей сидит рядом и рассматривает меня спящую.
- Уже не вызываю жалости? - говорю я, открыв заспанные глаза.
- Ты прекрасна, - только и смог сказать Асмодей.
По мере того, как его взгляд скользил по моему телу, я видела как его глаза разгораются все больше и больше. Восхищение, любовь, желание все смешалось в этих чертовски привлекательных глазах. Румянец стал заливать мое лицо. Я стала совсем пунцовой от его откровенного взгляда. Облизав пересохшие губы, я часто задышала. Этот мужчина очень сильно меня волнует. От него исходит какая-то притягательная сила, сводящая меня с ума.
- Кажется я предупреждал тебя, не делать этого,- сказал он, внезапно охрипшим голосом.
- Что с ламией? - спрашиваю таким же охрипшим голосом, отводя от него свой взгляд. Я помню о чем он говорит и поэтому мне нужно отвлечь его, иначе что-то случится. И я больше не смогу сдерживать себя.
- Черт с ней. Ее там не оказалось, если она там вообще была...- говорит он, наклоняясь ко мне.
Что он имеет ввиду, говоря это? Он что думает, что я все придумала? Что я сумасшедшая?
Но он не дает мне разразится гневной тирадой. Он накрывает мои губы своими губами. Поцелуй, словно раскаленный металл, обжигает меня, заставляя забыть обо всем. Словно в тумане, тянусь к нему навстречу и отвечаю на его поцелуй. Мои губы жаждут его поцелуев. Снова и снова целую его, словно я обезвоженный путник в пустыне, наконец дошедший до оазиса и добравшийся до воды, никак не могу напиться. Мои руки обвивают его шею и притягивают к себе. Что за безумие? Что я делаю? Но не успеваю дальше ни о чем подумать, его горячие руки нежно ласкающие мое тело, заставляют меня прижаться к нему как можно сильнее. Мне отчаянно хочется раствориться в нем, ощутить сполна его любовь, от которой я так долго убегала...
***
(От автора)
Совсем неподалеку, в заброшенной хижине, на скромной кровати лежала ламия. Она была без сознания. Ее пульс то начинал биться, заставляя ее метаться в горячей агонии, то вновь замирал. Лекарь, что находился рядом, терялся в догадках, не зная как помочь ей и вывести из этого состояния. Найдя ее случайно в том подземелье, решил, что она мертва и хотел ее похоронить. Но взяв ее на руки, он почувствовал едва заметное движение и решил спасти ее.