Глава 29
Дни, десяток дней тянулись медленно—каждый день забирал у тебя часть себя.
Слышали ли вы о аутофобии? Патологическая боязнь одиночества, хроническая, и от неё не избавится. Люди готовы цепляться за самых отвратительных людей, чтобы только не быть одному.
У тебя было, что-то противоположенное. Спустя столько времени, ты ощутила себя пустой за ужином. Самым обычным ужином. Смешки, разговоры и мелкая ругань. Но ты с силой выдавливала улыбку, а как только подносила вилку ко рту, то ком тошноты наступал на горло. Будто тебя обесточили от крови. И никого не существует.
Даже тебя.
Что-то возвращает тебя в холодные каменные стены. Бесконечный холод. Кажется, он следовал за тобой с самого рождения. И не ты одна это замечала.
Ты постукивала пальцами по столу. Блюдо с мясом и пастой не вызывало никакого аппетита. Наоборот, порывало наблевать. Ты молчала. Просто смотрела остекленевшими глазами, не замечая, чего-то вокруг. И это было не обиженное, или яростное молчание. Это было безразличное и равнодушное молчание. Ты постепенно становилась ребёнком печального призрака, который ни за что не отдаст своё дитя. Глаза постоянно мокрые и воспалённые, как после часовой слёзной истерики.
-Вики.-ты подняла глаза с тарелки на Лео. Что-то внутри больно треснуло. И трещина поползла в голову так, что ты тут же отвела глаза в сторону. Его голос дрогнул, и это заставило тебя сделать усилие над выражением лица, но оно осталось таким же невозмутимо спокойным, граничащем с безучастностью ко всему.
-Да?-еле разлепляя губы спросила ты.
-Что с тобой?-он то хмурится, то разводил брови в жалости, точно не знал, что он чувствует. Ты уронила голову на ладонь, устало потёрла глаза, вскидывая брови.
-Что со мной?
-Ты стала холодной.-он мотнул головой.-Отстранённой. Ко всему.-либо у тебя в голове это звучало так, либо и вправду его голос надламывался. И глаза. Они были напуганы, тем, что их бросят. Ты чувствовала, как в уголках глаз скапливаются слёзы. Ты продолжала молчать и неотрывно смотреть двумя чёрными безднами, куда-то в стол. Брови подрагивали.-Вики.-да, надламывался. «Только не смей..»-ты закрыла глаза.
-Иди.-ты стала массировать одной рукой висок, другой похлопала по коленке.-Иди сюда.
И он с воспалённым и иссушиным взглядом встал со своего места. Ты поглаживала его голову, что лежала у тебя на коленях. И с глаз скользнули слезинки, задерживаясь на густых ресницах. Каждый вдох приносил боль. Тело сковали цепями и те, безжалостно скрипя, выдавливали из тебя жизнь. Ты коснулась своей щеки, смазала слезу и накрыла глаза.
Ты бережно проводила расчёской по волосам. Завившееся и даже кудрявые, они распрямлялись вслед за расчёской, а затем принимали прежнюю форму. Ты хныкнула, проклиная свои волосы. «Невыносимые! В разные стороны торчат и не укладываются! Чувствую, скоро побреюсь налысо» Ты сделала последнюю попытку, а потом отбросила расчёску куда-то за спину. Та с грохотом приземлилась, роняя за собой бардак на столе. Ты не повернувшись, вжала голову в плечи и осторожно заозиралась по сторонам. А спустя секунду, чувство вины улетучилось и, скинутые на пол, вещи покоились там дальше.
-Ничего!-ты быстро зашагала по ступенькам вниз.-Абсолютно ничего не приходит в голову.-Дом, как и прежде отозвался эхом и пустотой. Лео не было уже два часа. «К лучшему» Ты схватила ручку и листок бумаги.-И это..-ты расчертила пять линеек.-Дерьмо.-выплюнула ты клочку бумаги, на котором быстрой рукой вычертила ноты. Оглядела его, переводила взгляд с ноты на ноту, с лиги на лигу. И разорвала лист пополам, сжала в кулаке, и бросила за спину.-Ну и дерьмо.-повторила ты почти спокойно.-Ничего. Ничего не выходит. Что это за, чёрт возьми, хрень происходит?-кинула ты в стену с неразборчивой картиной. На ней чёрно-зелёные разводы.-Это не искусство.-ты погладила стекло.-Это даже не человек создал!-ты впилась ногтями в прозрачную гладь. «Да что, чёрт тебя подери, происходит?..»-ты отошла от стены, потирая грудную клетку. Она не молчала. Уже никогда не молчала. Каждый день подталкивал тебя к чему-то. К чему-то, что ты уже давно ждёшь. Только в глубине души. И это что-то, близко. Ты надеялась. Знала. Ты перевела взгляд, он опустился на сумку, которая лежала на тахте в коридоре. По спине побежали мурашки. Приятным током, сотрясая каждую живую клетку.
Ты выпила стакан воды. Ещё один. Так, что желудок упал в пятки и смотреть на воду стало до тошноты. Достала книгу в синей обложке.
-Менталист. Давно хотела.-ты открыла пожившие и пожелтевшие от этого времени страницы.-Что это?-из конца книги выпал лоскуток с идеальным почерком, потускневшими чернилами по жёлтой бумаге. 'Vigyél engem a tengerbe, és add neki szomorúságodat' ты пощурилась. -Море.. что?-венгерский язык. Конечно. Даже в страницах английского перевода. Ты вспорхнула с дивана, нашла в столе свой дневник. В котором растирался твой быстрый почерк, чёрная ручка и, кажется, бесконечные записи. Но тут, обрывающиеся столбцом. Список озаглавленный, как 'Новая жизнь Виктори Эклз'
Ты ещё раз отметила, как красиво звучит. И вложила этот лоскуток, захлопнув дневник.
Менталист шёл тяжело. События в жанре детектива, путались в голове. Не давая сосредоточится на серьёзности происходящего в книге, ты всё равно погружалась в мысли, не менее серьёзные.
-Лабиринт.-прочитала ты вслух. Но оглядев предложение, ты поняла, что выбросила это слово из мыслей. Круговорота бесконечных мыслей. Где же их конец? Действительно, лабиринт. Невозможно выбраться. «Что я считаю лабиринтом? Вся моя жизнь. Цикличность её второе имя. Так и нужно было записать. Ничего нового в ней не появилось. Кроме осознания» ты безотрывно смотрела в книгу. Слишком тяжело. Преступление, убийство, сумасшествие и иллюзия. Всё вертелось, как наяву. Это иллюзия, что лабиринт бесконечный. Всему есть конец. «Когда я найду выход из этой карусели усталости и?..»-и чего-то ещё, что ты не могла озвучить. Усталости и вины.
И в дверях показался Лео. «Интересно, когда он один, он думает об окончании этого.. всего?» Но он шутовски заулыбался тебе, отряхивая куртку от снега. Наверное, нет. «Его жизнь не крутится на волоске. Разве что, свобода» ты улыбнулась в ответ, отложив книжку.
-Чья это книга?-ты прикусила губу и качнула головой на неё. В голове продолжала крутится картинка. О которой ты никогда никому не расскажешь. Что-то в ней было слишком откровенно. На выдуманной шаблонной вырисовке, твоя душа была вывернута наизнанку.
-Не знаю.-он пожал плечами. «Я стала примечать, Лео, что ты постоянно ничего не знаешь»-с недовольством глянув на него, ты покривила губой, но затем помотала головой, как от навождения и, слегка побледнев, улыбнулась.-Взял пару книг у бедняги. Он продавал их за гроши. Я и купил штук пять.-он сел рядом. От него ещё разило прохладой. Ты пригладила его щёку и безучастно улыбнулась, куда-то в стену. Боль спускалась ниже, оккупировала рёбра. Но ты не дрогнула, лишь пальцы сильнее сжали ткань халата. Привыкание, оно всегда приходит, кто только до него доходит?-Идём гулять сегодня?-радостно вскинул брови Лео. Тебя аж дёрнуло в сторону. Какая жалость. Он не умел читать тебя, как книгу. Только через страницу, где ты была его бледной принцессой, что любит целоваться по ночам, смеяться до смерти от его, даже не смешных, шуток и анекдотов. Но не ту, что сидела перед зеркалом, когда в доме настолько тихо, что слышно, как снег ложится на крышу.
-Нет.-ты улыбнулась и положила руки на колени, сжимая их, пытаясь оглушить боль другой болью.-Посидим дома. М?-толкнула ты его в плечо своим. Тот заулыбался и встал, потрепав тебя по голове. «Ну нет..»-ты стала прикладывать их ладонью. И тут он остановился, оглядываясь на тебя. И выпалил то, от чего рука отдёрнулась от волос, а дыхание замерло.
-У тебя самые красивые волосы на свете.-воодушевление.
-Я знаю.-хмыкнула ты, задрав подбородок. Это вызвало у Лео улыбку ещё шире, развернувшись на пятках и сложив руки в карманы брюк, поднялся наверх.
А как только Лео скрылся из виду, ты растребушила волосы. Они кудрявым облаком окружили твою голову.
Глаза, двумя чёрными дырами ходили туда-сюда по часам.
-Долго думаешь.-недовольно прошипела ты, отстукивая по столешнице острыми ногтями.
-Ладно, дама.
-Козырную кидаешь, значит?-пощурилась ты.
-Хватит выпендриваться, бито.-он тронулся карт, но ты кинула короля.
-Забирай.-прохохотала ты, а у Лео, кажется, уже задёргался глаз.
-Не хочу.-он бросил свои карты и тебе показались шестёрки с восьмёрками.
-Не хочешь играть, или проигрывать?-снова засмеялась ты, протаскивая по столу к себе фишки.-И того..-ты изобразила пальцами по столу барабанную дробь-ты должен мне девяносто шесть баксов!
-Я куплю тебе мороженое.-он отмахнулся на жест ну-всё-отстань.
-Какое мороженое зимой. Давай деньги, их можно сжечь.-он, уже закатывая глаза, стал высовывать из бумажника купюры, но остановился, подозрительно покосился на тебя.
-Ты же этого не сделаешь?
Ты вырвала в него из рук выигранные деньги.
-Не ной.-ты потрепала его по плечу и поднялась наверх, завернула в ванную. Прокрутив ключик в замочной скважине, из маленького ящичка, где хранились салфетки и бумажные полотенца, ты достала белую неприметную коробочку. Вытащила толстую плотную сигару и взяв с верхней полки зажигалку, закурила. Уже позабытые чувство, как что-то с огромной скоростью летит в тебя, и ты свободно летишь вместе с ним. С тех пор, как одна сигарета чуть не прожгла твои косточки, ты не курила, но сейчас. Сейчас, почему-то показалось, что.. что просто хочется. «Зависимость? Нет, просто..»-и снова тот же ответ, «Лабиринт»
Ты села в пустую ванну. Дым всё клубился, и комната погрузилась в лёгкий туман. В кармане шелестнули купюры.
-Ты же этого не сделаешь?-переспросила ты интонацией Лео.-Конечно, нет.-и одна из них вспыхнула. Как красиво горит. «Как обычная бумажка»-положив бычок на бортик, ты высунула новую сигару. Её коснулось пламя с купюры.-И всё равно красиво.-затяжка за затяжкой отравляли лёгкие. Чувства уже не разделялись на приятно и неприятно. Всё слилось, образуя одну огромную усталость. Спать.
Ты выбросила догоревшие бычки и направилась в кровать. Лео чем-то шуршал внизу. «Интересно, он разозлится, когда увидит свои деньги в раковине?» ты заулыбалась сквозь сон, «Определённо, он будет в бешенстве»
Ты глянула на часы. Четыре вечера. Рядом лежал маленький календарик, зачёркнутое число двадцать семь.
_____________________________________