9
После того, как кошмар Индоминуса Рекса был, казалось бы, устранен, остров погрузился в атмосферу опустошения, смешанного с невыразимым облегчением. В то время как команды спасателей и инженеры уже начали свою работу по оценке ущерба и эвакуации оставшихся посетителей, Шедоу, словно тень, наблюдал. Его взгляд не был прикован к разрушенным зданиям или дымящимся руинам. Он был направлен на Соника.
Соник сидел на земле, окруженный своими велоцирапторами. Блю дремала, положив массивную голову на колени Соника, как гигантский, чешуйчатый кот. Чарли, самая игривая, гонялась за упавшей веткой, время от времени подталкивая ее носом к Сонику, словно предлагая поиграть. Дельта и Эхо сидели рядом, их острые, как бритва, глаза внимательно следили за каждым движением Соника, но в них не было той настороженности, которая была видна раньше. Они спокойно позволяли ему гладить себя по голове, по спине, по длинным, узким мордам.
Шедоу, стоявший на некотором расстоянии, не мог отвести глаз. Он видел множество людей, работающих с динозаврами, но ничего подобного. Это было не просто дрессировка, не подчинение. Это была глубокая, нерушимая связь. Он видел, как Соник с нежностью гладил шрамы на шее Блю, как тихо разговаривал с Чарли, объясняя ей, почему нужно быть осторожнее. И рапторы, эти смертоносные хищники, слушали. Они доверяли ему.
Это доверие было не односторонним. В отличие от него, который был вооружен и держался на почтительном расстоянии, Соник спокойно подходил к ним, играл с ними, просто сидел рядом, позволяя им чувствовать его тепло и присутствие. Он был частью их стаи, их "отец", как он сам себя называл.
Но самым поразительным было то, как велоцирапторы реагировали на других людей. Когда кто-то из команды спасателей осмелился подойти слишком близко к Сонику, чтобы передать ему бутылку воды, Блю мгновенно подняла голову, её шипение наполнило воздух, а глаза сузились в угрожающем взгляде. Дельта и Эхо заняли защитные позиции, их хвосты напряглись. Чарли, обычно дружелюбная, тихо зарычала. Они не подпускали никого, кроме Соника.
Шедоу понимал. Это не было признаком агрессии ради агрессии. Это было проявление верности, инстинктивное желание защитить своего. После всего, что они пережили, после того, как они видели, как людей пытались использовать их, как их собственную связь пытались разорвать, они доверяли только одному человеку. Сонику.
Он подошел ближе, осторожно, чтобы не потревожить их. Соник, услышав его шаги, поднял голову, но не выказал враждебности. Он лишь слегка прищурился.
"Они в порядке?" – спросил Шедоу, его голос был мягче, чем обычно.
"В порядке", – ответил Соник, поглаживая Блю. – "Просто они напуганы. И немного злы. Но они со мной. Они знают, что я не причиню им вреда. И что я их не предам."
Шедоу посмотрел на него, затем на рапторов, которые, казалось, внимательно слушали. Он увидел не просто доктора-палеонтолога, а нечто большее. Он увидел связь, которая могла изменить представление о том, как люди должны взаимодействовать с природой, даже с её самыми опасными порождениями.
"Ваша связь с ними… это нечто невероятное, доктор Хеджехог", – сказал Шедоу, его слова были искренними. – "Я никогда не видел ничего подобного. Ваши рапторы – это не просто подопытные животные. Они… они ваша семья."
Соник слабо улыбнулся. "Да. Моя семья."
Он знал, что впереди еще много работы. Парк нужно было восстанавливать, многих нужно было спасать, а генетические эксперименты, подобные Индоминусу, требовали серьезного переосмысления. Но глядя на своих рапторов, на их спокойствие рядом с ним, он чувствовал надежду. Возможно, даже в этом хаосе, в этом кошмаре, была возможность построить что-то новое. Что-то, основанное на понимании, а не на контроле. На доверии, а не на страхе.
Шедоу, получив подтверждение, что рапторы под контролем Соника, дал последние указания по радиосвязи, затем повернулся, чтобы вернуться к работе. Но перед тем, как уйти, он бросил последний взгляд на эту необычную пару – человека и стаю велоцирапторов. Это было напоминание о том, что даже в мире, где наука могла создавать чудовищ, иногда истинная сила заключалась в самой простой и самой древней вещи: связи.
Конец