P. S.
Где-то в Норвегии.
В неверном свете очага с трудом можно было разглядеть двоих, тесно переплетенных в страстном соитии. Женщина, разметав по покрывалу из шкур смоляные волосы с вкраплением разнообразных кос, громко стонала. Её крики заставляли тени метаться по маленькой землянке.
Когда двое, уже довольные и спокойные лежали рядом, мужчина вдруг недовольно рыкнул:
- Куда убежали твои мысли, Ровена?
Шаманка, поддразнивая мужчину, провела ногтями по стальным мышцам его груди.
- Конечно, я думаю о Северусе…
После чего сразу была опрокинута на спину и услышала, как угрожающе, словно дикий зверь, рычит её любовник. И захохотала:
- Ревнивец мой! – потом она посерьезнела: - Я думала о той девчушке. Надеюсь, она выжила. По крайней мере, в мире духов её нет.
- Если хочешь, я могу тебя отвлечь от тяжелых дум.
- Знаю я твои способы. Нет. Просто полежи рядом, мне будет легче…
Мужчина послушно лег рядом, на ходу преобразовываясь. Шаманка так и заснула, уткнувшись в шерсть своего волка.
Британия
- Гарри, здравствуй.
- Привет, солнышко. Не скучала?
Полумна немного рассеянно улыбнулась и ничего не ответила, охотно потянувшись за поцелуем.
- А я только от Блэков. Гермиона восстанавливается, а у меня еще несколько дней отгула в запасе. Сходим сегодня в кино?
- Нет, я не могу, - девушка положила ладошку на грудь Поттера, – мне надо проведать фестралов.
Парень притянул беловолосую волшебницу поближе, целуя её в висок.
- Ну, тогда я бы хотел пойти с тобой. И, пожалуй, надо взять плед и корзинку с едой. Ты же не против?
- Хорошо.
Полумна с нежной улыбкой повела Гарри вглубь дома, и парень, ощупывая лежащее в кармане кольцо, уверился, что принял правильное решение.
- Дамблдор, как ты думаешь, я справляюсь? – Северус, стоящий около портрета бывшего директора, задумчиво смотрел в окно.
- А что тебя заставляет думать иначе?
Мудрые глаза старого волшебника взирали на брюнета с картины так же пронзительно, как и при жизни.
- Иногда мне хочется знать, что я исправил те ошибки, что совершил в юношестве.
- Да, Северус, будь уверен, из тебя получился один из величайших директоров Хогвартса. – Губы волшебника на портрете изогнулись в улыбке. – Можешь мне поверить.
Спустя год…
Малфой-Мэнор, словно волшебное видение, сиял, окутанный светящимся туманом. Здесь перемигивались сотни светлых огоньков и носился аромат стоящих повсюду белых роз.
Сегодня в особняке пребывала добрая половина магического сообщества Британии, а кое-где встречались и подданные других стран, ведь Люциус Малфой представлял свету своего внука, которого собирался воспитать достойным наследником.
- Интересно, а почему Малфой не признал его раньше? – Гермиона, стоящая между своими мужьями, кивком указала им на маленького Скорпиуса, который представлял собой почти идеальный образец маленького лорда – мальчик глядел на всех предельно серьезно, отвечал вежливо и до сих пор умудрился ни в чем не испачкаться.
- Ну, наверное, потому, что он был рожден без моего одобрения и вне брака?
Подошедший хозяин поместья вежливым кивком поприветствовал своих гостей. За этот год представители древних фамилий неожиданно сдружились. Достаточно для периодических полуделовых посещений друг друга.
- Но он уже довольно большой. Как он сам и его мать восприняли Ваше внимание, Люциус?
- О, прекрасно! Мальчику достаточно понравилось новое место жительства, чтобы выполнять мои требования, а его мать… - лорд Малфой покосился на стоящую рядом с его внуком Пэнси Паркинсон. Девушка под его взглядом приосанилась и неуловимо изменила позу так, что стало видно и упругую грудь, и длинные ноги. – Его мать очень хочет носить фамилию Малфой и всеми доступными способами этого добивается.
- Вы что? – Гермиона в шоке смотрела на Люциуса, но, наткнувшись на порочную улыбку, так и не смогла закончить предложение. Сначала с губ хотело сорваться возмущение: «Вы воспользовались девушкой!». Следующей мыслью было, что Пэнси ему в дочери годится. А потом прекрасно её поняла – когда хотел, Люциус Малфой источал соблазн в чистом виде.
Словно почуяв угрозу, Сириусы сомкнули руки на талии супруги.
С лёгкой улыбкой блондин склонился над запястьем шатенки.
- И позвольте поздравить со скорым прибавлением в семействе.
- Что, уже так заметно?
- Нет, просто сегодня Ваши мужья Вас на редкость цепко охраняют. К Вам и раньше с трудом подходили посторонние, сегодня же пока ни один гость не сумел к Вам пробиться.
Гермиона, перед приёмом сообщившая радостную новость Сириусам, лишь улыбнулась – Блэки ещё просто не привыкли к мысли об отцовстве. Впрочем, от их заботы девушка не отказывалась, это все-таки было на редкость приятно.
Вечером этого дня…
- Корт. Мне необходимы твои услуги. Как киллера, разумеется, – холодный голос Люциуса Малфоя резал тишину кабинета.
- Кто? – краткий, лаконичный вопрос бывшего пожирателя смерти и товарища Люциуса раздался с другой стороны рабочего стола в кабинете Малфоя-старшего.
- Драко.
Брови наёмного убийцы взметнулись вверх. Честно говоря, если бы он не знал Люциуса, то подумал бы, что это дурацкая шутка, но Малфой никогда особо не был склонен к юмору.
- Люциус, ты серьёзно?
- Я никогда не совершаю необдуманных поступков, ты это знаешь. Он запятнал честь рода, Корт. Меньше слов. Ты возьмёшься за это?
- Разумеется.
На столе перед киллером появился обычный медицинский шприц с едкой изумрудной жидкостью и мешочек с галлеонами.
- Покончи с этим как можно быстрее. До встречи, Корт.
Спустя тринадцать лет.
Рождество, особняк Блэков.
Сидящие в креслах мужчины расслабленно потягивали напитки из бокалов в ожидании детей. Гермиона, её было лишь слышно, отчитывала Кикимера, который после рождения наследника проникся симпатией к хозяйке. Затем недовольные нотки в голосе жены сменились на радостные, и Сириусы, отложив бокалы, направились на первый этаж в гостиную.
Там их жена обнимала всех троих детей, по-особенному улыбаясь. Старший, Нэйтан, почти сразу отошёл и с серьёзным лицом поздоровался с отцами. Через пару минут, когда Гермиона вдоволь ощупала близняшек, Уилла и Терезу, вся семья отправилась к накрытому столу, но их прервало появление Люциуса Малфоя с наследником.
Скорпиус, почти неотличимый от Драко в детстве, уже учился на шестом курсе Хогвартса. Он покровительственно улыбнулся маленькой Терезе, за которой приглядывал уже тогда, когда она только родилась. Теперь же, когда одна из близнецов Блэк поступила на Слизерин, стал опекать её ещё больше.
Уилл и Нейтан прекрасно относились к складу характера любимой сестрички и к наследнику Малфоев.
За последние годы семьи сдружились, и пусть Гермиона и ворчала, что из-за влияния Люциуса у неё дочь – слизеринка, но всех устраивало такое положение вещей.
Малфою-старшему нравилась Тереза - эта маленькая леди при его непосредственном участии обещала вырасти в прекрасную жену для Скорпиуса. В этот раз лорд не собирался допускать ошибок в воспитании наследника.
Сириус Блэк, что один, что другой со временем срослись настолько, что отличала их только Гермиона да они сами.
У детей были свои заботы: Скорпиус с опаской оглядывался на деда, понимая, что не за горами тот момент, когда Люциус скинет на него всю ответственность за род;
Нэйтан, пусть и учился лишь на четвертом курсе, старался быть самым лучшим, чтобы родители могли им гордиться;
Близняшки, разные по характеру, тем не менее, сходились мыслями – первые полгода в Хогвартсе наполнили их восторгом до краёв.
Гермиона же, став матерью троих детей и успев защитить несколько научных званий, осталась такой же непоседливой, часто её взрывной характер не давал обоим мужьям покоя. Но иначе было бы попросту скучно…