Шахматы
Под тихий треск пламени в камине на небольшой деревянной платформе двигались резные фигурки.
— Шах.
— Милая, ты слишком агрессивна.
— Сириус, не трогай шею. Шах.
Гермиона играла со своим мужем в шахматы, пытаясь выиграть хотя бы эту партию, в то время как Блэк из этого мира сидел за её спиной и то давал советы, то принимался соблазнять девушку нежными прикосновениями.
— Мат, солнышко. Не отвлекайся.
— Да как на него не отвлекаться? Сириус, это всё из-за тебя! — Гермиона попыталась вырваться из крепких объятий, но не преуспела. Лишь получила чувствительный укус в плечо.
— Ай-ай-ай! Ну больно же!
Плечико сразу осыпали лёгкими поцелуями, унимая боль. Потом поцеловали шейку, что-то прошептали на ушко…
— Сириус! Да сколько можно!
Второй Блэк лишь посмеивался, глядя, как, то ли возмущающаяся, то ли активно притворяющаяся Гермиона отбивается от ласковых поглаживаний его двойника. Против воли никто тащить никуда жену не собирался, так что и паниковать смысла не имело… а выросший в этом мире Сириус почему-то любил все познавать через тактильный контакт.
Вот и сейчас, дорвавшись до тела Гермионы, не хотел отпускать ни на секунду — ему надо было привыкнуть к тому, что девушка не собирается никуда исчезать. В свою очередь, постоянное нахождение шатенки в объятиях приводило к ожидаемым результатам…
— Солнышко, перебирайся ко мне.
— Эй!
Девушка оглянулась на выигравшего партию в шахматы мужчину и быстро перескочила с одних колен на другие, за что была награждена долгим вдумчивым поцелуем.
— Ладно, пускай теперь со мной играет.
Гермиона пересаживается так, чтобы видеть своего собеседника, одновременно откидываясь на грудь сидящего мужа. Девушка посмотрела в наполненные азартом глаза Сириуса и в раздумьях закусила губу, стараясь отвлечься от странного ощущения нереальности, — ей казалось странным отсутствие ревности в их сумасшедшей семье. Блэки могли сколько угодно шутить и подкалывать друг друга, перетягивая девушку, но всегда полноценно делиться ею между собой.
— Во что? — Шатенка хитро прищурила глаза, ощущая мужа за своей спиной, как монолит воплощённого спокойствия, и из-за этого волшебного чувства защищённости позволяя себе разнообразные поддразнивания.
Что ещё более удивительно — в руках «местного» Сириуса девушка чувствовала себя так же, несмотря на гораздо более развязный характер второго мужа.
— Конечно, в карты!
Блэк казался даже немного удивлённым, будто ничего другого он и не мог ответить. Гермиона недовольно наморщила нос — именно карты она не любила. В любой логической игре, где надо задействовать ум, она с увлечением как выигрывала, так и проигрывала, как сейчас Сириусу, который оказался великолепным стратегом. Но там, где победитель определялся Фортуной… девушка подозревала, что эта капризная дама с трудом её переносит.
— На раздевание! — Глаза развалившегося напротив мужчины с голодным блеском прошлись по женственной фигурке так, будто он уже выиграл несколько партий.
— Я не хочу! Лучше давай... м-м-м... ну, не в карты… — Гермиона состроила глазки, не особо надеясь на успех. Результат её не удивил.
— Максимум, на что я согласен, это поменять раздевание на желания.
Мужчина уже сноровисто вытащил из рукава колоду карт и виртуозно её растасовал. Плотные картонки мелькали так быстро, что, казалось, будто их там несколько сотен. Они дугой перелетали из одной ладони Сириуса в другую, с каждым разом преодолевая все большее расстояние. Глядя на эти фокусы, шатенка с трудом верила в то, что вся эта воздушная феерия — результат ловкости рук, а не магии.
Проведя целый день бок о бок, супруги успели вдоволь отдохнуть и наговориться.
— Ладно…
Делать и впрямь было нечего, так почему бы и нет… Проигрывать, конечно, не очень приятно, но Гермиона после трёх или четырёх партий собиралась закончить игру. Может, даже обидеться…
Но проигрывать всё равно неприятно.
Первая партия.
Шестёрка, десятки, валет, туз, дамы. Козыри почти все у шатенки, но разве это ей хоть чуточку помогло?
Вот партия закончена, и Сириус предвкушающее прищуривается. Его взгляд скользит по фигурке жены почти плотоядно.
— Я хочу… песню.
Гермиона, не ожидавшая такой подставы, возмущённо смотрит на мужа. Тот в ответ широко улыбается и, немного подумав, добавляет:
— Громко, с чувством и немного пританцовывая. Любую мелодию на твой выбор.
Не привыкшая сдаваться, девушка с гордо поднятой головой идёт в центр пещерки, где, как и попросили, громко и танцуя заводит ритуальную песнь индейских шаманов. Кажется, она все ещё немного пьяна от чужих сил или, может, от такого близкого и долгого контакта с двумя мужчинами, которые все свое внимание уделяют лишь ей. Иначе она вряд ли смогла так убедительно завывать, размахивая руками и периодически подпрыгивая.
В своё время изучившая магию шаманов, Гермиона знала, что нужно для такой магии, и тщательно следила, чтобы не начать колдовать. Всё это девушка вытворяла, боясь взглянуть в лица Блэкам. Зато после окончания танца, увидев их ошарашенные и вытянутые лица, Гермиона заливисто засмеялась.
— Ну ты и… фантазёрка…
Сириус поймал возвращающуюся в круг играющих жену, чтобы крепко поцеловать и отпустить к двойнику на колени. Глядя, как руки второго Блэка обвивают тонкую талию, мужчина с усмешкой сказал:
— Я придумал следующее желание…
— Погоди, — его двойник был серьёзно настроен, — надо ещё раз провести ритуал.
— Зачем? — Гермиона удивилась ещё сильнее своего второго мужа. За что получила укоризненный взгляд первого.
— Неужели ты думала, я не почувствую, как ты потеряла равновесие? У тебя ведь закружилась голова…
— Ну совсем чуть-чуть, после песни, наверное…
— Я не готов рисковать! — Сириус решительно поддержал своего двойника.
— Ладно…
Шатенка смирилась под активным напором мужей. Супруги легли, сопровождаемые внимательным взглядом «местного» Блэка. Знакомые уже девушке монотонные слова заклинания всё равно ускользнули из её памяти — Гермиона почти сразу отключилась.
Проснулась она спустя пятнадцать минут уже наполненной чужой энергией. И первое, что она услышала, было:
— Ну что, продолжим?
Едва они сели друг напротив друга, как Сириус споро раздал карты. Надо ли говорить, что вторая партия тоже осталась за мужчиной? Гермиона всю игру пыталась как-то изменить исход их карточной битвы, но, увы… теперь девушка лишь ждала очередного желания.
— Три поцелуя.
Сириус довольно прищурился — он подозревал, что ещё играть Гермиона не захочет, поэтому пользовался ситуацией.
Шатенка неторопливо переползла по кровати от одного мужчины к другому, всем телом ощущая пристальные взгляды мужей. Всё так же медленно двигаясь, она перекинула ногу через бёдра Блэка, устраиваясь на нём верхом. Приблизив своё лицо к Сириусу почти вплотную, ненадолго задержала дыхание, глядя на его губы, но не торопясь исполнять пожелание. Мягко толкнула ладошками широкие плечи, вынуждая мужчину лечь, и склонилась к его губам. Тягуче-медленно приблизилась, так, чтобы между ними не было даже воздуха. Аккуратно скользнула язычком между сомкнутыми, но податливо раскрывшимися перед ней губами.
Гермиона с удовольствием смаковала поцелуй как хорошее вино, постепенно раскрывая для себя разнообразные грани ощущений. Но, едва отстранившись, показала мужу указательный пальчик.
— Ммм… Первый, стало быть… Ладно, засчитано.
Сириус закинул руки за голову, как бы обещая не мешать, но пристально смотрел на свою жену. Ведомая шаловливым настроением, шатенка медленно расстегнула рубашку, мягко поглаживая открывающееся пространство, уделяя внимание каждому сантиметру кожи.
Когда полы одежды были наконец распахнуты, Гермиона наклонилась к шее брюнета, покусывая и согревая дыханием и без того разгоряченную кожу. Лёгкими касаниями губ проложила себе путь от плеча до самого паха, напоследок дразня прикусив кожу ниже пупка. После чего заглянула в родные глаза и с улыбкой показала два пальца.
— Второй…
Сириус послушно озвучил требуемое хриплым от желания голосом. Гермиона лишь улыбнулась такой реакции. Она приподнялась над мужскими бедрами, давая себе немного пространства, чтобы расстегнуть и спустить штаны с бёдер мужа. Одной рукой опёрлась на кровать, второй не торопясь расправлялась с пуговицами. Глядя на предвкушающую улыбку своего благоверного, вдруг резко наклонилась вперёд, оставляя на лбу мужчины звонкий «чмок». И сразу выставила руку с тремя пальчиками перед носом у Блэка.
Сначала от камина раздался смех второго Сириуса, который что-то шаманил в котелке над огнём. Затем с обиженно-свирепым лицом мужчина, которого только что обманули в его ожиданиях, перевернулся, подминая под себя улыбающуюся Гермиону. Короткий взвизг быстро заглушили настойчивым поцелуем, будто забирая своё.
— Вот теперь три.
Сириус довольно погладил свободной рукой все доступное тело жены, второй ладонью удерживая её запястья. Он с удовольствием наблюдал, как постепенно от его прикосновений теряет связь с реальностью Гермиона, когда к их ложу подошёл его двойник, неся в руках растопленный шоколад.
Спустя несколько часов шатенка засыпала в объятиях мужей, довольная, как никогда. Её, облитую шоколадом, настойчиво пробовали на вкус и купали, сопровождая процессы то головокружительными соитиями, то почти невинными ласками. Сейчас девушка была готова признаться, что, кажется, влюбилась в своих мужей. Сумела оставить прошлое в прошлом и взглянула в будущее, которое обещает быть счастливым…
Гермиона, засыпая с удивительно-сильным чувством, не знала, что в то же мгновение проклятие, завязанное на эмоциональную привязку, начинает работать в полную мощь.
На следующее утро девушка не открыла глаз, как бы её ни тормошили Блэки…