~Глава 28~
— Кажется, он не такой уж плохой, — говорит Дима, когда дверь закрывается.
Я нервно смеюсь.
— Что?
Ной вопросительно вскидывает бровь, и я отвечаю:
— Ничего, просто я удивлена, что ты так считаешь.
Снова кладу голову ему на грудь. Напряжение, заполнявшее комнату минуту назад, исчезло.
— Я не говорю, что хотел бы с ним общаться, но он был довольно приветлив.
— В Егоре нет ничего приветливого, — бурчу я, и Дима, усмехаясь, меня обнимает.
Если бы он знал все, что произошло между мной и Шипом, как мы целовались, как я стонала его имя, когда он… Господи, Валя, прекрати!
Я поднимаю голову, целуя Диму в челюсть, и он улыбается в ответ. Я хочу, чтобы Дима заставил меня почувствовать то же, что и Егор. Сажусь к нему лицом, беру его лицо руками и прижимаюсь губами к его рту. Его губы раскрываются, и он меня целует. Губы мягкие, как и сам поцелуй. Этого недостаточно. Мне нужен огонь, страсть. Я обнимаю руками его шею и сажусь к нему на колени.
— Ух ты, Валь, что ты делаешь? — спрашивает Дима, нежно пытаясь снять меня со своих колен.
— Что? Ничего, я просто… хочу ласки… — говорю я, глядя вниз. Обычно я не стесняюсь, но об этом мы говорим не часто.
— О’кей, — произносит он, и я снова целую его.
Я чувствую тепло, но не огонь. Я двигаю бедрами, надеясь разжечь его. Дима опускает руки на мою талию, но он сопротивляется моим движениям, останавливая меня. Я знаю, мы с ним договорились подождать до брака, но мы ведь просто целуемся. Я хватаю его руки и тяну их дальше, продолжая двигаться. Но как я ни стараюсь целовать его более страстно, губы его остаются мягкими и робкими. Я чувствую, что он завелся, но знаю, что он не будет активен.
Понимаю: мной движут не лучшие побуждения, но мне все равно, мне просто нужно знать, что Димс может сделать со мной то же, что Егор. Ведь на самом деле мне нужен не Егор, а эти ощущения… Правда же?
Я перестаю целовать его и соскальзываю с колен.
— Это было хорошо, Валь, — улыбается Дима, и я отвечаю ему тем же.
Это было «хорошо». Он такой осторожный, слишком осторожный, но я его люблю. Я запускаю фильм, но через несколько минут чувствую, как меня клонит в сон.
— Мне пора, — говорит Егор. Его зеленые глаза смотрят на меня сверху вниз.
— Куда? — Я не хочу, чтобы он уходил.
— Я собираюсь остановиться в отеле неподалеку; вернусь утром, — говорит он, и когда я смотрю на него внимательней, лицо Егора исчезает, и на его месте оказывается Дима.
Я вскакиваю и протираю глаза. Дима, это Дима. А вовсе не Хардин.
— Ты совсем засыпаешь, а я не могу тут ночевать, — говорит он мягко, поглаживая меня по щеке.
Я хочу, чтобы он остался, но боюсь, что буду разговаривать во сне. Диме в голову не приходит, что можно остаться в моей комнате. Они с Егором — полные противоположности. Во всем.
— Я тебя люблю, — говорит он.
Я киваю, снова опускаюсь на подушку и проваливаюсь в сон.
На следующий день я просыпаюсь от звонка Димы. Он сообщает, что выходит. Я выкатываюсь из кровати и спешу в душ. Интересно, что мы будем сегодня делать? Здесь не особо интересно, если не выезжать в город; может, стоит написать Амиру и спросить, чем тут можно заняться, кроме вечеринки в братстве? Он — единственный мой друг, кто может это знать.
Решаю надеть серую юбку в складку и простую синюю рубашку, голос Егора в моей голове, высмеивающий мой простенький наряд, игнорирую.
Дима ждет меня в коридоре возле моей двери, когда я возвращаюсь из душа с полотенцем на голове.
— Прекрасно выглядишь, — говорит он с улыбкой, кладя руку мне на плечо.
— Мне нужно еще сделать укладку и накраситься, — сообщаю я, схватив косметичку Юли, которую она, к моей радости, не взяла с собой. Теперь, когда я знаю, что мне нравится из косметики, надо завести себе свою.
Дима терпеливо сидит на моей кровати, пока я сушу голову и завиваюсь. Я отрываюсь от макияжа и целую его в щеку.
— Чем хочешь сегодня заняться?
Я докрашиваю глаза и снова берусь за гребень.
— Колледж хорошо на тебя влияет, Валя. Ты никогда не выглядела лучше, — говорит Дима. — Не знаю, можно сходить в парк и куда-нибудь еще, а потом поужинать.
Смотрю на часы. Уже час дня? Я пишу Юле, что меня не будет большую часть дня, она отвечает, что не появится до завтра. Все выходные она теперь проводит в братстве.
Дима открывает свою «Тойоту». Его родители считают, что это самый безопасный автомобиль, последняя модель. Безупречный салон, никаких потрепанных книг и грязной одежды. Мы едем искать парк, который где-то неподалеку. Это тихий уголок, с наполовину пожелтевшей травой и несколькими деревьями. Когда мы останавливаемся, Дима спрашивает:
— Слушай, когда ты собираешься подыскать себе машину?
— Думаю, на этой неделе. И на этой неделе я собираюсь устроиться на работу.
Я молчу о стажировке в VancePublishing, о которой упоминал Егор. Не знаю, могу ли я еще на нее рассчитывать, а если могу, то как сказать об этом Дима.
— Это хорошая новость. Дай мне знать, если тебе понадобится какая-то помощь.
Мы обходим парк, потом садимся за столик. Дима болтает, я киваю в ответ. Я по большей части не слежу за разговором, но Дима, кажется, этого не замечает. Потом мы снова гуляем и в итоге оказываемся возле небольшой речки. Я иронически фыркаю, и Димс смотрит на меня с недоумением.
— Не хочешь поплавать? — спрашиваю я, сама не зная зачем.
— Здесь? Ни в коем случае, — говорит он, смеясь.
Я отодвигаюсь от Димы, мысленно ругая себя. Мне нужно перестать сравнивать его с Егором.
— Да шучу я, — вру я и веду его дальше по тропке.
Около семи мы решаем заказать пиццу, а потом отправиться ко мне и посмотреть классику: Мэг Райан влюбляется в Тома Хэнкса на радио-шоу. Я уже умираю от голода, и когда привозят пиццу, съедаю почти половину.
На середине картины звонит мой телефон. Дима тянется и берет трубку раньше меня.
— Кто такой Амир? — спрашивает он.
В голосе нет подозрения, одно любопытство. Дима меня никогда не ревновал, в этом не было необходимости.
Пока не было, напоминает подсознание.
— Приятель из колледжа, — отвечаю я.
Зачем Амиру звонить так поздно? Он никогда не звонил мне, разве что конспекты сравнить.
— Валя? — громко говорит Амир.
— Привет, все в порядке?
— Эээ, ну, на самом деле нет. Я знаю, у тебя Дима, но… — Он колеблется.
— Что случилось, Амир? — Сердце колотится. — Что с тобой?
— Дело не во мне. А в Егоре.
Я замираю.
— Ег-горе? — заикаюсь я.
— Да, если я дам тебе адрес, ты сможешь приехать? Пожалуйста!
Слышу какой-то шум на заднем плане. Спрыгиваю с кровати и обуваюсь прежде, чем успеваю что-то сообразить. Дима тоже поднимается и с сочувствием на меня смотрит.
— Амир, Егор тебя побил? — Мой мозг не может представить себе, что еще может произойти.
— Нет-нет, — говорит он.
— Напиши мне адрес, — успеваю я сказать и снова слышу только шум.
Я обращаюсь к Дме.
— Дим, мне нужна твоя машина.
Он поворачивается ко мне.
— Что-то случилось?
— Не знаю… что-то с Егором. Дай мне ключи, — требую я.
Он достает из кармана ключи, но потом говорит настойчиво:
— Я с тобой.
Я вырываю ключи у него из рук и качаю головой.
— Нет, ты… Я должна поехать одна.
Мои слова его ранят. Я вижу, он переживает. И я знаю, что оставлять Диму в общежитии неправильно, но единственное, о чем я могу сейчас думать,это о том, что мне надо добраться до Егора.
_______________________________________________________
Простите, что появляюсь очень редко.