глава 9. правда
27-32.
За несколько дней до конца месяца.
Т/и молча вошла в дом. Чонгук и Джонхëн сидели в гостиной на диване ждали её.
- явилась? - огрызнулся Чонгук, - четыре года пряталась.
- документы подпиши и я уйду, - не сдавала позиции та.
Она кинула докумены на стол. Чонгук презренно посмотрел на них.
- размечталась, - вставая и приближаясь к ней сказал он.
- Чонгук, не начинай скандал, - попросила она, - если ты читал условия искового заявления, должен понимать, что там выгодные условия для тебя. Я не прошу ничего. Даже от части этого дома отказываюсь. Просто подпиши и отпусти.
- никогда в жизни, ни что и ни кто не заставит меня подписать эту хрень, - он был очень зол, - можешь прятаться до конца жизни, но развода ты не получишь.
Джонхëн сидел молча, не ему влазить в эти разборки, но был на стороже понимая, что Чонгук крайне не стабилен, а Т/и упёртая.
- и в чем смысл так жить? - решила уточнить она, - ты никогда не давал мне выбора. Всегда было как хочешь ты. Сейчас мой выбор.
- хм, хочешь выбор.... - задумался Чонгук, - Получай: можешь вернуться ко мне, и дать мне возможность до конца наших дней просить у тебя прощенье и ползать на коленях, либо уходишь отсюда, но развода ты не получишь.
- да пошёл ты, - заорала она, - выбор без выбора. Классно придумано Чон Чонгук.
- а что? Трахаться с другими мужиками будучи замужней женщиной, почему бы и нет Чон Т/и, - осознано сделав акцент на фамилии сказал он.
- шлюху из меня не делай, - орала она, - из нас двоих шлюха - ты Чонгук.
Он схватил Т/и за горло и прижал к стене. Джонхëн вскочил с места и подбежал к ним, но Чонгук остановил его рукой, давая понять, чтоб тот не приближался.
Смотря друг другу в глаза с полной ненавистью Чонгук впился в губы Т/и, от чего та сначало прибывала в шоке, но осознав происходящее, стала бить его и вырываться. Чонгук лишь плотнее прижал её к стене, сильнее вдавливая её губы. Т/и что было мочи прикусила ему губу.
Он заорал, но крик был не от боли, а от злости и кулаком двинул несколько раз по стене рядом с головой Т/и. Кровь Чонгука стекала по стене. Джонхëн пытался остановить его, но тот лишь толкнул его, как куклу, даже не заметив. Адреналин бурлил в крови.
Т/и хоть и вжалась вся, но собрала всё свои силы.
- сильнее двинь и не по стене, а по мне, чтоб в этот раз я не просто сознание потеряла, а сдохла, - сказала она, - может так успокоишься.
- иди сожги ещё что нибудь, хоть весь дом подожги, развода ты не получишь, - смотря с болью в глазах сказал он.
Т/и давила на самые больные места, задевала Чонгука с каждым словом всё больше и больше. Боль, злость и обида смешались в его мозгу.
- сука, - произнёс он смотря ей в глаза.
- козёл, - ответила она в ответ.
Чонгук вышел из дома, а Т/и ушла машинально в спальню.
- твоюж мать, - заорал Джонхëн, - только не опять. Ещё раз ту ночь я не выдержу.
Он побежал за Чонгуком, останавливая его.
- не смей повторять ту ночь, - заорал он на брата, и двинул ему в челюсть, - иди к ней, пока я сам тебя не прибил.
Кулак Джонхëна пришёлся для Чонгука очень вовремя. Видимо встряска помогла вставить мозги на месте, вспоминая ту ночь. Он выдохнул и вернулся в дом.
***
Т/и зайдя в спальню, удивилась как Чонгук всё восстановил, до мельчайших подробностей. Всё что было сожжено в тот день стояло снова на местах. Но что действительно подвергло её в шок, то что во всю стену напротив кровати был её черно белый портрет, только лицо. Огромное во всю стену лицо Т/и. Она села на кровать смотря на себя и начала плакать.
Кто то с той стороны двери пытался зайти. Она не обращала внимание, просто плакала.
- цветочек, открой пожалуйста, хватит правда переборщили уже, - пытаясь быть очень нежным сказал он.
- Гук, ту ночь я не повторю, - плача сказала она, - мне есть ради кого жить, и есть ради кого развестись с тобой.
От этих слов сердце Чонгука разорвалось на части.
- не говори этого, - произнес он, - только не из твоих губ. Только не так. Мне ведь правда очень жаль, цветочек, очень.... Жаль.....
- я ушла тогда и развожусь с тобой сейчас ради нашего сына, - решилась Т/и произнести это в слух смотря на дверь.
Смотрела бы она ему сейчас в глаза, ни за что бы не смогла этого сказать.
Чонгук в недоумении посмотрел на Джонхëна, тот лишь печально опустил глаза в пол. Осознание почему Т/и ушла сразу пришло к нему. Четыре года он не мог понять, что за бред она несла про созависимость, тогда в больнице. Сейчас же до него дошло. Он пошатываясь обошёл брата и снова покинул дом.
- Чонгук, прости, - бежал за ним брат, - еслиб я тебе сказал, то она и мне не дала бы с ними видится. Так я знал, что у них всё хорошо и помогал им, всем чем мог.
Чонгук не слушал его просто сел в машину и завёл её.
- не смей садиться за руль, прошу тебя, - молил Джонхëн, - остановись.
- я трезвый, и почти соображаю, - без каких либо эмоций произнес тот, - гнать по встречке точно не буду. У меня их теперь двое, оказывается. Просто надо побыть одному и переворить, всё это.
Чонгук больше не слушал брата, а просто уехал.
***
Джонхëн вернулся в дом. Запаха гари не было, что уже было хорошим признаком. Он подошёл к двери.
- Т/и, открой он ушёл, - сказал Джонхëн.
В ответ тишина, он затаил дыхание, но через минуту услышал шаги к двери.
Она повернула замок и тот буквально ворвался в комнату.
- прости не остановил его, - произнес он.
- ты знал об этом, - она указала рукой на стену за спиной Джонхëна.
- твою ж мать, - произнес он смотря на портрет Т/и.
- видимо нет, - отозвалась она и вышла из спальни.
Зайдя на кухню, она молча уже успокоившись поставила чайник. Сейчас, конечно, хотелось чего-то покрепче чая, но понимая что Чонгук рано или поздно вернётся и им придётся продолжить разговор, она не решилась бухать.