22.
Как чувствует себя человек, которого предали? Растоптали веру и уничтожили малюсенькую надежду? Когда узнаёшь то, что очень тяжело для твоей и так слабой психики? Когда это человек взял и уничтожил всё?
Дженни пыталась переварить услышанное, но это очень плохо получалось. Даниель прикусил язык и развернул руль, пока девушка тяжело дышала.
— Такие дела, — Даниель кивнул головой и тяжело вздохнул. Дженни вспомнила, как Чжихе предупреждала: «Кажется, они размышляют что-то против твоего мужа».
Но почему он это сделал? Получается, отец тоже знал то, что собирался натворить… Тэхён? Или Тэхён предал отца? Так много вопросов и так мало ответов.
— Ты, это, так не переживай. Мин позвал нас, и ты вместе Юнги, — Даниель переживал за неё, ведь сейчас она должна стойко пережить всё, не сломаться, всё принять и решить.
— Хорошо, — Дженни уже давно поняла, что её жизнь — сплошная полоса тревоги.
***
— Соболезную, дочка, — тихо выдал старший Мин, и Дженни снова стёрла слёзы, пока Даниель нёс им кофе, забрав у секретаря. — Как Юнги?
— Он ещё не пришёл в себя, — Дженни немного грустно, немного, ведь старший Мин — отец её мужа. Он бы мог просто навещать сына. Вон, даже бывшие пришли, но отец — нет. Можно же интересоваться состоянием сына. Собственного сына.
— Думаю, ему скоро станет лучше, — Мин Хенму отпил немного из своей чашки и аккуратно поставил на стол. Он серьёзный и холодный, это немного напугало её.
— Аминь, — Дженни решила всё разузнать, раз они начали. — Я слышала, что Ким Тэхён всё устроил. Что вы собираете с ним делать?
Мин Хенму поднял взгляд и смотрел как-то высокомерно.
— Убить? Ты хочешь это услышать?
Дженни вздрогнула, когда услышала слово «убить». Кровь за кровь?
— А есть ли другие способы «отомстить»? — Дженни так не любит это слово, но с другой стороны… это справедливо. Потому что он это реально заслужил, он убил её отца, почти не убил её мужа. Но, с другой стороны… имеет ли они играть с чужой жизнью? Но он убил твоего отца… и Юнги бы тоже умер.
— Дочка, думаю, ты ещё молода, чтобы думать о таком, — Хенму поднялся, и она тоже встала. — Ты позаботься о Юнги, хорошо?
Дженни осталось только моргнуть и идти за Даниелем. Когда она оказалась дома, она чувствовала себя паршиво. Её тянуло блевать, у неё поднялась температура, и она просто рыдала, уткнувшись лицом в подушку. После этого приняла душ, отправилась в больницу и увидела Джису. Бесит. Охрана пропустила Дженни, но когда она обернулась, увидела, как Джису пыталась пройти через охрану. «Что за энтузиазм?», — подумала Дженни и приказала им выпустить её. Дождалась, пока она оказалась рядом, и смотрела вопросительно. Джису выглядела, мягко говоря, не очень, и Дженни понимала, и её бесило, что Джису до сих пор любит. Но почему Дженни должна бояться? Пусть Джису увидит, как Дженни любит Юнги, и потом валит нахрен.
— И куда ты собираешься? — Дженни остановила её и смотрела с укором. Джису снова ярко улыбнулась и спросила разрешение. — Нельзя, ему нужен отдых, — выдала Дженни грубее, чем сама планировала. Джису вздрогнула и отступила назад.
— Хорошо, я пошла. Всего хорошего, — голос немного дрожал, но Джису сохраняла улыбку. Дженни удивилась быстрому отступлению и кивнула. Смотрела ей вслед и желала, чтобы она больше не вернулась в её жизнь. Джису быстро шагала, голос вот-вот немного сорвётся, когда она звонила кому-то. — Я согласна.
×××
— Он просит позвать жену! — медсестра выскочила в коридор и радостно прокричала: — Он очнулся!
Дженни судорожно встала и побежала к нему, не могла поверить в своё счастье. Когда вошла в палату, упала на колени рядом с койкой.
— Юнги, — она с нежностью взяла его руку, пока он стирал её слезы. — Юнги…
— Я жив, — голос Мина хрипел, но он сам выглядел вполне нормально. Лицо приобрело здоровый оттенок, а не бело-серый, глаза искрились и смотрели на неё. Это главное. — Ну, чего ты плачешь?
Дженни не смогла сдерживать себя, снова и снова целовала руку Юнги.
— Иди сюда, — Юнги позвал к себе, и Дженни положила голову на его грудь. Юнги поднял голову, нежно чмокнул макушку и стал успокаивать её. Дождался, пока успокоится, и только потом улыбнулась. — Как наши парни?
Дженни уловила грусть в голосе мужа и притихла. Сказать ли сейчас или потом?
— С Джином всё хорошо, он сейчас в компании, — Дженни заулыбалась и устроилась рядом, когда Юнги немного подвинулся. — А отец… отец…
— Что с отцом? — нахмурился Юнги, ведь помнил, как они договорились, потом взрыв и дальше темнота.
— Он погиб, — услышал Юнги и почувствовал, как она тихо заплакала. Снова успокаивал её, обнимая и прижимая к себе.
— Всё будет хорошо, — он мягко поглаживал её по голове. — Вот увидишь. Всё будет хорошо.
Дженни кивнула и помогла Юнги сесть. Через некоторое время она успокоилась, помогла мужу пообедать. Пришёл Даниель, а когда увидел Юнги, рыдал, как маленький. Плакал, повторяя «Хён, я боялся!». Дженни улыбалась, ведь Даниель — как сын Юнги.
×××
— Как же хорошо дома.
Дженни улыбалась, когда Юнги обнял сзади и положил подбородок на её плечо.
— Здесь, — Юнги игриво ткнул на грудь Дженни, — есть я.
— Да, — Дженни засмеялась и развернулась. В ответ показала на область сердца. — А здесь кто?
Знал бы Юнги, как Дженни важно знать это. Джису успокоилась, она больше не беспокоила, ведь прошло несколько недель.
— Как думаешь? — Юнги слабо улыбнулся, вгоняя Дженни в недоумение, разжигая больше огня.
— Не знаю, вот и спрашиваю, — Дженни обиженно бурчала, но спустя несколько секунд почувствовала мягкие губы на своих. У Юнги глаза закрыты, и Дженни медленно закрыла глаза, потянувшись вперёд и отвечая на поцелуй. К чёрту, кто там, ведь главное — он здесь, и он целует именно её. Губы у Юнги сладкие, Дженни давно убедилась в этом. На вкус как персик, с виду очень заманчиво выглядят, а когда пробуешь, такой приятно-сладкий, и хочется до конца целовать.
— Больше не спрашивай, — Юнги обхватил лицо девушки и приблизил к себе. — Ты. Только ты.
Дженни счастлива. Очень.
×××
— Дани, ты ведь знаешь, колись, — не переставала Дженни, когда он принёс ей кофе и пришёл поболтать.
— Ну, нуна, — скривился Даниель, — Хенму ведь говорил, что это не наше дело.
— Что они собираются сделать? Говори, — начала угрожать Дженни. Но смешно угрожала, потому Даниель не воспринял её всерьёз.
— Кстати, как назвали твоего племянника? — парень ловко, вот прям ловко управлял разговором. Дженни сразу оживилась, когда услышала о ребёнке Чжихе и Сухён. Она недавно родила сына, что стало темой для всех. Его назвали в честь погибшего дедушки. Но Дженни зовёт его просто Джэ, и всё.
— Джэхван, ты же уже спрашивал, — Дженни немного отпила свой напиток и поморщилась. — Дани, что ты купил? Почему у этого кофе мерзкий вкус?
— Ты же любила этот кофе, — Даниель осмотрел стакан Дженни и задумался. — Неужели разлюбила американо?
— Нет, у этого кофе просто отвратительный вкус, — Дженни встала и пошла за водой. — Продолжаем тему. Что задумали они? Кан Даниель, колись, ты всё знаешь.
— Ким-Мин Дженни, — повторил Дани в её тоне и сделал фейспалм. — Не наше дело. Твой муж сам разберётся.
Дженни раздражённо кинула кофе на мусорку, открыла холодильник и вытащила контейнер с кимчи.
— Почему ты жрёшь кимчи, когда злишься на меня? — поинтересовался Даниель, когда Дженни села рядом и включила телевизор. Когда Юнги на работе, можно так себя баловать. А выйти на улицу — нет, желания нет.
— Заметь, я сожрала весь зимний запас, это означает, что ты бесишь меня в последние дни, — Дженни положила кусок на рот и жевала.
— Выглядит аппетитно, — Даниель потянулся за капустой, но получил шлепок по руке и увидел возмущённую девушку. — Понял.
***
— Ты знаешь, что мне нужно. Точнее, кто, — мерзко улыбнулся Тэхён, и Юнги еле сдержал себя.
— Я обещал ей, что не буду больше убивать, но, кажется, мне придётся это игнорировать, — Юнги потянулся за оружием, но Тэхён-то уверен, что он не убьёт. Когда все кланы здесь собрались, перед всеми главами Юнги не посмеет, Тэхён это знает.
Джин держал Юнги, другие просто наблюдали за ними.
— Убью, понял? — прорычал Юнги, а Тэхён вальяжно сидел на кресле. — Убью, тогда даже моргнуть не успеешь.
— Кто кого, Мин, кто кого, — засмеялся Тэхён.