While you are here.
…гудки шли долго. Слишком долго. Кажется, целую жизнь. Или две.
—Да, — наконец раздалось в трубке. Голос хриплый, будто он не спал. Или пил. Или и то, и другое.
Я сглотнула. Горло пересохло, а слова — застряли где-то в груди.
—Серёжа, — выдохнула я. — Он ушёл.
Пауза. Только дыхание в трубке. Слишком близкое. Слишком настоящее.
—Ты говорила, что не позвонишь, — наконец сказал он. Спокойно. Почти отрешённо. Но я знала — он не удивлён.
—Я говорила. Но, кажется, мне плевать, кто будет следующим, кто меня разочарует.
Он усмехнулся. Глухо. Беззлобно.
—Ты всё ещё думаешь, что кого-то можно спасти?
—Я думаю, что не хочу быть одна.
И опять — тишина. Звук шагов, будто он встал. Стук двери. Что-то щёлкнуло — может, ключ. Может, замок внутри него самого.
—Адрес тот же? — спросил он.
—Да. Только не заходи сразу. Я… я не хочу, чтобы ты видел меня такой.
—Маша.
Он сказал это тихо. Но как будто дотронулся до плеча. Или до сердца. Всё, что было во мне — сжалось, будто это имя произнёс не он, а кто-то, кого я забыла ждать.
—Я не за тобой еду. Я за ним.
Я замолчала. А потом медленно опустила руку с телефоном.
А экран всё ещё светился. Как сигарета на полу. Как остатки веры. Как проклятая надежда.
И я знала: он тоже тлеет. Только вопрос — кто догорит первым.
Я не выключила телефон. Просто села на пол рядом с этой чёртовой сигаретой, которая всё ещё дымилась, будто специально. Как будто напоминала — "всё не закончилось, не думай, что это конец".
Через щель под дверью тянуло холодом. Кажется, я начала мёрзнуть, но не хотела двигаться. В голове звенела одна мысль: “он за ним”. Не за мной. Не ради меня. И не потому, что ему важно, что я снова не справляюсь.
Я обхватила колени. Закрыла глаза.
И тогда — снова звонок. Не в дверь. В телефон. Опять Серёжа.
Я ответила молча.
—Он пошёл туда? — коротко спросил он.
—Я не знаю. Я не спросила. Он просто… сказал, что может не вернуться. И я…
—Где его хранили пистолет? — перебил он.
Я замерла.
—Что?
—Маша, где он держал оружие?
Я смотрела в пустую комнату. Диван. Плед, который я вчера сложила, будто это имело значение. Его чашка на столе. И — пустота.
—Под кроватью, — тихо ответила я. — Или… раньше держал там. Я не проверяла. Не лезла. Не хотела… видеть.
—Он взял его. Я уверен, — голос Серёжи стал резким. — Я знаю, куда он мог пойти. Сиди дома. Не делай ничего. И если он вернётся — не открывай. Ни за что, поняла?
—Серёж… — выдохнула я. — Что ты собираешься делать?
—Закончить то, что он не смог. Или, если повезёт — остановить его.
Он отключился. Без прощания.
А я осталась сидеть. В груди было так пусто, что, казалось, даже сердце решило взять паузу.
И тогда я встала. Медленно. Как будто что-то решилось внутри меня.
Пошла в спальню. Наклонилась, заглянула под кровать.
Ничего. Только пыль. Только тишина.
И я поняла — Серёжа прав. Он пошёл за концом.
А я — за телефоном. Уже не колеблясь. Уже не в растерянности.
Теперь я знала, кому звонить. Не Серёже. Не маме. Не друзьям.
Теперь — только один номер. Тот, который я сохранила под именем, которое больше никто не должен был увидеть.
“Резерв”.
Я нажала. И впервые за много дней — руки не дрожали.
Тгк: PSNrona