🍁34 часть🍁
Феликс лежал на кровати, уставившись в потолок. В голове пульсировала одна мысль: если бы не отец, ничего этого бы не случилось. Но его даже не ищут. Друзья забыли. В памяти всплывали картинки: детские игры с друзьями у дома, беззаботное смех, футбол с отцом, волнительное ожидание рождения племянницы. А теперь… теперь ничего. Только он, грязь, секс, боль и ебанутый Хван Хёнджин.
Каждое прикосновение Хёнджина отзывалось в теле новой волной боли. Феликс ощущал себя уничтоженным не только морально, но и физически. Он попытался пошевелиться, но тело отозвалось острой болью внизу живота. Слезы снова навернулись на глаза.
Дверь скрипнула, и в комнату вошел Хёнджин. Взгляд его был пуст, словно он смотрел сквозь Феликса. В руках он держал стакан воды и таблетку.
Х–Выпей, – грубо бросил Хёнджин, протягивая таблетку.
Феликс молча смотрел на него. Что это? Яд? Обезболивающее? Он не знал, чего ожидать от Хёнджина.
Х–Я сказал, выпей! – рявкнул Хёнджин, наклоняясь над ним. – Или хочешь, чтобы мне пришлось влить это в тебя силой?
Феликс, дрожащей рукой, взял таблетку и проглотил её, запив водой. Хёнджин молча наблюдал за ним, и в этом молчании Феликс чувствовал невысказанную угрозу.
Хёнджин отбросил стакан в сторону, он со звоном разбился об стену. Феликс вздрогнул.
Х–Встань, – приказал Хёнджин.
Феликс попытался сесть, но резкая боль пронзила его тело. Он застонал и упал обратно на кровать.
Х–Я не понимаю, что так сложно встать? – прошипел Хёнджин, злобно глядя на Феликса.
Хёнджин подошел ближе и схватил Феликса за руку, грубо поднимая его с кровати. Ноги Феликса подкосились, и он чуть не упал. Хёнджин удержал его, но в глазах его читалось раздражение.
Х–Иди в душ, – коротко бросил он, подталкивая Феликса к двери.
Феликс, шатаясь, поплелся в ванную. Он разделся и встал под горячие струи воды. Вода обжигала кожу, но он не чувствовал ничего, кроме оцепенения. Он стоял так долго, пока вода не стала холодной.
Выйдя из душа, он увидел на кровати чистую одежду. Это было что-то вроде пижамы – широкая футболка и свободные штаны. Он быстро оделся и вернулся в комнату. Хёнджин сидел на кровати, погруженный в телефон. Он не поднял головы, когда Феликс вошел.
Х–Ложись спать, – сказал он, не отрываясь от экрана.
Феликс молча лег на кровать, отвернувшись от Хёнджина. Он не мог заснуть. Боль, страх и унижение переполняли его. Он чувствовал себя сломанной игрушкой, выброшенной и забытой.
Он закрыл глаза и попытался представить себе прежнюю жизнь, счастливую и беззаботную. Но все, что он видел, было лицо Хёнджина – холодное, жестокое и безжалостное.
Феликс снова заплакал. Тихо, беззвучно, чтобы Хёнджин не услышал. Он знал, что если Хёнджин услышит его слезы, то его ждет еще больше боли.
Он лежал так до утра, не сомкнув глаз. С каждым новым днем надежда на спасение угасала, и Феликс все больше погружался во тьму отчаяния. Он боялся будущего, боялся Хёнджина, боялся себя. Он боялся всего.