Бог есть

Сергей З.

Я родился в простой советской семье. Сколько себя помню, всегда стремился быть правильным и хорошим. Отец пил. Когда он напивался, мать кричала: "Скотина! Я от тебя уйду!". Из двора мне нельзя было никуда уходить, все можно было только по разрешению. После восьмого класса я пошел в мореходное училище. Вскоре женился.

В начале 90-х Гайдар отпустил цены, начали рушиться все устои в стране. Я ушел в кругосветное плавание, продолжавшееся семь месяцев. А когда сошел на берег, понял, что мне не надо этой романтики. Появилась возможность заниматься бизнесом. Я стал торговать керамической плиткой.

Процесс проходил успешно, денег становилось все больше и больше. У меня появился 600-й "Мерседес" с личным шофером, я мог ходить на работу, когда хочу. Когда я достиг того, к чему стремился, я понял, что потерял смысл. Единственным, что наполняло жизнь какой-то радостью, стала выпивка. Бизнес у меня был на пару с партнером. Вскоре наши отношения расстроились, и он решил, что может обойтись без меня. В результате он объявил мне войну — с бандитами, захватами и прочими прелестями таких разборок. Это длилось в течение года. Хотя все кончилось благополучно, я был подавлен — и физически, и психологически. Я находился в депрессии, которую запивал водкой, и курил сигареты одну за другой.

помирать, так с музыкой!

В 98-м году я на своем "Мерседесе" пьяный разбился, снес бетонный столб. Через восемь месяцев авария повторилась... Это произвело на меня шокирующее действие. Я напился так, что мне стало плохо, мне вызвали "скорую" и увезли в институт Бехтерева. Едва откачали. Очнувшись через 3 дня, я увидел, что вокруг меня одни алкоголики. Лечащий врач мне сказал: "Если ты не бросишь пить, то умрешь". Я отвечал: "Ну, без водки — это не жизнь. Если и жить, то жить с радостью". А он говорит: "Ну, тогда ты умрешь". Я говорю: "Если я умру, то умру я, во всяком случае, с песнями, с плясками. С каким-то смыслом, с радостью эта жизнь прекратится".

Меня лечили какими-то индийскими порошками. После них сильно тошнило. Вышел через 40 дней из больницы, опять начался запой. И вновь — интоксикация. Опять увезли в этот центр. Когда я во второй раз попал в институт, я понял, что дальнейший путь — это только идти по кругу. У меня началась страшная депрессия.

"Бог тебе поможет!"

Моя сестра в то время уже ходила в церковь, она позвонила мне и сказала: "Что ты мучаешься, у нас тут один человек покаялся и два месяца уже не пьет". Я сказал: "Ну, это все сказки. Все вернется на свои пути". Я всегда считал, что вера в Бога — это участь бабушек, дедушек, которые уже жизнь свою прожили, им терять нечего. Но сестра меня зацепила тем, что сказала: "Ты не хочешь прийти в церковь, потому что боишься". Я сказал: "Я — боюсь? Я бизнесмен, я такой крутой. Я никого и ничего не боюсь". Она говорит: "Ну приди, тебя никто не будет ни уговаривать, ни куда-то вовлекать. Не понравится — уйдешь".

Я стал ходить в церковь. Для меня было как бальзам на душу — все эти песнопения, молитвы. Появился интерес к жизни. А потом я поехал на переговоры за границу. Там была деловая встреча, где было пиво. Я подумал, что если к пиву я добавлю стакан вина, наверняка ничего не будет. В результате выпил кружку, вторую, третью. Партнер меня отговаривал, но я не слушал. Где-то в пять утра я понял, что я уже пью водку и остановиться не могу.

Я позвонил пастору церкви и говорю: "Что мне делать? Я пью, и мне не остановиться". Он сказал: "Молиться". Я — молиться, чтобы Бог дал свободу от похмелья. Но ничего не происходит. Так начался марафон двухнедельный. Вернулся я в Россию, а запой не прекращается. Пришли ко мне пастор с дьяконом, давай за меня молиться. Я тоже молюсь, стою на коленях, плачу, и тут же иду на кухню, наливаю себе стакан, выпиваю...

начались галлюцинации

Запои стали повторяться регулярно. Однажды, когда я очнулся в очередной раз, друг мне говорит: "Слушай, врачи сказали, что тебе зеленый свет на кладбище". На что я ему ответил: "С какой стати? Я еще не собираюсь умирать". Он говорит: "Ну, вот врачи говорят, что тебе уже никто и ничто не поможет". Я сказал: "Ну, дураки твои врачи. Я бизнесмен, я крутой, у меня все под контролем, я все знаю, все умею, я всего сам добьюсь, и я найму себе нового врача". Он говорит: "Так это уже не один врач, и другие врачи так говорят".

Вскоре у меня начались галлюцинации. Я потерял грань между реальным и нереальным миром. Стало страшно. Запой происходил таким образом: 5-6 часов я пью, наступает интоксикация, я вызываю врача, врач приезжает, ставит мне капельницу, делает уколы, откачивает, я отключаюсь... Через 5-6 часов я просыпаюсь, у меня начинаются ломки ужасные.

Жена, видя, что со мной происходит, идет в магазин, покупает бутылку, я опять начинаю пить. Меня выворачивает, меня рвет, у меня давление, опухший весь, — вот такое состояние. И вот когда я понял, что я потерял грань между живым и нереальным миром, тогда я испугался. И когда испугался, я понял, что на самом деле ничего я не контролирую, ничего я не понимаю, ничего не знаю, никто мне помочь не может — ни мать, ни жена, ни врач, ни друг, ни сестра, ни пастор, — никто мне помочь не может, я лечу в пропасть, я просто скоро погибну.
Я побежал в церковь.

покаяние

В церкви была проповедь о широкой, вымощенной дороге, по которой идут все, и идут в ад. Но есть узкая, тернистая дорога, которая ведет в рай. И когда проповедь закончилась, я подошел к пастору и сказал: "Скажите мне, из каких камней, какого размера, какой ширины дорога, сколько по ней идет людей, почему они идут именно туда, почему это в ад, почему узкая и тернистая?.." На что он мне сказал: "Надо просто пойти помолиться". Зашли в зал, я говорю: "Что надо делать?" — "Бог — великий, святой, надо перед Ним преклонить колени". Мы встали на колени, и я сказал: "Я не знаю, что говорить". Он сказал: "Я буду молиться, ты за мной повторяй". Когда я начал молиться, меня стали душить слезы, начались рыдания. Вместе с этими рыданиями пришло какое-то очищение, радость. И когда я встал, я на мир посмотрел совершенно иными глазами. И уже вся церковь, вся община собралась в зале — кто плачет, кто поздравляет.

Домой я прилетел на крыльях. От депрессии — ни следа. И я довольный такой бегаю по квартире, и вдруг мысль: "О! Я же сегодня покаялся! Это событие, надо отметить!" Я — к выходу, чтобы пойти купить бутылку, а мне внутри какой-то голос: "Погоди, погоди. Ты обещал Богу не грешить". Я говорю: "Точно! Обещал!" И — обратно на кухню. А мне — другой голос: "Ну как же, вот сегодня воскресенье, сегодня ты выпьешь, а завтра понедельник, новая неделя, новая жизнь". Я говорю: "Во, точно. Сегодня в последний раз. Мы отметим, отпразднуем это дело, а завтра — все". И вот так эта борьба какое-то время продолжалась, я ходил из кухни к двери, от двери в кухню, и в конце концов уже вот такой голос прозвучал: "Ну ты же обещал. Ты мужчина или не мужчина?" Я говорю: "Да, я мужчина, я обещал. Никуда я сегодня не пойду". Принял я решение, успокоился и лег спать. Утром проснулся, как будто я вообще никогда в жизни не пил. Как заново родился.

бракованные сигареты

Через пару дней мне попалась бракованная сигарета, я ее выбросил, взял другую — тоже бракованная, взял третью — там тоже брак. Я говорю жене: "Ты зачем такие дорогие бракованные сигареты купила?" Она закурила, говорит: "Нет, нормальные сигареты". Я говорю: "Все, я эту гадость больше курить не буду". А она говорит: "Ну, ты курить не будешь — я тоже не буду".

Вскоре произошло еще одно событие. Сидел я со своей охраной в "Джипе", разговаривали, как обычно, и вдруг у меня такое ощущение, как будто я проваливаюсь в какой-то другой мир, меня раздирает боль. В чем причина? Вдруг понимаю, что все, кто сидит в машине — все они матерятся. А я раньше очень матерился, считал, что это привилегия настоящих мужчин. Для меня не существовало ни родственников, ни жены, ни подруг, ни родителей, — я матерился при всех. И тут я как закричу: "Вы что, с ума сошли? Вы что, Бога не боитесь? Это же сквернословие!" Люди опешили, испугались: "Что, что случилось?" Я им начинаю рассказывать, что произошло со мной, а они мне говорят: "Ну, и пусть твой Бог тебя тогда защищает". Я вышел из "Джипа" и пошел. Они говорят: "Ты куда пошел?" Я говорю: "Меня Бог мой защитит". А они смотрят, видят, дело серьезное, кричат вслед: "Ну ладно, вернись обратно". Я вернулся. Они говорят: "Ты не переживай. Месяц подуришься, потом возьмем выпивки, женщин, пойдем в баню, и все будет нормально. Это у тебя временное, все вернется на свои пути..."

прошло 5 лет...

Прошло 5 лет, как я покаялся. Слава Богу, что Он освободил меня от алкогольной зависимости, от курения, от сквернословия, от лжи и от многих других вещей. Самое удивительное, что я открыл для себя: Бог не только спасает, но и восстанавливает все разрушенные сферы жизни человека. Он восстановил мои отношения с женой, потому что они были такие, как вот принято в обществе — прошла любовь, повяли помидоры...