Глава 1
«Лучше достаться стервятникам, чем попасть к льстецам. Те пожирают мертвых, а эти — живых.
Антисфен.»
Холод машинного стекла перешёл и на лицо, по ту сторону, где кипит жизнь, по окну стекают капли дождя, но людей это не останавливает, они все куда-то оживленно направляются и не собираются идти домой, это точно.
— Родная, все это, только лишь для твоего блага, — эту фразу они говорили от самого дома и всю дорогу до Алабамы, целых пять штатов, одна и та же фраза.
— Лучше для кого? — я мельком посмотрела вперёд, где сидели мои родители.
Машина, которая ехала впереди нас, резко дала по тормозам, из-за чего наш водитель выругался на весь салон и сманеврировал.
— Жерар, все в порядке? — отец обратился к водителю через окошко.
- Какой-то идиот сбил женщину на переходе, придётся ехать в объезд, до вашего дома ехать меньше десяти минут, можете потихоньку собираться, — он кивнул и нажал на какую-то из многочисленных кнопок на панеле, из-за которой окошко, которое разделяло нас, закрылось.
Ужасный дом. Он в прямом смысле вселял ужас, мрачный, но дорогой, отрешенной от остальных, но самый помпезный, темный, но выделяющийся своей красотой, один взгляд на него вызывал во мне дрожь в коленях, а то, что ещё здесь погребены наши предки, прямо за летним садом, где находилось фамильное кладбище, добило меня до конца.
В этом доме я была только в детстве, когда наш в Вашингтоне сгорел, мы перебрались временно сюда, но и тогда я не особо была рада этому.
Внутри все было как у королевы Англии, роскошно с долей пафоса и естественно золото, и красное дерево, все что отливало красным или желтым, этот цвет присутствовал везде, даже волосы мои огненно-красные, как пламень.
Вся моя семья и я сама, мы любим помпезность, любим выделяться, любим быть в центре внимания, именно это и сгубило нас месяц назад.
Бизнес отца пошёл под откос из-за невнимательности, мать, побывав на очередном закрытом клубе, спустила больше половины нашего состояния, после чего, нашему семейству ничего не оставалось сделать, как переехать в усадьбу, которую отнять даже государство не могло, как сильно оно закрепилось на нашей родословной.
— Звонил наш агент, он начал дело по нашему бизнесу, сказал, что дело выигрышное и если немного выждать, мы сможем вернуть все, до последнего цента!
Я была счастлива за отца, ведь бизнес – это все, что есть у него, он вложил в это всего себя, а в конечном итоге облажался по-кружному.
— Селеста, — мы стояли в просторном холле, где на круглом журнальном столе для писем стояла больших размером ваза с алыми розами, их было очень много и они источали терпкий запах,— Мы восстановили твою учебу, с завтрашнего дня ты ученица школы Ист-Элит!
Он сказал это так радостно, что я на мгновение подумала, что не так все и плохо, но посмотрев в окно, вид которого открыл безупречные могилы, тут же отдернула себя, это омерзительно.
— А ты что скажешь, мама? Как тебе эта жизнь?
Да, прозвучало очень грубо и резко, но пусть другого отношения не ждёт к себе, эта женщина только и знала, как спускать отцовские деньги в игровых клубах, со своими тупоголовыми подружками, сейчас же стоит с грустными глазками и сочувственно кивает головой, вся такая жертва обстоятельств!
Не дожидаясь ответа я велела дворецкому занести мои чемоданы в комнату и сама туда направилась как можно скорее. Скорее из этой гнетущей обстановки, скорее от тупоголовых родителей, скорее от мрачного вида из окон холла.
Утро выдалось не самым лучшим, разбудил меня ворон, который каркал так, будто бы его режут, он сидел на высокой калитке и орал во всю глотку.
Плюсом к неудачному пробуждению ещё оказалось то, что моя машина осталась в Вашингтоне, перевозить её времени нет, потому отец пожертвовал мне личный автомобиль с водителем.
Погода в Алабаме была ужаснейшей, тучи затянули все небо и даже солнца не было видно, моросил назойливый дождь, даже город не рад нашему переезду!
Машина высадила меня у парадных ворот школы, которая была разделена на три корпуса и плюс территории на улице, скверненько, придётся идти на контакт, что бы разузнать побольше об этом месте.
— Мисс Басс, возьмите зонт, погода будет такой до самого вечера,— мужчина передал мне зонт и я молча вышла из машины.
Никаких волнительных ощущений или страха я не испытывала, я не из пугливых, но вот нервозность присутствовала, особенно когда в открытую люди смотрели на то, как я иду к парадной.
Гром набирал обороты, уже ударила несколько раз молния, из-за резкой смены температуры у меня начала кружиться голова, встав под навесом, я переводила дыхание.
— Привет, ты ведь новенькая ?— назойливая богатенькая девочка (как и все остальные здесь) подскочила моментально.
— Старенькая,— грубо ответила ей, я этой даме не подружка, любезничать не собираюсь.
— Значит новенькая, тебя как зовут? Случайно не Грангильда Лестрейндж?
Из неё слова лились потоком, мне хотелось уже вырвать этот злосчастный язык и повесить вместо школьного флага, который я прошла на улице.
— Я никакая не Грангильда Лестрейндж и я искренне сочувствую этой бедняжке, у неё уже жизнь испорчена с таким то именем, — я внимательно старались изучить план главного корпуса, в котором находилось все руководствовалось и сам директор с его секретарем, к которому я сейчас направляюсь за листом с расписанием.
Девушка молча наблюдала за мной и что-то чёркала в своём блокноте, который я заметила только что.
— Грангильда Лестрейндж – это я, я так познакомиться хотела, а ты грубиянка!
Она сказала это с твой обидой и досадой, что будь я ни я, то уже извинилась бы за свои слова, но я – это я , потому пусть катится подальше со своими идиотскими попытками познакомиться.
К концу учебного дня я заметила одну назойливую странность, все смотрели на меня со страхом и с неким ожиданием, но страннее было то, что после того случая с Грангильдой, ко мне не подошёл ни один человек, даже просто поздороваться, я стала неким привидением.
Обратная дорога домой была серой и приторно однотонной, дома были закрыты и ни один человек не сидел на лавке или просто стоял, все куда-то спешили, а окна домой были зашторены, каждая, не без исключений.
Тропинка, которая вела через парковую зону, в которой сейчас не было ни одного человека, трава была мокрой, а с деревьев капали остатки дождя, солнце так и не взошло, его закрывали тучи, а прохладный ветерок трепал мои волосы и юбку.
— Ты – та самая Басс?
Мне поперек вышла компания подростков моего возраста, я уже примерно представляю чем это закончится, но и я не из робкого десятка.
— Если быть точнее, Селеста Басс, — длинная прядь упала мне на глаза от резкого порыва, но я быстро смахнула её.
Передо мной, в паре шагов стояла высокая брюнетка, по бокам которой стояли блондинка девушка с типичными, для Аризоны, чертами лица и смуглый парень.
— Я не желаю тебе зла, Селеста,— и вот сейчас у меня появилось чувство дежавю, все не желают мне зла, а говницо то прет всё равно,— Ты лучше возвращайся обратно, если хочешь и дальше жить, ты не местная, потому ты много не знаешь, но лучше поскорее клади сумочку от Dior в чемодан от LV и беги на шпильках туда, откуда и приехала.
Её слова заставили меня так нахмуриться, что складка между бровями стала ощутимей.
— Это угроза?— я сложила руки на груди и посмотрела ей в глаза, они были стеклянными, ни одного чувства нельзя прочесть, словно кукла, в красивой обертке.
— Можешь считать и так, я тебя предупредила,— её друзья прошли мимо меня, когда она встала сбоку, её лицо встретилось с моим,— но знай, большее зло здесь надо ждать от друзей, не доверяй никому, ты можешь не верить и мне, но я стараюсь предостеречь.
Она замолчала и устремила взгляд вперёд, тучи рассеялись, выглянуло солнце.
— Я Кортни Питтерс, если захочешь поболтать, просто позвони, мой домашний расклеен на каждом столбе и информационном таблоиде.
Девушка ушла, потому что её позвали друзья, а я стояла и переваривала её слова, чуть поодаль, впереди, стоял таблоид с объявлениями, я ускорилась и уже стояла и искала нужную информацию.
Увиденное привело меня в дикий ужас.
не было ни объявлений о купле-продаже, о поиске работы или чего-то подобного, на всю стенку были развешены листы с фотографиями пропавших подростков, на некоторых были уже мертвые и разложившиеся до безобразия, но надпись внизу заставила меня застыть от ужаса.
Фотография парня, примерно моего возраста, дыра во лбу была сквозной и почерневшей, само тело приобрело фиолетовый оттенок, сам он лежал на берегу какой-то реки, внизу была статья.
«Спустя десять месяцев со дня пропажи Коула Питтерса информация о его местонахождении была неизвестна до сегодняшнего дня, отряд рейнджеров на одной из своих тренировок обнаружили тело на берегу реки Миссисипи, спустя долгий процесс экспертизы удалось выяснить личность и дату смерти подростка.
Город скорбит с вами, Питтерсы, каждый молится за вашу семью, соболезнуем вашей утрате!
Вайолет Диккенс,
10/10/17»