Астрид

Мотоцикл быстро едет по лесу. Его огибают деревья, камни, кусты, а сзади прокладывается лесная трасса. За рулём — я. И я смотрю на спидометр — двести километров в час, триста, восемьсот. И тут выростает огромное дерево, о которое я врезаюсь со всей скорости и кочусь по полу. Из моего лба льется кровь, превращаясь в красную змею, как только касается земли. Я прикрываю лоб рукой и змея уползает. Она вдруг делает круг и превращается в зеркало. Я смотрю в него. Вот она я— позади горит мотоцикл, а я сижу в свадебном платье и плачу. Сзади ко мне подходит Аксель и помогает встать. Парень смотрит в зеркало и меня пробирает дрожь. Это не Аксель. Это Магнус! И на нём безупречный костюм, как и всегда. Парень наклоняется к моей шее и я чувствую его горячее дыхание на коже. А потом кусает меня…

    Снова пот, снова ужас, снова крик и я редко подрываюсь с кровати. Душно. Я понимаю где нахожусь не с самого начала. Сначала мне нужно было оглядеться вокруг, нахмурить брови, приложить прохладную ладонь к горячему лбу. Это не моя комната. Оранжевая, большая кровать, мольберт у панорамного окна, пианино вдоль стены, а на нём гитара. Широкий книжный шкаф у второй стены, а в нём бесконечность разноцветных корешков. Но потом я замечаю на стене картину — два одинаковых парня, один в белом костюме, а второй в чёрном. Они стоят на чёрно-белом фоне. Один из них (наверное, Аксель) широко улыбался, а второй нахмурился и сложил руки на груди. Это комната Акселя! Я вдохнула запах и он подтвердил мои догадки, ведь тут пахло клубникой. Сладко и едко.

    На краю кровати лежало моё платье. Только взглянув на него, я ужаснулась. Да оно же всё грязное, рваное и мятое. Если я вчера позволила себе в таком виде всю дорогу ехать, то я точно сошла с ума. Стало неловко. Зато на мне почему-то была надета широкая серая футболка и такие же широкие мужские шорты. Я поднесла край футболки к лицу. Клубника. Значит, Акселю вчера пришлось одолжить мне одежду. Но я этого совершенно не помню. Святые бокалы, если ему ещё и пришлось меня одевать, то я не смогу смотреть ему в глаза до конца своих дней. Почему же вчера мне стало так плохо? И где мой телефон? Я не намерена оставаться тут ни минуты. Но, обследовав комнату, я телефон так и не нашла. Из-за этого я с опаской уставилась на разрисованные в галактические цвета двери. Необходимо выйти. А что если я встречу кого-то из братьев?

    К моему счастью, дверь не скрипела, поэтому я тихо покинула комнату и босиком пошла по пушистому ковру на далёкий запах кофе. Я оказалась в светлой гостиной, перетекающей в кухню как только вышла из коридора. Тут запах кофе был сильнее всего. Где-то тут я надеялась найти свой телефон, прежде чем кто-то из жителей этой квартиры обнаружит меня. Может, он на том стеклянном столике перед диваном? Я попыталась тихо красться. Где-то из кухни слышалось радио, только не песни звучали оттуда, а новости и, кажется, я даже услышала прогноз погоды. А потом я повернула голову в сторону кухни, когда была уже на полпути к своей цели и замерла…

    Парень повернулся к кофеварке, поэтому не замечал меня, но я его видела прекрасно. Он зачем-то уселся на кухонную тумбочку, читал книгу. Одет был только в тёмные джинсы, а торс был голым. Я видела сильную спину, темную макушку волос, руку, которой он оперся о тумбочку. Мне нужно было соображать быстрее, ведь через пару секунд у парня заварится кофе, а я бы очень не хотела быть обнаруженной. Но я застыла и продолжала бесстыдно на него пялиться. Сколько же у Акселя хобби? Рисование, книги, музыка, а судя по телосложению ещё и в спортзал частенько захаживает. У меня такое ощущение, что он вообще идеальный.

    Мне стало стыдно, что я не покраснела, пока наблюдала за ним и поэтому мне пришлось покраснеть. В голову пришла вчерашняя мысль о поцелуе утром, в качестве благодарности. Что за мысли были у меня в голове? То, что произошло на террасе было ошибкой и ничего не значило ни для меня, ни для него тем более.

    Я опомнилась и живо преодолела оставшееся расстояние к стеклянному столу, на этот раз пригнувшись. Будто так я могла стать менее заметной. Но какое же было моё разочарование, когда на столике я не обнаружила ничего, кроме пульта от телевизора и тарелки с фруктами. Где чёртов телефон? Не теряя надежду, я начала рыться в подушках на светло-сером диване. Ну я же не могла оставить его в… Ох… Кажется, телефона не было со мной, когда я садилась в машину к Магнусу и Акселю. Кажется, он вообще остался где-то в ресторане. А я ведь даже не была пьяна!

   — Что ты… — услышала я за спиной и тут же прекратила обыск дивана. Медленно повернулась. Аксель замер в пару метрах с книгой и чашкой кофе в руках.

— Ой, извини, Аксель. Я только пыталась найти свой телефон, чтобы вызвать такси или… Хотя бы сообщить Феликсу где я. Но, похоже я забыла телефон в ресторане. Понимаешь? — язык заплетался. Воспоминания про разговор, клубничную сигарету, разбившийся бокал шампанского не давали языку и голове работать в паре.

   Парень с интересом разглядывал  во что я была одета и лицо моё тоже. Почему я даже не додумалась найти где-то зеркало? Он молчал.

— Э-э… Спасибо за футболку и шорты. Вчера на мне ещё была кофта. Ты не знаешь где она? На улице довольно холодно, так я домой не поеду. — Немного растерявшись, я начала блуждать взглядом по полу, а Аксель нахмурился. — О, конечно я верну тебе твою одежду. Как-нибудь… потом… — смутилась я.

— Сядь. — сказал парень и я резко повиновалась ему, не спуская взгляда. — Я вызову такси. Кофта твоя в прихожей на крючке.

    Я часто заморгала. Он вернулся на кухню и пил кофе там. Что с ним не так? Может, ему тоже стыдно за тот поцелуй на террасе?

— Слушай, по поводу вчерашнего… Это ничего не значит, да? Честно говоря, я не знаю что на меня нашло… Я вообще-то… — заплетаясь в словах, пыталась объясниться я.

— Послушай… — оборвал меня необычно грубый голос парня. — Я не Аксель, ясно?

   Внутри похолодело. Как… А… А потом зажглось пламя злобы. Я сцепила зубы и отвернулась, заливаясь краской смущения. Магнус. Это был Магнус! Всё это время был Магнус! То есть это Магнуса я рассматривала за чтением книги на кухне, его спину, его руки, затылок… Это Магнус застал меня пока я искала телефон. Как я могла так ошибиться? Как я могла не заметить часы на его руке, ровную стрижку, пронзительные глаза? Мне казалось, что я могу их различать, ведь они такие разные!

— А нельзя было сказать сразу? А то я начала тут плести про телефон, одежду, террасу… — разозлилась я.

— Я не обязан говорить тебе кто я. Я не виноват, что ты нас не различаешь. — развел руками Магнус. — Сама виновата, что язык за зубами держать не умеешь.

    Я возмущённо прыснула.

— А ты покажи как надо, давай. Научи. — сказала я, не поворачиваясь в сторону кухни, чтобы показать, что мне всё равно на зрительный контакт. Но я чувствовала левым ухом, что Магнус-то смотрит на меня.

— Я вызываю такси. — прошипел он, куда-то уходя.

— Давно пора… — сделала я про себя замечание.

    Он ушел, а я пока быстро метнулась на кухню. Запах кофе был таким соблазнительным, что сидеть и просто вдыхать его было грехом. В кофеварке я выбрала «латте» и установила под ней белую чистую чашку, найденную возле умывальника. Но потом мои глаза опасно метнулись к чашке кофе Магнуса…и заблестели. Я выглянула из кухни, чтобы проверить не идёт ли парень обратно. А потом я просто посыпала его кофе чем-то похожим на перец, ведь стояло оно на полке в аккуратной перечнице. Американо с перцем? Почему бы и нет? Надеюсь, что мистеру обиженному нравиться острая горечь. Когда я забрала своё латте, то в гостиную вошёл Магнус… Нет, это был Аксель. Да, Аксель, ведь только он мог надеть белую маску для сна и зелёный халат.

— Утро. — зевая, сообщил он.

— Доброе. — поддержала его я, садясь на диван так, словно я уже стала хозяйкой этого дома.

— Кофе пьешь? Это хорошо… Очень хорошо… — протянул парень с болью в голосе. — Голова болит.

    Я хмыкнула и приложила край кружки к губам. Окей, мне нельзя кофе. Тем более запрещено пить его утром, натощак. Кого это волнует? Меня, ведь сразу после небольшого глотка я почувствовала тошноту.

    Аксель прошел на кухню и порылся в каких-то шухлядах, доставая бутылку. Она была темно-розовой, поэтому я посмела предположить, что это вино. Потом парень достал где-то бокал и плеснул туда жидкости из бутылки. Одним залпом он проглотил вино и даже не скривился. Чему тут удивляться? Похоже, кто-то вчера немного перебрал со спиртным. Невольно вспомнился стакан виски в руках у Акселя. Наверное, он был не первый и не последний.

   Парень неожиданно сел возле меня и закинул ноги на журнальный столик. В этот же миг в комнату влетел его братишка. Почему-то он был весь багровый, сжимал в руках телефон и наконец надел свитер. Я уже устала сдерживаться, чтобы не начать рассматривать его торс. Хотите верьте, хотите нет, но я даже ни разу не покосилась туда. Это стоило мне трудов и пота.

— Всё. Я вызвал такси. Собирай вещички и уходи в направлении двери. — сообщил он, поворачиваясь ко мне. Его глаза метнулись на мое латте.

— Buon giorno! — озвался Аксель, элегантно махая кончиками пальцев. — Тебе не кажется, что вот так выставлять за дверь даму — не красиво. Не будь таким грубым, amico!

— Кто дал ей кофе? — стиснув зубы, спросил он так, словно я совершила ужасное преступление.

    Я тут же нервно схватилась за чашку и громко отпила почти половину. Выпила бы и всё остальное, но пока кофе ещё было горячим и больно обожгло язык. Аксель тут же засмеялся красивым, итальянским смехом.

— Я дал, расслабься. — сказал он своему озверевшему брату.

    Магнус смотрел то на аппетитное латте в моих руках, то на своего близнеца. Я была благодарна последнему за то, что вступился, хотя я и не боялась гнева Магнуса. Он был смешным. В больнице я приказывала себе извиниться перед родственниками того парня, который пострадал из-за меня, я была уверена, что я паду перед ними на колени, что буду плакать и молиться об их прощении, об их помиловании. Моя совесть тогда решила отыграться на мне за все три года. Но теперь, когда нашелся тот самый родственник, который не простил меня и очень даже справедливо, я пятилась. Я злилась и смеялась с него. Так где же моя совесть? Аксель относиться ко мне хорошо, а значит, что он простил меня, ведь человек, которому я причинила больше всего боли именно он. Из-за этого моя совесть уснула и, кажется, не думала пока показываться на глаза. Так, может, мне стоит упасть перед Магнусом на колени и просить прощения? Я попыталась представить это, но испытала только отвращение. И к самой себе тоже, ведь в первую очередь это унижение. Да какое к чёрту унижение? Я причинила Магнусу боли в миллиард раз больше, чем Акселю. Мне не пришлось прилаживать усилий, чтобы представить его реакцию на звонок о том, что любимый братец разбился на машине. Какие были его чувства, когда Аксель годами учился заново ходить? Ведь даже сейчас на ногах парня я приметила тонкие белые и крупные красные шрамы. А на спине, наверное, ещё больше… Как же я могла не догадаться, когда увидела парня, сидящего на кухне с голым торсом, что это именно Магнус, а не Аксель? Где были мои глаза?

    Миг спустя в кармане у мистера обиженного раздался телефонный звонок и он отвернулся, поднося аппарат к уху.

— Да? Я слушаю. — напряжённо сказал он, шагая на кухню.

    Я продолжила пить кофе и решила послушать его разговор. Хотя не то, чтобы решила — пришлось. Его пальцы побелели — так сильно он сжал телефон.

— Что? Кто? — он нахмурился, почему-то уставясь куда-то в окно.

   Я услышала, как его собеседник что-то сказал, но даже не смогла разобрать мужчина это или женщина. Судя по всему, ему сообщили что-то страшное, либо очень шокирующие, ведь лицо вдруг не просто осунулось, но ещё и озарилось каким-то пугающим светом.

— Погодите… То есть вы его нашли? Это он? Вы уверены?... — дрожащим голосом допрашивал парень телефон.

    Либо мне показалось, либо я услышала ярость. Но дрожание его голоса я действительно слышала впервые.

— Чёрт. Он где? Скажи мне адрес.   — подходя к кухне и цепляясь за чашку кофе, немного подпорченную мною ранее, как за последний лучик тепла в этом мире, прорычал Магнус.

    Мы с Акселем тревожно переглянулись. Почему-то мне показалось, что нам обоим есть дело до того, о чём он говорит. Я почти допила латте, руки начали остывать.

— Вот же придурок. Я сейчас буду. — он бросил трубку и повернулся к нам. Точнее, к Акселю. Его темно-синие глаза приобрели сочный, алый оттенок. Я содрогнулась от этого.

    Лицо Магнуса побагровело до самой шеи, на лбу выступили жилы, руки так сжались, что, кажется, я слышала хруст сломанных пальцев, а вверх тянулись тонкие вены. Сейчас он был больше похож на монстра и, казалось, что может разодрать любого, кто попадет под руку. Дикий взгляд, резкое дыхание… Что же такое сказали ему по телефону?

— Это наш детектив. — сообщил он загробным тоном. — Нашли того гада, который виноват в аварии… Я убью его.

    Я застыла. Аксель тоже.

— С-Сэмюэля? — медленно глотнул последний.

    Магнус одним резким движением вылил содержание чашки себе в рот и тут же закашлялся и зарычал. Должно было быть смешно, но сейчас мне было не до этого. Сразу после этого Магнус сорвался на ноги и побежал из квартиры прочь, даже не заботясь о том, чтобы закрыть входные двери или хотя бы надеть куртку. А на меня тем временем напал паралич.

— Эй! Стой! — кинулся за ним Аксель. — Во имя Святого Микеланджело! Fermare! — кричал он, переобувая свои пушистые синие тапочки на кроссовки, а потом кинулся за ним по лестнице вниз.

    Я в шоке наблюдала за этим, а потом на трясущихся ногах добралась до окна, которое обращено в сторону двора. Я не могла найти в себе силы броситься за ними вниз, тем более, что мне было запрещено перенапрягаться или заниматься спортом, долго бегать — тоже. Первую минуту я искала глазами машину Магнуса, а потом из подъезда выбежал и ее владелец. Он оказался возле автомобиля быстрее, чем позволили бы возможности человека и захлопнул за собою дверь. И только тогда я увидела Акселя, спешащего догнать брата в смешном зелёном халате. Парень не позволил ему уехать, потому, что открыл двери и что-то закричал, яро жестикулируя. Я приложила ладонь к стеклу и оставила горячим дыханием на нём след. Кажется, между ними происходил какой-то диалог, но очень короткий, ибо скоро Магнус закрыл дверь машины опять, отгородившись от Акселя и быстро умотал прочь.

    Я отпрянула от окна. Что я делаю? Что мне делать? Я внимательно посмотрела на свой наряд в зеркало, стоящее в гостиной, увидела два огромных синяка под глазами, пушистые каштановые волосы и мятая футболка с изображением какой-то машины. Вряд-ли грязное платье со свадьбы многим лучше, но я хотя бы буду иметь вид девушки, сбежавшей со свидания, а не сумасшедшего подростка, сбежавшего из дому, поэтому минутой позже я натягивала каблуки на отекшие ступни в коридоре, когда домой вернулся Аксель. Кровь прильнула к его лицу.

— Что случилось? — развела я руками, бросив сражение с туфлей. — Откуда вам известно про Инсента? То есть Сэма?

— Нам сказал твой брат. Тебе же позвонили и назвали это имя, верно? Мы имеем отношение к этому парню ровно такое же, как и ты. Но, похоже, Магнус заказал частного детектива, чтобы найти гада. Возможно, это правильно, ведь полиция… Не всегда работает оперативно.— пожал парень плечами, пока шёл вдоль квартиры, а я преследовала его.

    Аксель зашёл в свою комнату, открыл разукрашенный в стиле «Мстителей» шкаф, который внутри оказался немного более пёстрым, чем полагалось обычному мужчине.

— Да, ты прав. Но я имею к этому отношение больше. Если ты оказался на той трассе случайно, то… — я села на кровать и стала наблюдать за тем, как парень выбрасывает одну за другой одежду из шкафа. — Как ты знаешь, я участвовала в гонках и этот мистер Инсент был тогда моим соперником. Возможно, он подставил меня. — уперев руки в бока, я рассматривала разноцветные одеяния.

— Какая разница? Если та цепочка событий, которая произошла, случилась по его вине, то он в равной степени виноват, даже, если не хотел запускать эту цепочку, comprendere? — откуда-то из одежного рая отозвался Аксель.

— Какие умные слова я слышу от тебя. — Изумилась я, поднимая желто-голубую футболку.

— Думала, что я тупой? Если я не такой зануда, как мой брат, то это не значит, что я тупее его. — выглянул парень наружу, одетый в серые брюки и белую рубашку. Увидев это, я едва не обомлела.

— Не думала я, что ты тупой. Зато смотри, как красиво на тебе смотрится белая рубашка! — указала я на него.

— В ней я напоминаю себе своего брата. Иногда это хорошо, но мы разные люди. Он из этой шкуры не вылазит, а я надеваю только по официальным случаям. — недовольно, поправляя воротник, проворчал Аксель.

— Такси… — пробормотала я. — Магнус заказал такси. Поехали за ним! Мы должны всё исправить! Он не должен ничего ему сделать!

   Аксель нахмурился, но мы синхронно ринулись к выходу. Пока парень надевал свои туфли, помогая ложкой, я всё-таки пыталась застегнуть ремешок каблуков. Хорошо, что он поддался и мы выбежали из квартиры. Сначала я хотела пуститься в бег по лестнице, но затем взгляд упал на лифт и я решила, что так будет намного безопаснее. На таких каблуках ещё попробуй побеги, не сломав ноги. А лифт ехал на удивление быстро, словно хотел помочь. Я уже подумала проняться тёплыми чувствами к этому лифту, но это, наверное, была минутка безумия. Пока мы ехали вниз, то я нервно стучала каблуком по полу. Атмосфера нагнеталась, так ещё и лампочка мигать начала. Я почувствовала на своей руке шершавую ладонь парня и немного расслабилась.

— Всё будет хорошо. — сказал он, словно мы были в драматичном фильме.

— Он же не убьёт его? Он не выглядит, как человек, который может убить. — нервно сжав теплую руку, с надеждой спросила я, поднимая глаза на ровный профиль.

— Одно из преимуществ частного детектива то, что он не представитель закона. Он не обязан отчитываться перед полицией и если вдруг ты подаришь виновному пару синяков, то ему на это будет плевать. Думаю, если дать сумму покрупнее, то закроет глаза и на кое-что пострашнее… — мрачно сообщил парень. — Я знаю своего брата, но не в этом случае. Он не безумец, не маньяк и точно не преступник.

*

    Где-то после обеда я попала домой. Аксель не позволил мне поехать с ним к преступнику. Конечно же, я злилась, но не очень то я и хотела встречаться с призраком прошлого. Возможно, даже больше не хотелось этого, чем хотелось набить морду. Тем более я вдруг поняла, что у меня онемела нога. Да, это звучит ужасно, но я не могу ничего с этим сделать. Такое иногда случалось после комы. Я не знаю как я добралась до дома. Мне попался хороший таксист, да и само такси оказалось класса «Бизнес». Я думала, что долго придется объяснять, где находиться городок «Флай», ведь «пригород» очень широкое понятие, а это, к сожалению, всё, что я знаю о его местонахождении. Мужчина безошибочно нашел улицу и номер дома, используя мои объяснения, ибо я даже не запомнила этого, хотя живу здесь уже долго. Он даже помог мне дойти до порога, где я позвонила в домофон. Я не надеялась, что мне ответят сразу. Это же день после праздника, большой тусовки. Но я не думала, что просижу на пороге треть и лишь затем в домофоне отозвался Феликс, с вопросами о том, где я. Вот же было удивительно узнать, что я уже остыла на пороге его дома.

    Открыл мне дверь братишка очень впопыхах. Он имел ужасный вид. Стоял в белом халате, в тапках, с мятым лицом и взъерошенными волосами.

— Привет, родной. — помахала я рукой, едва обернувшись.

   Он сморщился от ветра на улице и оглянулся по сторонам. Чего он ждал ещё?

— Почему ты не зашла? — изумлённо спросил он, спускаясь ко мне, на порог.

— О, я бы зашла, если бы было открыто. Но, наверное, дорогие голубки любят конфиденциальность и, знаешь, уединённость. Истинные интроверты. — я пхнула его локтем.

— Так позвонила бы на мобильный! Домофон так тихо звонит с коридора, а если бы на моб…

— Мой мобильный дома. — оборвала я его поучительную речь, не дав почувствовать себя умным.

— Где ты была всё это время? — перевел брат тему.

— Ну, сначала ты оставил меня в ресторане, чем очень разочаровал и я думала, что буду спать где-то под столом. А затем меня забрали к себе те двое милых парня-близнеца. Я немного побыла у них и даже выпила кофе, а потом… — я ткнула, вспомнив о том, что произошло и прекращая отчитывать Феликса. — О Боги! — я схватилась за него. — О Святые бокалы! Сэма нашли! — выпалила я.

   Феликс несколько раз моргнул, прежде чем услышал мои слова, а потом нахмурился и отвернулся в сторону, чтобы их осознать. А я в напряжении ждала его реакции. Спустя минуту сцена казалась уже до ужаса комичной. Исходя от того, как яростно он трёт лоб, мне кажется, что вышло затруднение с тем, чтобы вспомнить кто такой этот Сэм. Но брат не разочаровал меня и спустя полторы минуты к нему пришло озарение.

— Что-о? — протянул он. — А почему полиция мне не сказала? — брат сорвался на ноги.

— Потому, что нашла не полиция. — пожала я плечами. — Помоги мне как-то зайти внутрь и я тебе все расскажу. Нога онемела.

    Брат, пусть и немного шатаясь, но подставил мне широкое плечо и минутой спустя я распласталась на диване, подперев рукой голову. Феликс сел в кресло напротив и во время моего рассказа нервно потирал руки.

— Да кто вообще позволил им так действовать? Я сейчас же позвоню Магнусу, а потом поеду за ним. — Феликс встал, но уходить далеко не пришлось: телефон лежал на стеклянном столике, а брюки, вместе с рубашкой, лежали на полу коридора. Даже не хочу знать почему. И где Элиза?

— Ты уверен? Может, стоит…— неуверенно посмотрела я на него.

— Что? Ждать, пока они переубивают друг друга? Ну жди, пожалуйста. Я же хочу узнать правду, что произошло и почему. — лениво одеваясь, он не смущался того, что я видела.

— Ты прав. Но я поеду с тобой! — вскрикнула я.

— Ещё чего… — пробормотал он, но я услышала.

— Эй, я еду! Я не шучу! — возмущённо, я принялась собираться.

— У тебя нога немая. — услышала я из коридора.

    Я уставилась на правую лодыжку и принялась растирать ее обеими руками, чтобы туда поступила кровь. Терла аж до покраснения, ведь эта барышня ни за что не должна мне помешать. Мне говорили делать так в экстренном случае, а вообще постараться нагреться и расслабиться. У меня немела уже рука и тогда прошло всё самой собой. И наконец я почувствовала лёгкое покалывание и перестала тереть. Не смея больше ждать, я сразу же оторвалась от дивана и пошла за братом, хромая.

— Уже нет! — крикнула я ему.

— Ты смотри как умеешь оперативно работать. В следующий раз я не поведусь на немую ногу, Астрид. — набирая номер, продолжал он ворчать.

   Пока этот олух будет говорить по телефону, я успею забежать в комнату и переодеться. Именно так я и сделала, набросив кожаную куртку, л штаны и широкую кофту. Хорошо, что недавно я самостоятельно ездила в магазин, чтобы купить то, что нравиться. Затем я вернулась к брату, который уже обувался.

— Поговорил? — облокотившись о стену рядом с ним, спросила я.

— Поговорил. — был краток Феликс.

— Не заставляй меня нести щипцы. — закатила я глаза.

— В смысле? — на миг перестав завязывать шнурки на кроссовках, поднял на меня голову брат, а я не сдержалась, чтобы пригладить рукой его каштановые волосы.

— В прямом. Мне что, каждое слово из тебя вытаскивать? Что он сказал? — требовала я.

— Трубку взял его брат и сказал, что Магнус в полиции. И тот тип — тоже. — продолжил брат прежнее. — А ещё парень даже не устроил драку. Он просто пришел к нему домой и выволок парня оттуда. Этот… Сэм, кажется, выдвинул против него обвинение какое-то. Надо ехать.

— Я с тобой. — повторила я.

— Я уже говорил, что нет. Ты останешься. Ты больна. Тебе нельзя волноваться. — он встал и открыл дверь, чтобы пойти к машине.

— Я буду действительно больна, на голову, если ты поступишь столь бессердечно и оставишь меня тут, переживать, выходить из себя… Да как тебе не стыдно? — фальшиво всплакнула я.

— Нет, Астрид. Ты превращаешься в мать, такая же ужасная актриса, но заставляешь верить в твою игру.

   О, Святые бокалы, действительно! Почувствовав к себе неожиданный прилив отвращения, я попыталась вспомнить как бы в данной ситуации поступила бы я, а не моя мать. Кажется, такое поведение приходит с возрастом. Как ужасно. Я не хочу быть такой, когда постарею.

— Короче. Я просто еду с тобой. Спорить бесполезно. Я уже так решила. — уперев руки в бока я первой залетела в машину и на всякий случай залезла поглубже.

    Феликс помотал головой, вздохнул и провёл ладонью по лицу. Но я выиграла, потому, что он молчаливо занял место водителя и не стал прогонять меня из автомобиля.