6 Глава
На утро мне пришлось идти в "Хрустальный", так как телефон у меня никто не взял, чтобы позвонить.
В зале меня встретил Сергей Викторович, мы пошли на каток.
—Макар, выше прыгай! —услышал я, как только мы вошли, —Где твои ноги? Они расклеились что ли? —с ором произносил Арсений.
Я увидел измученого Макара, который еле дышал.
—Арсений Сергеевич, пожалели бы парня,—сказал Арсению Сергей Викторович.
—Кто последний с тренировки-тот первый на пьедестале,—сказал Арсений.
Пока Макар прыгал на льду без остановки, Арсений повернулся к нам. Он не очень был рад меня видеть, я даже не совсем понял, почему через секунду он ко мне подошёл и повёл к себе в кабинет.
Сергей Викторович остался за дверью.
Мы остались наедине с моей мечтой.
—По счастью, твоему тренеру хватило ума прислать не статистику, а видеозапись твоего проката, так что мы увидели тебя на деле. На льду ты бьешься не на жизнь, а на смерть, —сказал Арсений.
Я молчал. Ждал, что он скажет дальше. Сердце моё ушло в пятки.. Дрожь шла по всему телу, казалось, что я один. Один в этом большом городе, где меня растопчут.
—Что смотришь? –недовольно сказл Арсений, —иди на каток, посмотрим, на что ты ещё способен.
Я взял себя в руки и спросил
—То есть вы меня берёте? —громко спросил я.
Арсений медленно поднял на меня голову.. Казалось, что он щас истерзает меня, как та кошка бедную ворону.
—Молодой человек, я вроде ясно сказал: "Идите на каток, посмотрим", если у вас проблемы со слухом, это не ко мне — спокойно сказал Арсений.
Мы вышли из кабинета, уже у катка нас ждал Сергей Викторович.
Он улыбнулся, похлопав меня по плечу.
Интересно, он всё слышал? Неужели стоял у двери..
Но меня это не так волновало.
—Сергей Викторович, возьмите планшет, снимайте его на камеру,—сказал Арсений, —эй, молодой, —обратился он ко мне, —у тебя флешка с твоей музыкой есть?
Я сбегал в раздевалку за флешкой, уже через несколько секунд был опять на льду.
—Даниил Маркович, идите смотреть, —позвал Арсений ещё одного тренера.
Я вставил флешку, попросил Сергея Викторовича включить, когда я встану в позу. Музыка "Swan"
Я вышел на лёд, встал перед тренерским штабом. У меня в мыслях было одно: "не облажаться".
—У этого номера и песни есть история. Именно эту историю я буду воплощать на льду. Чтобы проникнуть и понять, надо послушать.—неуверенно говорил я,—вобщем. Я хо.. —не успел я начать, как меня перебил Арсений.
—Заткнись, мне не интересна история твоих соплей. Я сейчас буду оценивать хореографию и прыжки.
Я кивнул.
Подьехал к центру..
3. 2. 1..
Включилась музыка, я не думал об Арсении и других тренерах. Катал программу. Мои чувства было не передать словами, я оставил всего себя на льду. И вот.. Заход на Риттбергер.. Прыжок.. Есть. Один получился.
Странно, что Арсений ни слова мне не сказал. Неужели так всё хорошо?
Заход на тулуп в каскаде с лутцем. Есть, получилось. Я уже был самым счастливым человеком. И вот.. Вращения. Вроде центровка была хорошая, не видел.. Собрался заходить на Флип, как вдруг музыка остановилась, Арсений сказал:
—Достаточно,—Пока я одевал чехлы на коньки, Арсений разговаривал с тренерами, —в целом не плохо. Хореография конечно на нуле, а вот прыжки очень даже ничего.. Все тройные. Если поднатужимся, то сможем отправить на Олимпиаду.
На Олимпиаду... Это мечта..
—Как там тебя, Антон? Антон, ты пытался прыгать четверные?—спросил Арсений.
—Да, у меня даже получалось, но на соревнованиях ещё не прыгал, —сказал я.
—Ладно, если готов потеть, то ты принят, —сказал Арсений так тепло, что у меня сердце чуть не выпрыгнуло. Я хотел было его обнять, но сдержался.
—Спасибо, —сказал мне "Бог льда". Честно, я не понял за что, но поблагодарил его в ответ.
Я был самым счатливым человеком на планете. 23 Мая... Надо запомнить этот замечательный день..
Арсений вышел. Даниил Маркович и Сергей Викторович стали меня хвалить.
—Честно, я не думал, что он тебя возьмёт,—сказал Даниил, —тебе крупно повезло. Видимо, ты чем-то зацепил Арсения Сергеевича, —с улыбкой произнёс он.
—Поздравляю, —сказал Сергей Викторович и они оба вышли.
*18:00*
Я пришёл в общагу, поел, лёг слушать музыку. Я уже не помню что я там слушал..
Но отчего-то самым-самым сладким, самым-самым приятным и радостным оказалось тихое, сказанное на выдохе "спасибо" с добрым блеском с серо-голубых – а они у него именно такого цвета — Арсениных глазах. Это "спасибо" весь день и вечер грело мои лёгкие. Всё потому, что это было заслужено, и потому, что это было произнесено им, Арсением. Который за недолгих полчаса вместе, как казалось, стал мне понятнее и ближе.