[1]
POV Чимин
— Вставай, дурында!
Вот от такого доброго шепота я проснулся в проклятый всеми учащимися день. Но надежда умирает последней, и я просто перевернулся на другой бок, намереваясь поспать еще пять минуточек.
Но, видимо, у брата были другие соображения на этот счет:
— Вставай, а то худо будет! Нашу маман обломали какие-то инвесторы и она опять превратилась в вечно орущее создание! — уже настойчивее шептал мой братец.
Я еще секунды три лежал спокойно, а потом до меня дошел весь ужас ситуации. Я максимально резво вскочил с кровати и побежал в ванную. При этом я два раза чуть не грохнулся, чему был несказанно рад мой братец, который ржал, уткнувшись в мою подушку и развалившись на моей кровати. Я только зло на него посмотрел и тут же драпанул в ванную, ибо когда мама злая, все нужно делать просто идеально, и выглядеть в том числе.
Я со скоростью метеора принял душ, умылся и посмотрел в зеркало. Оттуда на меня смотрел довольно симпатичный парнишка:
Причёсанные, но очень густые черные волосы, ямочка на подбородке, довольно пухлые губы, аккуратный маленький носик, брови красивой формы и глаза в окружении густых ресниц. Глаза были моей гордостью — они были невероятного темно каштанового цвета. Да, многие люди пугались, увидев меня на улице, но я не обращаю на это внимание. В детстве я очень комплексовал по этому поводу и мечтал, чтобы у меня были обычные глаза — голубые,серые, какие угодно, только не такие! Я закатил истерику по этому поводу, на что брат сказал мне:
-Дебил ты, каких еще поискать надо! Ты гордиться такими глазами должен! А на людей не смотри — жалкие людишки боятся всего, что не является привычным. Полюби себя таким, какой ты есть и остальные тоже полюбят тебя.
Слова брата убедили меня, и с тех самых пор я горжусь своими глазами и не обращаю внимание на косые взгляды прохожих.
А теперь вернемся в реальность, где я побежал в свою комнату одеваться. Залетев туда, я обнаружил своего братца, который до сих пор валялся на моей кровати. Кстати, о нем: брата моего зовут Тэмин, в простонародье Тим. Тим очень красив: высокий, в меру накаченный, с красивыми темно-серыми глазами и аккуратными чертами лица. Являясь натуральным белокурым принцем, он стал объектом шуток про его тупость. Что самое интересное, про уровень его интеллекта начал шутить я, на что он обижался, но после одного случая Тим сам согласился, что он тупой. Шутки шутками, а на самом деле Тим очень умный и начитанный. И пусть наши беседы на девяносто девять процентов состоят из сарказма и злого юмора, мы очень любим друг друга. Он был со мной во время всех моих подростковых депрессий, помогал, разговаривал, обнимал. У нас большая разница в возрасте,поэтому он всегда был для меня как папа и даже лучше.
А теперь опять вернемся в реальность, где я пытаюсь выгнать брата из своей комнаты. Не очень успешно, хочу вам сказать.
— Да вали же ты! Дай человеку переодеться спокойно! — шипел я, сжав зубы от усердия спихнуть его с кровати. Опять же, не очень успешно.
— Да переодевайся при мне, тем более мы оба парни,и вообще, я тебя купал в детстве. Чего я там не видел? — с усмешкой на прекрасных устах вымолвил этот гад.
Последний раз, когда ты меня купал, мне было пять лет! — все так же пропыхтел я, поменяв тактику — стягивая его с кровати за ноги.
— Тю, можно подумать, за это время что-то изменилось, — ударил по больному этот засранец. Ну да,я ведь больше не вырасту. А этот еще и лыбится, падла.
И тут у меня зажглась лампочка над головой. Я отцепился от его ног, состроил оскорбленную мордашку, сложил руки на груди и отвернулся. Как и предполагалось, уже через секунду я услышал жалобный скрип пружин матраса, а еще через секунду почувствовала руки Тима на своих плечах. Я передернул ими и отошёл подальше от Тима.Конечно, он последовал за мной:
-Чим-чим, ну не обижайся, пожалуйста. Прости меня, дурака. Ты очень красивый, — тихо говорил мне Тим, положив голову мне на плечо и обняв руками за талию. Наверное, в любой другой ситуации я бы расчувствовался, обнял бы его, но не тогда, когда мне надо переодеться, а мама злая как сто чертей. Поэтому я повернулся к нему, взял за руки и сказал:
— Тэмина, какой же ты… — посмотрел в добрые виноватые глаза, — … доверчивый, — и выставил его за дверь. Тэмин рыкнул, что-то нечленораздельно буркнул
И нехотя поплелся на кухню.
Я с облегчением выдохнул и сел за свой туалетный столик. Расчесал волосы и нанёс лёгкий макияж, потом подошёл к шкафу. Определилсч я очень быстро: еще вчера ночью я решил, что пойду в школу с позитивным настроем и в любимых вещах. Я вытащил из недр шкафа свою любимую черную рубашку, чёрные кожаные брюки и пиджак такого же цвета. Посмотрелся
в зеркало и осталася доволен: все скромно, но со вкусом,рубашка и брюки подчеркивают мою стройную фигуру и акцентируют внимание на попец, а туфли делают меня более брутальным
При всем этом параде я пошёл на кухню. Мама на мое появление никак не отреагировала, а вот когда я сел за стол, я почувствовал, что меня тут ждали. Ждали, чтобы пнуть. Я стойко выдержал все злые взгляды Тэмина во время завтрака.
Когда мы вышли из квартиры, мама сказала:
— Пак Чимин, — я поморщился. Меня могут называть полным именем посторонние люди, но не мать же, в конце концов! — В школу тебя отвезет Мингю. Тэмин, тебя как обычно отвозит Джун. Я сейчас еду на работу, меня не беспокоить ни в коем случае. — Села в свою машину и уехала. Вот так, даже ручкой на прощание не помахала.
Мы с Тэмином остались ждать наших водителей. Между нами стояла напряженная тишина. Я понимал, что он обижен на меня за то, что я воспользовался его любовью ко мне, но надо же было мне переодеться?! Я терпеть не мог быть с ним в ссоре, поэтому подошёл к нему.
— Тэмина, ну прости меня, я не хотел тебя обидеть. Ну надо же было мне переодеться, в конце концов! — ноль внимания! — Тэмина, я тебя сильно-сильно люблю.
И тут я оказался в родных объятиях. Как будто камень с души свалился! Я обнял Тэмина в ответ крепко-крепко, показывая, как сильно я его люблю. А он в ответ только обнимал меня за плечи и гладил по голове
Тут послышался звук подъезжающих машин и Тэмин отодвинул меня от себя:
-Фу, развел тут свои телячьи нежности! — и гордо прошествовал в положенную ему машину.
Я тяжко вздохнул, закатил глаза и сел в машину Мингю. Так я поехал в свою новую школу, к своей новой жизни…