Невеста

Солнце медленно поднималось над горами, окрашивая небо в золотисто-розовые оттенки. Сузанна стояла у плиты, помешивая омлет, а на подоконнике тихо гудел чайник. В этой тишине было что-то особенное — уютное, домашнее, по-настоящему их.

Ибрагим вошёл босиком, с ещё сонным лицом и растрёпанными волосами. Он остановился за её спиной, обнял за талию и положил подбородок ей на плечо.

— Ты пахнешь счастьем, — прошептал он, закрыв глаза.

Сузанна рассмеялась и повернулась к нему.

— Это аромат базилика и усталости, — поддразнила она.

— Усталости? От чего?

— От счастья, — ответила она, слегка касаясь его носа пальцем.

Они завтракали на балконе. Ни одного лишнего слова — только тёплые взгляды, неспешные глотки чая и шелест утреннего ветра в листве. Всё было на своих местах.

Позже, ближе к обеду, они поехали к её родителям — просто так, без повода. Мама накрыла на стол, папа рассказал пару старых историй, смеясь, как в юности. Сузанна смотрела на всё это с благодарностью: как же быстро жизнь меняется… но когда рядом правильные люди, перемены становятся благословением.

Уже вечером, когда они вернулись домой, Ибрагим неожиданно протянул ей коробочку.

— Это тебе. Без повода. Просто потому что ты — ты.

Внутри лежала тонкая цепочка с кулоном в форме полумесяца — простая, но с изящной гравировкой: "свет в моей ночи".

Сузанна прижала кулон к губам, не сказав ни слова. Только взгляд. Тёплый. Чистый. Настоящий.

Сузанна подошла к зеркалу и застегнула цепочку. Кулон мягко коснулся ключиц, как будто сразу стал частью неё. Она разглядывала своё отражение и улыбалась — впервые за долгое время её лицо выглядело по-настоящему спокойным.

— Ты ведь знаешь, что мне не нужно ничего дорогого? — тихо сказала она, оборачиваясь к Ибрагиму.

— Я знаю, — ответил он, подходя ближе. — Но мне хочется напоминать тебе, как сильно ты для меня значишь. Даже в мелочах.

Он взял её за руки и притянул к себе. Их лбы соприкоснулись, и наступила та тишина, в которой слова были не нужны. Только дыхание, только сердца, бьющиеся в унисон.

— Обещай мне, — прошептала она. — Что мы всегда будем говорить друг с другом. Что бы ни случилось.

— Обещаю. А ты пообещай мне, что не будешь прятать свои чувства. Даже если тебе будет страшно.

Она кивнула.

— Договорились.

Позже вечером они сидели на полу в гостиной, перебирая старые фотографии. Смеялись, удивлялись, вспоминали. Фото маленькой Сузанны с косичками, школьные утренники, поездки с друзьями, рисунки на обоях в детской комнате. Ибрагим показал свои фото с юности, где он был молчаливым, серьёзным, но всё равно с той же искрой в глазах.

— Знаешь, — сказала она, уткнувшись в его плечо. — Я думаю, что мы встретились именно тогда, когда должны были. Не раньше, не позже.

— Потому что раньше ты бы меня не заметила?

— Нет, — усмехнулась она. — Раньше я бы не была готова.

Он улыбнулся и поцеловал её в висок.

— А теперь ты готова?

Она закрыла глаза и кивнула.

— Теперь я дома.