Зеленый чай
Я скиталась по комнате, не замечая ничего вокруг. Казалось, что я не видела даже стен, все было словно в тумане.
Мне хотелось выть, словно зверю от боли. Мое сердце разрывалось на сотни маленьких осколков, а я так и не могла собраться с силами, чтобы взять себя в руки.
-Глупая девчонка!- послышалось откуда-то сбоку, и я застыла, словно прислушиваясь.
-Ты обещал мне! Но не показал моего ребёнка!- к черту формальности, я была зла, напугана и истощена.
-Я покажу, прямо сейчас!- вдруг проговорил он.
Моя пелена тут же рассеялась, от бывалой злости не осталось и следа. Некий страх и предвкушение зародилось в моей груди.
-Сейчас?- еле слышно проговорила я.
-Да. - хмуро бросил тот. -Только...- он глянул на Матвея, который бегал от нервов по комнате глазами, не находя места.
-Эдуард Аркадьевич!- вдруг выругался тот.
-Она разнесёт мне всю больницу!- тут же ответил врач, протирая очки.
Все, кто был знаком с ним хотя бы неделю, прекрасно знал этот жест. Он делал так, когда сомневался в чём-нибудь, когда пытался успокоиться или собраться с мыслями.
-Что с моим сыном, Матвей?..- я говорила так жалостно, что в его взгляде тут же отразилась ответная боль.
-Тебе нельзя волноваться, ты слаба. - единственное, что он ответил мне.
-Ты что, не понимаешь?- на глазах навернулись слезы. -Я носила под сердцем нашего ребёнка, Матвей...- я подошла к нему, смотря прямо в глаза. -Носила девять тяжелых месяцев!- тут мой голос сорвался на крик. -И никто, черт подери, никто в этом мире не смеет забирать его у меня, ясно?!
Он тяжело вздохнул, отведя взгляд в сторону.
-Если что-то с тобой случится..Я не смогу..
-Матвей. - я прикоснулась рукой к его щеке. -Я здесь, рядом. Слышишь? Я знаю, что было тяжело, но я так же знаю, что мы сильны, как я, так и твой сын, Матвей...- мы прикоснулись друг к другу лбами, закрыв глаза. -Что бы я не увидела там...Мы вместе пройдём сквозь все эти ненастья, вместе найдём решение любой проблемы, но..- я отодвинулась. -Если ты будешь продолжать скрывать от меня его, я не смогу так больше жить, понимаешь?
Он кивнул, посмотрев на врача.
-Готовы?- убийственно-спокойным голосом проговорил он.
-Да. - я прошептала, сделав шаг навстречу.
Коридоры вели в какую-то тьму, обволакивая все пространство вокруг. Мы дошли до лестницы, которая, по всей видимости, вела на третий этаж.
Никто не говорил ни слова и, казалось, не дышал.
Входя в многочисленные двери, зацепилась взглядом на надписи «Реанимация...», но дочитать ее не успела, так как мою руку держал Матвей, который, упорно шёл за врачом.
Мы встали около большого окна, где было практически темно. Я вглядывалась вглубь комнаты, откуда был виден фиолетовый свет.
-Что это?- озадачено спросила я.
-Кувёз. - ответил Эдуард Аркадьевич.
-Он лежит там?..- я смотрела на этот квадратный ящик с множеством трубок и приборов.
-Состояние стабильное, насколько это возможно. - он вздохнул. -Искусственная вентиляция легких, температура и определенная влажность воздуха помогает твоему сыну жить.
Я пошатнулась, буквально прилипнув к стеклу.
-Мой малыш болен?
-Честно говоря...- он замялся. -Жизненно важные системы новорожденного были не зрелы. Сейчас, он в порядке. Как только он сможет самостоятельно дышать, его переведут в интенсивную терапию. Там, как только все показатели придут в норму, вас выпишут.
-К нему нельзя?..- мне хотелось обнять его.
Прижать крепко к груди, укрыв от этого жестокого мира. Хотелось защитить своего ребёнка, спасти от всех этих болезней, но нас разделяло стекло. Всего лишь стекло...
-В реанимации нет. - ответил врач. -Диана, ты умная девочка. Мы спасли вас обоих, это большое везение. Малыш идёт на поправку, просто вам придётся задержаться в больнице на какое-то время.
Матвей обнял меня, нежно поцеловав в макушку.
-Он ещё такой маленький, но уже борется за свою жизнь...- он приподнял мое лицо, чтобы заглянуть в мои заплаканные глаза. -Я верю, что он сможет. И ты верь, что он сможет. Ведь...Ведь это наш Владислав Матвеевич.
Я устало улыбнулась.
-Ну все, веди ее обратно, я здесь побуду ещё. - фыркнул Эдуард Аркадьевич.
Я кинула взгляд на сына, мысленно говоря ему, что я рядом.
Спустившись вниз, мы заснули в объятиях друг друга.
Я верю в него. Верю в своего сына.