Глава 13. Враги моей матери - мои враги
Едва мы со Стешей вышли из университета и попрощались, как позвонила мама — напомнила о встрече в ресторане, о которой я совершенно забыла. Все мои мысли были о Виолетте.
— Не опаздывай, дочка, — попросила мама. — Это важная для меня встреча. Я хочу не просто познакомить тебя с Костей. Но и понять, понравится он тебе или нет.
— А если не понравится? — спросила я. — Ты с ним расстанешься?
Несколько секунд мама молчала. И только потом ответила:
— Надеюсь, понравится. Он хороший человек. Но если ты скажешь, что категорически против наших отношений, то я...
— Мам, я пошутила, — мягко оборвала ее я. — Раз ты говоришь, что твой Костя хороший, значит, так и есть. Я тебе верю.
— Спасибо, Даша. — В мамином голосе послышалось облегчение. Она явно боялась, что я буду против ее нового брака. Но разве я имела на это право?
— Я приеду вовремя, мам, — заверила я ее. — Все будет хорошо.
— Надеюсь. И еще... Ты же понимаешь... Костя ничего не должен знать, — осторожно сказала мама.
«Ничего» — это то, чем мама занималась после того, как попала много лет назад в агентство Оксаниного друга. Чистовой эскорт, который потом перерос в то, что она стала содержанкой богатого и влиятельного человека. Как Оксана, которая и привела ее в этот бизнес. Мы никогда не говорили на эту тему, но подразумевалось, что я все знаю. А вот этот самый Костя, походу, ничего не знал.
— Конечно, — спокойно ответила я. — Не волнуйся.
— Просто... Костя настроен очень серьезно. Очень. А о моем прошлом ему мало что известно.
— Я все понимаю, мам. Не переживай.
— Вот и славно, дочка. Обещаю, что он понравится тебе. И ты дашь свое согласие на то, чтобы он стал моим мужем.
Мужем... Как странно звучит. Это слово пугало, сразу вспоминался образ чудовища и в голове слышались крики мамы, когда он бил ее или запирался с ней в спальне. Однако переписка с Виолеттой помогла отвлечься и не думать о плохом.
Я приехала домой, надела нежно-розовое коктейльное платье известного итальянского бренда, подаренное Оксаной, уложила волосы, накрасилась, что делала крайне редко. Нацепила изящные серьги-гвоздики с блестящими камешками — на этот раз подарок мамы. Нашла черные туфли на каблуках, которые никогда не надевала. И маленький клатч под их цвет. Перед выходом намазала губы вишневым блеском и брызнула на волосы и запястья духами с ароматом земляники и полевых трав, которые любила. Мама хотела, чтобы я выглядела на все сто, и я не собиралась ее подводить.
Как мы договаривались, я вызвала такси и поехала к ресторану «Симфония», по пути снова переписываясь с Виолеттой .
«Скоро пропаду, не теряй», — напечатала я одно из последних сообщений.
«Надеюсь, ты не встречаешься с парнем», — ответила она.
В ответ я послала ей смеющуюся белочку.
«Я тоже пропаду»
«Надеюсь, ты не встречаешься с девушкой», — передразнила ее я.
«Неа. Встречаюсь с куском дерьма», — ответила она. И тут же поправила сама себя:
«С несколькими кусками».
«Тогда не запачкайся», — посоветовала я и поставила улыбающийся смайлик.
Мы попрощались.
* * *
Виолетта с довольной улыбкой откинулась на спинку дивана в своей квартире. Даша нравилась ей все больше и больше — с ней было легко и смешно. Правда, когда она прислала ей странный стикер — попугая с надписью про треснувшую морду, она удивилась. Обычно девушки общались с ней иначе — не так дерзко. Либо лебезили, либо флиртовали. А тут какой-то непонятный попугай, слова: «А рожа у тебя не треснет?» и игнор. Виолетта не любила, когда ее игнорируют и не замечают. Ее это жутко бесило.
— Она какая-то странная, — хмуро сказала она Сержу, который сидел рядом и смотрел какой-то ролик на Ютубе.
— Она не странная. Просто отшила тебя, — спокойно отозвался друг.
— Меня? — недоверчиво хмыкнула Виолетта.
— Прикинь, бывают девушки, которым ты не нравишься.
— Теоретически я знала об их существовании, но они никогда мне не попадались.
— Все бывает в первый раз, подруга моя, — пожал плечами Серж.
Он обладал почти уникальной особенностью — подкалывал так ловко, что Виолетта не сразу это догоняла. А еще Серж часто шутил, что в их паре он мозг, а Малышенко — задница.
— Да нет, чел, ты что-то путаешь. Она от меня реально поплыла, — уверенно ответила она. — Нет, ну почему не отвечает-то?
— Ждет, пока твоя рожа треснет, — отозвался друг и получил тычок в плечо.
— Шутник, мать твою, — покачала головой Виолетта, не понимая, куда подевалась Дарья.
Она уже хотела начать звонить ей, как
Даша все-таки ответила, и девушка снова погрузилась в переписку. Серж время от времени задумчиво на нее смотрел и качал головой. Подруга явно казалась ему странной сегодня. Однако переписке с Дашей Серж не мешал.
— Пацаны зовут в кальянную. Погнали? — спросил он спустя часа два.
— Сегодня встреча с отцом и его бабой, — с отвращением ответила Виолетта. — Знаешь, мама в больнице, а он тащит меня в рестик, где будет эта тетка и ее дочурка.
Серж с сочувствием взглянул на подругу — в отличие от него, его родители жили дружно. Отец Виолетты же изменял жене, а после и вовсе развелся ради какой-то женщины.
— Да ладно, все будет хорошо. Потусишь с ними часик и приедешь к нам.
— Не хочу их видеть. А отец заставляет. Как я вообще должна реагировать на его бабу, из-за которой он бросил маму? Мило ей улыбаться? Да я ненавижу эту крысу, — со злостью сказала Виолетта. — Вцепилась в бабки отца, а тот и повелся. Мудак.
В том, что их семья была несчастна, он всецело винил отца. Только его. А о матери и думать не мог без боли в сердце. И самое тупое — ничем не мог ей помочь.
— Она хотела умереть из-за него, — глухо повторила Виолетта, снова вспоминаю мать, лежащую на полу в туалете. — Понимаешь? А он будет счастливо улыбаться рядом с будущей женушкой. Ему на маму плевать. И на меня тоже. Только избавиться никак не может.
Когда-то давно отношения Виолетты и отца были хорошими. Они вместе ходили на рыбалку, мастерили воздушных змеев, катались на великах в те редкие моменты, когда у Константина Михайловича случался выходной. Разговаривали — обо всем. О людях, о жизни, о будущем. Лет в одиннадцать Виолетта даже призналась отцу, что влюбилась, а тот сказал ей, что лучший способ завоевать сердечко — это внимание. Говорил с ней, как со взрослой и давал дельные советы. Но потом... Потом все изменилось. Он начал все меньше и меньше времени проводить дома. Завел любовниц. Мать устраивала истерики, когда узнавала от «доброжелателей» о похождениях отца. И каждый день твердила Виолетте: «Ты моя единственная защитница. Моя девочка, моя опора. Ты не такая, как твой подонок-отец. Совсем другая».
Виолетта начала хамить, грубила и вела себя так демонстративно, что отец не выдержал — отправил ее в Лондон. За то время, пока девушки не было в родном городе, ситуация в семье стала еще хуже. Ей казалось, что на шею накинута петля, которая постепенно затягивается, но изменить ничего не могла. А может, и не хотела. Просто прожигала жизнь.
Собираясь на встречу с отцом и той, которая должна была стать его женой, она нервничала и злилась.
Она никогда не примет их. Никогда.
Из-за них страдает ее мать. А она обещала ей, что всегда будет на ее стороне. Потому что кроме нее у нее никого нет. Виолетта собиралась защищать ее до последнего.