21
Глава 21:
Валя
Демьяну двадцать восемь лет, он симпатичный высокий брюнет, ловелас. Последние десять лет живет в Стамбуле, руководит сетью отелей. У них с Егором много общего — типаж внешности, не желание заводить серьезные отношения и страсть к работе и моделям. Несмотря на кучу общих качеств, одного взгляда на мужчин хватает для того, чтобы понять — друзьями им не стать.
- Добрый день, - говорит Демьян Егору и протягивает руку.
Егор, который ожидал нас за лучшим столиком своего любимого ресторана, поднимается на ноги и отвечает на рукопожатие. Я хочу провалиться сквозь землю. - Как прошел перелет? - спрашивает Кораблин, впрочем, без особого интереса. Если бы Демьян попал в авиакатастрофу по пути, едва бы Егора это расстроило.
- Хорошо, спасибо.
- Здравствуйте, Егор Владимирович, - говорю я, присаживаясь на свободный стул.
- Здравствуй, Валя, - стальные нотки в голосе Шипа пугают меня до дрожи. Мы открываем меню и начинаем увлеченно читать.
- Как только я узнал, какое недопонимание произошло с вами, Егор Владимирович , Валентиной и моим Матвеем, - говорит Демьян, - сразу понял, что нужно лететь.
- Это было разумное решение, - отвечает Егор.
С самого утра меня не покидает ощущение сюрреалистичности происходящего. Еще в детстве мы все зачитывались Драгунским. Мой любимый рассказ назывался: «Тайное всегда становится явным».
Я бросаю взгляд на Егора и ежусь.
- Может быть, вина? - обращается Демьян ко мне. Он держится прекрасно. Но мы с ним ни на секунду не забываем, что перед нами один из богатейших и влиятельнейших людей страны.
- Да, конечно, - киваю я.
У Егора прямой холодный взгляд. Ни тени улыбки на лице. Он собран и сосредоточен. Я понимаю, что если уж взялась врать — надо делать это до последнего.
О беременности Егору я пыталась сообщить лишь однажды. Срок был двенадцать недель, первое УЗИ, которое показало, что мой малыш здоров, развит по нормам.Матвей мило сосал пальчик, а я смотрела на монитор и рыдала от счастья и умиления. В жизни не видела ничего прекраснее!
Едва вышла из кабинета, сразу схватилась за сотовый. До Егора дозвониться у меня не получилось, его личный номер был недоступен. И я набрала офис. Секретарь, услышав мою фамилию, вежливо ответила, что босс на совещании, и она обязательно передаст, что я звонила.
- Это срочно, понимаете? Очень важно! - сказала я.
- В течение пяти минут Егор Владимирович получит ваше сообщение, Валентина Васильевна. Вы ведь знаете, как у нас всё устроено.
- Да, знаю. Но все же скажите, что это срочно.
- Разумеется.
Я поблагодарила и начала ждать. Но Егор так и не перезвонил. Либо ему было неинтересно, либо он не простил мне переход к конкурентам.
Наверное, мне следовало быть настойчивее. Прислать ему фото УЗИ в телеграмм, да хоть что-нибудь! Но шло время, и я приходила в ужас от одной мысли, что Егор , его родители, да и весь мир, внимательно следящий за жизнью холостого миллионера, будут обсуждать меня. Мучить. Считать, что я забеременела специально. Сплетничать. Обсасывать детали.
Мне тогда едва исполнилось двадцать один год! Я была неуверенной в себе девушкой. С раздавленной самооценкой, разрушенными первыми робкими чувствами. Одна в чужой стране. Мои родители меня обожают, но они никогда бы не смогли защитить меня от столь влиятельной семьи, как Кораблины .
Наверное, я была не права. Но я не позвонила Егору ни после родов. Ни на первый день рождения его сына. Мне казалось, раз Егор вычеркнул меня из жизни, мне следует поступить также.
А теперь, когда он в шаге от того, чтобы узнать, что я скрываю его единственного сына, что Матвей носит чужое отчество, я прихожу в ужас от возможных последствий.
- Вас не беспокоит, что вы так редко видите собственного ребенка? - спрашивает Егор. - Живете в разных странах. Это неправильно.
- Что поделаешь? - пожимает плечами Демьян. - Конечно, дети должны расти в полной семье. В идеале. Но в наше время полные семьи - это скорее, исключения. Мы с Валентиной много работаем, видимся редко. Решение расстаться — было обоюдным. Матвей мой сын, но я полностью доверяю его воспитание Вале. Она его обожает. А мне хватает видеозвонков.
- Это правда, - говорю я. - Мотя ни в чем не нуждается. Он окружен любовью и вниманием.
Егор чуть сильнее сжимает губы, и я вновь борюсь с головокружением. Он отлично владеет собой, но сейчас, кажется, злится.
- Еще раз извините за недопонимание. Я уже позвонил на один крупный ютуб-канал, дам интервью завтра утром и развею домыслы прессы, - продолжает Демьян. - Вам не о чем беспокоиться, скоро вы вновь станете бездетным завидным женихом, - шутит он.
Демьян ведет себя естественно, и я ему благодарна за это. Егор внимательно слушает.
- А как вы познакомились? -Кораблин не улыбается.
- Когда я переехала в Турцию, чувствовала себя одиноко в незнакомом месте. Демьян был так любезен, что провел экскурсию, - рассказываю я с мягкой улыбкой. Это правда, именно так всё и было. Еще Демьян посоветовал мне клинику. - У нас закрутился роман. - А вот это ложь. Я была уже беременной, о каком романе могла идти речь?
Егор кивает, будто даже подбадривая. Потом поднимает руки и начинает хлопать. Громко, не стесняясь присутствующих. Внутри меня всё замирает, на нас оглядываются люди.
- Браво, Валя, - говорит он. - Шикарная игра. Я почти поверил.
- Егор... - начинает Демьян.
- Вам лучше отменить интервью и убраться из России как можно скорее, - цедит Шип. - Валя, ты можешь сделать то же самое, но моего сына заграницу без разрешения ты больше не вывезешь. Моя служба безопасности всё выяснила. Но мне было интересно, как далеко вы оба зайдете.
- Егор, ты ошибаешься, - начинаю я лепетать, но осекаюсь, когда тот встает с места. Подходит ко мне. Я тоже поднимаюсь. Мы смотрим друг другу в глаза. Егор приближается, проводит пальцем по моей щеке. Я молчу. Он касается подбородка, смотрит на мои губы. И говорит тише, только для меня:
- Рядом с ним ты никогда не дрожала так, как дрожишь со мной, Валя. И ребенка ты родила тоже от меня. Я хочу видеть сына. Немедленно.
Продолжение следует...
920 слов.