Сердце волка.

...Я не помню, как мы вышли из склепа, не помню, как добрались до замка, чтобы собрать немного вещей в дорогу. Все это было как в тумане, как в дурном сне, я делала, что мне нужно, молчала, чувствуя, как эмоции пожирают меня изнутри.

К монастырю мы подъехали уже вечером второго дня пути. Я смотрела на серые каменные стены, окрашенные розовым светом заката. Это было так красиво, что я невольно представила, как Джулс зарисовала бы сейчас этот вид, и сердце снова разорвалось на кусочки.

Всю дорогу мы с Эланом молчали, он больше не пытался меня вразумить, и я была благодарна брату за это.

Лишь серый конь, по кличке, Туман, всю дорогу фыркал, видимо, ощущая весь тот хаос, что творился сейчас во мне.

Сняв сидельную сумку с коня, Элан проводил меня до ворот монастыря. Его лицо было хмурым, будто он был погружён глубоко в свои мысли, длинные волосы трепал ветер, он был облачен в простую дорожную одежду, и сейчас выглядел совсем не как новый король Клермонт.

- Спасибо, что привёз меня, Эл, без тебя бы я не справилась,-выдавила я, первые слова за почти сутки пути.
- Справилась,-коротко ответил он,-не считай себя слабой, если бы было так, тебя бы здесь не было. 
Я подошла к нему и обняла, прижавшись к груди. Слез не было, была лишь бесконечная тоска, грусть и смятение. Элан молчал, и успокаивающе гладил меня по волосам.

-Ты считаешь, что я не должна была уезжать из Княжества?-наконец, спросила я, мучавший меня вопрос.
- Ты вольна делать, что хочешь, сестрёнка. Это твоя жизнь и твой выбор. Но скажу тебе лишь одно, что знаю точно, Князь любит тебя, и отдал бы жизнь, если бы знал, что это спасёт тебя или твоих близких. Считаю, что он не так уж и плох, как я раньше о нем думал,-усмехнулся он.

Где-то из леса послышался крик ночной птицы. Ночь опускалась на лес, и на небе стали зажигаться первые звёзды.

- Я запуталась, Эл, Джулс больше нет, и я никогда не увижу ее больше,...
- И в том виноват лишь старый король, Рей, и никто больше. Не дай злобе очерствить своё сердце. Этим твою подругу уже не вернуть,-вздохнул он.
- Я знаю, но принять это никак не могу. Все эти три года мы были рядом, не расставаясь не дольше, чем на день...  Она стала мне как сестра, понимаешь...Я так скучаю по ней,-всхлипнула я, и брат сильнее прижал меня к себе, будто хотел укрыть от всех горестей и переживаний.
- Ты точно решила остаться пока здесь?-спросил он.
- Не могу вернуться сейчас в Клермонт,-ответила я.
- Не то чтобы я не приглашал, но я спрашивал тебя о Драгомире, он ждёт тебя, Рей, помни об этом...

Наш разговор прервал скрип открывающихся ворот, я обернулась и увидела сестру Бриджит с масляным фонарем в руках.

- Одри, это ты? Я до последнего не верила, пока Настоятельница Агнесс не сказала мне, что ты стоишь у ворот, проходи скорее, уже ночь на дворе!-поторопила меня старая монахиня.

Я попрощалась с Эланом, и проводила его взглядом, пока он не скрылся в чаще деревьев.

Когда я вошла в нашу прежнюю с Джулс комнатку, мне показалось, что время остановилось в ней. Будто мы отсутствовали всего пару часов не больше. Кровати были аккуратно заправлены, на столе стоял оплывший огарок свечи, у зеркала лежали идеально свитые в клубок разноцветные ленты и высохшие травинки полевых цветов. Я прошла к кровати Джулс и легла, свернувшись клубочком. На подушке ещё держался аромат ее волос, запах летнего дня и луговых цветов, я рассматривала висящие на стенах ее наброски, и на глаза набежала пелена слез.

Впервые, я чувствовала всю глубину и боль потери. Хоть я и скучала по маме, но я была слишком мала, когда ее не стало, и я выросла не зная ее, время сделало своё дело.

С Джулс все было иначе, мы были словно одним целым, я любила ее, как младшую сестру, озорную, звонкую и непоседливую. Я вспоминала наши посиделки в библиотеке, как мы любили прятаться ото всех на маленьких лугах горной гряды, как мы вместе плакали и смеялись, грустили и мечтали... Слёзы застилали глаза, я уткнулась в подушку и беззвучно заплакала.

Видимо, совсем обессилев и измотавшись, я не заметила как погрузилась в глубокий сон и проснулась от того, как меня кто-то гладит по волосам.
Распахнув глаза, я увидела, что рядом со мной, на краю кровати сидит Настоятельница Агнесс.

- Не хотела пугать тебя, дитя,-ласково произнесла она, убирая спутавшуюся прядь волос с моего лица.
- Вы не испугали, мадам... Я так рада видеть вас, простите, что приехала без предупреждения, так...так вышло...
- Не извиняйся, монастырь твой дом, и тебе не нужно ничьих разрешений, чтобы вернуться домой,-ответила Настоятельница и ласково улыбнулась.
Я смотрела на ее красивое и строгое лицо, на котором время уже оставила свой отпечаток, но морщины никак не портили ее, лишь добавляя благородства образу.

- Джулс...-прошептала я охрипшим от слез голосом.
- Я знаю, милая, знаю...-тихо ответила настоятельница, и ее голубые глаза заволокла пелена слез, быстрым движением руки, она смахнула слёзы, и сказала:
- Я пыталась ее отговорить от идеи идти за тобой в Клермонт, но она не слушала меня, ушла рано утром, пока все спали. Она хотела спасти тебя, не могла остаться в стороне.
- Она всегда была самой смелой из нас, самой талантливой, самым преданным другом,- прошептала я.
- Прими ее выбор, ведь будь ты на ее месте, ты поступила бы так же,-произнесла Настоятельница, посмотрев на меня.

Какое-то время, мы молчали, каждая думая о своём. Небо за окном заволокло тучами, издалека послышался гром, и через какое-то время сильный ливень забарабанил по стёклам.

- Когда я была в твоём возрасте, у меня тоже была подруга,- заговорила Настоятельница Агнесс, наблюдая, как дождь стекает по стеклу,- Мы были словно сестры, росли вместе, мечтали на двоих, только она была нежной и романтичной, а я бойкой реалисткой, без всякого романтизма в жизни. Поэтому, я нисколько не удивилась, когда она первой из нас встретила свою любовь. Это была прекрасная история любви, словно сошедшая со страниц романов, которые так любят читать девушки. Они были предназначены друг для друга. Но все закончилось в одночасье. Отец моей подруги решил выдать дочь замуж за другого, не смотря на то, что дата свадьбы была уже назначена...

Я слушала ее, затаив дыхание, начиная понимать о ком она говорит.

-...Никто из нас не мог смириться с этим, но и поделать ничего не могли, ведь это была воля ее отца. Шли годы, мы время от времени виделись с ней, и я понимала, что она глубоко несчастна, несмотря на то, что у неё тогда уже был ребёнок. Но любовь к  детям, не сможет спасти никакие отношения, если нет любви между родителями. Я так же не смогла остаться в стороне, и пошла на риск. В одну из наших с ней встреч, я устроила ей свидание с ее прежней любовью. Это было рискованно, но ради неё я была готова на многое. Спустя какое-то время, я узнала, что она ждёт ребёнка,...я сразу все поняла. Было и радостно и очень страшно за неё. Сколько раз мы предлагали ей бежать, но она боялась... Потом родилась девочка, ...прекрасная девочка...-Настоятельница промокнула глаза уголком платка, и посмотрела на меня, я практически не дышала, боясь, что пропущу что-то важное...
- ...Наконец, она решилась на побег, ее муж безумствовал, и она переживала за жизни детей, будто чувствовала, что он что-то подозревает. ...Нам казалось, что все шло идеально, мы назначили встречу, и она привезла с собой детей, но в самый последний момент все сорвалось. Злой Король следил за ней, я успела унести детей. ...Спустя какое-то время, к моему ужасу появился Король, весь в крови, но живой...

Настоятельница замолчала, тяжело вздохнув. Дождь прекратился, и из-за серых облаков выглянула луна, омытая дождем, озарив комнату бледным светом.

-... Я всю жизнь винила себя в ее смерти и смерти Арманда. Не прошло ни дня, чтобы я не вспоминала тот день. Что не уберегла ее, что позвала на смерть. С того дня я ушла в монастырь, и каждый день молю Богов за упокоение их душ...

Я поднялась и обняла Настоятельницу Агнесс, лучшую подругу моей мамы.

- Когда я увидела тебя тогда, я сразу узнала тебя, вы с Одри, как две капли воды,... и эта подвеска, которую я подарила ей на её пятнадцатый день рождения...

Я достала сапфировую подвеску из-за пазухи, и удивленно посмотрела на неё.

- Я всегда думала, что это подарок от мужчины, мне даже в голову не приходило, что это подарок подруги...-удивленно произнесла я, шмыгая носом.
- «Любимой Одри», да...-Настоятельница подняла рукав, и я увидела на запястье тонкую цепочку, на которой висела точно такая же подвеска,-...только на моей написано «Любимой Агнесс», эти подвески стали символом нашей дружбы, это все, что у меня было все эти годы. И потом, когда появилась ты, я решила, что это второй шанс для меня, я оберегала тебя, как могла, ты для меня, как дочь, которой никогда у меня не было.

Мы ещё долго сидели так обнявшись, Настоятельница Агнесс рассказывала мне свои воспоминания о маме, их детство и юность. Я живо представляла их, двоих беззаботных и молодых, у которых впереди вся жизнь. Мы с Джулс были так похожи на них, так же сильно любили друг друга, считая, что у нас впереди много времени...

- Я хочу сказать тебе одну вещь, Рейн, решать тебе, слушать меня или нет, но я так хочу чтобы ты была счастлива, и не потеряла свой шанс быть счастливой. Князь Драгомир, когда узнал, что ты здесь, послал свою Тёмную Стражу, чтобы с тобой ничего не случилось. Уж не знаю, что случилось между вами, но подумай, стоит ли оно того, чтобы лишаться счастья, как лишилась твоя мама...

Дни шли за днями, и совсем скоро с цветущими лугами, палящим солнцем пришло лето.

Все это время я работала в оранжерее монастыря, не покладая рук, где раньше столько времени проводила Джулс. Сажала цветы, полола сорняки, подвязывала растения. А по вечерам проводила время в библиотеке, в компании сестры Маргарет, Настоятельницы Агнесс и рыжего кота Мариуса. Мы пили травяной чай, обсуждая, какие улучшения надо произвести в монастыре, я делала вид, что со мной все в порядке, а они делали вид, что верят мне.

Моя обида на Реда давно прошла, я понимала, что это был импульс, эмоции и шок, что не стоило так реагировать, но я не жалела, что приехала сюда. Мои спутанные мысли и раненую душу, я лечила природой и молитвами. Мне казалось, что стены монастыря хранят ее дух и воспоминания о моей подруге. Иногда, я представляла, что Джулс жива, и вот вот, распахнет двери нашей комнаты, и начнёт рассказывать про новую прочтенную книгу или покажет свежий набросок. Слез уже не было, я закрыла лицо ладонями, разрешая себе вновь окунуться в темноту своих переживаний. Я ещё не смирилась и вряд ли сделаю это, но приняла тот факт, что я потеряла одного из самых дорогих мне людей. И никогда и никто не займет ее места. Никто. Будто вместе с ней ушла часть меня, та беззаботная и верящая в сказки, пропала вместе с ней. И я как никогда, чувствовала себя осиротевшей.

Никто из сестёр и послушниц не беспокоил меня, и я подозревала, что Настоятельница Агнесс провела тщательную беседу со всеми. Физический труд занимал мысли, а духовный излечивал душу.

И только среди ночи, когда на небе зажигались звезды, я часто ловила себя на том, что с тоской смотрю на бледный лик луны.

Я скучала по Реду, на третьей неделе моего пребывания в монастыре, я уже остро ощущала это, но гордость или глупость, не давали мне сесть на коня и вернуться обратно в Княжество.

В каждом скрипе главных ворот, в каждом шуме шагов, я надеялась, что он приехал забрать меня. Но этого не случалось. Не знаю, чего я ожидала, ведь я сама оттолкнула его от себя, сбежала после всего того, что он сделал для меня и ради меня. Совесть потихоньку подгрызала меня, лишая остатков сна. И я ночи напролет вертелась в кровати, вспоминая моего темноволосого таинственного стража с пронзительным взглядом.

Пару раз приезжал Элан проведать меня, и как я догадывалась проверить стойкость моих намерений. С каждым визитом, он производил фурор в монастыре, привозил много книг для библиотеки, от чего даже старая смотрительница вышла посмотреть на молодого короля, «привозившего благодать». Все послушницы были тайно влюблены в брата, но он лишь вежливо улыбался на все их нелепые попытки завладеть его вниманием.

- Ты не передумала возвращаться в Клермонт?-спросил он во время нашей прогулки вокруг монастыря.
- Нет, время лишь утвердило во мне это убеждение, жить я не смогу там, мне кажется, что все стены там пропитаны воспоминаниями, а они слишком болезненны для меня,-ответила я, присаживаясь на поваленное бревно около небольшого ручейка.- Клермонт никогда не был мне домом по-настоящему, а теперь и совсем перестал им быть. Извини, но я не смогу.
- Жаль, мне не достаёт тебя там, замок опустел без тебя и Фрейи, та тоже не соглашается возвращаться обратно, так как теперь у неё своя булочная в Драгомире,-фыркнул Элан, закатив глаза. - Я даже пытался приказывать ей вернуться, на что получил половником по голове, представляешь?
-Отстань от неё, она заслужила это, тем более с твоей ненасытностью, ей пришлось бы работать день и ночь!-парировала я.
- Мне тоже нелегко там, Рей-Рей, все напоминает о тех днях... Я даже подумывал построить новый дворец,-поделится он, срывая травинку.
- Я считаю, это замечательная идея, это будет символично, так как твоё правление будет кардинально отличаться от его,-произнесла я, окуная ноги в холодные воды ручья.
Стояло настоящее пекло, и прохлада ручья, как нельзя была кстати. Подул жаркий июньский ветер, принеся пряные ароматы луговых трав. В кустах стрекотали кузнечики, я наблюдала за маленькими радужными стрекозами, носившимися между цветами. Было легко и хорошо, казалось, что мы с Эланом снова в детстве, когда мы целыми днями подряд пропадали на улице, прячась в высокой траве от многочисленных нянек.

- Через неделю состоится коронация,-щурясь от яркого солнца произнёс Элан,- мне было бы приятно, если бы ты присутствовала.-сказал он, вытягивая длинные ноги.
Я немного помолчала, и наконец, спросила:
- Он тоже будет там?-настороженно произнесла я, боясь, чтобы брат не расслышал надежды в голосе.
- Я отправил ему гонца, но ещё не получил ответа,-поэтому не знаю, он спас мне жизнь, Рей, как может быть иначе, не будем повторять ошибки отцов, впереди у нас много совместной работы, нужно налаживать связи, восстанавливать селения. Меня восхитил Драгомир, не смотря на то, что Драгомир меньше Клермонта, он отлично развит, я бы хотел и для Клермонт такого же роста...
- Я не против, если ты об этом... просто я не знаю, как вести себя, если увижу его. Видишь ли, я чувствую, что была не права, и я сильно обидела его. И теперь я не знаю, как мне быть,-тихо призналась я, бросая лепестки ромашки в воду.
- Скажи ему то, что сейчас говоришь мне,-ответил брат, подставляя солнечным лучам лицо.- Просто скажи, что вернулась, и он поймет, вот увидишь, Рей-Рей.

Теперь он уже не был таким бледным, солнце вновь придало его коже золотистый оттенок, волосы стали светлее, выгорев на солнце, а хорошая еда и крепкий сон округлили его лицо, и тело, переставшее выглядеть худощавым, окрепло. Лишь шрам на щеке, и взгляд, ещё напоминали о времени, проверенном в заточении у собственного отца.

- Возможно, ты и прав, я подумаю, я на столько привыкла за эти дни в монастыре, что я начала задумываться о том, что может быть и мне стоит посвятить жизнь молитвам, как и матушка Агнесс.

-Рей, я не стал говорить совету, о том, что ты не Его дочь, это не важно, для меня точно. Ты полноправная принцесса Клермонт, и я сделаю все, что бы ты ни в чем не нуждалась, я хочу чтобы ты знала это, что Клермонт и твой дом. И тебе принадлежит все, на что имеет право принцесса,-серьёзно произнёс брат, глядя на меня.

- Спасибо, Элан, ты всегда был мне не только братом, но и лучшим другом,-я протянула руку, и погладила его пряди волос пшеничного цвета.

***

Спустя неделю после нашей последней встречи с Эланом, я стояла в ярко освященном зале бального зала дворца Клермонт.

Сегодня был день коронации нового молодого короля Элана Клермонт, моего брата, и надежды на лучшее будущее для королевства, которое много лет угнетало ближайшие страны, утопая в человечков боли и крови. Новому королю предстоит много работы, чтобы отмыть эти страшные пятна со своего королевства, и я искренне была уверена, что его благородство и мудрость затмит те темные годы правления прежнего короля.

К своей коронации, Элан уже успел наладить дружеские отношения с многими правителями, заключив мирные переговоры. Несмотря на свой молодой возраст он был умным и мудрым правителем, который сумел сохранить свою душу и доброе сердце. И в то, что он станет великим королём, я нисколько не сомневалась.

Я стояла позади него, и наблюдала, как многие правители приехали поприветствовать нового короля и пожелать ему долгих лет правления. Здесь были и заморская делегации, которых отличала оригинальная и необычная одежда, из дорогих блестящих тканей, украшенная шитьем и драгоценными камнями. На некоторых было столько золота и украшений, что я удивлялась, как они могли ходить самостоятельно.

Не смотря на пышный прием и множество интересных гостей, я откровенно скучала. Я до последнего не хотела ехать, но решила, что кто если не я, смогу поддержать своего брата в такой важный день. И не смогу его оставить одного.

Настоятельница Агнесс тоже была приглашена на коронацию, и теперь она стояла чуть поодаль вместе с Фреей, и умилялись тому, как вырос Элан, словно он был не королём, а все тем же маленьким мальчиком в коротких штанишках.

Фрейя приехала вместе с мистером Эрдемом и незнакомым мне представителем совета Княжества Драгомир, который теперь со скучающим видом рассматривал гостей. Ни Князь Рендел, ни даже его альтер эго капитан Темной Стражи Ред, не явились сегодня на коронацию Элана, к моему удивлению и горькому разочарованию.

- Милая, если ты будешь и дальше сидеть с таким несчастным видом, я сейчас же поеду в Драгомир и за шкирку притащу этого индюка Князя к твои ногам,-сказал с улыбкой Элан, чуть наклоняясь ко мне, делал вид, будто мы обсуждаем какую-то незначительную ерунду.

К моему лицу прилила краска, как только я представила эту картину, и не содержавшись, прыснула от смеха.

- Ну, наконец, а то от выражения твоего лица скоро скиснет все молоко в королевстве.
- Ты что-то путаешь, мне очень весело, а кислое молоко полезно тем, кто лезет не в своё дело своим королевским носом,-фыркнула я, растягивая губы в фальшивой улыбке.
- Мой королевский нос имеет полное право лезть куда угодно, потому что он королевский, тем более в дела своей сестры,-парировал Элан, подмигивая какой-то барышне в пышном золотом платье.
- Займись лучше поиском королевы, я бы хотела уже скорее нянчить племянников,-мечтательно вздохнула я, и попала в точку, Элан тут же скривился и вернулся обратно на своё место.

Несмотря на то, что был уже вечер, в зале стола неописуемая духота, а свежий воздух из открытых окон не достигал того места, где мы расположились с Эланом.

Предупредив брата о том, что мне нужно срочно выйти подышать, я подхватила свою трость и осторожно начала продвигаться к стеклянным дверям, ведущим во внутренний сад, где располагался небольшой фонтанчик, манящий свежестью и прохладой журчащей воды.

К тому времени, как я вышла на улицу, обьявили, что начинаются танцы, и я ещё раз похвалила себя за то, что сумела ускользнуть до этого. Желания танцевать у меня не было, да и с моей хромотой делать это с прежней изящностью уже не представлялось возможным. Поэтому я с облегчением присела на мраморный край фонтанчика, и окунула руку в прохладную воду.

Тёплый ночной воздух наполнился пряным ароматом цветущих цветов и лекарственных растений из аптекарского огорода. Из открытых окон струилась музыка, и я слушала ее, наслаждалась, что могу побыть с собой наедине. За это время, я так отвыкла от шума придворной жизни, что день во дворце вымотал меня, в конец.
Я наблюдала, как на деревьях и цветах мерцали маленькие светлячки, словно звезды, упавшие с неба.

- Вот ты и начинаешь привыкать к одиночеству, весь этот шум явно не для меня, -произнесла  я вслух, расправляя мокрыми от воды руками белый шифон вечернего скромного платья, которое выбрала к сегодняшнему вечеру.

Я отказалась от пышных платьев и роскошных украшений, ограничившись лишь маминой сапфировой подвеской, жемчужными сережками и кольцом, подаренное князем, которое я в последнюю минуту перед выходом, все же решилась надеть на празднество. Половину волос я заплела в простую косу, оставив остальные свободно лежать по плечам. Мистер Эрдем привёз мне в подарок из Княжества белые орхидеи, которыми я украсила свою простую прическу.

От мокрых рук на ткани остались пятна, и я отругав себя за неаккуратность, попыталась скрыть в складках юбки, придётся сидеть тут, пока ткань не высохнет.

- Хотя какой в этом толк, танцевать я все равно не собираюсь,-пробубнила я себе под нос, и услышала за спиной хруст веток.

От неожиданности, я резко обернулась, совсем забыв, что сижу на самом краешке фонтана. Потеряв равновесие, я хотела было схватиться за свою палку, но было поздно, вскрикнув, и изящно выписав пируэт руками, ...(совсем не изящно), я стала падать спиной в воду. Я уже приготовилась погрузится в холодный фонтан, и зажмурилась, задержав дыхание, ...но падение внезапно прервалось, от удивления, я распахнула глаза и встретилась с пронзительным взглядом льдисто-голубых глаз.

Если бы я сейчас упала в холодную воду, эффект был бы примерно таким же неожиданным. Обхватив меня одной рукой, меня крепко прижимал к себе сам Князь Рендел Драгомир.

- Мне, кажется, что для купания в фонтане уже совсем поздно, маленькая принцесса,- с иронией в голосе произнёс мой спаситель.
- В самом деле? Мне показалось, что в саду слишком жарко, и я решила охладится,-выдавила из себя я, закусывая нижнюю губу.

Князь лениво растянулся в улыбке, и поднял бровь.
- Значит, мне стоит отпустить вас?-спросил он бархатным баритоном от которого по моей спине пробежали мурашки.
Я что-то пискнула в ответ, и ухмыльнувшись, Рендел поднял меня, но не отпустил.

Я почувствовала через тонкую ткань платья, как гулко стучит его сердце, и мне захотелось прислонится к его груди ухом и послушать, как оно бьется.

Во мне пылали тысячи чувств, и я словно сгорала под взглядом его глаз цвета льда.

Какое-то время мы просто смотрели друг на друга, наслаждаясь и изучая каждую черточку.

От него все так же пахло соснами и морской солью, и вдыхая его аромат, находясь в объятиях его сильных рук, я чувствовала себя по настоящему дома.

Он и был моим домом, ни замок Клермонт, ни монастырь, ни замок Драгомир,... мой дом был рядом с ним.

Видимо, в моих глазах было все написано, от чего его улыбка слезла с лица, и он с нежностью провёл мозолистым от меча пальцем по моей щеке.

- Почему ты постоянно убегаешь от меня, Рейн?-с болью в голосе спросил Рендел. - Ты заставляешь меня гореть заживо в своих мыслях, ты заставляешь совершать меня безумные поступки, я готов отказаться от всего и идти за тобой на край света, лишь бы ты была рядом. Но никогда не проси отпустить тебя, потому что это невозможно, ведь в тебе мое сердце...-хрипло произнёс он, вытирая скатившуюся по моей щеке слезинку.

- ...Прости меня,- лишь смогла вымолвить я, поражённая его признанием. Это были не просто слова любви, это было нечто большее для меня, я понимала, о чем он говорит, потому что чувствовала тоже самое.
- Когда-нибудь, ты сведёшь меня с ума, маленькая принцесса,- наклонился он ближе ко мне, и жар его дыхания опалил мои губы.
Мои руки взлетели вверх по темно синему бархату его сюртука, и пальцы погрузились в его черные мягкие волосы.
- Ты уже свёл меня с ума, большой волк, уже,-выдохнула я, поддавшись вперёд.

Он целовал меня нежно, но мне было этого мало, я так скучала по нему все это время. Я встала на цыпочки и прижалась к нему теснее, наклоняя его голову к себе, углубляя поцелуй.

Я услышала что-то среднее между его низким стоном и утробным рычанием, и он приподняв меня, с жаром ответил на мой поцелуй, сминая мои губы своими. Он был требователен и страстен, будто пил пряное вино с моих губ. Но пьянели мы вместе, то от от нехватки воздуха, толи от пьянящей страсти, и мне стало казаться, будто воздух вокруг нас стал будто вибрировать. С каждым мгновением его объятий, с каждым прикосновением его языка к моему, мне хотелось чего-то большего, но чего, я совсем не понимала, зато мое тело прекрасно знало.

Я инстинктивно выгнулась в его объятиях, и Князь обхватил руками мою набухшую и ноющую грудь. Он нежно сжимал ее, лаская через тонкую ткань платья и белья напрягшийся сосок.
Мне казалось, что я просто плавлюсь в его руках, я прикусила губу, чтобы не застонать от острых ощущений и Ред тут же накрыл губами мои губы, прокладывая дорожку от уголка рта, по шее и ниже. Мое сердце трепыхало от волнения словно дикая птица, пойманная в клетке. Я почувствовала, как он отстранился на меня, и я с удивлением открыла глаза, не понимая, что происходит.

- В лунном свете, ты прекрасна особенно, принцесса,-хрипло сказал он, и в его глазах горело синее пламя.
Я почувствовала, как он отодвинул край корсажа, ночная прохлада приятно овевало разгоряченную кожу, он наклонил голову, и я почувствовала, как его язык облизал мой сосок. Я охнула, но Рендел, только крепче меня прижал к себе, не давая мне упасть. Он продолжал целовать и посасывать нежную плоть, а мне хотелось, чтобы это длилось вечность.
- Да....-вырвался у меня тихий стон.
В какой-то момент напряжение достигло пика, и я распалась на тысячи мерцающих звёзд наслаждения, содрогаясь всем телом. Князь поцеловав напоследок влажный сосок, со вздохом поправил корсаж, пряча мою грудь обратно.

Я смотрела на него затуманенными от наслаждения глазами, и Князь наклонившись, запечатлел на моих губах долгий и нежный поцелуй.

- Драгомир, ты немного опоздал на праздник, но я вижу, ты нашёл утешение в моей сестренке,-услышала я позади себя весёлый голос Элана.

Кровь прилила к моему лицу, я очень надеялась, что брат не увидел, что тут творилось ещё несколько минут назад.
Почувствовав мое смущение, Князь ободряюще прижал меня к себе, будто успокаивая.

- Я пришёл за ней, Клермонт, можешь не напрягаться, мы уже уходим,-фамильярничая криво улыбнулся Князь, намеренно игнорируя титул брата.

- А ты все такой же хам, Князь. Не помню, чтобы ты спрашивал ее руки у меня, или хотя бы делал предложение, Рейн,- в тон Ренделу ответил брат, приподнимая бровь.

- Без твоего разрешения мы как-нибудь обойдёмся, ...а вот на счёт предложения, мне кажется, я только что услышал отчетливое «да»,-ответил Князь, и меня вновь обдало волной жара.

Брат перевёл взгляд на меня и вопросительно посмотрел, ожидая ответа.
Но не успела, я открыть и рта, как Рендел перебил меня.

- Если принцесса желает, я могу переспросить ещё раз, я обладаю прекрасным даром убеждения, -сказал он и озорно посмотрел на меня, если бы от стыда можно было сгореть, то я бы уже полыхала в адском пекле, уж точно.

Брат покачнулся на каблуках, и я увидела, какое наслаждение ему доставляет эта небольшая перепалка с князем. Он удовлетворено хмыкнул, выразительно разглядывая мои растрёпанные волосы и помятое платье.

- Драгомир, что тянуть, раз такое дело, могу завтра тебе уступить своё торжество, и отпразднуем свадьбу, а то моя сестра заслуживает большего, чем романтика под луной в темном саду,-усмехнулся Элан, явно забавляясь ситуацией.

- Иди к черту, Клермонт, только благодаря Рейн и моему ангельскому терпению, мы завтра так и быть останемся на твой пикничок, но пить за наше здоровье, ты будешь за столом в Драгомире!-усмехнулся Князь, целуя меня в макушку.

Брат ещё недолго смотрел на нас и расхохотавшись, подмигнул мне и удалился обратно в замок.

- Так значит, да?-нежно спросил он, целуя мою руку, на которой сверкало некогда подаренное им кольцо.
- Ты же слышал, или мне повторить?-улыбнулась я, повторяя его слова.
- Готов слушать бесконечно,-ответил Рендел, прижимая меня к себе.

Из окон замка доносилась мелодичная музыка, и Князь покачиваясь, повёл меня в нашем втором медленном танце. Только теперь между нами уже не было никаких масок и преград. Были лишь мы и наше настоящее и будущее.

- Я люблю тебя,-тихо прошептала я, кладя голову ему на грудь.

-Ты не представляешь, как долго я мечтал услышать эти слова от тебя, Рейн-ответил он,- одна душа, одно волчье сердце на двоих,-сказал он, нежно целуя меня в макушку.