"Unbearable"(Несносна)

Саундтрек к главе - Bring Me The Horizon - And the Snakes Start to Sing.

Ноябрь.

Любые раны, рано или поздно, зарубцуются. Любые люди, рано или поздно, обретут успокоение души. Рано или.. Эти два месяца стали тяжелой отдышкой, после изнурительного преследования самой себя. Как часто мы боимся признать, что наши поражения, боль и разочарования оседают и жадно въедаются в душу. Становясь неотъемлемой частью нас, мелькая во взгляде и движениях. Состоящие из узлов переплетения эмоций и чувств. Мы люди. Обмануты, разбиты и живы..

-Ты уверена, что поедешь одна?-наблюдая за скомканными сборами, сдавленно произносит Этель. Подпирая дверной косяк, она прожигает взглядом мою напряженную в наклоне спину. Иногда, излишняя пристрастность к самостоятельности с моей стороны, раздражала её. Но не всегда отказ от поддержки и помощи, это недоверие. Чаще, помочь себе, можешь только ты сам.

-Абсолютно.-взвизгнув молнией рюкзака, сбито в дыхании отвечаю я.-Обыкновенная поездка к родителям. Не стоит переживать. Рано или поздно, это случилось бы. Мне сняли гипс и шрамы не так видны, так что. Практически не изменилась.-отпив остывший чай, убедительно произношу я.

-Мы подвезем до аэропорта.-лёгкая улыбка скользит по пухлым губам в знак смирения.-И это не вопрос.

-Ладно. Чем займёшься в мое отсутствие?-прекрасно зная все варианты ответа, натянув толстовку спросила я. Своё свободное время она посвящает если не мне, так Ирвину.

Моя, с трудом отмытая от шакальих слюней, репутация вынудила взять рассудочный нейтралитет. Есть они, есть я. Есть он.. Заветное, казалось бы, возвращение на свои « орбиты» и возобновление статуса «незнакомы» с Ярдвудом не принесли должного спокойствия и счастья. Скребущая жажда сковывала гортань при случайных встречах в университетских коридорах, заставляя пылить безучастным взглядом. Новый день, новая безликая рядом, одинаково и тошнотворно страстен с каждой. Мне не хочется быть на их месте. Хочется свернуть их длинные шеи до победного хруста. Лишь бы не смели коснуться. Коснуться его души. Всё правдиво и чертовски справедливо. Он потерял интерес, как только «инфицировал» меня. Инфицировал собой. Безрассудное помешательство готово расправить вороньи крылья внутри. Разорвав нутро и принудив согласиться. Я больна и нуждаюсь. Мне нужен он.

-Ты же не сбегаешь?-нервно отдергивая рукава мягкого свитера сдавленно произносит она, янтарь взгляда бликует подступающими слезами.-Чтобы я не смогла помочь. Не успела спасти..-вздрогнув сорванным вздохом на последнем слове, она замирает, всё больнее впиваясь взглядом.

-Нет, Этель.-прозвучало слишком морозно, но убедительно. Я понимаю мотивы самоубийц, но никогда не встану на их сторону. Жизнь – одна большая провокация на суицид. Проверка на прочность, выносливость и умение терпеть, что умело приправлены редкими моментами эйфории и счастья.-Я не поступлю так с тобой. Два дня и вернусь, не расшатывай нервную систему по пустякам.

-Точно?-смачно всхлипнув, она вытирает рукавом слезы и облегченно улыбается.

-Точно. Зная свою мать, вероятность обмена обратного билета на раннюю дату 70 из 100.-победно выдохнув, заверила её я. Для матери я всегда была недостаточно «той» дочерью. Характер мог быть мягче, волосы длиннее, а глаза светлее. Лихорадочный перфекционизм в работе журналиста стремительно охватил и её жизнь. Взгляды на семью. Идеальной семьи и отношений в ней не бывает. Как она это ненавидела.. С каждым годом мой курс на «заветный» идеал сбивался всё сильнее. К 20 годам все направляющие перегрели, приведя к стремительному падению. Но никто так и не подал руку, что бы подняться..

Обшарпанные трапы на самолетный борт выбивают всю уверенность в смыслах этого полёта. Замирая на последних ступенях, на долю секунды, ты не уверен. Во всём. Я знала, что мне не рады. Знала, но чертовски скучала. Слишком заняты, что бы встретить. Слишком спокойны, что бы волноваться долетела ли.. Слишком.. Колкий и пульсирующий ком обрастал напряжением в глотке. Знакомые леса, дома и улицы. Мелькают в забрызганных грязью окнах такси, словно быстрая перемотка собственной памяти. Попросив высадить на квартал раньше, жадно вдохнула мороз ноябрьского воздуха вместе с сигаретной затяжкой. Удостоверившись в наличие обратных билетов на текущий день и затушив сигарету, я двинулась в сторону дома, тщетно пряча дымное дыхание в приторной мяте жевательной резинки. 5:23 pm, осветил сумерки экран айфона. Режим «в полёте» выключен. Мой режим падения включён.

-Вианта!-звонко бьет в перепонки, раздражающая интерпретация имени. Мама. Блестящие каштановые волосы безупречно спадают в голивудской волне. Идеально отглаженная бежевая блузка и серые брюки. Улыбка ожидаемо натянутая, въедается морщинками в тёплый загар лица. Приторный аромат фиалок в секунду забивает дыхание, её любимые духи, моя ненавистная аллергия.-Нужно было предупредить, я бы отправила водителя.-холодные объятья, практически не касаясь, притворное волнение.

-Я звонила.-раздалось хлестким эхом по высоким потолкам особняка. Горничная учтиво забирает рюкзак и исчезает в одной из комнат. Ничего не изменилось. До боли не изменилось. Мои вещи по прежнему весели в коридорном гардеробе, ноутбук пылился на полке под телевизором, а на крючке у входной двери весела связка моих ключей.

-Ты же помнишь, где твоя комната, спускайся на ужин через 15 минут.-поправив воротничок блузки, она стремительно удалилась на поиски звенящего телефона. Не изменилась..

Я мечтала, чтобы мою комнату сожгли. Вместе с оставшимися там вещами и памятью. Неприметная с виду, сероватая комната, хранила запахи и взгляды. Казалось, сбегая в скорби, я оставила здесь душу. Постояв у закрытых дверей и напитав напряжением замочную скважину, так и не решилась провернуть ключ и открыть. Так много насильного оставленного, могло принудительно вернуться. И разорвать..

-Ты надолго?-поглаживая льняную салфетку на коленях, она отпила вина из граненого бокала.

-Не думаю.-прокрутив свой бокал за ножку, подняла взгляд, столкнувшись в упор с её. Оценивающий, совсем не материнский. Так смотрят незнакомцы, что стоят у одного прилавка в магазине. Жестокая оценка. Ей не нравилось. Она недовольна.

-Что плохого в природном цвете и нормальной длине волос?-попадая словами в паузы между лязгами ножа об тарелку, произносит она.

-Мне нравится так, Мам.-хочется ответить резче, но сдерживаюсь, опустошив бокал залпом.

-Тату?-задравшийся рукав не выгодно открыл моё запястье, она застывает в недоумении с бликами недовольства.

-Их четыре.-лёгкая улыбка затухает на губах и я продолжаю ковырять стейк. Она сглатывает, пристукнув ногтями по столу.

-Я разговаривала с твоим лечащим врачем.-попытка найти слабое место,-Почему ты не посещаешь стабилизационные сеансы?-длинные пальцы покорно переплетены в замок, участливый взгляд отдаёт фальшью.

-Не вижу смысла.-демонстративно отставленная тарелка стукается об бокал.

-А мисс Бирсале считает иначе. Твоя личность недостаточна окрепла и восстановилась. Сеансы, это часть терапии.-она никогда не пропускала воспитательный момент, тыкая в проблемы. В оскорбительную неидеальность.

-Я здорова, Мам, абсолютно.-раздражение вскипает крупными пузырями внутри, сжигая многословность. Я не скучала. Я ненавижу.

-Разве, эта агрессивность внешности, курение и перепады настроения, считаются нормой? Ты запуталась, Вианта. И без помощи не обойтись. Моя маленькая..-резко поднявшись со стула, Мама направляется ко мне.

-Стой там. Самой не приторно от этой лжи? Тебя никогда не волновало, как выгляжу и что делаю. Так будь добра, продолжи. Я здорова и не нуждаюсь в помощи.

-Ты несносна! Кому нужна такая, калеченная, душой и телом..-слишком ожидаемо от нее, но так больно впивается в слух.

-Хватит. Мне не быть так желанным тобой идеалом. Я есть. Такая. Как жаль, что нельзя обменять на другую?!-визгливый звон разбитого стекла вмерзает в высоту потолков.-Отцу привет.

Ровно час. Понадобился ей, чтобы раздавить.

-Я изначально была против Дилана...-врезается в затылок, протяжно скуля осуждением.-Он испортил тебя. Вынудил стать такой. Но а сейчас, он мертв, милая! Мертв!-краснея от ярости, она хваталась за последние канаты, чтобы сдержать. Но мы так далеки, и расстояние губительно.

-Достаточно. Спасибо за ужин. Этот час худшее, что могло быть.-предательская дрожь в руках, с трудом поддаётся контролю, сжимая чёрный драп пальто, мне хочется исчезнуть.

-Вианта! Уйдя сейчас, я не позволю тебе вернуться. Никогда.-белоснежная салфетка слетает с её колен.

-Значит прощай, Мама.

Морозный воздух жадно впивается в гортань, сбивая дыхание. Вмерзшая пустота. Ни слез, ни боли, только размеренный сердечный ритм. Я так спокойна. Я так мертва..

Она ещё долго кричит в след, срывая связки, пытаясь исправить финал. Вернуть норму и правильность. Ей не нужна такая дочь. Я должна измениться, исправиться. Я никому ничего не должна. Я – одиночество.

Сигаретный дым, казалось, уже клубится в черепе, но я продолжаю затягиваться. Жжённый кофе из автомата аэропорта, лязг чемоданных колёсиков по наледи асфальта. Посадка через 3 часа. Тошнотворный пейзаж из снующих такси, людей, чемоданов и посадочных полос. Раздражает память. Ещё год назад, я улетаю в лучшее будущее с тем, кого люблю. И небо не преграда. Страха так мало, а чувств так много. Что сейчас? Небо непроглядная бездна, а страх колючей проволокой сдавливает нутро. Чего ты боишься? Нуждаться в ком то сильнее. Чем в желании жить. Сильнее. Опять. Помешаться и не справиться. Уже не справиться..

—

Телефон разрывает от пропущенных звонков, а голову от необдуманно впущенных мыслей. Изнуряющий перелет окончательно раздробил самоощущение на мелкую и острую крошку раздражения. Заехав в аптеку, взяла по не использованному рецепту психолептики и препараты подавляющие агрессию. Нужно ли это? Необходимо. Я разучилась справляться. Разучилась жить, а не существовать.

Распахнув входную дверь настежь, я терпеливо жду на пороге, давая морозному воздуху скользнуть по стенам и потолку. Стерео система покорно оживает от нажатия, наполняя и разбивая тишину хорошим металлом. Он умеет опустошать. Освобождает, истребляя лишнее. Откровенен, резок и импульсивен. Он – гнев. Пара таблеток растворяются в прохладе воды. Мгновение и больно натянется цепь смирения. Скрежет ржавых петлей смешается с рванным и покорным выдохом. Мы прячем себя под масками, давая зверю под ними дичать. Без масок мы преданные. А преданных предали.

Даже под грохот ударных я умудрилась заснуть. Утомление, что обильно приправлено отчаянием взяло верх. Чуткий и сбивчивый сон объят холодом от приоткрытой двери, в замочной скважине покоятся ключи, размеренно звякая брелком. Трек кончился, но пауза после, слишком затянута. Обоняние раздраженно посторонним запахом. Знакомым запахом.

-Совсем без башни.-звеня в полёте, ключи падают на диван, вынуждая проснуться.

Чёрное драповое пальто усеяно мелкими и колкими снежинками. Выбеленные концы спадают на фактуру скул, контрастируя с морозной краснотой губ и щёк. Тяжелая томная примесь из табачного дыма и парфюма заполняет пространство, словно припирая к стене. Гетерохромия утопает в легкой красноте усталости. Чернильная рубашка расстегнута на три верхних пуговицы, давая свободу ветвям тату. Тошнотворно-желанный идеал.

-Какого хрена, Ярдвуд?-от резкой вспышки напряжения проснулась дрожь в руках.

-Незапертая входная дверь с ключами в замке со стороны улицы, считается приглашением. Инстинкт самосохранения отсутствует или ты опять нахлебалась седативных?-хриплый медовый баритон разнесся эхом по дому.

-Абсурд. Тебя никто не звал. Я закрою за тобой дверь.-избегая взгляда, встала с дивана, приняв оборонительную позицию. Ухмылка растекается по налитым губам, поблескивая пирсингом.

-Ты забыла в квартире.-свисая и покачиваясь на длинных пальцах, мерцала серебром моя цепочка.-И даже не пробовала вернуть.-развалившись в кресле, победно прыснул он.

-Не так важно.-в глотке скребло от тяжести собственной лжи.

-Врешь. Подарок Дилана, один из последних.-разжав пальцы, цепочка струится на тумбочку. Взгляд слишком пристальный, пытливый и вынуждающий на реакцию. Что мне непозволительна. Запрещена.-Я говорил, что избегать, это не лучший вариант. Особенного когда..

-Когда что?-прервав тягостную паузу интриги, срывается у меня.

-Заинтересована. Увлечена. Нуждаешься.-звучит уверенно, раздражающее убеждение, словно смакует несуществующую победу.

-Что-то ещё?-максимум холода во взгляде и спокойствия в голосе. Я безучастна. Я не играю. Закатив рукава толстовки обдаю лицо холодной водой из раковины. Не поддаться.

-Змея и роза.-открытая рука привлекла его взгляд.-Любовь на грани помешательства. Ты душишь чувствами, ломая хрупкий стебель. Ожидаемо.-произнесённое приходится роковой пулей в затылок, слишком проницательно. Слишком унизительно.

-У меня был не лучший день, чтобы сейчас излишне любезничать через силу. Если ты закончил, то..

-Не закончил. Я приехал за тобой.-хищный прищур скользит по мне снизу вверх.

-Вот оно что. А я никуда с тобой не поеду. Ожидаемо, правда?

-Согласие расценится, как подарок.-теперь я вспомнила слова Этель, про её планы на мой отъезд. День рождения Элиаса.

-Поздравляю, но нет. Завязала с поездками в ваше поместье и по гипсу не соскучилась.-смягчив интонацию, нервно оттягиваю рукава и чувствую взгляд спиной.-Зачем тебе я? Уверена, тебе есть кого пригласить, если они уже не приглашены.

-Я хочу тебя рядом, сегодня. И гарантирую безопасность.-привычная уверенность переходит в невозмутимую наглость.

-Мало ли, что ты хочешь.-строптивые эмоции вырываются из цепей смирения. Реакция. Я поддалась.

-Кого. Я жду тебя в машине.-поднявшись с кресла, он сбрасывает пряди с глаз и запускает руки в карманы брюк.

-Я не соглашалась, Элиас.-заставив остановиться на пороге, слишком призывно срывается ему в спину.

- Жду в машине.-он растворился в сумрачной тьме улицы, оставив лишь звон от хлопнувшей двери.