Охотник и добыча
Эвтида направилась искать Ливия, чтобы узнать о теле. Она нашла его в конюшне, он разговаривал с Аменом. Эва услышала лишь отрывок их разговора.
— Значит, нам нужен другой лекарь.
Твёрдо сказал Амен. Ливий вскинул руки.
— Другой? Какой еще другой? Где ты еще подобного мне сыщешь?
— Что мне будет лекарь рассказывать о черной магии? Сведуешь о ней?
— Твоя зацикленность на черной магии выглядит нелепо.
— Прочь от тела, ты больше им не занимаешься.
— Эва?
Ливий заметил Эву. Амен не заметив её, промолвил.
— Эва? И её разрешения просить?
После чего оба обратили на нее внимание.
— Здравствуй, милая госпожа. Тебе уже лучше?
— Извините, я вас наверно отвлекла.
Амен с сарказмом промолвил.
— «Милая госпожа» отвлекла тебя от разговора.
— Она и тебя отвлекла.
Ответил Ливий. Между ними возникло напряжение. Эва указала пальцем на лекаря.
— Поговорить с ним хотела, можно?
Амен кивнул и покинул их.
— О чем ты хотела поговорить?
Спросил Ливий.
— Ты осматривал тело Исмана.
— Я знал, что ты придешь по этому поводу.
— Он не мог себя убить.
— Эва, Исман был моим учеником. Я тоже не могу в это поверить. Но я осмотрел тело, иначе быть не может.
— Ты мог ошибиться.
— На теле нет побоев, увечий и кости целы. Он зашел в воду сам.
— Нас пытаются обмануть.
Ливий вздохнул.
— Эва, оставь это. Не сходи с ума, как Амен. По каким-то своим причинам Исман покончил с собой. Быть может, дело в девушке? Он говорил о ней. Говорил, что он ей не по чину.
— Он говорил про Дию.. Но не может быть этого. Она его любила.
— Эва, лучше не лезь в это. Не зли охотников. Я не хочу потом..
— Что потом?
— И твоё тело осматривать..
Он приобнял Эву.
— Хорошо, я еще раз осмотрю тело, пока эпистат окончательно не отстранил меня.. И тогда решу, как поступить.
Эва отстранилась и кивнула.
— Спасибо, Ливий.
Через время, все отправились в город возвращаться к своим обязанностям. Перед тем, как все разошлись эпистат промолвил одному из охотников.
— Ёрен, ты останешься сегодня с Эвой и Реймссом на все время, пока они практикуются письменности.
Эпистат перевел взгляд на Эвтиду и продолжил.
— Не спускай с них глаз.
— К чему это?
Возмущено спросила Эва.
— Я не забыл, что произошло в моем доме. И в твои оправдания я не верю.
Ливий включился в разговор.
— Если вы о пропаже вещей, то я был с ней в тот же вечер. В твоё жилище проникла не она.
Амен медленно обернулся к лекарю.
— Я не ослышался?
— Мы были с Эвой в её доме, я учил ее подобным сокращениям некоторых терминов, чтобы она записывала быстрее.
— Почему я только сейчас узнаю об этом?
— Потому что, ты не спрашивал.
Эпистат повернулся к охотнику Ерёну и сказал.
— Ладно, ты тогда идешь со мной.
После этого, все разошлись по своим делам. Эва и Реймсс сидели в библиотеке и практиковались. Рейммс сказал шепотом Эвтиде.
— Сегодня идем на заказ.
— Что?
— Брат встретит ночью у храма нас.
— Ладно.
Солнце уже зашло за горизонт, начало темнеть. Рейммс прошептал Эве.
— Реммао вот-вот придет, когда охотники покинут храм.
Через минут десять, охотники покинули храм и Рейммс с Эвой вышли из библиотеки и направились к храму, постоянно оборачиваясь, стараясь это сделать незаметно. В углу строения, прячась в тени ночи, их ожидал наставник.
— Вот и вы. Пора идти. Ночь поганая, много охотников осталось в Фивах, не поехали в поселение.
Промолвил Реммао, после чего пошел в сторону гробницы извилистыми путями, а за ним последовали его ученики. Эва никогда не видела наставника таким тихим и сосредоточенным. Он как шелест ветра в мрачном проулке — навевающий тревогу. Реммао остановил подопечных в неприметном закоулке, удостоверившись, что вокруг пусто. Эвтида окинула взглядом высокое здание гробницы с простым, но довольно недешевым
оформлением. Стены его были вымощены обсидианом.
— Какой у тебя план?
Спросил Рейммс у наставника.
— Лекари отпущены со смен, там сейчас пусто, нужное вам тело лежит на втором этаже.
— Как ты все продумал?
— Ничего я не продумывал. Главный жрец и травник этого места — мой давний должник. Мы когда-то учились вместе. И так, по поводу заказа... Сестра хочет знать, кто и зачем убил. Его зовут Одит, у вас есть пара часов.
Наставник растворился в темноте так бесшумно и ловко, словно слился с ней.