Свет для чужого государства [ Ottoman Empire]

*Писалось в сопровождении песен группы Нервы, советую их слушать при прочтении*

На следующий день родители Даниэль получили сообщение от турецкого Султана, где тот, не без уважения, рассказал о местонахождении их малышки, и что милая Селин'а немного погостит в Османской империи по собственной воле.
Всё это удивляло не находивших себе места лорда и графиню.

- Дорогой, неужели, наша маленькая Даниэль могла отправиться в другую страну без нашего ведома и разрешения наследного принца?.. - не верила своим же словам Аллен Морель.

Кристоф лишь пожимал плечами, не зная что и ответить возлюбленной. Но одно их утешало точно - их птенчик в безопасности, тепле и уюте.

Хотя, сама Даниэль так не считала. Юница надеялась, что её родители заподозрят Султана в том, что этот напыщенный и самовлюблённый индюк, как та прозвала его, держит её  в плену.
Весь день и всю ночь графиня провела в закрытых покоях, изучая их. В разное время ей приносили еду, но та даже не прикасалась к пище, показывая свой характер.
Хоть она была безумно голодна, она не желала принимать эту "ужасную" османскую еду.
Ночью дева не могла уснуть. На её глазах блистали слёзы. В сердце засела досада. Было так обидно, что кто-то может распоряжаться её жизнью. Так грустно, что лишь по приказу этого Султана она может лишиться жизни, не совершив никакой провинности.
Темноволосая быстро начала понимать, в каком месте находится.
От этого было ещё досадней, а главное, злей.
О, да. Графиня очень зла на халифа, который не стал ей помогать. Он так выводил её на эмоции, так раздражал.
Но, нельзя было отрицать того, что он очень красив и чем-то привлекает юную особу. Если бы не его гадкое отношение в сторону Селин'а, то, возможно, она даже бы заинтересовалась в нём, как в мужчине.
Поняв, что такие ужасные мысли пробрались в голову юницы, та пискнула и встрепенулась, отгоняя от себя этот ужасный вывод.
Графиня завалилась на кровать, что находилась в этих покоях, и спрятала свою голову в подушку, чтобы забыть обо всём, что пронеслось с огромной скоростью в её голове.
Этой ночью она действительно не сомкнула глаз.

***

Шли уже третий сутки нахождения пленницы в империи. Та за это время ни разу ничего не съела, и чувствовала себя ужасно.
Но она пообещала себе, что лучше умрёт, чем хоть что-нибудь съест в этой стране.
О выходке заложницы доложили Мураду. Он был очень удивлен. Особенно парня поражало то, что как бы служанки и калфы не пытались заставить брюнетку есть, она не сдавалась и голодала. Это значительно действовало на нервы.
В этот день правитель решил, что это нельзя так просто оставлять. Не имея важных дел, тот подошёл к гостевой комнате графини.
Его впустили без предупреждения, как раз в тот момент, когда девушка читала. На столе стояла большая тарелка с множеством блюд, но француженка игнорировала их.

Правитель вздохнул и присел рядом, уже и не обращая внимания на то, что девушка никак не поприветствовала его.
Забрав из рук заложницы книгу, тот отложил её и получил удивлённый взгляд.
Присев чуть ближе, он взял в руки ложку и зачерпнул немного риса. Парень поднёс его к лицу златоглазой, но северная звезда лишь скорчила гримасу и отвернулась.
Тогда, Мурад немного грубо взял в свою руку подбородок юницы и насильно заставил её проглотить рис.
Дама была недовольна. Ещё никто так с ней не обращался! Это просто вверх абсурда!

- Госпожа Даниэль, почему вы не едите и вынуждает меня принимать меры!?

- Я лучше умру, чем останусь здесь. - безразлично ответила девушка, смотря в одну точку и не обращая внимания на собеседника.

Правителю это очень не нравилось. С менее жёсткой хваткой парень вновь повернул лицо графини к себе, что посмотреть на неё.
Селин'а с тем же безразличием смотрела на Султана. В её глазах невозможно было не заметить печаль и разочарование.
Мурад от этого взгляда почему-то не знал, куда себя деть. Такие красивые золотистые глазки с такой грустью глядели на него, заставляя метаться из стороны в сторону, сделать всё, чтоб слёзы не потекли ручьём.

- Прошу, отпустите меня.. - с той же мольбой просила Даниэль. По её щеке пробежала одинокая слеза.

Русоволосый лишь вздохнул и посмотрел в эти прекрасные пленящие глазки. Они так невинно моргали, в надежде, что парень напротив услышит её слова.
В этот момент в покои впустили девушку. На неё сразу обратили внимание Султан и графиня. Мурад осторожно убрал руку с подбородка брюнетки и посмотрел на эту девушку.
К их общему удивлению, это была беременная фаворитка халифа - Лале Хатун.
Довольно красивая девушка, темные, чуть ли не чёрные локоны аккуратно падали на её плечи, прикрывая зону декольте,  голубые глаза, не излучающие ничего особого, кроме как самого цвета, а также полностью украшенное в веснушках лицо.
Фаворитка поклонилась возлюбленному и недовольно посмотрела в сторону младшей. Было явно заметно, что графиня младше Лале на несколько лет.

- Я была наслышана слухами о прекрасной северной звезде в нашем гареме. Мне стало жутко интересно, что это за девушка, и я решила навестить графиню. - объяснилась, улыбаясь, Лале.

В манере лести ей точно нет равных. Такая наигранная и неискренняя улыбка сразу выдавали, что Хатун очень недовольна тем, что сейчас перед собой увидела.
Француженка встала с места и оглядела девушку с ног до головы, после чего еле кивнула, знак приветствия.

- Я рада вас увидеть в живую. О вас многое мне сказали. Поздравляю вас, надеюсь, малыш родится здоровым. - с настоящей и доброй улыбкой произнесла Даниэль, ведь она очень любила детей.

Те у неё вызывали дикий восторг и любовь. Она не могла не любить ребёнка. Кем бы он ни был, кто бы его родители не были - в первую очередь это малыш, и его внимание очень важно для графини.
Лале приподняла уголки губ в саркастической улыбке, также сделав с бровями, она пропустила смешок.

- Аминь, это будет Шехзаде. Повелитель, я не ожидала вас здесь увидеть, что вас привело в покои нашей гостьи? - перешла фаворитка к волнующей теме.

Злвтоглазка уже сидела на своём месте. Ей не нравилось поведение этой самовлюблённой девицы. Чем-то она смахивала и на Мурада.
Решив поставить её на место, Селин'а Дэ Даниэль ответила раньше Султана.

- Султан, позвольте ответить за вас. Падишах пришёл сегодня ко мне с утра, чтобы вместе позавтракать и обсудить интересующие нас обоих темы. Мы просто побеседовали, вам не о чем волноваться, фаворитка. - кратко отозвалась графиня, в конце указывая собеседнице на её нынешнее место. Так она напомнила Лале, что она ещё не Госпожа, и что ей стоит быть поскромнее.

Веснушчатая лишь злостно посмотрела на потенциальную соперницу, коей Даниэль себя не считала.
Последняя победно хмыкнула и обернулась в сторону недоумевающего падишаха.

- Султан, думаю, мы с вами обсудили всё, что хотели. Если пожелаете ещё провести со мной время, то двери в мои покои для вас всегда открыты. - лукаво улыбнувшись, она вновь посмотрела на Лале, которая сейчас кипела от злости.

Мурад прочистил горло и поднялся с дивана. Приблизившись к фаворитке, он в последний раз обернулся и взглянул на графиню, которая немного откусывала какой-то фрукт.
Это заставило улыбнуться Повелителя и он кивнул матери своего будущего ребёнка в сторону, зазывая её за собой.
Два человека оставили Селин'а в покое.
Уже на выходе Лале шла вслед за любимым, очень злясь.

- Мурад, что это было!? Пока я ношу под сердцем твоё чадо, ты развлекается с какими-то звёздами!? -возмущалась фаворитка, с горечью в голосе.

- Лале.. Знай своё место, ты пока не Султанша, чтобы что-то предъявлять мне. Госпожа Даниэль у нас гостья, и как северная звезда она может принести нам больше пользы, чем твоё присутствие здесь. Поимей уважение. - развернувшись, Мурад поспешил в свои покои, оставляя девушку позади.

Темноволосая метала молнии в сторону уже ненавистной графини и её покоев. Как этой прошмандовке удалось привлечь внимание Султана лишь с первой встречи, даже не проводя с ним ни одной ночи, не зная ничего о самом Повелителе!?
В то время как она всегда была рядом с ним, ещё когда тот был Шехзаде.
А может.. Она и вправду ошиблась, и Султан просто позавтракал вместе с француженкой?..
Но то, с какой нежностью он держал Госпожу Даниэль за подбородок и как он на неё смотрел..
Мурад никогда не смотрел на Лале таким нежным и волнительным взглядом. Эти мысли вызвали горечь в сердце беременной, и она пустила слезу.

Этот день был слишком необычным..