Глава 28.
Последующие дни не отличаются друг от друга. Все вновь стало как при моем появлении. Заинька редко со мной говорит, все время сидит у себя в комнате либо лежит на лежаке под зонтиком возле бассейна на заднем дворе, читая какую-то книгу или уткнувшись в ноутбук. Вроде как он выбирает себе колледж, но мне все равно. Моя теперешняя роль - девушка, которая не влюблена в Джозефа Грея. По крайней мере стараюсь эту роль играть. Не знаю, актриса из меня не такая хорошая как из моей сестры, но тут ничего не поделаешь.
После вечеринки друзей у удава нисколько не прибавилось, он по-прежнему окружен только моим обществом, Красавицы и Ванессы. Иногда миссис Грей подходит к своему сыну, гладит его по пшеничным волосам и спрашивает, что он решил с колледжем. Никогда не слушаю ответ Джо, обычно в эти редкие минуты отлучаюсь на кухню, чтобы утолить жажду, так как жара стоит невыносимая.
Иногда мне кажется, что случившееся на выпускном было в другой реальности. Тот бред, что придумал удав, его домыслы про мою ориентацию. Это все как в страшном сне, в кошмарном сне. Но я вычеркнула, точнее понемногу вычеркиваю это все из головы.
Каждое утро считаю дни лета. Никогда еще я так сильно не жаждала его окончания, не молила день сменяться ночью и наоборот. Лежа в шезлонге с какой-нибудь книгой и слушая через один наушник Бруно Марса, я просто стараюсь наслаждаться моментом, а не думать о том, сколько еще времени придется провести в этом сезоне с заинькой.
В редкие минуты Джо удостаивает меня парочкой фраз. Обычно он просит принести попить или говорит, что хочет прогуляться с Красавицей или поплавать в бассейне. Не знаю, почему он не хочет пойти на обычный пляж, это как-нибудь разнообразило бы наши скучные дни, но он предпочитает океану бассейн, и мне остается только соглашаться с его решением.
В один из жарких дней, ближе к обеду, когда солнце палило настолько сильно, что находиться на нем стало невозможно, особенно в юбке по колено и мятной блузке, я отложила книгу на столик, чтобы подвинуть зонтик поближе к шезлонгу. Рядом, уткнувшись в экран ноутбука, лежал Джозеф, который в своих купальных шортах похоже не испытывал никакого дискомфорта от увеличивающейся жары. Вернувшись с зонтом, я обнаружила, что книги на столике нет. Она была в руках у заиньки.
- Интересно? - спрашивает Джозеф, разглядывая страницу, заложенную закладкой.
- Довольно да, - мне не хочется с ним говорить. Точнее, мне трудно с ним говорить, но я держусь.
- И как тебе главный герой? Я не читал произведение, но фамилии у нас с ним одинаковые. Так как тебе Дориан Грей? - Джо отрывает взгляд от книги и переводит его на меня. В столь жаркий день он не кажется такими ледяными, скорее это теплая сталь, плавная и тягучая.
- Он отвратительный, - мне не хочется говорить, что я считаю удава и Дориана чем-то схожими. В них обоих есть какое-то тщеславие, гордость и отсутствие в сердце места для любви к кому-то, кроме самих себя.
Чудовище ждет от меня продолжения, чуть склонив голову набок и поглаживая страницу книги пальцем.
- Он довел до самоубийства девушку, которую якобы любил. Растоптал все ее чувства, унизил... Мерзкий человек и гадкий. Дальше он становится только хуже, - в моем голосе слышится отвращение вперемешку с презрением. Удав кивает.
- Так я и думал. Кроме фамилии у нас с ним нет ничего общего, - он возвращает книгу, не слыша моего неопределенного хмыканья в ответ. Молча забираю произведение и ложусь обратно на шезлонг.
Несколько минут проходят в тишине, пока ищу нужную песню в плеере.
- Пойду поплаваю, - Джо садится и потягивается, убирая ноутбук с колен на столик.
- Сейчас самое пекло, не советую, - говорю только потому, что моя работа заботиться об этом черством засранце.
Конечно он меня не слушает, разбегается и прыгает в воду. За ним следом срывается Красавица, до этого мирно спавшая в теньке.
- Вот дурак, - невольно вырывается у меня.
Приходится оторваться от чтения, вновь заложить страницу красной закладкой и наблюдать за Джозефом. Делаю это не из какого-то тайного удовольствия, просто мне нужно убедиться, что у него не случится прямо в воде солнечный удар. А еще у него красиво переливается золотом волосы. Но что-то я отвлеклась, вон шерсть Красавицы тоже так переливается.
- Любуешься? - Ванесса пугает меня своим вопросом, даже подпрыгиваю на лежаке. Когда она только научилась подкрадываться, не стуча при этом каблуками? Хотя все дело в том, что я в наушниках, и играющая Wicked Game слегка мешает слышать другие звуки.
- Нет, что ты? Я просто наблюдаю, - как можно небрежнее отвечаю горничной, получаю в ответ смешок и стакан лимонада со льдом.
- Держи, остудись, - Ванесса смеется и, напевая I'll be there for you из сериала Друзья, который сейчас как раз пересматривает, ставит второй стакан на столик возле ноутбука.
- Может вы сходите куда-то? Хоть на аттракционы вечерком, хватит сидеть дома, надо развлекаться, пока есть возможность! - горничная продолжает напевать и уходит в дом, на прощание подмигивая мне.
Не придаю ее словам никакого значения. Джо выныривает из воды и, опираясь о бортик, обрызгивает мои ноги водой.
- Почему ты никогда не плаваешь? Жарко же, - серые глаза смеются, в них видно любопытство.
- Не люблю плавать. У меня аллергия на хлорку. Мне не жарко, - зачем-то выдаю сразу все отговорки, тем самым рассмешив заиньку. Щурюсь и, прежде чем вернуться к чтению, выкручиваюсь:
- По контракту мне не положено быть в купальнике. Только юбки, блузки и платья. Никаких купальников и шорт. Я тебе няня, а не подружка.
Джозеф холодно кивает и вновь ныряет в воду. Вскоре он выбирается из бассейна, окидывает меня взглядом и молча уходит к себе в комнату.
Какое-то время я лежу и читаю на улице, а потом ухожу к Ванессе на кухню. Она готовит обед и смотрит Друзей, так что тихо сажусь за барную стойку, беру яблоко и смотрю сериал вместе с горничной.
Вечером Джозеф зовет меня с середины лестницы и объявляет, что он собирается пойти на аттракционы, так что у меня двадцать минут на сборы. Вздыхаю и покорно иду собираться, чувствуя, как в спину мне смотрят холодные серые глаза.
Парк аттракционов работает круглогодично, но самый большой ажиотаж вызывает данное место у молодежи летом. Утром тут чаще встречаются дети, а к вечеру аттракционы в распоряжении развлекающейся молодежи и семейных компаний.
Мы медленно движемся к кассе, вдыхая аромат карамельного попкорна, рассматривая по дороге всевозможные Комнаты Страха и карусели. Красавицу пришлось оставить дома, хоть мне и не хотелось лишаться ее общества. Давно мы с Джозефом не оставались одни.
- Эрин, - окликает меня Джо, сворачивает к своеобразному тиру и платит за возможность пострелять.
Стою и молча наблюдаю, как пульки попадают точно в яблочко. Ирония судьбы или нет, но удав выигрывает плюшевого розового кролика, которого вручает мне в руки с фразой "Носи пока".
Мы покупаем сладкую вату, красиво гармонирующую с нашей плюшевой игрушкой, садимся на чёртово колесо и медленно катимся на нем вверх, навстречу страшной для меня высоты. Отвертеться от этой пытки мне не дал заинька, сказав, что по контракту я должна быть рядом. Этакая зараза.
- Красиво, - выдает комментарий Джо, глядя как ярко загораются под нами яркие огоньки.
Красота красотой во всем этом вечернем великолепии, но мне безумно страшно с каждым сантиметром нашего подъема.
- Джо, я тебя ненавижу, - произношу сквозь зубы, закрываю глаза и крепче вцепляюсь в кролика, палочку ваты и поручни.
У нас открытая кабинка. Закрытые только для парочек, называются "Подъем с поцелуями". Не хочу находиться в такой с Джо, совсем не хочу.
Огни загораются то там, то тут. Вижу эти яркие всполохи через зажмуренные глаза. Наверное все выглядит красиво, но глаза открыть страшно.
Ухо щекочет теплый ветерок, хотя наверху довольно прохладно. Не знаю, сколько нам еще подниматься, но этот аттракцион кажется нескончаемым.
- Ешь вату, - ветерок в ухо усиливается и произносит эти слова. Джо шепчет мне прямо в ухо, дышит в него. По шее бегут мурашки.
- Я не люблю высоту. Ты знал это, тем не менее издеваешься так надо мной.
Мой голос наполнен ядом. Мурашки на шее не потому что мне приятно дыхание, а потому что я боюсь высоты и только поэтому. И только поэтому.
- Ты считаешь это издевкой? - голос Джозефа полон льда, становится не по себе. - Сейчас ты узнаешь, что такое издевка.
После его слов лишь крепче держусь за поручни, даже откусываю от ваты, надеясь успокоиться. Мне страшно, что этот человек может со мной сделать. В голове даже мелькает мысль, что он может меня столкнуть. Хотя Джо и странный, но он точно не псих и не пойдет на убийство своей няньки, чтобы только что-то ей доказать.
Тем не менее страх обволакивает меня густой пеленой, такой холодной и липкой. Если бы не боязнь отпустить поручни, то непременно принялась бы стряхивать эту липкую гадость с рук.
Джо наклоняется, чтобы что-то рассмотреть, и кабинку слегка покачивает. Вместе с ней в моем желудке качается, бултыхается и, кажется, слегка рвется наружу какао, выпитое перед уходом. Простите за мой французский, но я сейчас блевану.
- Земля, скорее же иди ко мне под ноги, - шепчу фразу многократно, повторяю как молитву, надеясь ускорить наше приземление.
Колесо наконец завершает свой бесконечный круг. Облегченно вздыхаю, выпрыгиваю из кабинки и на трясущихся ногах отхожу подальше от этой штуковины. Зайка обгоняет меня, хватает за руку и тянет куда-то вперед. Боюсь, что он будет тянуть слишком сильно и порвет кролика, так что ускоряю шаг. Мы движемся к кассам.
Сахарная вата скачет в руках, не могу есть ее на ходу, сладость пачкает лишь розовым щеки. Наверное сейчас напоминаю матрешку или сильно накрашенную куклу. Вытереть лицо пока не удается, почти бегу за удавом, который утягивает меня в какую-то толпу.
Мы покупаем билеты в кассе и стоим куда-то в очереди. На аттракцион поразительно много народу, мне это не нравится. Встаю на носочки и стараюсь за головами людей увидеть название того, ради чего все мы здесь толпимся. С каких-то каруселей доносятся визг и прочие крики. Впереди лишь две вывески, но одна чем-то завешена, значит тот развлекательный аппарат скорее всего не действителен. На второй же значится "Комната Кривых Зеркал". Наверное Джо хочет увидеть, как я буду смотреть на себя в эти странные зеркала и видеть в них то толстушку, то большеголовую, то еще какую-нибудь уродинку. Не такая уж и страшная месть, такую я переживу.
Толпа двигается очень медленно. Вата уже полностью съедена, а лицо вытерто, когда очередь наконец доходит до нас.
- Извините, не могли бы вы оставить свою игрушку здесь? - человек в красной форме, явно обслуживающий данный аттракцион, тянет руки к плюшевому кролику и забирает его у меня, показывая на полку в маленькой пыльной кабинке, где он будет лежать. Не понимаю зачем это, но послушно киваю и прохожу в калиточку за ограждение.
Джо отдает билеты и нам говорят "Спасибо за посещение аттракциона Центрифуга". Вот тут мое сердце екает.
Для тех, кто не знает, Центрифугой у нас называют круг, на котором висят и болтаются кабинки. Колесо крутится и с каждым оборотом все более принимает вертикальное положение. А еще тут нет ремней безопасности, ты держишься в своей кабинке-капсуле лишь за счет законов физики. Меня начинает мутить.
- Ты хотела издевку? - холодно смеется Джо, садится в желтую кабинку и утягивает меня за собой.
Мой мозг плавно отключается от страха. Не могу говорить, язык как будто онемел. Движение еще не началось, а руки уже дрожат и коленки от них ни на секунду не отстают.
Удав рядом словно хихикает, напоминает гиену или шакала. Если бы не дрожь в руках, я бы его сейчас придушила и ничто бы меня не остановило. Не страшен мне контракт, тюрьма... Довольна буду, коль убью тебя.
Пока все усаживаются, меня продолжает трясти. Кто-то что-то громко говорит, в соседней капсуле заливисто смеется какой-то мужик, одной мне не до смеха.
Решаю взять себя в руки, крепко держусь за поручни, и в этот миг колесо трогается. Первые круга четыре все идет нормально, а потом скорость набирается такая, что какао рвется наружу, а мир перед глазами плывет.
Наверное мне еще никогда не было так страшно. Держусь изо всех сил, зажмуриваю глаза и дико ору, словно на меня нападает маньяк. Примерно так оно и есть, на меня со своими издевками напал маньяк-Джозеф.
Вся конструкция начинает подниматься вверх. мы уже почти в вертикальном положении, несемся по этому чертовому кругу под аккомпанемент из моих горестных и ужасных воплей. Наверное остальные люди решили, что я душевно больная, но мне безумно страшно.
Страх не отпускает меня на продолжении всего этого ада. Даже когда аттракцион останавливается, продолжаю вопить и молить, чтобы все прекратилось. Открываю глаза только тогда, когда все уже покидают кабинки и довольные бегут на другие карусели. Ноги трясутся, костяшки пальцев побелели и онемели. Одной рукой все это время сжимала ладонь заиньки, но пальцы так затекли, что невозможно их разлепить. Прекращаю орать, молча встаю и вслед за подопечным покидаю место моего позора. Кто-то смотрит вслед, но мне неважно.
Меня всю потряхивает, а из глаз льются слезы. Удав усаживает меня на скамейку и даже не пытается высвободить свою руку из цепкой хватки няни. Каким-то образом в его руках оказывается стакан с колой, и он вручает мне этот напиток. Пить нормально не получается, всхлипываю и стучу зубами. Кто-то гладит меня по голове, прижимает к себе и крепко обнимает, дыша в макушку. Понимаю, что это удав только спустя минуту, если не больше. Хочу что-то сказать, но не могу. Так мы и сидим в обнимку, прогоняя мой страх и дрожь, пока все вокруг наслаждаются вечером.