Пламенный закат

Прошла неделя. Последняя неделя месяца апреля. Спустя столько времени ребята добились освобождения Нейта. А Дэвису и Гарфилду в итоге дали пятнадцать суток ареста, примерно столько же, сколько пробыл Нейт. А судью Мону Мюллер уволили и приговорили к такому же сроку. 

Наступило то самое счастливое утро. Ожидание этого момента длилось целую вечность. Счастливая Сильвия была готова выехать с матерью за братом. Дастин предложил их подвезти. Они подъехали, и Сильвия выбежала к воротам. Стояла и считала секунды до встречи с братом. Дас облокотился у машины и тоже ждал его. Вот открылись ворота, и вышел Нейт. Весь изнурённый, похудевший, с синяками под глазами, он шёл к родным. Они его расцеловали, с любовью обняли как никогда. Нейт увидел Дастина и изумился его приезду.

— Что он тут делает?

— Привёз нас. Только не ругайся так, — ответила Сильвия. Ребята были готовы ехать. Дастин протянул ему руку, и они пожали друг другу руки. Все вздохнули с облегчением, что это всё закончилось. Каждый усвоил урок. Ситуация поменяла взгляды на вещи. Вечером Дастин приехал на ужин к семье, в гостях был Клиффорд. Лорис вся поникшая, неразговорчивая сидела, ужиная, смотря в одну точку. Дас вошел в гостиную, присел к ним.

— Ну как там дела у них? Ты ведь с той девушкой был? — спросил Клиф.

— У них всё замечательно. Он так выглядел — вы бы видели! Мне его жаль.

— Ох, ты, конечно, изменился, стал слишком чувствительным, — Джанет посмотрела на Клифа так, чтобы он замолчал.

— Как отец? Не узнавал?

— Ждет своего освобождения.

Мама Лорис посмотрела озлобленно на Дастина. Тот ей улыбнулся, но она резко опустила глаза. Ей было тяжело это переносить: арест, кризис, репутацию. Будет очень сложно всё вернуть. Она злилась на сына, но в то же время понимала его, что он хотел как лучше. Они не знали, что будет дальше. Бизнес Дэвиса может вот-вот рухнуть. Некоторые сотрудники компании написали заявления на увольнение. Ситуация получила широкую огласку. 

На следующий день Дастин приехал в университет. Уверенно направился к кабинету. Его одногруппник неожиданно дёрнул за плечо.

— В чём дело?

— Дас, сказали твою сестру ударили.

— Не понял.

— Говорят её какая-та девка избила, она сейчас в седьмом корпусе в туалете спряталась.

Не медля, он выбежал со всех ног, перебежал через дорогу, поднялся на второй этаж и ворвался в женский туалет. Там стояли и курили девушки, и испугались его прихода. Он подозрительно посмотрел на каждую и начал осматривать кабинки, но её там не было. Он вышел в коридор и растерялся. Сестра не отвечала ему на звонки, и он позвонил Симире, чтобы узнать номер кабинета. На третьем этаже проходила их пара, и там был ещё один туалет. Дастин зашел туда и увидел её. Она стояла у зеркала и держала ватку у губ.

— Дастин? — она испугалась и у неё затряслись руки.

— Что случилось Джанет? Что ты делаешь? — он пытался выхватить у неё ватку, но она не давала.

— Не трогай, всё нормально.

— Дай посмотрю, — он резко схватил её за руку, ватка упала на пол, и он увидел разбитую губу в крови. Начал осматривать её, проверяя, нет ли ещё синяков на теле, и увидел кровь на голове чуть выше лба. — Кто это сделал?

— Я сама разберусь.

— Скажи, или я прямо сейчас зайду в твой кабинет и сам узнаю.

— Лесли Уолкер — моя одногруппница. Причина этому ты!

— Да ты что! Снова я?

— Ты виноват, что с нами произошло. Посмотри, в каком мы положении: отец в СИЗО, компания уходит ко дну, о нас все говорят, мы популярны! — отчаянно кричала она на него.

— Так вот в чём дело, — он направился в кабинет где проходит её пара. — Лесли Уолкер, выйдите на пару слов в коридор, — она усмехнулась и закатила глаза, продолжая молча сидеть. Если не отзовёшься, я подожду преподавателя.

— Ну я. И что ты мне сделаешь? — Дастин схватил её за волосы и вывел в коридор. — Отпусти урод, мне больно!

— Знаешь что я с тобой сделаю?

— Ой, знаю, позвонишь папочке.

— Лишу стипендии, если не извинишься перед Джанет.

— И как ты это сделаешь?

— Сделаю не переживай.

— Что происходит? — недовольная Джанет подошла к брату.

— Вот, Лесли хочет извиниться перед тобой.

Лесли стояла потерянная и смотрела на них глубоко вздыхая.

— Извини, — тихо ответила девушка.

— Громче и четче!

— Извини меня Джанет.

— Ещё раз!

— Чего? Да пошёл ты!

— Знай, я сделаю это и отстраню от занятий на месяц. Извиняйся!

— Извини меня, Джанет.

— Ещё раз! — девушка начала нервно краснеть, повторяя одни и те же слова несколько раз.

— Вот умница! Можешь идти на занятие, — когда девушка ушла, Джан посмотрела на брата немного приулыбаясь с поднятыми бровями. 

— Что?

 — Ничего. Пара через минуту начнётся, иди бегом. 

Наступил теплый май. Погода стояла солнечная, ласточки прилетели с юга и поселились в скворечнике на дереве в саду у Крайтовых. Лорис скворечник делала сама для них. Птицы — они свободные, миролюбивые, активные, как и сама Лорис. Птица — это её любимое животное.

Сегодня важный день для их семьи. Дэвис выходит на волю, и в честь этого они решили устроить барбекю вечером. Позвали его сестру Шейлу с мужем и их сына Тоби. Пока Лорис красила скворечник, прислуги накрывали стол в саду. В открытой беседке играла музыка. В гостях уже была Симира. Она помогала выбрать наряд для Джанет на сегодняшний вечер. Уже пятое платье по счёту было надето на Джанет. А Симира задумчиво смотрела в сторону, не обращая на нее внимания.

— Ау! Ты где летаешь? — Джан пыталась ее разбудить от каких-то мыслей.

— Хочу всё спросить у тебя. А Дастин будет вечером?

— Конечно и скорее не один, а с девушкой.

— Правда? И кто она?

— Он не говорил об этом, но по нему заметно, что влюблён. Я-то знаю, когда он влюблён, поэтому будет точно не один.

К дому подъехал шикарный новый гелик. Оттуда вышел Клиффорд в очень солидном костюме с двумя большими букетами цветов. Его парфюм доносился даже до сада, и Лорис поняла, кто приехал. Он был в хорошем настроении, обаятелен и неотразим. С широкой улыбкой подошёл к Лорис и протянул ей букет.

— Добрый день, мама! Это самой красивой женщине, то есть вам.

— Ой, родной, спасибо большое! Какие красивые, сынок!

— Джанет у себя?

— Да, проходи.

Девочки подкрашивались у зеркала, хохотали обо всём. Тихонько открылась дверь, и с белоснежной улыбкой Клиф зашёл к девочкам. Джанет была в шоке от него, как он был красив. Его можно было увидеть достаточно редко в таких деловых костюмах. Он подошёл к ней ближе и нежно поцеловал в щёку, протянув ей букет.

— Спасибо! — с сияющими глазами она поставила их в вазу.

— Ну как ты? Готова встретить отца?

— Готова. Я считала дни до этого момента и очень волнуюсь. Наконец этот кошмар закончился.

— Дастин не поедет что ль?

— Он не отвечает мне. Пропал куда на несколько дней.

— Без него тогда поедем.

Близился вечер. Гости уже приехали и расположились за столом в саду. Отец Дэвис выглядел довольно неплохо, держался уверенно и верил в лучшее после случившегося. Его родные простили его поступки и встретили его с радостью, дождавшись освобождения. Теперь его друг Гарфилд Моррис отвернулся от него из-за его признаний. Его это, как оказалось, вовсе не расстроило. Теперь нужно взять себя в руки и начать много работать, чтобы всё вернуть, как прежде, и подождать пару дней, когда слухи о них закончатся и всё забудется.

Мужчины пошли разжигать уголь для гриля, а девушки сидели за столом и болтали. Стояла уютная, семейная атмосфера, запах еды доносился до улиц. Вдруг кто-то подъезжает к дому. Лорис отвлеклась и обратила внимание на калитку. Заходит Дастин, держа за руку Сильвию Паркинсон. Они с поднятой головой зашли в сад и направились к столу. Все обернулись к ним и сильно удивились этому. Мама Лорис им улыбнулась и была рада их видеть. Джан ничуть не удивилась, а ожидала сегодня её увидеть, приулыбнулась и опустила глаза. Дэвис обомлел от этого и застыл на месте. Ребята поздоровались и присели за стол.

— Ребят, накладывайте картошку, а если захотите выпить, вот красное вино, — показала им Лорис.

Вечер продолжался отлично. Но Дэвис не мог оторвать глаз от сына и Сильвии. Ему это совсем не понравилось, и настроение упало. Джанет подошла к колонке, чтобы сделать звук громче, и понеслась в пляс вместе с Клифом. Им все дружно хлопали. Бабушка Донна также присоединилась к молодым, настроение сразу поднялось у всех, все смеялись, и пьяная мама Лорис вместе с Дэвисом тоже присоединились к танцам. Симира с большой ревностью наблюдала в этот момент за Дастиным: как он нежно говорил с Сильвией, смотря только на неё. Через полчаса, когда уже все расходились по домам, Джан напоследок включила медляк.

— Перед тем как закончить этот день, я хочу станцевать этот танец вместе с папой, — Джанет взяла его за руку и вышла в центр. Мама Лорис взяла телефон и открыла камеру. Чувственно и нежно отец и дочь кружились вокруг. Звучала трогательная мелодия, в их глазах светилась безграничная любовь. Слёзы наворачивались у дочери от счастья быть рядом с ним в эту минуту. Пятнадцать дней она ждала его на воле, и этот день наступил. Дни казались вечными, но сегодня всё осталось позади, и появилась надежда на лучшее будущее. Здесь и сейчас они чувствовали себя живыми и наслаждались тем, что есть друг у друга, поддерживая и прощая. Всё это была искренняя, ни с чем не сравнимая любовь дочери и отца, та самая любовь. Пожалуй, так и должно быть всегда.

Спустя час, когда все ушли и всё убрали со стола, Клиффорд заснул в саду, в кустах, где никто не заметил его, кроме Джанет. А грустная Симира сидела одиноко за столом и допивала вино. В кустах слышались странные звуки. Услышав какой-то шорох, Джанет в этот момент вошла в сад проведать подругу. Она, не замедляя, подошла к кустам.

— Клиффорд? Вот ты где, что с тобой?- он что-то пробормотал невнятно себе под нос.- Зачем столько пить ты же за рулём. Симира, помоги его донести на второй этаж.

Девочки еле его взяли и зашли с ним домой. Домработница Клара, помогла открыть дверь в комнату Джанет. Он сразу отключился, когда его положили на кровать.

Дэвис недовольно зашёл в спальню. Лорис в это время читала книгу нанося крем для рук.

— Мне показалось или эта сестра того парня Паркинсона?

— Да, это она.

— Что это значит всё? Ты знала что они вместе?

— Так бывает, значит понравилась она ему.

— Я не могу поверить, вокруг столько девушек. Почему она?

— Не знаю Дэвис, понравились друг другу, вот и всё.

— Я не позволю! Из-за этой семьи мы всё потеряли, мы опозорились! Что у него в голове скажи?

— Успокойся! Пускай сами разбираются, он давно не ребенок.

— У нас было всё хорошо: но они появились, угнали машину, избили до полусмерти парня, компания потеряла людей, мы появились в интернете. И это всё из-за этой девчонки!

— Не нужно винить всех в своих грехах! Ты причастен к этому тоже, не забывай! Тебе напомнить? — Лорис вышла из себя, встала с кровати. — Ты посадил её брата, защищая подонка, который до неё домогался, радуйся что ты тут стоишь, а не в тюрьме до сих пор.

— Но этого не было бы, если ни её щенок. Что она его бросила и ушла к нашему сыну? Потому что он богат? Деньги ей нужны, статус и всё. Какая там любовь?

— И что ты сделаешь? С чего взял что он тебя послушает?

— Ладно, пускай теперь сам зарабатывает на жизнь, раз он такой взрослый, что совершает глупые ошибки. Я старался спасти нашу семью, я для него старался, а он вот так делает.

— Ведь он взрослеет. Ты даже не заметил, как он изменился, стал настоящим мужчиной на глазах, взял ответственность за чужую жизнь, подал им руку. Он думал не только о своей семье, но и о другой. Он полюбил искренне и не ошибся с выбором. Его выбор нужно уважать! — сказала мама Лорис. Дэвис вышел из спальни, захлопнув громко дверь, и спустился спать в гостиную.

Настало раннее утро. Джанет с Клиффордом крепко спали в комнате. Пришёл садовник, и шум газонокосилки разбудил Джанет. Она резко поднялась с кровати, посмотрела на время и поняла, что проспала первую пару. Клиф открыл глаза и увидел, как его любимая одевается.

— Ты куда? — спросил сонно он.

— Я вчера помню заводила вроде будильник, а он не прозвенел. Я убежала в универ, скажи Кларе пусть приготовит тебе завтрак. До встречи! — она взяла сумку и вышла второпях к машине.

Ближе к обеду в столовой университета девочки Джанет и Симира обедали вдвоем. Симира выглядела подавленной, потерянной и задумчивой.

— Ну скажи, что в ней такого, что нет во мне? Я сексуальная, весёлая, фигуристая, а она бледная как моль, ни кожи ни рожи.

— Хватит так говорить. Не всё, что нам хочется, сделает нас счастливыми. Ей как раз нужен был такой мужчина рядом в эту минуту. Тебе нужно отпустить его и посмотреть наконец на других. Ты зачем Эдриана отшиваешь? Вот он тебе подходит. Клиф не будет общаться с плохими людьми, а Эдриан — его лучший друг. Так что присмотрись к нему.

— Ну не знаю...

В мае школьники готовятся к экзаменам. В триста седьмой школе, где учится Сильвия, сейчас идет большая нагрузка на учеников: они остаются на восьмые уроки, чтобы лучше подготовиться. Она уставшая вышла из школы, где её ждал в машине Дастин. Она с улыбкой села к нему в машину.

— Привет, — сказал Дастин.

— Привет, — смущённо ответила она.

— Как дела то?

— Не спрашивай, я так устала за сегодня.

— Я хочу сейчас заехать в автосалон, поменять машину.

— А эту куда денешь?

— Я её уже продал, завтра придут заберут. Не против научиться вождению? Я готов помочь.

— Ой, — засмеялась она. — Я пока боюсь.

— Не бойся, я буду рядом.

Красную Ferrari обменяли на немецкий кроссовер Porsche Macan серого цвета. Кроссовер выглядел довольно роскошно. Ребята на новой тачке запаслись едой и отправились к полю. Когда машин на дорогах не было, Дас ей предложил сесть за руль. Она неловко села, он дотронулся до её рук и помогал управлять. Постепенно она училась чему-то новому, и у неё неплохо получалось.

— Ты должна делать это уверенно, тогда всё получится, — сказал он.

Через десять минут после урока вождения они припарковались за городом и сели у дерева в поле. Погода была теплая, около +20 градусов. Дастин облокотился головой о дерево и закрыл глаза, слушая, как поют птицы. Вокруг никого не было, кроме них. Только они и пение птиц. Дул теплый майский ветер в лицо, лучи солнца светили прямо на веснушки Сильвии, она сидела и осматривала окрестность, а Дастин в тени наслаждался моментом. От него пахло приятным ароматом морской воды. Несмотря на то что он был во всём черном, ему было совсем не жарко; он даже чувствовал мурашки по телу, когда подувал ветер. Сильвия присела ближе к нему и прижалась к его плечу. Он прижал ее ближе, хватаясь за талию и вдыхая аромат ее волос. 

Прошло несколько дней. Наступил день рождения Лорис Крайтон. Празднование назначено в ресторане на шесть часов вечера. За час Лорис сделала только укладку в парикмахерской и возвращалась домой, чтобы переодеться к вечеру. Когда она зашла к себе в спальню, то увидела, что она вся в лепестках роз и на кровати лежал букет из ста одной розы. Она онемела от красоты и застыла на месте. Тихо подкрался Дэвис сзади нее, целуя ее в затылок. Она дернулась от испуга.

— С Днём Рождения, родная!

— Спасибо, Дэвис! Я поражена!

— Это только часть подарка. Остальное получишь потом, — она улыбнулась ему от такого.

— Ты меня отвлекаешь, я еще не выбрала наряд на сегодня — это долгая процедура.

— Ох, уж извини отвлёк, я виноват, — засмеялся он.

— Будь всегда таким.

— Каким?

— Каким я тебя полюбила.

— Я всегда таким был.

— Нет, — она смотрела ему в глаза пронзительно, понимая, что пережили многое вместе и что она его принимает любым. Понимала, что всегда прощала его, была рядом, когда он поднимался и опускался, переживал кризисы и потери, и снова взлетал, что никто не любил его так, как она. — Мне пора. Иди одевайся тоже.

— Слушаюсь!

Тем временем ребята — Джанет, Дастин, Клиффорд и Сильвия — пытались поместить надувные шары в машину. Было всего три шара, и когда их клали в машину, они внезапно лопнули. 

— Как так? — закричала Джан. Она увидела, что там лежали розы без упаковки. Из-за шипов шары лопнули. 

— Дастин! Ты не мог сказать, что здесь цветы? Ну ты идиот! 

— Я забыл!

— Ничего, поехали новые купим, — сказал Клиф.

— Но их надо надувать, а тут не надо было. Что делать-то? Еще двадцать минут осталось, распаниковалась Джанет. 

— Давайте без шаров просто, — предложил Клиффорд. 

— Нет! Мы едем в другой магазин! — Джанет села в машину.

Ровно к шести часам ребята успели их найти и подарить маме Лорис. Сегодня она чувствовала себя счастливой, окруженная вниманием замечательных людей: детей, мужа, матери, близких. То, что ее больше всего растрогало, — это тост ее детей. Когда Дастин встал с бокалом в руке, готовый произнести речь, ее уже трясло от волнения. 

— Дорогая мама! Ты самая заботливая, понимающая нас и принимающая такими, какие мы есть. Я рад, что именно ты оказалась моей матерью. Я ценю, что ты есть. Всё, что я натворил, ты ни разу меня не осудила. Для меня это было очень ценно. Спасибо огромное! Оставайся всегда такой же. Этот бокал за тебя, с Днем Рождения! — все громко похлопали. Лорис не смогла сдержаться от слез и подошла поцеловать его.

Праздник продолжался, на этот раз все сильно напились. Тётя Шейла (сестра Дэвиса) поднялась на стол, чтобы станцевать для гостей. Дэвис закрыл лицо рукой от увиденного. Тянул её за платье, крича, чтобы слезла, но ей было всё равно, она напевала песни. Лорис подхватила и залезла к ней. Они обе стояли, громко крича песню, и неожиданно Шейла упала и потянула за собой Лорис; они упали на пол с громким смехом. Дэвис попытался их поднять, но сам стоял еле на ногах. Подав руку девушкам, Лорис потянула его на себя, и он свалился на неё. Пытаясь подняться, его случайно толкнул Клиффорд, когда хотел помочь подняться девушкам. Пока родители развлекались по-своему, молодые Дастин и Сильвия страстно целовались в уборной. Он нежно целовал её шею, затем плечи, прикасаясь к ней и покусывая её нижние губы. Она трогала его горячее тело, у него был словно жар. Неожиданно туда зашла Симира с бокалом в руке и красными сонными глазами.

— О! Вы тут оказывается. А я думаю, куда вы делись. Дастин, ты читать не умеешь? Женский туалет, дорогой! — он недовольно схватил Сильвию за руку, и они вышли к гостям.

— Вы как Бонни и Клайд!— крикнула она им в след.

Время 01:30. Народ только разошелся по домам. С непривычки от сильного стресса Дэвис снова закурил. Курить он бросил два года назад, но сорвался сегодняшней ночью. Дэвис вёл правильный образ жизни и занимался спортом. Ему это удавалось неплохо, так как он был наделён хорошей силой воли, что привил ему отец ещё в юности. Юность была у него такой же, как у его сына Дастина, с бурными гулянками. Но чтобы прийти к такому результату, он изменился, однако забыл, что сам был таким же, как его сын. Когда стал старше, он всё больше стал похожим на своего отца, Льюиса Крайтона. И заметил такие же повадки у своего сына. Стоя на балконе и закуривая, Дэвис вдруг вспомнил свою юность и отца. Вспомнил, что всегда боялся быть на него похожим. Отец был строгим, серьёзным, в детстве мог отлупить ремнём, много запрещал, контролировал и поучал. Но Дэвис никогда не слушался: втихаря курил окурки, оставшиеся после отца, пререкался, гулял ночами, взрослел и влюблялся. Его отца убили в 1999 году во время ограбления их дома. В 70-х годах в Европе царила бедность, и семье завидовали из-за их богатства. Люди были жестоки, много воровали, употребляли наркотики. Дэвис тогда был ещё студентом последнего курса экономического факультета. Вместе с сестрой и матерью они пережили кризис, пока Дэвис не окончил факультет и не возглавил вновь компанию. Ему больше никто не подсказывал, как нужно дальше поступать, как не совершить ошибку, как прокормить семью; он даже не знал этого, ведь недавно его это совсем не заботило, но вдруг ему пришлось взять ответственность. Ему приходилось трудно, ведь он был один. Но появилась она — Лорис. Она была словно кукла в первый день их встречи. Длинные блондинистые волосы, голубые яркие глаза, статная, яркая девушка стояла перед ним. Лорис была дочерью директора ювелирного магазина. Любила много смеяться, готовить, заботиться. Им было по двадцать один год, они обедали в одном кафе каждое воскресенье. Каждый раз, когда он её видел, сердце стучало быстро, а взгляд замирал на ней. Так он и осмелился подойти к ней и познакомиться. Вместе они взрослели, развивались, помогали. Дэвис прошёл сложный путь, и только тогда, когда потерял отца, он был благодарен ему за воспитание.