Гурман из другого мира

— Это награда за первое место на банкете Ста Семей? — в замешательстве спросил Бу Фан, глядя как Цзи Чэнсюэ торжественно кладет ему в ладонь семечко размером с арахис.

Разве это не арахис? Бу Фан подавил в себе желание бросить его в красивое лицо Цзи Чэнсюэ.

Он так усердно работал почти весь день, и никак не ожидал получить нечто, похожее на арахис. У него даже слов не нашлось.

Когда он смотрел на черное, как смоль, семя, оно казалось ему каким-то сухим и старым, и было сплошь покрыто необычными тонкими линиями, похожими на какую-то формацию… Но, в конечном итоге, это всего лишь чертово семечко!

— Хозяин Бу, это одно из самых дорогих сокровищ империи Цинфэн. Мой отец еще при жизни высоко ценил это семя, и сегодня я отдаю его вам в награду. Я надеюсь, что вы будете выращивать это семя и поможете ему прорасти, — с улыбкой сказал Цзи Чэнсюэ.

Бу Фан посмотрел на семя в своей руке, затем перевел взгляд на улыбающееся лицо Цзи Чэнсюэ. У него появилось ощущение, что его надули… Небрежно подбросив семечко, Бу Фан кинул его в системное хранилище.

Несмотря на чувство, что Цзи Чэнсюэ его обманул, Бу Фан знал, что Система обманывать не станет. Если бы не миссия, он бы не стал участвовать в банкете Ста Семей.

Поскольку Система заставила его получить награду, это говорило о том, что семечко было необычным.

Братья А-Вэй и А-Лу из города Цинъян стояли поодаль. А-Лу доставал из кармана фартука куриные ножки и засовывал их в рот, а А-Вэй наблюдал за Бу Фаном с горечью на душе.

— Брат, похоже мы провалили задание, данное нашим учителем. Мы не смогли получить первый приз, — неразборчиво сказал А-Лу.

А-Вэй ничего не ответил, лишь вздернул свой острый подбородок. Мысли в его голове метались, пока он пытался придумать способ получить награду из рук Бу Фана.

Просто отнять? Нет, так нельзя… Несмотря на то, что уровень их совершенствования был немного выше, чем у Бу Фана, они были не слишком сильны. Если они попытаются ограбить его прямо в столице, то встретят препятствие в лице стражников.

Украсть награду, выданную самим императором? Не настолько они дураки.

— Попросить хозяина Бу поменяться? Но у нас нет ничего ценного для обмена, — задумчиво сказал А-Вэй, нахмурив брови.

— Брат, зачем так много думать? Давай просто вернемся в город Цинъян и скажем учителю правду. Если ему действительно так нужна эта награда, он даст нам что-нибудь хорошее для обмена, а если не нужно, тогда и проблемы нет, — сказал А-Лу, держа в руке куриную ножку.

А-Вэй кинул на него удивленный взгляд. Казалось он недоумевал, как этот толстяк смог так все хорошо понять?

Что, если участие в соревновании стало… просветлением?

— Ладно, тогда поспешим обратно в Цинъян и предоставим учителю самостоятельно решать этот вопрос. Мы сделали все, что могли. Проигрыш означает только то, что нам не хватило навыков, — сказал А-Вэй, закидывая черный вок на спину и поворачиваясь к выходу из имперского города.

Им действительно не хотелось ни минуты оставаться в этом унылом городе.

Бу Фан посмотрел в спину уходящим А-Лу и А-Вэю, но не стал заострять на этом внимание. Поблагодарив Цзи Чэнсюэ, попрощавшись с Оуян Сяои и остальными, он развернулся и вышел через врата Небесной Тайны. Его фигура постепенно исчезла вдали, скрытая ветром и снегом.

На этом банкет Ста Семей подошел к успешному концу.

Группа евнухов гурьбой высыпали из Большого зала, чтобы прибрать мусор и все остальное на площади.

***

Бу Фан поигрывал черным семечком в руке, пока шел по переулку, на который с небосвода сыпался снег, похожий на гусиный пух.

Холодная снежинка упала за шиворот Бу Фану, холод распространился от его шеи, заставив с шипением втянуть голову в плечи и ускорить шаги в сторону ресторанчика.

Сяо Хэй все также лежал у двери. Похоже учуяв приближение Бу Фана, он слегка приподнял голову, и из его носа вырвался поток горячего воздуха.

— Доброе утро, Сяо Хэй, — сказал Бу Фан, чуть изогнув губы в подобие улыбки, и подбрасывая на ладони черное семечко. Естественно, сейчас было отнюдь не утро. Небо уже начинало темнеть, день подходил к концу, но для Сяо Хэя, который каждый день только ел и спал, не было никакой разницы.

Пес закатил глаза, не обращая внимания на детское поддразнивание Бу Фана, и повернул голову, чтобы вернуться к сну, как вдруг его взгляд упал на черное семя в руке Бу Фана.

Бу Фан уже открыл створку двери, входя в теплый ресторан. Семечко в его руке снова было небрежно заброшено в системное хранилище.

Он понятия не имел на что смотрел Сяо Хэй в данный момент, но если бы он увидел его серьезный взгляд, то точно бы не подумал, что от этого семени не будет никакого толка.

В глазах Сяо Хэя появился намек на серьезность, затем пес принюхался, и в его взгляде появилось сомнение и какая-то неуверенность, но в конце концов он зевнул и продолжил спать.

***

Гора Улян* поднималась до облаков, будто стремящийся ввысь каменный столб.

*П.п.: Бесконечная, безмерная.

На вершине горы находились слегка обветшавшие горные ворота, за которыми располагалась широкая площадь и огромный дворец, над которым клубились облака.

В стороне от дворца, в небольшом двухэтажном деревянном домике спокойно сидел старик с белыми волосами и бровями. В его ладонях, похожих на ветки столетнего мертвого дерева, лежало несколько пожелтевших нефритовых талисманов с вырезанными на них странными узорами, которые выглядели немного грязными.

Старик прикрыл глаза, и из его носа доносился слабый звук ровного дыхания. Казалось, он задремал.

Вдруг нефритовый талисман в его руке слегка дернулся, заставив старика резко очнуться от дремоты и медленно открыть сонные глаза, которые были такого изумительного голубого цвета, что с первого взгляда казалось, будто он способен смотреть прямо на звезды*.

*П.п.: Можно подумать, что в этом нет ничего особенного, мол, каждый может смотреть на звезды. Но смотреть и видеть — это разные вещи.

— Почему талисман Небесного Механизма вдруг задрожал? Я еще даже не гадал, а у меня уже видение. Неужели на континенте Цяньлун появилось еще одно сокровище? — Старик поднял нефритовый талисман, и уставился на него глазами, которые видели сквозь суету обыденной жизни.

От небрежного движения пальца нефритовый талисман тут же успокоился и бесшумно лег на руку старика. Он встал, пошатываясь, и подошел к окну маленькой деревянной хижины, глубоко вдохнув прохладный воздух.

Старик стоял перед окном, заложив руки за спину, и смотрел на клубящиеся облака, окружавших вершину горы Улян. В голубых глазах струился свет, будто он пытался обозреть все на свете.

Затем он отвел взгляд и посмотрел на учеников, которые обливались потом на площади храма Небесного Механизма.

Это была новая сила секты Небесного Механизма и основа его секты.

Внезапно взгляд старика сфокусировался, будто он что-то заметил, и посмотрел вдаль, где он увидел две быстро движущиеся фигуры.

Впереди бежал старик в потрепанной одежде с темной серой бородой. Он мчался по площади с головокружительной скоростью, сжимая в руках тыкву с вином.

За стариком гналась прелестная женщина в белом легком шелковом платье, с целым водопадом черных гладких волос. Женщина была настолько прекрасна, будто изгнанная с небес бессмертная.

— Старый пьяница! Стой! Ты обещал мне немного Дыхания Дракона! Ты собираешься отказаться от своего долга?! — раздался довольно соблазнительный голос. Стройную сладострастную фигуру едва можно было различить, пока Ни Янь с негодованием гналась за старым пьяницей.

Нос старика ярко алел, а седеющие волосы пребывали в сущем беспорядке. Повернув голову, он с хохотом воскликнул:

— Ты плохая девчонка, я обещал тебе дать пару стаканчиков вина, но они должны быть выпиты на месте. Ты знаешь мои правила, ты можешь пить мое вино, но я ни за что не позволю забрать его! Кто знает, что ты, девчонка, хочешь сделать с Дыханием Дракона!

Истинная ци выплеснулась из тела Ни Янь, когда она сделала шаг вперед и подобно радуге бросилась к нему. Она была настолько быстрой, что было почти невозможно уследить за ее движениями. Однако старый пьяница хмыкнул и увеличил расстояние между ними всего одним шагом, будто сжал землю*, в один миг отдаляясь от Ни Янь.

*П.п.: Вообще эта фраза относится к магическому перемещению сокращения расстояния. Ну, короче, легко представить.

— Ах, ты… ты… Старый хрен! Я третья старейшина секты! Я даже не могу попросить пары стаканчиков?! — задохнулась от злости Ни Янь.

— Да плевать, что ты третья старейшина секты. Будь ты хоть верховным старейшиной, я не дам тебе своего вина! Вот такой я принципиальный человек! — Старый пьяница смеялся как мальчишка, держа в руках тыкву с вином, и размахивая ею во все стороны, заставляя Ни Янь скрежетать зубами от злости.

Старик в деревянном доме вдруг мягко улыбнулся и сделал шаг к выходу… Мужская фигура неожиданно резко вздрогнула и исчезла из вида.

Вэннн…

— Говоришь, если верховный старейшина попросит у тебя вина, ты все равно не дашь? — Старческий голос раздался за спиной хохочущего пьяницы, заставив его перепугаться. Его сердце готово было выскочить из груди, а винная тыква подпрыгнула в руках, и он едва ее удержал.

Напугал, черт… Чуть до смерти не напугал! Старый пьяница мысленно обругал верховного старейшину.