45 глава
45 глава :Получилось ли
Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в кроваво-алые тона, словно предупреждая о буре. Аделина стояла у окна, её пальцы сжимали край подоконника так сильно, что суставы побелели. За спиной слышался шелест бумаг — Вильям собирал документы, брошенные Грэмом. Каждая страница была кусочком пазла, который мог либо спасти их, либо погубить.
— Ты уверен, что это всё, что у него было? — спросила она, не отрывая взгляда от темнеющего горизонта.
— Достаточно, чтобы понять, куда смотреть, — ответил Вильям, перебирая фотографии с зашифрованными метками. На одной из них красовался дом у океана — тот самый, о котором они мечтали. Только теперь он был помечен крестом.
Аделина обернулась, и сердце её ёкнуло. В глазах Вильяма читалось то, о чём он не решался сказать: их убежище уже не было тайной.
Грэм вернулся с наступлением сумерек, его чёрный плащ сливался с тенями.
— Машина ждёт в двух кварталах. У вас два часа, — бросил он, бросая на стол ключи с ржавым брелоком в форме якоря. — Маршрут через старый порт. Там будет лодка.
— А дальше? — Вильям встал, блокируя путь между Грэмом и Аделиной.
— Дальше — ваши проблемы.
Тишина повисла густым туманом. Аделина подошла к столу, взяла ключи. Холод металла проник под кожу, напоминая о неминуемом расставании с этим местом. С домом, где пахло корицей и старыми книгами. Где они впервые сказали друг другу «всё будет хорошо».
— Мы идём, — сказала она твёрдо, ловя взгляд Вильяма. В его глазах мелькнула гордость.
Дорога до порта напоминала бегство сквозь лабиринт кошмаров. Фары машины выхватывали из темноты облупленные стены складов, кричащие граффити, бродячих собак с горящими глазами. Аделина прижалась к Вильяму, слушая, как он шепчет маршрут, словно мантру: «Налево, потом вдоль причала...»
— Стой! — вдруг крикнул Грэм, хватая Вильяма за плечо. Машина резко затормозила. Впереди, перекрывая въезд на причал, стояли три чёрных внедорожника.
— Они нашли нас, — прошептала Аделина, чувствуя, как страх сковывает горло.
— Нет. Это я их нашёл, — Грэм достал пистолет, щёлкнул затвором. — Отвлекайте. Я займусь этим.
Вильям схватил его за запястье:
— Ты с ума сошёл? Их там десяток!
— А у тебя есть план лучше? — Грэм высвободился, его губы дрогнули в подобии улыбки. — Бегите к лодке. Я куплю время.
Дверь захлопнулась. Аделина смотрела, как его фигура растворяется в темноте, и вдруг поняла: он не планирует вернуться.
— Вперёд! — Вильям рванул ручник, машина рванула в объезд. Выстрелы заглушили рёв мотора.
Лодка оказалась утлой скорлупкой, болтающейся у полуразрушенного пирса. Вильям помог Аделине забраться внутрь, его руки дрожали.
— Он знал, — прошептала она, глядя на удаляющийся берег. — Грэм... он подставился.
— Не сейчас, — Вильям завёл мотор. — Сейчас только мы и море.
Волны бились о борт, солёные брызги смешивались со слезами. Аделина сжала в руке фотографию дома — теперь на ней остался отпечаток её крови.
Ночь поглотила их. Лишь через час вдалеке забрезжил огонёк. Вильям замедлил ход, всматриваясь в очертания скалистого берега.
— Там, — он указал на маяк, чей луч резал тьму, как нож. — Наш дом.
Но когда они приблизились, Аделина вскрикнула. Маяк был разрушен, его каменная груда напоминала надгробие. На песке виднелись свежие следы шин.
— Это ловушка, — Вильям выругался, разворачивая лодку. Но мотор захлебнулся, и тишина накрыла их, тяжелая и беспощадная.
Из-за скал вышли люди в масках. Пистолеты молчали — им не нужен был шум.
— Прощай, мечта, — успела подумать Аделина, прежде чем Вильям толкнул её за борт.
Холодная вода обожгла лёгкие. Она нырнула глубже, слыша глухие удары над головой. Когда вынырнула, лодка пылала, осветив фигуру Вильяма, сражающегося с тремя нападавшими.
— Беги! — закричал он, и в этот момент чей-то кулак врезался ему в висок.
Аделина поплыла. Течение тащило её к скалам, камни рвали кожу. Она не чувствовала боли — только ярость. Выбравшись на берег, она схватила обломок доски с торчащим гвоздём.
Её первый удар был слепым, отчаянным. Второй — точным. Третий... Она не считала. Когда всё закончилось, на песке осталось три тела, а Вильям, окровавленный, но живой, обнимал её, приговаривая:
— Мы выжили. Мы выжили...
На рассвете они нашли пещеру. Огонь костра отбрасывал танцующие тени на стены, а вдали бушевал океан.
— Грэм мёртв, — сказал Вильям, перевязывая рану на её руке.
— Но мы живы, — Аделина прижала его ладонь к щеке. — И этот дом... мы построим его сами.
Он кивнул, но в его глазах читалось сомнение. Тени прошлого не отпускали. Где-то там, за горизонтом, их уже искали.
— Спой мне, — попросила она внезапно. — Как тогда, в старом доме.
Вильям улыбнулся и запел хриплым от усталости голосом. Аделина закрыла глаза, представляя, как их голоса смешиваются с рокотом волн.
Они заснули у огня, сплетённые воедино. А утром на песке перед пещерой они нашли следы. Свежие.