Сверхъестественное: Дорога в никуда

Эта борьба сносит остатки разумности.
Противостояние сердца и осознанности.
Это война желаний и обязанностей
Тяжело стоять спиной к реальности.

Шахназ Саин

***
22 сентября 1692 года
Салем, Массачусетс
Бостонская тюрьма

Питер открыл сумку, которая была прикреплена к лошади Элиаса и передал воду Лив. Она поблагодарила его и сделала пару глотков. Питер стоял напротив, скрестив руки. Они молчали. Лив думала о Саре. Питер тоже. Лив решила первой нарушить молчание.

— Ты видел Сару? — Спросила она.

— Нет. — Сухо ответил он.

— Ты слышал, что я сказала? Она спасла меня. — Питер избегал взгляда Лив. — Сара нашла адреса охотников у тебя в дневнике и написала Кристиану. Она подбросила мешочки, чтобы вы смогли убить Титубу. Сара не занимается чёрной магией, по крайней мере она никогда не хотела. Она хотела защитить своих сестёр и тебя.

— Откуда тебе известно столько о Саре?

— Она спасла мне жизнь. — Питер вздохнул. — Сара любит тебя на самом деле. — Он фыркнул. — Как ты можешь быть таким жестоким? Скажи хотя бы, что не ты пытал ее? — Питер резко посмотрел на Лив. Она поняла, что он был в курсе этого. — Да! Ее пытали. На ней нет живого места! — Питер отвернулся. Лив встала перед ним. — Я здесь, чтобы помочь ей. Чтобы спасти ее. Ведь в глубине души ты тоже знаешь, что она невиновна. Ведь за столько лет ты не заподозрил ничего! И дело не в тебе, а в том, что Сара не сделала ничего, чтобы вызвать подозрения. Она не посещала собрания ковена. Она была с тобой в церкви каждый раз. Сара хотела спастись от ковена, но не могла из-за сестёр. Она пыталась защитить их от влияния Титубы.

Лив почувствовала, что начинает злиться и стала ходить по конюшне. Питер сверлил ее взглядом. Лив пыталась найти ещё какие-то слова, чтобы убедить Питера, но не хотела рассказывать ему все то, что сказала Кристиану, потому что боялась того же исхода.

Послышались неуверенные маленькие шаги. Лив и Питер переглянулись. Шаги прекратились. Потом раздался грохот. Кто-то уронил железное ведро в водой. Лив повернула голову направо и налево, но не увидела никого. Она посмотрела на Питера и покачала головой. Он достал револьвер. Лив вытащила нож.

— Лошади спокойны. Вряд ли это нечисть. — Сказал Питер. Лив нахмурилась, но поверила на слово.

Лив прошла вперёд в сторону шума и увидела край зелёной юбки. Лив расслабилась ещё больше и опустила нож. Питер пошёл за ней. Ещё шаг и Лив прижала женщину к стене, приставив нож к шее.

— Кто ты такая? — Спросила Лив.

— Боже мой! Я... я Сильвия Уолтер, мать Жанны Уолтер. — Лив нахмурилась. Она убрала нож и посмотрела на Питера.

— Она мать ведьмы. — Сказал Питер. Лив нахмурила брови.

— Нет, нет, нет, это клевета! Это все клевета! Моя дочь не ведьма! Она всего лишь ребёнок! Она знать не знала всех ведьм! Она никогда не посещала никаких темных собраний! Жанна проводила все время в церкви. Хотела посвятить себя Господу.

— А посвятила дьяволу. Так бывает. — Ответил Питер.

— Нет! Моя дочь невиновна! Прошу вас! Отпустите ее. Она ничего не сделала. Клянусь.

— Я понимаю ваши чувства, как никто другой. Моя жена оказалась ведьмой. Я тоже не ожидал этого. Она также хорошо прикидывалась. — Женщина качала головой. — Иногда самые близкие наносят самый сильный удар. — Лив чуть отошла от них и стала что-то считать на пальцах.

— Моя дочь не ведьма!

— Мне жаль, миссис Уолтер.

— Питер. — Позвала его Лив. Он повернулся и подошёл к ней. — В тюрьме ведь ведутся записи всех тех, кто был арестован? — Питер кивнул. — Имени Жанны Уолтер нет в списках ни арестованных, ни обвинённых, ни казнённых. Ее имени вообще не было нигде.

— Каких списках? — Не понял Питер.

— Объяснять долго. Но я знаю имена всех, кто был замешан в суде над Салемскими ведьмами и Жанны в нем нет.

— Что ты хочешь сказать?

— Что она точно не ведьма, а если и ведьма, то почему ее имени не было в списке ведьм, что сидели здесь? — Питер нахмурился. Лив фыркнула и подошла к миссис Уолтер. — Расскажите мне, как ваша дочь попала сюда? Кто свидетельствовал против неё?

— Жанна была в церкви со мной. К ней подошёл мужчина. Один из ваших. — Миссис Уолтер посмотрела на Питера.

— Кто? — Спросила Лив.

— Невысокий, бородатый, весь седой.

— Элиас. — Сказал Питер. Лив посмотрела на него, потом снова на женщину.

— Что было дальше? — Спросил он.

— Я не знаю. Он говорил с Жанной. Я не заподозрила ничего, ведь вы помогали городу избавиться от ведьм. Я говорила с пастором, а потом повернулась и увидела, как Жанна убежала в слезах. Я побежала за ней. Но она отказалась рассказывать мне, что случилось. А потом вы явились к нам домой и забрали мою дочь! — Женщина стала плакать. Лив отвернулась.

— Какого черта здесь происходит? — Спросила Лив. Она снова повернулась к миссис Уолтер. — Идите домой. Вам лучше не быть здесь. Я обещаю, что все проверю. — Женщина схватилась за руки Лив.

—  Благослови вас Господь! Спасибо! Спасибо вам! — Лив улыбнулась и вытянула свои руки из рук женщин.

— Идите домой. Мы свяжемся с вами. — Лив посмотрела на Питера. Он странно смотрел на неё из-за глагола, который она использовала в своём предложении. Женщина стала уходить. Лив все ещё слышала ее рыдания. — Я могу вернуться в тюрьму?

— Не думаю. — Ответил Питер.

— Почему?

— Элиас говорил с Кристианом. Думаю, он вправил ему мозги.

— И что это значит?

— Никто не рад тебе. Элиас тебе не доверяет. Считает, что ты скрываешь что-то или тебе что-то нужно от нас. А после встречи с Сарой, тем более. И Кристиан повёл себя странно. Просто взял тебя с собой, не посоветовавшись ни с кем.

— В коридоре ты сказал Кристиану, что знаешь, что он не падок на женщин. — Питер кивнул. — Ты угадал. Есть причина, по которой я здесь. Кристиан все знает. Если он посчитает нужным, то расскажет и тебе. А пока, мне нужно поговорить с ним. С этой Жанной что-то не так. Питер, ты можешь проверить списки и поговорить с ней? — Спросила Лив.

— О чем мне говорить с ней?

— Проверь совпадут ли истории дочери и матери. Спроси, о чем она говорила с Элиасом. — Питер неуверенно кивнул.

— Спасибо! Ясно, за что Сара так полюбила тебя. — С улыбкой сказала Лив. — Ты на самом деле хороший человек. — Питер застыл, не зная, что сказать.

Лив побежала назад, откуда пришла с Питером. Выбежав из конюшни, Лив увидела Кристиана, стоявшего на том же месте, где она оставила его. Она подбежала к нему.

— Кристиан, мне нужно обратно. Мы с Питером увидели мать, одной из осуждённых. Ее имя Жанна Уолтер. Но я почему-то уверена, что она не ведьма! Я вообще не знаю, как она оказалась здесь! Мне нужно с ней поговорить. Питер обещал, что пойдёт к ней, но нам тоже стоит. — Тараторила Лив. Кристиан молчал. — Ты слышишь меня? — Тишина. — Кристиан, прошу, нам нужно поторопиться! — Лив коснулась его плеча. Кристиан посмотрел на руку Лив, а потом на неё. — Ты в порядке? — Спросила Лив. Кристиан внимательно рассматривал ее лицо. — Знаешь, ты сейчас выглядишь, как я после того, как мой опекун наезжал на меня. Элиас действует на тебя также? — С улыбкой спросила Лив. Кристиан продолжал смотреть на Лив. Ей стало не по себе. — Кристиан, сейчас не время уходить в раздумья! — Повысила голос Лив.

— Ты можешь хоть на секунду замолчать? — Спросил Кристиан.

— Да, если ты пойдёшь со мной! — Выдала Лив. Кристиан вздохнул, схватил Лив и перекинул ее через плечо. Лив не ожидала этого. Она стала брыкаться, пытаясь слезть. — Кристиан, отпусти меня! Что ты делаешь? Кристиан! — Кричала Лив.

Кристиан молчал, как рыба. Он почти дошёл до конюшни, как Лив укусила его за спину. Он спустил ее с плеча, схватив за запястья. Лив не переставала сопротивляться и кричать. Кристиан стал просто волочить Лив за собой. Из-за своей длинной юбки, на которую Лив наступала, она не могла ничего сделать. Кристиан дошёл до денника, в котором не было лошади, и толкнул Лив вниз. Она упала на землю, не успев подняться, Кристиан схватил веревку и связал руки Лив, будто не замечая ее сопротивления. Она ударила его ногой по животу. Он упал на спину. Лив встала на ноги и почти выбежала из денника, как Кристиан схватил ее за ногу и Лив упала лицом вниз. В нос ударил запах сена. Лив снова ударила Кристина ногой, но теперь по лицу. Он отпустил ее ногу и Лив, как могла быстро попыталась подняться на ноги, как сбоку от неё, в землю, попала пуля. Лив замерла. Она перекатилась на спину. Кристиан стоял над ней, наставив на неё револьвер.

— Кристиан, что ты делаешь? — Он сделал шаг к ней. Лив стала отползать назад. Кристиан выстрелил снова. Теперь пуля попала в землю выше головы Лив. Этим он дал ей понять, чтобы она не двигалась.

Он смотрел на неё глазами, полными злости. Лив же не понимала, что она сделала. Кристиан тяжело дышал. Он с каждой секундой все сильнее и сильнее сжимал револьвер в руке. Лив не на шутку испугалась. На неё уже наставляли пистолет, но у Лив всегда была странная уверенность, что ничего не произойдёт. Сейчас ее не было. Ее руки были связаны, она не могла дотянутся не до ножа, не до своего пистолета.

Кристиан сделал ещё один шаг к Лив. Его ноги были по обе стороны от талии Лив. Она ещё никогда не смотрела на дуло с такого ракурса. Лив закрыла глаза. Сердце бешено заколотилось от мысли, что она больше не увидит Дина и Сэма. Она не хотела причинять им боль. Не хотела оставлять их. Перед глазами появилось лицо Дина, их последний разговор. Он сказал, что любит ее. Он ещё никогда не говорил этого первым.

Раздался ещё один выстрел. Лив вздрогнула. Она медленно открыла глаза и увидела, как Кристиан держал пистолет в правой руке и выстрелил в кучу сена. Лив вздохнула с облегчением, но не смела двигаться. Кристиан взял ещё одну веревку и стал связывать ноги Лив. Она не двинулась. Он схватил ее, за связанные руки, и потащил к столбу. Кристиан прислонил ее к нему и привязал туловище Лив к столбу.

Лив искала его взгляда, но Кристиан тщательно его избегал. Она не понимала, что происходит.

— Кристиан, делай со мной, что хочешь, но не убивай Сару, прошу. — Умоляла Лив. Кристиан провёл руками по талии Лив и достал ее нож. Лив покачала головой. Потом он поднял ее юбку и забрал ее пистолет. Он упустил юбку обратно и стал отходить от Лив. — Кристиан! Вернись! — Он вышел из денника, а потом и из конюшни.

***

317 лет спустя
Канал SBC

Ночь. В парке под деревом лежит тело мужчины с ранением в живот. Его окружили маркеры места преступления и вспышки камер. Дин и Сэм стояли снаружи желтой ленты с места преступления, наблюдая за работой различных статистов. На них были строгие костюмы с соответствующими синими рубашками и солнцезащитными очками.

Очередное телешоу. Братья уже сбились счета, какое.

— Твою ж... — начал Дин.

— Что думаете? — Спросил офицер полиции, подошедший к Дину и Сэму. Дин зло посмотрел на него.

— Что я думаю? Шел бы ты лесом, вот, что я думаю.

— Не оставите нас на минутку? — Попросил Сэм. Офицер кивнул и отошёл. — Спасибо. — Сэм посмотрел на брата. — Успокойся.

— Успокойся? — Повысил голос Дин. — Сейчас ночь, а на мне темные очки. — Дин резко снял их лица. Сэм поступил также. — Знаешь, кто их так носит? Бездарные личности! — Сэм кивнул. — Ненавижу эту игру. Ненавижу, что мы в процедурале о копах. А знаешь почему? Потому что я ненавижу процедуралы! Их на телевидении штук 300. И все они, мать их, одинаковые. Все эти, «здесь разбился самолет». Хватит! — Дин развёл руками. — К черту это! Где Лив? Почему он разделил нас? Если он сунул нас сюда, то где она? Что он делает с ней?

— Дин, прошу успокойся. Мы что-нибудь придумаем. — Сэм провёл руками по волосам и посмотрел на место преступления. — Эй. — Позвал Сэм. Дин посмотрел в сторону, куда указывал брат.

— Что?

— Посмотри-ка на того сладкоежку. — Сказал Сэм. Дин посмотрел на офицера, который держал во рту чупа-чупс.

— Думаешь, это он? — Спросил Дин.

— Делай, как я. — Сказал Сэм и направился к телу, надевая очки.

Братья подошли к мужчине. Офицер с чупа-чупсом посмотрел на них.

— Вы в порядке? — Спросил он.

— Да. — Ответил за них обоих Сэм. — Что у нас?

— Помимо странгуляционных борозд на шее, у него в горле была обнаружена стопка четвертаков.

— Да, у нас тут джекпот. — Сказал Сэм. Офицер не смог сдержать улыбки. Дин, нахмурившись, смотрел на брата. Это была ужасная и неуместная шутка.

— А еще колотое ранение в области живота. — Сказал офицер. Дин присел на колени и снял очки. Он взял упавшую ветку и коснулся колотой раны погибшего.

— Такое точно не переваришь. — Сказал Дин, не веря, что сказал это.

— Принесите ему Тамс. — Сказал Сэм. Офицер захихикал.

— Отличная шутка, парни. — Подметил офицер.

Дин обошёл офицера и взял в руки ветку. Офицер повернулся к Дину и тот вонзил ветку в него. Офицер упал на пол, стараясь дышать. Никто из статистов не заметил, что что-то произошло. Они лишь продолжали делать свою работу. Все, кроме ещё одного офицера полиции, который стал смеяться и перевоплотился в Трикстера.

— Не того убил, идиот. — Сказал Трикстер. Дин ухмыльнулся.

— Думаешь? — Спросил он. В этот момент Сэм вонзил другую ветку в спину трикстера. Он упал на землю. Послышались звуки статики. Братья переглянулись. Оба моргнули и через секунду оказались в старом сарае, в который и пришли, чтобы найти Трикстера и Лив. Он же лежал на бетонном полу без движения.

— Где Лив? Почему она не вернулась? — Спросил в панике Сэм. Дин стал оглядываться по сторонам.

— Лив пропала не здесь, а у мотеля. И если мы вернулись туда, откуда пропали, то...

— То Лив должна быть около мотеля. — Закончил Сэм.

Братья поспешили к машине. Сэм сразу полез в свой карман и посмотрел на дату в своем телефоне. Их не было три дня. Сэм нахмурился, думая о том, как же трикстер так исказил время.

Дин гнал до мотеля так быстро, как мог. В сердце с каждой минутой поднималась тревога. И только Лив могла унять ее.

Дин нажал на тормоз. Сэм первым выбежал из машины. Он стал бежать вперёд и назад по парковке, пытаясь найти Лив. Он звал ее, но в ответ лишь тишина. Дин вышел следом и поспешил в их номер. Он открыл дверь, но номер был пуст. Сэм подбежал к брату и увидел то же, что и он. Лив не было. Никого не было в их номере в течении трёх дней.

— Ее нет. — Прошептал Дин. — Черт! Нам нужно было схватить его и пытать! Где она? Почему не вернулась, как мы? — Сэм молча пожал плечами.

— Каса тоже нет. Может они вместе? Может он закинул его к Лив? — В надежде спросил Сэм. Дин зашёл в номер и пошёл в ванную. Он открыл кран с холодной водой и умылся ею. Дин на пару секунд оставил руки на лице.

— Мне не стоило спускать с неё глаз. — Сказал Дин. Сэм молчал. Дин убрал руки от лица, вышел из ванной комнаты и не увидел брата в номере. — Сэм? Ты где? — В ответ тишина. Дин вышел на улицу, посмотрел налево, направо от рядов номеров, но не увидел брата. Дин прошёл дальше и вышел на парковку. Он подошёл к Импале. В машине его брата также не было. Дин достал телефон и позвонил Сэму. Включилась голосовая почта Сэма. — Сэм, это я. Ты куда пропал?

— Дин? — Послышался голос Сэма. Но звучал он очень странно, будто из старой рации. Дин нахмурился и ещё раз посмотрел в машину. В ней не было Сэма, но Дин все равно открыл дверь.

— Сэм? Ты где?

— Не знаю. — Ответил Сэм. Его голос все ещё звучал странно. Дин заметил красный свет на приборной панели, который засветился, когда Сэм заговорил. — О, блин. По-моему, Трикстер еще жив.

— Как так? — Повысил голос Дин, садясь в машину.

— Не знаю. Зато теперь ясно, почему Лив и Каса нет.

— Они все ещё у него в плену. — Сказал Дин. Он завёл машину.

— Ты куда? — Спросил Сэм.

— Вряд ли разумно оставаться на одном месте. — Ответил Дин и нажал на газ.

— Наверно. — Поддержал брата Сэм. — И что теперь делать?

— Кол не сработал. И что? Это очередной фокус?

— Не знаю. Может, кол не сработал, потому что это не Трикстер. — Предположил Сэм. Дин уставился на приборную панель, из которой исходил голос Сэма.

— Ты о чем? — Спросил Дин.

— Ты ведь слышал Каса. Он говорил, что эта тварь мощнее Трикстера. — Сказал Сэм. Дин задумался.

— Да, ты видел, как он смотрел на Каса? Будто он его знал.

— И как он разозлился, когда ты заговорил про Михаила и Люцифера. — Добавил Сэм. Дин уставился на панель.

— Чтоб меня. — Сказал он.

— Что?

— По-моему, я знаю, с кем мы имеем дело. — Ответил Дин.

***

22 сентября 1692 года
Салем, Массачусетс
Бостонская тюрьма

Питер зашёл в тюрьму и потребовал у охранника, занимающегося записями заключённых списки. Он сел за его стол и пробежал глазами по листу. Не найдя имени Жанны, он решил перепроверить список ещё раз, но опять не нашёл ее. Лив была права. Но откуда она могла знать? И почему вообще ее имя не занесли в список, ведь таково было правило тюрьмы и охотникам это было удобно, ведь так они знали точное количество всех заключённых и их имена.

Питер поблагодарил работника тюрьмы и вышел из его комнаты. Он стал подниматься вверх по лестнице, направляясь в сторону камер. По пути он встретил Элиаса, распивающего ром с охранниками. На предложение Элиаса присоединиться к ним, Питер отказался.

Питер стал проходить мимо камер, ища девушку по имени Жанна. Внезапно до боли знакомый голос окликнул его. Питер замер и закрыл глаза. Голос позвал его снова. Питер медленно повернул голову. Он увидел Сару. Она бросилась к железной клетке, забыв, что она из железа. Руки стали дымиться. Сара убрала их и посмотрела в глаза Питеру.

— Я так рада тебя видеть! — Сказала Сара. Питер посмотрел на лицо, на руки своей жены. Лив снова сказала ему правду. На Саре не было живого места. — Пит, та девушка, с ней все хорошо? Клянусь, я ничего не делала! Скажи, что с ней все в порядке!

— Она жива. — Ответил Питер.

— Слава Богу! — Сказала Сара. Питер промолчал и продолжил идти. — Нет, нет, нет, не уходи! Питер! — Он остановился, но не смотрел в сторону жены. — У меня было видение. — Он сжал кулаки. — Об этой девушке. Я думала, что опоздала, но если она жива, то ее жизни вновь угрожает опасность. Один из охотников хочет убить ее. — Питер повернулся к Саре.

— Она в безопасности с Кристианом. — Ответил Питер. Сара покачала головой.

— Ее хотят убить. Я видела это! Все, что я вижу сбывается!

— А что ты видела насчёт себя? — Спросил Питер и подошёл к клетке. — Видела свою смерть? — Зло спросил Питер. Сара покачала головой. — Как забавно.

— Пит, прости меня, прошу. Я не хотела, чтобы все так вышло. Я всего этого не хотела. Прости меня. Прости, если сможешь, умоляю. — С глаз Сары лились слёзы. — Мне так жаль. — Сара упала на колени. — Поверь, ты никогда не сможешь наказать меня так, как я наказываю себя сейчас.

— Я не пытаюсь делать ничего. Я просто избавлю мир от нечисти. — Ответил Питер и продолжил идти вперёд.

Впереди он встретил охранника и спросил его об ещё одной, заключённой ведьме. Сначала тот не сразу понял Питера, но потом провёл его к камере девушки, которую привёл и посещал Элиас.

Питер подошёл к клетке. В коридоре почти не светили факелы. Он назвал имя девушки, но никто не откликнулся. Он повторил ее имя. Снова молчание.

— Я видел твою мать. Она волнуется за тебя. — Из темноты вышла девушка невысокого роста с длинными, волнистыми чёрными, как смоль волосами и большими голубыми, как океан глазами. У девушки была светлая кожа и пухлые красные губы. Питер не видел ее раньше. Он бы заполнил столь нежные черты лица.

У Жанны был напуганный взгляд. Она вся дрожала то ли от холода, то ли от страха.

— Мама приходила сюда? — Спросила девушка. У неё все ещё был детский голос. Питер сглотнул. — Она здесь? Я могу увидеть ее? — С голубых глаз полились слёзы. Девушка прижалась к железной клетке. Питер округлил глаза.

— Железо не обжигает тебя. — Сказал он. Девушка покачала головой. — Но как это возможно... — спросил самого себя Питер. — Как ты здесь оказалась? Что случилось? — Девушка убрала руки, на которых также не было ни одного ногтя, как и на пальцах Сары. — Если скажешь, я, возможно, смогу помочь. — У девочки загорелись глаза. — Твоя мама сказала, ты говорила с кем-то. О чем? — Жанна расплакалась.

— Седой мужчина сказал, что скажет всем, что я ведьма... — Жанна закрыла лицо руками.

— У этого предложения есть продолжение? — Спросил Питер. Девочка, не открывая лицо, закивала.

— Он сказал, что скажет всем, что я одна из ведьм, если я не разделю с ним ложе. — Питера будто ошпарили кипятком. Он отшатнулся назад, не веря ушам. — Сэр, я не ведьма... клянусь... я ничего не сделала. Я молюсь Господу каждый день за спасение душ, заточенных здесь, и прошу избавить нас от лукавого. Я прошу прощения у Бога за все свои грехи. — Питер отвернулся. Девушка продолжала говорить, но Питер не слышал ее. Услышанное, просто потрясло его.

Он отошёл от камеры Жанны и вернулся к камере Сары. Она резко поднялась на ноги.

— Жанна Уолтер. Одна из вас? — Спросил Питер. Сара подошла к решетке.

— Жанна? Девочка из церкви? Она тоже здесь? — Спросила Сара.

— Она из ваших? — Снова задал вопрос Питер.

— Да, девочка боится произносить слово «дьявол»! Какой идиот сказал, что она ведьма? — Спросила Сара. Питер закрыл глаза. — Элиас. — Произнесла Сара. Питер резко открыл глаза.

— Откуда ты...

— Ты сам подумал об этом. Точнее, у тебя в голове только и крутиться это имя.

— Ты можешь читать мысли? — Сара кивнула.

— Только те, что на поверхности. Твои я почти никогда не читала. — Призналась Сара. Питер не успел ничего сказать, как услышал шаги.

Он повернул голову и увидел Кристиана. Питер быстрым шагом направился к нему.

— Крис, есть проблема. Я проверил одну заключенную, Жанну Уолтер. Элиас поймал ее, помнишь? — Кристиан неуверенно кивнул. — Элиас не вписал ее в тюремный список. Ещё я четко помню, что он сказал, что проверил ее на железо и, что она не прошла проверку. Когда я говорил с ней, она схватилась за железные решетки и с ней ничего не произошло. Крис, Жанна сказала, что Элиас шантажировал ее. Сказал, что подставит, если она не переспит с ним. — Кристиан поднял брови.

— Что? — Спросил он.

— Крис, я не думаю, что она лжёт. Девочка чертовски напугана. Не знаю, откуда Оливия узнала, что она не ведьма, но мне кажется, что она права! — Кристиан громко вздохнул и покачал головой. — Кстати, где она?

— Я привязал ее к столбу в конюшне.

— Зачем? — Не понял Питер.

— Элиас приказал убить ее. Я почти... но не смог... — Кристиан посмотрел на Питера.

— Крис, она человек. А если говорит правду, то ещё и охотник. Мы не убиваем своих и гражданских.

— Знаю. — Кристиан закивал. — Он сказал, что, если я откажусь, то он выкинет меня из совета. — Питер подошёл ближе.

— Что он сказал? — Спросил Питер. Кристиан кивнул.

— Это переходит все границы. — Заявил Питер. — Нам нужно поговорить с Элиасом обо всем! — Кристиан снова кивнул.

— Да, ты прав. Приведи Элиаса в наш кабинет. Я пока развяжу Оливию. Надеюсь, она не сломает мне нос. — Питер засмеялся. Кристиан поспешил вниз. Питер вздохнул и направился в место, где последний раз видел Элиаса.

К сожалению Питер его не нашёл. Охранники сказали, что он ушёл почти сразу, как они пересеклись. Питер стал подниматься обратно наверх, чтобы сообщить об этом Кристиану и Лив.

Как только Кристиан увидел Питера, он бросился к нему.

— Ее там нет. — Сказал Кристиан.

— Элиаса я тоже не нашёл. — Сказал Питер.

— Черт, ладно. — Начал Кристиан. — Она будет искать Сару.

— Или Жанну. — Предположил Питер. Кристиан кивнул.

— Разделимся и найдём ее. Ты к Саре, а к камере Жанны. — Сказал Кристиан. Он стал бежать в сторону камеры девочки, как вдруг Питер окликнул его. Кристиан резко затормозил и посмотрел на друга.

— Крис, Сара сказала, что у неё было видение об Оливии. — Кристиан стал подходить обратно к Питеру. — Она увидела, как кто-то пытается убить ее. Что если это...

Кристиан не стал слушать и бросился куда-то вперёд. Питер побежал за ним. На полпути он понял, куда бежит Кристиан. Он добежал до камеры его жены и схватился за прутья.

— Где она? — Спросил Кристиан. Сара подошла к железной решетке — Отвечай!

— Я не знаю.

— Что ты видела?

— Не многое... лишь обрывки... девушка на полу... ее лицо в крови... она держаться за рану на груди. Темная тень подходит к ней. В руках нож.

— Где? Что это за место? — Спросил Питер. Сара посмотрела на него.

— Какая-то комната. В ней окно.

— Как и в любой комнате! — Сказал Кристиан. — Боже, я уже начинаю верить Оливии, что ты ничего не умеешь! — Зло сказал Кристиан. Глаза Сары стали бегать от Питера к Кристиану. Она пыталась вспомнить еще одну хоть какую-то деталь.

— Там была большая клетка. — Надеясь, что это поможет произнесла Сара.

— Клетка? С птицей? — Спросил Кристиан.

— Я лишь увидела клетку.

— Наша птица? — Спросил Питер.

— Оливия в комнате начальника тюрьмы. — Ответил Кристиан и бросился бежать по знакомым коридорам.

По пути он врезался в Адама и чуть не снес его с ног. Адам видел, как Кристиан и Питер были встревожены. Задав им вопрос, Питер первым ответил, что Элиас сошёл с ума и хочет убить двух людей. На что Адам ответил, что Элиас отправил его убить, последнюю выжившую ведьму, Жанну.

Кристиан решил не продолжать разговор и продолжить бежать. Питер сказал, что расскажет все по пути. Адам не стал задавать вопросов.

Кристиан первым добежал до двери и дёрнул за ручку. Она была закрыта. Он не стал стучаться или просить открыть, а просто замахнулся ногой и дверь с грохотом открылась. Кристиан вбежал в комнату, с уже наставленным револьвером в руках. За ним зашли Питер и Адам.

В комнате были следы борьбы. Стол был перевёрнут, вещи разбросаны. Револьвер Элиаса валялся в дальнем углу комнаты. Лив же лежала на полу. Все было так, как сказала Сара. От этого Питер застыл на пару секунд.

Вся нижняя часть лица Лив была в крови. Она тяжело дышала, прижимая руки к себе. Указательный палец ее левой руки был также в крови. Он замахнулся на Лив ножом.

— Элиас, отойди. — Сказал Кристиан.

Мужчина повернулся к охотникам.

— Крис, ты передумал? Хочешь сделать это сам? — С противной улыбкой спросил Элиас. Лив, из последних сил посмотрела на Кристиана.

— Мы все знаем, Элиас. — Сказал Питер. — Мы знаем про Жанну. — Старый охотник нахмурился.

— И что же вы знаете про эту ведьму?

— Для начала, что она не ведьма. — Сказал Кристиан. — Как ты мог так поступить? Мы все давали клятву. Мы защищаем невинных, а ты? Что сделал ты? Шантажировал девочку, чтобы что? Удовлетворить свои темные фантазии?

— Хочешь пристыдить меня за то, что я решил получить что-то от ведьмы? — Элиас засмеялся. — Серьезно, Крис? — Элиас нагнулся к полу, схватил Лив за волосы и поднял вверх. Она еле стояла на ногах и почти не видела ничего перед глазами. От близкого нахождения кулона семнадцати к Лив место раскола на ее груди сводило ее с ума от боли. — От неё ведь ты тоже что-то хочешь. — Он указал ножом на Лив, а потом приставил его к ее горлу. — Поэтому так самоотверженно помогаешь.

— Не принижай моих поступков, ты, чертов сукин сын! — Закричал Кристиан. Элиас выдал смешок.

— И что ты сделаешь, Крис? Убьёшь меня из-за неё? — У Лив не было больше сил стоять на ногах. —Думаешь, этим оставишь себе место в совете?

— Он не один, Элиас. — Сказал Адам. — У него есть свидетели того, что ты творил.

— Думаешь, вам поверят? Криса свела с ума женщина, которая околдовала его, у Питера жена, осуждённая ведьма. А ты? — Он посмотрел на Адама. Элиас пожал плечами. — И про тебя что-то придумаем. Например, что это ты напутал все с Жанной и убил ребёнка. — Сказал он с улыбкой. Адам не ожидал услышать такое. Он посмотрел на Питера и Кристиана.

Питер посмотрел на лицо Лив, а потом на ее руки. Он увидел, как из ее одного пальца текла кровь. Он вспомнил пальцы Сары и Жанны.

— Это ты пытал Сару? — Спросил Питер. Элиас посмотрел на него.

— Я делал свою работу. — Ответил он.

— Почему же из всех ведьм ты решил, что что-то знает она? — Спросил Питер.

— Потому что он хотел получить от неё тоже самое, что и от Жанны. — Раздался хриплый голос Лив, которая для этой фразы собрала всю волю в кулак. Элиас зло посмотрел на Лив.

— Стреляй. — Сказал Питер. Элиас повернулся обратно к охотникам. Раздался выстрел. Тело Элиаса упало на пол, а с ним упала и Лив.

Кристиан положил револьвер в кобуру и поспешил к Лив. Он помог ей сесть. Лив посмотрела на него.

— Вовремя ты. — Прошептала Лив. Она коснулась своей груди и застонала. — Заклинание... оно... — Лив не успела выговорить слов дальше. Перед глазами потемнело.

***

22 сентября 1692 года
Салем, Массачусетс

Лив медленно открыла глаза и тяжело вздохнула. Она хотела сесть, но ей не хватило сил. Она сделала ещё один глубокий вздох.

Открылась дверь. В комнату зашла Сара с деревянным подносом. Она сразу же улыбнулась, увидев Лив в сознании. Она положила поднос с чаем на стол, взяла чашку в руки и села на кровать рядом с Лив. На Саре была чистила одежда, собранные в косу, волосы, а следов от пыток на лице и на руках почти не было.

— Как ты? — Спросила Сара. Она передала чашку Лив.

— Бывало и хуже. — Призналась Лив, забирая чашку с рук Сары. — Жанна?

— Дома с матерью. — Ответила Сара. Лив кивнула.

— Тебя отпустили.

— Да. Благодаря тебе. — Лив улыбнулась.

— Меня учили платить долги. — Ответила Лив. Она коснулась своего лица. Лив медленно провела пальцами по носу, который в отместку за ее удар, сломал ей Элиас, потом по щекам, на одной из которой была рана, которую Лив сама себе и нанесла, и губам, нижняя часть которых была разбита, также благодаря тщательным стараниям Элиаса. Лив посмотрела на указательный палец левой руки, ноготь из которого был вырван полностью Элиасом. Он тоже был цел.

— Я исцелила тебя. Твоё лицо такое же, каким было. — Ответила Сара. — А силы вернуться к тебе, просто нужно немного времени. — Лив кивнула. — Как тебя так угораздило?

— Кристиан привязал меня к столбу и забрал мой нож и пистолет. Но у меня в ботинке был ещё один нож. Я быстро развязалась и бросилась искать Жанну, но Элиас перехватил меня. Мне стоило держать язык за зубами, но я так не умею. Я высказала ему все, что я думаю о нем и сказала, что знаю о том, что он проворачивает темные дела здесь. Думаю, его это разозлило. Он набросился на меня и потащил в сторону верхних камер, в одной из которых сидела ты. И из-за боли в груди я не смогла сопротивляться. — Лив пожала плечами.

— Ты знала, что это может убить тебя и ты все равно снова пошла в тюрьму. — Сказала Сара. Лив кивнула.

— Я охотник. Я бы не позволила убить невинных. — Ответила Лив.
— Насколько кулон далеко? — Решила не тянуть Лив.

— Питер спрятал его на время. Не переживай за это. Оливия, скажи мне, почему он так действует на тебя?

— Ты ещё не догадалась?

— Есть пару мыслей. Одна невозможней другой. — Лив села на кровати.

— Ты спасла мне жизнь. Ты закрепила заклинание своей душой. — Сара опустила голову. — Я не знаю, зачем ты сделала это. — Лив пожала плечами. Сара посмотрела на неё.

— Кажется, у меня есть ответ на твой вопрос. — Сказала Сара. Лив вопросительно посмотрела на неё. Она указала пальцем на пятно крови на тумбе у кровати. Лив повернула голову и нахмурилась.

— Что это? — Спросила Лив.

— Кристиан сказал, ты представилась фамилией Ланкастер. — Лив кивнула.

— Да, мне почему-то показалось, что это более подходящая фамилия для этого времени. Но я не соврала, это отчасти моя фамилия. Точнее моей матери. — Сара кивнула.

— С фамилией ты не прогадала. — Сказала Сара. — Семейство Ланкастеров живет неподалёку отсюда. — Лив подняла брови. — У них большое имение, свои плантации, рабы.

— Неплохо. — Сказала Лив. — Но я не думаю, что они имеют отношение ко мне. — Сара посмотрела на пятно крови.

— Я тоже так думала.

— И? — С усмешкой спросила Лив.

— Там было два пятна крови. Если после прочтения заклинания они превращаются в одно, то значит присутствуют родство. — Лив посмотрела на пятно. На одно пятно. Лив медленно подняла взгляд и посмотрела на Сару.

— У тебя наверно совсем плохо с магией, Сара. — Не поверила Лив. — И у тебя, что в шкафчике для приправ экземпляры крови всех жителей?

— Мне это не нужно. — Ответила Сара. — Позволь рассказать тебе кое-что. — Лив кивнула. — Когда я приехала в Салем из Англии, то сразу влюбилась в Питера. Мы много времени проводили вместе. Моя мать была против каких-либо связей с ним, ведь она была ведьмой, как и я, а Питер был охотником. Но мне было плевать. Чувства взяли вверх и мы с ним допустили ошибку. — Сара стала мять пальцы. — Я забеременела, а Питер уехал на очередную охоту. Его не было пару месяцев. Я пыталась все скрыть, но когда моя мать узнала, она хотела убить дитя ещё в утробе, но мои сёстры, Ребекка и Мэри, смогли убедить ее дать мне родить и продать ребёнка. — С глаз Сары упало пару слезинок. — Но мама позволила мне это сделать только при одном условии. — Сара боролась со слезами. — Если я соглашусь на заклинание бесплодия. — Лив приложила руку ко рту. Сара закрыла глаза, а потом открыла их снова и в ее глазах уже было слез. — Таковым было мое наказание за то что, я связалась с охотником. — Сара вздохнула. — Одна семья не могла иметь детей и они с радостью купили моего сына. Фамилия этой четы была Ланкастер. — Сара посмотрела в глаза Лив. Она открыла рот удивления. Сара отвела взгляд.

— Что? — Спросила Лив. — Как это? Нет... — Лив покачала головой. — Это какой-то бред...

— Это правда. В тебе течёт моя кровь. И Питера. — Лив сжала челюсть. — Ты все, что останется от меня и него. — Сара сжала руку Лив. Лив вытащила свою руку из руки Сары. — Поэтому я спасла тебя. Я бы не дала тебе умереть. Никогда! — Лив все ещё качала головой.

— Это невозможно. Мы не можем быть связаны! Я человек!

— Как и я. — Ответила Сара. — Я родилась с этой силой. Конечно, я хотела бы не осквернять ее чёрной магией, как и планировала всю жизнь, но все сложилось по-другому. Но это никак не влияет на то, кто ты.

— Значит я не могу быть ведьмой? — Сара покачала головой.

— Не думаю. Железо не обжигает тебя. И я не думаю, что с тобой происходили странные вещи, в виде вещих снов или видений. — Лив покачала головой. — Так что, можешь быть спокойна. — Лив кивнула, все ещё не переварив, услышанное.

— Что дальше? Почему вы не забрали своего ребенка? — Спросила Лив.

— Ребёнок ведьмы и охотника? — Спросила Сара. — Думаешь этот ребёнок был бы в безопасности с нами?

— А что Питер? Он просто принял это?

— Когда Питер вернулся в Салем, я рассказала ему об этом. Он был в ярости, я в отчаянии. Но мы оба понимали, что это к лучшему. — Лив нахмурила брови. —У нас не было ничего. — Объяснила Сара. — Я женщина без приданого. Пит еле сводил концы с концами тогда, ведь охотникам не платят. Он брался за любую грязную работу, но этого еле хватало на еду. Мы оба понимали, что наш ребёнок получил шанс на лучшую жизнь. Он образован, знает несколько языков, умеет играть на пианино и скрипке, знает наизусть Катулла* в оригинале! Он живет лучшей жизнью, чем я и Пит могли бы ему дать. Кем бы он стал с нами? Охотником? Ведьмаком?

— Будь я на его месте, я бы выбрала родную семью, а не деньги и комфорт. — Выдала Лив.

— Я не спрашивала у своего сына чего он хочет. — Ответила сара. — Я просто дала ему шанс на жизнь подальше от ковена и охоты! Одно хуже другого! Я не хотела такой участи для него! — Лив опустила голову, не зная, что ответить.

— И как ты живешь теперь, зная, что твой ребёнок чужого человека называет матерью? Ничего не екнуло внутри, когда ты отдавала его? — Сара посмотрела на Лив.

— Видно, у тебя нет детей. Мать всегда выбирает то, что лучше для ее ребёнка, даже если это означает, что это разобьёт ей сердце и сломает жизнь. — Лив поджала губы.

— И что вы с Питером делали дальше? Как справились с такой потерей?

— У меня отобрали ребёнка и шанс завести его снова, и я не могла потерять и Питера. Я боялась, что моя мама решит сделать что-то с ним и я...

— Убила ее. — Поняла Лив. Сара кивнула.

— Титуба поняла это. У ковена, как и у охотников есть свои правила. Мы не убиваем своих без веских причин. Но мой ребёнок мог иметь магию в себе и это меня спасло, но ввязало в дела ковена. Я погрязла в этой тьме. Титуба держала меня на крючке. Она знала, кто Питер. Я боялась за его жизнь и когда Титуба потребовала позволить ей черпать магию из меня, чтобы она стала сильнее, я поняла, что хорошим это не закончится. И так в голову пришёл сумасшедшей план написать Кристиану письмо. — Сара резко потрясла головой, чтобы отбросить все мысли о прошлом.

— Питер теперь знает все? — Спросила Лив. Сара кивнула.

— Когда он узнал, что я ведьма, он был в ярости, а сейчас узнав, всю правду винит во всем себя. Говорит, что кулон, который я создала, также его вина. Считает, что этим он чуть не убил тебя.

— Причём здесь я? — Не поняла Лив.

— В тебе живет часть его. — Сара вздохнула. — Возможно, это прозвучит странно, но Пит видит в тебе своего ребёнка, которого потерял, не успев обрести. — Лив закусила губу. — Его мучает совесть, что он подверг тебя опасности, хоть не мог знать, кто ты. — Лив потёрла глаза.

— Ясно теперь от кого мне досталась эта черта. — Съязвила Лив. — Всю жизнь винила себя за смерть матери, потом за смерть Дина... — Лив покачала головой — ...омерзительное чувство. Скажи Питеру, пусть бросает это, а то заглотит так, что хрен выберешься. Придётся дырявить душу. — В шутку сказала Лив. Сара улыбнулась, не понимая, что это отнюдь не шутка, а будущее. Ее будущее.

— И что теперь? — Спросила Сара. Лив посмотрела на неё. — Я не знаю, что мне делать. — Призналась Сара. — Все будто не наяву. Я так боюсь проснуться и вновь оказаться в той камере.

— Сара, это не сон. Я бы тебе и в страшном сне не приснилось. — Сказала Лив. Сара засмеялась. — Ты свободна. — Сара взглянула на Лив. — И ты с любимым человеком.

— И что мне делать?

— Жить. Наслаждаться! Ценить каждое мгновение! Делать хорошее, если достанется шанс. — Сара улыбнулась.

— И ещё беречь кулон. — Добавила. Сара. Лив кивнула.

— Не дать ему попасть в чужие руки. — Сказала Лив. — Попытки будут, Сара.

— Клянусь, что кулон никогда не попадёт в чужие руки. — Поклялась Сара. Лив улыбнулась. — Я вытащу души сестёр и вместе мы придумаем, что делать с остальными. — Улыбка пропала с лица Лив. — Все получится! — Весёлым голосом сказала Сара. Лив сглотнула и отвела взгляд. У неё не хватило смелости сказать Саре правду.

— Так каков план? — Сменила тему Лив.

— Ничего. Мы с Питером уедем. У него есть небольшой дом в...

— В Мальборо. — Закончила Лив. Сара кивнула.

— Многие охотники не поймут нас. Могут преследовать, поэтому нам лучше залечь на дно.

— Умное решение. — Сказала Лив. Сара поднялась на ноги. — У вас все будет хорошо. — Сара улыбнулась.

— Спасибо. — Лив улыбнулась в ответ. — Ты останешься?

— В смысле?

— С Кристианом? — Лив нахмурилась.

— Я... я не думаю... мое место не здесь, Сара...

— Знаю, но ты все ещё здесь. И быть одинокой женщиной в это время очень тяжело.

— Я что-нибудь придумаю.

— У тебя нет денег, дома и даже имени, которое может дать тебе что-то. Кристиан может помочь. Он ведь обещал, что позаботиться о тебе.

— Долго же вы болтали, пока я была в отключке. — Пробормотала Лив. —Я могу сама о себе позаботиться. — Отрезала Лив. Сара покачала головой.

— Он хороший человек.

— Именно поэтому, я не стану использовать его.

— В твоём сердце уже кто-то есть. — Поняла Сара. Лив кивнула.

— Он остался в будущем. Я не знаю жив ли он. Не знаю, увижу ли его снова. Я хотела бы сказать ему, что мне жаль. Хотя бы это.

— Прости, я не могу помочь с этим. И не могу узнать, вернешься ли ты домой.

— Я и не хочу знать ничего. Все эти видения, предсказания не приводят ни к чему хорошему. — Сара кивнула. — Но если ты хочешь узнать что-то о своём будущем, спрашивай.

— Нет, я того же мнения, что и ты. Я проживу свою жизнь так, как считаю нужным.

— Но ты уже знаешь, как твоя жизнь закончится.

— Да, знаю. Но не знаю когда это будет и что к этому приведёт. Я хочу быть в вольна своих решениях. — Лив кивнула.

— И все же, Сара, если ты не спасёшь меня, то у тебя будет шанс обрести счастье ещё раз. Подумай об этом. — Сара молчала. — И вообще, если ты спросишь меня, хочу ли я этого. Мой ответ, нет. Сара, дай мне умереть, прошу. Не возвращай меня. Моя жизнь не стоит твоей. Я не сделаю за свою жизнь ничего такого, что будет стоит твоей жертвы. Подумай об этом и прими во внимание мое желание. — Сара кивнула.

— Отдыхай, Оливия. Мы с Питером уже уезжаем. Думаю, мы больше не увидимся с тобой. В этом времени уж точно. — Лив засмеялась.

— До возможной встречи, Сара Клойс. — Сара открыла дверь. — Я горжусь, что я твой потомок. — Сара застыла. — Это честь для меня. — Сара посмотрела на Лив.

— И я очень горжусь, что мой род остановился не на чёрной ведьме, сотворившей много плохого, а на охотнике с большой буквы.

— Наверно гены Питера оказались сильнее твоих. — Сара засмеялась.

— Надеюсь, я увижу тебя снова, Оливия. — Сказала на прощание Сара и вышла из комнаты. Лив закрыла глаза, позволив усталости взять над собой вверх.

Сара спустилась вниз и села на стул рядом с Кристианом и Питером. Она посмотрела на своего мужа.

— Ты не попрощаешься с ней? — Питер покачал головой. Сара вздохнула.

— Ты поблагодарила ее за нас обоих? — Спросил Питер.

— Конечно, Пит.

— Не могу смотреть ей в глаза, после всего. — Признался Питер. — Она могла погибнуть столько раз... не уберёг своего ребёнка, так ещё и чуть не позволил убить ее... — После того, как он все узнал, он более не называл Лив по имени.

— Пит, я чуть не убил ее. — Сказал Кристиан. — Я понимаю, что ты чувствуешь.

— Не стоит мне напоминать об этом, это мысль отнюдь не является приятной мне. — Сказал Питер, посмотрев на друга. — И она не твоей крови.

— К счастью. — Выдал Кристиан. Питер посмотрел на него.

— Если опустить триста лет между нами и добавить тот факт, что она мне в дочери годиться. — Кристиан кивнул. — Если она застрянет здесь, пообещай, что позаботишься о ней. Я не смогу. На мне теперь бремя кулона, а ей нельзя быть рядом с ним.

— Клянусь, Пит. Я сделаю все.

— Спасибо, друг. — Питер встал на ноги. Сара последовала его примеру.

***

23 сентября 1692 года
Салем, Массачусетс

Когда Лив проснулась, уже стемнело. Лив встала на ноги и потянулась. На столе лежала стопка свежих вещей. Лив сразу поняла, что Сара оставила их для неё. Она принялась одеваться.

Лив открыла ручку двери и осторожно вышла из комнаты. Она стала спускаться по лестнице вниз. Когда Лив спустилась с последней ступени, Кристиан повернул голову в сторону лестницы. Он сидел за столом, держа в руках стакан.

— Все уже ушли? — Спросила Лив.

— Да. В Салеме не осталось ведьм и я не стал задерживать никого.

— Но ведь в тюрьме осталось ещё много людей.

— Вот именно, людей. — Лив закусила губу. — Тебе известно что-то, что здесь ещё произойдёт?

— В тюрьму было заключено 150 человек. Был осужден 31 человек, из них 19 человек были повешены, семнадцать из которых стали частью кулона, двое умерли в тюрьме, один умер во время пытки, семеро были приговорены к повешению, но получили отсрочку приговора и затем были оправданы, одна женщина содержалась в тюрьме без суда и затем была продана в рабство за долги, один человек, военный, сбежал. После того, как губернатор Уильям Фипс распустил суд Ойера и Терминера в октябре 1692 года, в декабре был сформирован новый Высший судебный суд, которому было дано указание игнорировать все «спектральные доказательства» или показания пострадавших. В январе 1693 года этот новый суд отклонил обвинения против Сары, и присяжные отметили обвинительный акт как «невежественный».

— Значит мы можем уехать. Никого больше не казнят. — Сказал Кристиан.Лив подошла к нему и встала рядом.

— Убраться из Салема, звучит крайне привлекательно. — Сказала Лив. Кристиан улыбнулся.

— Вы обсудили все с Сарой? — Лив кивнула. Она потянулась к стакану, что был в руках у Кристиана. Лив сделала глоток и нахмурилась.

— Я попросила ее не спасать мне жизнь. Сказала, что не хочу этого.

— А она? — Лив пожала плечами.

— Если я вдруг испарюсь, значит Сара последовала моему совету. Но пока я здесь.

— Почему ты не хочешь этого?

— Все очень сложно. Сложнее, чем я могу объяснить. По правде говоря, всю жизнь там было так. Все сложно и запутанно, и кроваво.

— Так может быть здесь ты сможешь быть счастливой?

— А что для тебя счастье? — Спросила Лив и вернула ему стакан.

— Крыша над головой, тёплая постель, горячий ужин и женщина, которую я люблю рядом. — Лив опустила голову.

— Ты не любишь меня, Кристиан. — Лив посмотрела на него. — Ведь ты совсем не знаешь меня. — Кристиан потянулся к Лив.

— Когда я наставил на тебя револьвер в первый раз, я не увидел ни тени страха в твоих глазах. Ты была уверена в том, что делала и не собиралась отступать. Ты хотела спасти Сару и Жанну и была готова умереть за это. Ты спустилась сюда и убила двух ведьм и только потом подумала о том, что тебе не стоило этого делать, ведь ты могла поменять дальнейшие события. Мне этого более чем достаточно. Мне не нужно знать твой любимый цвет, чтобы знать, какая ты. Я вижу тебя. Ты хороший человек. И я хочу позаботиться о тебе. Я дал обещание.

— Помню, но ты тогда не знал всего, поэтому я снимаю с тебя твоё обещание. — Сказала Лив.

— Обещания так не работают. Да, и я дал слово Питеру. — Лив поджала губы.

— Кристиан, я не знаю, как сложится моя жизнь. Я могу исчезнуть отсюда, а могу остаться навсегда.

— Верно. И что ты будешь делать, если тебе придётся остаться? Куда пойдёшь? Одно твоё не то слово и недалёкие люди обвинят тебя в том, что ты ведьма. Да, и всегда может найтись такой, как Элиас.

— И как ты мне поможешь в этом случае? — Спросила с усмешкой Лив.

— Если ты будешь носить мою фамилию, тебе никто не посмеет ничего сказать и прикоснуться к тебе.

— Потому что? — Скептично спросила Лив.

— Элиас мёртв. Я по всем правам глава охотничьего совета.

— Поздравляю. Ты заслужил это. — Сказала Лив с улыбкой и положила руку ему на плечо. Он положил свою руку поверх ее.

— У меня дом в Алтене. Есть работа, помимо охоты и небольшие сбережения. Если со мной что-то случится, все останется тебе, если ты станешь миссис Хоукинс. — Удивлению Лив не было предела.

— Крис, ты далеко зашёл. — Сказала Лив и убрала руку.

— Нет.

— Поверь, это плохая идея. Я плохая идея. Посмотри, что произошло из-за меня здесь!

— Ты спасла двух невиновных. Позволила одному мужчине прожить жизнь с женщиной, которую он любит. Раскрыла ложь одного из охотников. Благодаря тебе я получил полную власть над охотниками, а не те ошмётки, что бросал мне Элиас. — Лив покачала головой.

— Я разобью тебе сердце. — Прошептала Лив. Кристиан поднялся на ноги и встал перед Лив. Он поднял ее голову вверх, взяв осторожно за подбородок.

— Мое сердце принадлежит мне и мне решать, кому его отдать.

— А что если мое сердце принадлежит другому? — Лив опустила голову. — А его сердце у меня и я каждый день вонзаю в него ножи, потому что не умею вести себя по-другому. А это человек, которого я люблю. А теперь подумай, что я сделаю с твоим сердцем. Подумай, во что я его превращу. — Кристиан кивнул.

— Я не требую от тебя давать мне клятву или быть мне женой во всех смыслах этого слова. Я никогда не стану требовать от тебя больше, чем ты сможешь мне дать. — Лив сглотнула. Кристиан отошёл от неё. Лив же осталась стоять на месте. — Выезжаем завтра на рассвете. Путь будет долгим. Тебе стоит выспаться. — Лив кивнула.

Она не знала, что ещё сказать. Не знала, как убедить Кристиана, что его идея безумна, и что ему нужно бежать от неё. Так и не найдя слов, Лив решила подняться наверх и все обдумать. Кристиан позвал ее. Лив посмотрела на него.

— Если ты вернёшься обратно, можешь пообещать мне кое-что? — Лив кивнула. Кристиан подошёл к ней. — Ты сказала, что совет охотников в твоё время лишь пустой звук. — Лив опять кивнула. — Я верю, что это можно изменить. — Лив нахмурилась. — Пообещай мне, что постараешься вернуть совету его былое величие.

— Кристиан, не хочу тебя разочаровывать, но я там не большая рыба. Скажу больше, некоторые охотники даже держат меня на крючке.

— Это не имеет значения. — Кристиан потянулся в карман и протянул Лив пряжку, похожую на ту, которую вчера бросил ей в руки Питер. — Это носят члены совета, которые имеют права голосовать. — Лив кивнула.

— В мое время таких не осталось. По крайней мере, я не слышала о них. — Сказала Лив. Кристиан перевернул пряжку со звездой и Лив прочитала:

— Caput concilio.

— Глава совета. — Перевёл Кристиан. — В экстренные случаи, если глава болен или ранен или не может присутствовать на совете, тот, кто держит это имеет такую же власть, как и он. Я отдаю это тебе в надежде, что ты сможешь вернуть совету в твоём времени былую славу. — Лив округлила глаза. Кристиан открыл руку Лив и вложил свою пряжку в ее руку.

— Обещаю, что сделаю все, что смогу. — Кристиан улыбнулся.

— Я помогу тебе. Если вернёшься, найди мой охотничий дневник. — Лив нахмурилась.

— Что в нем? Краткий курс, как заставить упрямых ослов-охотников моего времени слушать меня?

— Что-то в этом роде. — Ответил с улыбкой Кристиан. Лив кивнула.

***
317 лет спустя
Веллингтон, Огайо

Дин доехал до пустынного места и выключил мотор.

— Думаешь, сработает? — Спросил Сэм.

— Других вариантов все равно нет. — Ответил Дин и вышел из машины. Он достал свой пистолет и стал стрелять в небо. — Ладно, сукин сын! Мы согласны! — Закричал во все горло Дин.

Трикстер появился перед ним с его привычной ухмылкой на лице.

— Ого. Сэм, какие у тебя красивые диски. — Съязвил он.

— Пошел ты. — Выдал Сэм.

— Готовы сдаться, ребята? — Спросил Трикстер и потёр ладони друг об друга.

— Не так быстро. — Решил начать с условий Дин. — Ничего не будет, пока у Сэма не появятся отстоящие большие пальцы.

— А какая разница? Сатана так или иначе приспособит его. — Сказал Трикстер. Дин просто испепелял его взглядом. Трикстер кивнул и щёлкнул пальцами. Дверь Импалы открылась и из неё вышел Сэм. Дин вздохнул с облегчением. — Доволен? — Спросил Трикстер.

— Теперь верни Лив. — Потребовал Сэм. Трикстер посмотрел на него.

— Знаете, по моим последним данным, Лив не так уж плохо там, где она сейчас. — Сказал Трикстер.

— Верни ее. Нет Лив, нет сделки. — Сказал Дин. Трикстер посмотрел на небо и вздохнул.

— Договорились. — Сказал он и щёлкнул пальцами.

За спиной Дина и Сэма появилась Лив. Дин обернулся первым. На ней было длинное темное платье с белым фартуком и собранные наверх волосы. Лив открыла рот от удивления. Они оба бросились друг к другу. Лив зажмурила глаза и вздохнула аромат Дина полной грудью. Дин поцеловал ее в макушку.

— Я думала, я больше никогда тебя не увижу. — Сказала Лив. Дин покачал головой.

— Я бы никогда тебя не оставил. — Сказал Дин. Он отпустил ее и Лив посмотрела на Сэма. Он широко улыбнулся ей и подошёл. Сэм обнял ее. Когда она обнимала Сэма, подняв глаза, Лив увидела Трикстера. Лив отпустила Сэма и направилась к нему.

— Ты, чертов сукин сын! Ты отправил меня в Салем на суд ведьм! — Братья пересеклись взглядами. Трикстер кивнул.

— Боялась, что тебя сожгут на костре? — С усмешкой спросил Трикстер. Лив закричала и бросилась на него. Дин успел схватить ее.

— Я убью, тебя! Я говорила, что убью тебя! Мне не нужен кол, а тебе голыми руками сердце вырву! Я провела в прошлом почти два месяца, ты, поганая тварь! — Сэм резко посмотрел на Лив.

— Лив, постой, прошу, не кипятись. — Просил ее Дин. Сэм же был ошарашен ее словами.

— Не кипятись? Не кипятись?! — Обратилась Лив к Дину. — Зачем ты сделал это? — Кричала Лив на Трикстера. — Ты, подонок, хотел убить меня! — Трикстер скрестил руки на груди. Он был очень спокоен, что ещё больше злило Лив.

— Неправда. Если хотел, убил бы! — Лив высвободилась от рук Дина. — Но ты жива.

— Ты думаешь, я идиотка? Думаешь, я не поняла почему ты послал меня туда? Ты хотел, чтобы кулон семнадцати затянул душу Сары, которой она закрепила заклинание и тем самым, сняла ее! Без этого заклинание я почти мертва!

— Что? — Спросили Сэм и Дин в унисон. Трикстер вздохнул.

— Ты бы лишь мешала из-за своего недоверия и обиды на Небеса и всех вокруг. Даже после того, как я показал тебе во сне, что случится, ты все равно осталась стоять на своём! И я решил вернуть старую тебя. Она, конечно, тоже заноза в заднице, но не такая, как ты сейчас!

— Стой. Кошмары нам насылал ты? — Спросил Сэм. Трикстер кивнул.

Лив стала делать шаги назад. В голове появилось много мыслей и ещё больше несостыковок. В голове друг к другу тянулись разные нити. Лив внимательно смотрела на Трикстера. Он хлопнул ладонями. Лив вздрогнула от неожиданности.

— Это все в прошлом! Забудем об этом! И вернёмся к делу. Я выполнил свои условия. Лив здесь. Ваша очередь. — Лив посмотрела на братьев.

— Какие условия? О чем он? — Спросила Лив.

— Я тебе все объясню. — Сказал Дин, смотря на Трикстера.

— Начни сейчас! — Потребовала Лив.

— Лив, мы тебе все объясним, клянусь, но замолчи сейчас, прошу. — Попросил Сэм. Лив подняла брови. Трикстера это позабавило.

— Да, все в силе. — Сказал Дин. — Только скажи-ка мне вот что. Почему кол тебя не убил? — Трикстер широко улыбнулся. Лив нахмурилась.

— Я же Трикстер. — С ухмылкой ответил полубог. Дин кивнул.

— А, может, и нет. — Сказал Дин. Сэм достал зажигалку, зажег ее и бросил на землю. Огонь стал идти по невидимому кругу и через секунду замкнулся. — Может, ты всегда был ангелом. — От этого заявления у Лив в голове зазвучали колокола. Трикстер засмеялся.

— Кем?! Кто-то дал тебе наркоты, мальчик?

— Сделаем вот как. Ты просто выйди из огня и мы признаем свою ошибку. — Заявил Дин. С лица Трикстера пропала улыбка. Он резко стал серьёзным.

Внезапно они оказалась не на поле, а внутри старого сарая. Лив стала смотреть по сторонам.

— Отлично сработали, парни, отлично. Где достали святое миро? — Спросил он. — Где я ошибся?

— Ты и не ошибался. — Сказал Сэм. — Но никто не смог бы пересилить Каса, а тебе удалось.

— Ты закинул меня в прошлое. Это были не декорации. Захария уже делал подобное. Как я сразу не догадалась что ты. — Сказала Лив.

— Тебя выдало то, как ты говорил о конце света. — Сказал Дин.

— В смысле? — Спросил ангел.

— Личный опыт. Так злится только тот, кто говорит о своей семье. — Сказал Дин.

— Ты который? Ворчун, Тихоня или Чмошник? — Спросил Сэм.

— Гавриил. — Признался он. — Меня зовут Гавриил. — Лив открыла рот от удивления. Он посмотрел на неё. Лив покачала головой, не веря ушам.

— Гавриил? Архангел? — Спросил Сэм. Такого исхода не ожидал никто.

— Нет. — Сказала со страхом в голосе Лив. — Этого не может быть. Ты лжёшь! — Архангел все ещё смотрел на неё. — Скажи, что лжёшь! Ты не можешь быть им! — Закричала Лив.

— Почему это, Лив? — Не очень понял Сэм. Дин же просто смотрел на Лив. Ее ладони были сжаты в кулак, а тело напряжено до предела.

— Потому что я его сосуд. — Выдала Лив. Дин бросил взгляд на Гавриила.

— Что? Как понять сосуд? Он уже в сосуде! — Сказал Дин.

— Да, так уж вышло. — Сказал Гавриил. — Этот костюмчик хорош, — он коснулся своей куртки, но имел ввиду свое нынешнее вместилище — но она это — Гавриил посмотрел на Лив — словно самые удобные туфли.

Дин и Сэм посмотрели на Лив. Она молчала. Но никто не знал, что происходило сейчас в ее голове.

— И как ангел стал Трикстером? — Спросила Лив, смотря ему в глаза.

— Моя собственная программа по защите свидетелей. Я слинял из Рая, поменял лицо, нашел себе свой уголок в этом мире. До вашего появления все было хорошо.

— И что сказал папочка,
когда ты свинтил к язычникам? — Спросил Дин.

— Ничего папочка не говорил. — Сказал Гавриил. Лив нахмурилась.

— Тогда что произошло? Почему ты сбежал? — Спросила Лив.

— Разве его можно винить? Его братья — козлы, каких свет не видел. — Сказал Дин. Гавриил поменялся в лице.

— Заткнись! Ты ни черта не знаешь о моей семье. Я любил своего отца, моих братьев. Я любил их. Но наблюдать, как они ссорятся? — Гавриил посмотрел в глаза Лив. — Восстают друг против друга? Я не мог на это смотреть, понятно? И я сбежал. — Лив опустила взгляд. — А теперь все по-новой.

— Тогда помоги нам остановить это. — Предложил Сэм.

— Этого не остановить. — Отрезал архангел. Лив подняла глаза.

— Миру приходит конец. И ты ничего не будешь делать? — Спросила Лив.

— Я просто хочу, чтобы это закончилось. И теперь по вашей милости я смотрю, как мои братья убивают друг друга! Рай, Ад, мне плевать, кто победит! Я хочу, чтобы все закончилось! — Повысил голос Гавриил. Лив покачала головой, не веря ушам.

— Все может быть иначе. Есть же какой-то способ остановить все это. — Не хотел верить в обратное Сэм.

— Вы не знаете мою семью. То, что вы называете Апокалипсис, я называл воскресным обедом. Потому этого не остановить, потому что главное тут не война. А два брата, которые любили и предали друг друга. Ваша ситуация очень похожа.

— О чем ты? — Спросил Дин.

— Наивные ребята. — Пробормотал архангел. — Почему именно вы являетесь вместилищами? Подумайте. Михаил, — Гавриил указал на Дина — старший брат, верный отцу, которого нет рядом. Люцифер, — Он указал на Сэма — младший брат, бунтующий против отца. Гавриил, — он указал на себя — который сильнее всех любил и уважал Михаила и был очень близок с Люцифером, и просто не мог терпеть их ссор и никогда не выбирал сторон! — По телу Лив пробежали мурашки. — Дин, Сэм, вы были рождены для этого. Это ваша судьба! Вы были избраны! Как тому быть в Раю, так тому быть на земле. Один брат должен убить другого. — Гавриил посмотрел на Лив. — А тебе придётся наблюдать за этим и жить с этой болью. Обратно ты получишь в лучшем случае одного из них. — У Лив зазвенело в ушах от этих слов. Она отвернулась от архангела. Его взгляд будто пронзал ее насквозь. Она слышала боль в его голосе и видела в ней отражение своей.

— О чем ты? — Спросил Дин.

— Почему, по-вашему, я всегда проявлял к вам такой интерес? Потому что с того самого момента, как отец подарил Земле жизнь, мы знали, что вы эту жизнь отнимите. Всегда.

— Нет. Этому не бывать. — Сказал Дин. Гавриил вздохнул.

— Мне жаль, но все так и случится. Парни, я бы хотел, чтобы это был сериал. Все просто, счастливая концовка. Но это жизнь. И все закончится плохо для всех нас. Именно так все и будет. — Лив повернулась. Все молчали. Никто не мог найти слов. — Итак, что теперь? — Архангел сменил свой голос снова на весёлый. — Так и будем друг на друга смотреть?

— Во-первых, ты вернешь Каса. — Потребовал Дин.

— Да? — С усмешкой спросил Гавриил. Лив посмотрела на него.

— Да. А иначе мы обольем тебя святым елеем, и у нас тут будет архангел во фритюре. — Сказала Лив. Гавриил видел в ее глазах ярость и обиду. Он задался вопросом, к кому же была обращена ее обида. Неужели к нему? Он кивнул. Следом щёлкнул пальцами и Кастиэль появился чуть поодаль.

— Кас, ты в порядке? — Спросил Дин, посмотрев на ангела.

— Да. — Ответил ангел. Он внимательно смотрел на своего родного брата. — Здравствуй, Гавриил.

— Привет, брат. — Ответил архангел. Кастиэль посмотрел на Лив, которой он совсем недавно сообщил имя своего брата, чьим сосудом она являлась. — Как продвигаются поиски папочки? Дай-ка угадаю. Никак. — Ответил он. Кастиэль смотрел и молчал.

— Ладно, нам пора. — Сказал Дин. — Сэм, Лив, пошлите.

Дин направился к выходу первым. Следом за ним пошёл Сэм. Лив и Кастиэль же все ещё смотрели на архангела. У обоих было много чего, что они хотели сказать и спросить, но они молчали.

Кастиэль первым решил последовать за Винчестерами. Лив все ещё стояла. Гавриил также смотрел на неё. Она лишь покачала головой и быстрым шагом пошла за ангелом.

— Эй? И что? Вы так и оставите меня здесь? — Спросил архангел.

— Нет, не оставим. — Ответил Дин и нажал на кнопку пожарной тревоги у выхода. С потолка полилась вода, которая стала медленно тушить кольцо огня. — Потому что мы не издеваемся над людьми, как ты. — Дин повернулся лицом к Гавриилу. — И, кстати, главное здесь не бои на кубок между твоими братьями или неотвратимая судьба! Главное здесь то, что ты слишком боишься идти против собственной семьи! — Лив сглотнула. — И не говори, что я ничего для тебя не сделал. — Сказал на прощанье Дин и вышел из сарая.

Злость над Лив взяла вверх. Она развернулась и направилась обратно к Гавриилу. Масло все ещё горело, а даже если и нет, это не остановило бы Лив.

— Твои братья утверждают, что мы похожи. И именно из-за этой схожести они убили мою мать и сделали из меня охотника. И знаешь что? Я смирилась с этим. Но сейчас я смотрю на тебя и не вижу между нами ничего общего! Я бы никогда не бросила семью, даже если их отношения причиняли бы мне боль. Я бы сделала все, чтобы исправить положение. — Гавриил приоткрыл рот. — Ты не думал о том, что если бы ты остался, возможно, мы бы не были там, где мы сейчас. Возможно, ты мог бы остановить это. — Лив опустила голову. — Они оба не правы. И Люцифер и Михаил лишь эгоисты, не видящие всей картины. — Лив подняла голову. — Но ты видел. Понимал, к чему все ведёт. И ты взял и ушёл. — Повысила голос Лив.

— Мое присутствие потребовало бы от меня выбрать сторону. — Раздался голос Гавриила. — Ты бы смогла выбрать кого-то одного из них на моем месте?

— К черту их обоих. Я бы билась за людей. — Выдала Лив. — За всех невинных творений твоего отца, которые падут в перекрёстном огне. И знаешь, что Гавриил, если бы ты пришёл ко мне и сказал бы, что хочешь остановить своих братьев. Я бы сказала тебе «да». — Гавриил округлил глаза. — Михаила и Люцифера я понять могу. Плохое или хорошее, они делают хоть что-то. А ты? Имея такую силу, ты бездействуешь. Мне стыдно, что я твой сосуд. Лучше б ты был мёртв. — Бросила Лив и пошла к выходу. Дин пересекся с ней взглядами, пока она шла к нему навстречу.

— Говоря о моей силе, я могу вернуть тебя обратно. — Сказал Гавриил. Кастиэль, слышавший весь разговор, первым повернулся.

— Угрожаешь мне? — Спросила Лив. Дин посмотрел на Кастиэля, насторожившись.

— А ты всегда думаешь о людях плохо? — Спросил Гавриил.

— Как правило, я не ошибаюсь, да, и ты не человек.

— Я могу вернуть тебя к нему. — Лив застыла, а потом медленно повернулась. — Как его звали? Кристиан? — Лив закрыла глаза. — Он разбит из-за твоего исчезновения. — Лив сглотнула.

— Он знал, что рано или поздно это случится. — Сухо ответила Лив. Гавриил усмехнулся.

— И все-таки подумай. Там тебе не придётся ни о чем думать и волноваться. Конца света там, на твоем веку, не будет. Могу поделиться своей программой по защите свидетелей и ты будешь в полной безопасности в 17-м веке. Ты можешь быть счастлива там и ты знаешь это. И у тебя никто не заберёт то, что ты так боишься потерять, даже не имея. — Лив опустила голову. Дин и Сэм подошли к ней. Она краем глаза глянула на них. А потом покачала головой.

— Я не брошу свою семью ради мнимого счастья.

— И пожалеешь об этом. — Сказал архангел. Лив повернулась и на этот раз вышла из сарая. Она направилась к Импале и села на заднее сидение. Дин и Сэм о чём-то поговорили с Кастиэлем и он исчез. Братья направилась к машине и почти синхронно открыли двери. Оба сев в машину, посмотрели на Лив. Потом братья переглянулись. Дин отвернулся и завёл машину. Сэм все ещё смотрел на Лив. Она же смотрела на свои пальцы, а точнее на один палец. Лив закрыла глаза и покачала головой.

Почему же все так сложилось? Лив за всю жизнь повстречала разных людей. Кто-то желал ей зла, кто-то добра, кто-то искренне хотел помочь, кто-то делал это лишь из собственной выгоды, кто-то хотел убить ее, а кто-то готов был пожертвовать собственной жизнью, чтобы спасти ее. Сколько людей, столько судеб. Кому-то Лив отплатила в полной мере за их поступки, кого-то она простила, а кто-то мёртв и гниет в земле, а кто-то оставил в сердце Лив глубокий след, который она бережно хранит в своём сердце.

Лив не нравилось мысль, что она идёт по дороге жизни, разбивая людям сердца. Она играет чувствами людей, лжёт, скрывает, срывается на них. Неужели это та, кто она есть на самом деле? Неужели это настоящая Лив? У Лив не было ответа.

Даже, если это так, Лив этого не хотела. Она не скучала по своей чувствительности, но ей было не по себе от того, что она не чувствует то, что должна из-за того, что исчезла из прошлого и оставила Кристиана одного. Лив раньше всегда принимала чужие чувства близко к сердцу и это иногда сводило ее сума.
Но нынешнее предательское спокойствие внутри уже начинало беспокоить Лив. Она начинала считать себя ужасным человеком из-за того, что так пренебрегает чувствами других людей.

Внутри у Лив был ещё один вопрос, который просто висел у неё перед глазами, а Лив отказывалась его читать. Она знала, что этот вопрос на долго погрузит Лив в мысли, но ответа она так и не найдёт.

Хотела ли Лив на самом деле остаться в прошлом? Если да, то что толкает ее на это? Страх? Безысходность? Нежелание справляться со всем, что навалилось на неё за всю жизнь?

Лив на самом деле устала от ответственности, что была ней. Устала проигрывать, устала терпеть одну неудачу за другой, устала видеть смерть.

А может Лив тянет туда другое?

Лив посмотрела на Дина. Он вёл машину и часто подглядывал на Лив через зеркало заднего вида.

Она помнила, что промелькнуло у неё в голове, когда Кристиан наставил на неё револьвер в конюшне. Это был Дин. Только Дин и лютый страх не увидеть его снова.

Выходит, это всегда был и будет он. От этой мысли Лив стало не по себе.

Но если Лив знает, что чувствует, если и Дин знает чего хочет, к чему же эта стена? К чему эти доспехи? Лив не могла дать точный ответ.

С расколотой душой или нет, под заклинанием или нет Лив была и будет пленницей своих собственных страхов, которые она размножила в своей голове. Эти страхи управляли ею всегда. Они те камни, что тянут Лив ко дну.

Страх стать слабой, беспомощной, наверно, знаком всем. Но для Лив это не пустой звук. Ее всю жизнь упрекали за эти качества.

Лив хотела быть сильной, как ее мать, стойкой, как Джон. Она цеплялась за эти качества и взрастила их в самой себе. Но было ещё кое-что, что сидело в Лив. Она хотела счастья. Не важно верила ли Лив в то, что может получить его, она все равно хотела этого. Она знала, что это очень дорогой дар, который достаётся не каждому. Она понимала насколько малы ее шансы и, как с каждым днём они с геометрической прогрессией стремятся к нулю.

***

Лив стояла на крыльце дома Бобби, попивая виски. После того, что Лив пила в Салеме 317 лет назад этот крепкий напиток казался Лив легким коктейлем. Лив залпом допила все, что было в стакане и посмотрела вперёд. Лив стояла улице, потому ей не хотелось ни с кем говорить. Она не хотела ненужных вопросов, не хотела говорить о том, что с ней произошло в прошлом, не хотела говорить о том, что она узнала. Да, и Лив хотела все обдумать, рассортировать свои мысли.

Лив сосуд более не пропавшего ангела и даже не ангела, а архангела. Конечно, это расставило многое на свои места, но Лив от этого было не легче.

В битве между двумя сильнейшими существами на земле, сосудами которых являются сильнейшие из людей, Лив достался архангел, который не просто не желает войны, а убегает и прячется от неё, толкая вперёд других, ожидая, что они все решат за него.

Лив задумалась о себе. Она никогда не бежала с поля битвы, а наоборот чаще, чем нужно лезла на рожон. Лив было тяжело бездействовать, быть в стороне и доказательством этому служит ее поведение в Салеме.

Лив положила стакан на перила и взяла бутылку с пола. Она наполнила стакан почти полностью и положила бутылку опять на пол. Лив отпила немного и посмотрела на двор Бобби. Хоть его дом не был центре до него все равно доносился гул машин. За то время, что Лив провела в прошлом, она отвыкла от этого шума. Ей нравилось стоять ночью на крыльце дома в Алтане и слушать тишину. Лив опустила взгляд на перила. Она подняла свою левую руку, на котором раньше было кольцо, которое дал ей Дин. Лив ведь так и не ответила ему согласием. Он погиб быстрее, а вернувшись все обернулось плохими последствиями для них обоих.

Лив считала, что больше никогда не оденет кольца на палец. Первого опыта ей хватило. Но судьба распорядилась по-другому. Лив смотрела на тонкое серебряное кольцо в виде переплетающихся между собой веток. Она закрыла глаза. Лив не хотела забирать его. Она не раз твердила Кристиану, что оно может пропасть с ним навсегда, но он упрямо стоял на своём и Лив более не стала спорить.

Вернувшись в 2009-й год Лив не верилось, что она согласилась на такое. В 1692-ом году это казалось Лив разумным решением, а сейчас ненужной глупостью, которая лишь усугубило расставание.

Она думала о Кристиане. А точнее о том, что принесло ему ее исчезновение. Лив сделала несколько больших глотков.

Она принесла ему ненужную боль. Вот что Лив натворила своим присутствием. Да, это была не ее вина и Лив лишь пыталась выжить, но каждое решение там все-таки принимала сама Лив. Никто не заставлял ее. Никто не заставлял ее подходить к охотнику со шрамом и простить у него приюта, никто не заставлял ее лезть в совет и в охоту, никто не заставлял Лив идти к алтарю и позволять ему одеть кольцо на ее палец. Все это решила сама Лив.

Похолодало. Лив стала мерзнуть. Ей уже долгое время было холодно. Согреться она смогла лишь однажды после раскола души. В 2014-ом году, когда провела ночь с Дином. Лив взглянула в окно дома Бобби. Дин о чём-то говорил с Сэмом.

Лишь шаг. Шаг и Лив сможет снова почувствовать тепло.

Лив отвернулась допила, все, что было в стакане. Потом Лив взяла стакан, бутылку в руки и зашла в дом.

Бобби сидел за своим рабочим столом и читал очередную книгу, делая пометки у себя в дневнике. Лив подошла к нему. Она положила стакан на стол, налила туда виски и толкнула стакан в сторону Бобби. Он поднял голову.

— Мне нужно, чтобы ты мне помог с кое-чем. — Начала Лив. Бобби вопросительно на неё посмотрел. — Мне нужно, чтобы ты нашёл дневник охотника по имени Кристиан Хоукинс.

— Что ты опять задумала? — Спросил Бобби громче, чем рассчитывал. Дин и Сэм посмотрели в его сторону и осторожно подошли. Лив слышала их шаги за спиной.

— Ничего такого.

— Да? Я все ещё помню про дневник Питера Клойса! — Лив опустила голову. Это имя теперь приобрело совсем другое значение для Лив.

— Эти два дневника принадлежат мне, знаешь? — Спросила Лив. Бобби нахмурился. Он взял стакан и выпил все в нем. Он посмотрел на братьев. Они пожали плечами.

— Пей поменьше, у тебя белая горячка. — Посоветовал Бобби.

— Я серьезно, Бобби.

— Что ты серьезно? Говоришь, как тот чокнутый Джордан, который собирал дневники охотников. — Лив кивнула.

— Питер Клойс мой предок. Во мне течёт его кровь. — Выдала Лив на одном дыхании. Бобби застыл, братья подошли к столу и встали по обе стороны от него.

— Что? — Спросили Дин и Сэм одновременно.

— Узнала в Салеме. Кстати, Сара тоже. — Лив посмотрела на Дина. — Поэтому она доверила мне кулон и спасла мне жизнь. Вот вам недостающий кусочек пазла, что больше не даёт вам права оскорблять ее.

— Сара твой предок? — Не верил тому, что сейчас произнёс Дин. Лив кивнула. Дин покачал головой. — Черт. Вот это открытия о тебе за последние 24 часа.

— Про Клойса поняли, зачем тебе дневник другого... как его? — Спросил Сэм.

— Кристиан. — Ответила Лив. — Кристиан Хоукинс.

— И по какому праву этот дневник принадлежит тебе? — Спросил Бобби. Лив положила левую руку на стол. Бобби посмотрел на руку, а потом независимо от себя на Дина. Сэм же первым делом посмотрел на Лив, а только потом на брата.

Дин, не отрывая глаз, смотрел на кольцо на пальце Лив. Он сморщил нос от злости и сжал ладони в кулак. На кого он злился сейчас? На Лив? Или на Кристиана? А может на обоих?

Лив посмотрела на Дина. Он сразу же постарался спрятать все эмоции с лица, но было поздно. Лив отвела взгляд. Лучше так, чем лгать, подумала Лив.

— Как это произошло? — Спросил Сэм.

— Я не знала вернусь ли. 17 век место отвратное, не советую для экскурсий. — Съязвила Лив. — Я попала в Салем 22 сентября 1692-го года, а в 2009 было 9 ноября, сегодня 12-е. Я исчезла из Алтена, Делавэр, тоже 12-го ноября.

— Черт, ты провела там... — сказал Сэм.

— 51 день. — Опередила его Лив. — Я считала. — Лив посмотрела на Дина. — Я отказывалась в начале, но Кристиан настаивал. Через неделю, я уже потеряла надежду, что смогу вернуться домой. У меня не было ничего. Я рассказала Кристиану все в первый же день и он посчитал своим долгом позаботиться обо мне. Позже я узнала, что и Питер просил его об этом. Кристиан дал ему клятву. — Лив посмотрела на кольцо на своей руке. — Я стала женой главы совета охотников. — Бобби ахнул. — Вот кем был Кристиан. Он сказал, что в его дневнике есть кое-что для меня. Просил отыскать его. — Лив посмотрела на братьев по очереди, а потом на Бобби. — Так что его дневник мой по праву замужества, в котором все вещи после его смерти достаются мне. — Лив опустила голову. — Бобби, ты знаешь, что с ним стало? — Бобби покачал головой. — Ясно, что он мёртв. Но я хочу знать, как это случилось. Долго ли он прожил, был ли счастлив.

— Я поднапрягу связи и найду дневник. — Сказал Бобби. Лив улыбнулась ему.

— Спасибо.

Дин отошёл от стола и вышел в гостиную. Мысли крутились в голове так быстро, что Дину казалось, что они захлестнули его с головой, словно волна цунами. Перед глазами была пелена ревности. Это было первое, что он чувствовал. Его трясло от одной мысли, что Лив, его женщина, была с кем-то другим на протяжении столь долгого времени, что кто-то другой прикасался к ней.

— Не верится, что ты сделала это. — Сказал Дин, стоя спиной к Лив.

Лив, сидевшая на стуле, повернулась к нему. Сэм и Бобби посмотрели друг на друга. Бобби подумал о том, что ему бы сейчас встать, да уйти и потащить Сэма за собой, вот только он не мог сделать это быстро и не заметно, ведь чтобы оставить Дина и Лив одних, им нужно было подняться на второй этаж, что было невозможно для Бобби в его нынешнем состоянии. Это мысль промелькнула и в голове Сэма.

— Сделала что? — Спросила Лив.

— Вышла замуж, черт возьми! — Сказал Дин. Лив встала со стула.

— Ну, прости, так уж вышло. Я не хотела застревать в прошлом! Гавриил бросил меня там, если ты не забыл. И я не знала, что вернусь, не знала живы ли вообще. Мне нужно было как-то выживать!

— Выживать? Ты называешь кольцо на пальце выживанием? — Лив подошла к Дину. Она видела, что его ослепила ревность и злость. Лив до раскола стала бы его успокаивать и промолчала бы, но той Лив больше не было.

— А что я должна была там делать? Там не угонишь машину, потому что ее пока не придумали, не остановишься в мотеле, потому вместо них чертовы таверны, в которых полно пьяных быдло-мужчин, теряющих голову при виде одинокой женщины! Там нельзя воровать кредитки, потому что их пока тоже не изобрели! Я не могу, как здесь сесть в баре за стол с мужчинами и выиграть их на деньги в покер или в пул! Мое не знание многого об этом времени сразу бросалось в глаза. Стоило мне только открыть рот, как люди удивлялись моему акценту и новым словам, которых никогда не слышали, потому что так тоже ещё не говорят! — Тараторила Лив. — Меня чуть не убил охотник, потому что он понял, что со мной что-то не так. — Дин повернулся к Лив лицом. — Ты думаешь, о пули в лоб? Он избил меня до полусмерти. — Дин сжал челюсть. — И если бы Крис не явился вовремя, то меня убил бы либо этот охотник, либо заклятие пало бы из-за близкого нахождения к кулону Сары.

— Теперь ты так благодаришь тех, кто спасает тебя? Отдаёшься им? — Спросил Дин. Лив подняла брови не веря ушам. Сэм закрыл лицо руками. Бобби посмотрел на стакан, который был пуст. Лив же покачала головой.

— И что я нашла в тебе? — Спросила Лив. Дин посмотрел в глаза Лив. Он уже успел сто раз пожалеть о том, что сказал. Но было поздно. Лив не стала продолжать этот разговор и прошла мимо Дина, чтобы подняться на второй этаж.

— Если это на самом деле было лишь для того, чтобы выжить, почему не сняла его, как вернулась? — Спросил Дин.

Лив остановилась и посмотрела на кольцо на пальце. Она помнила, как Кристиан одел его ей на палец. Помнила ветхую церквушку, старого пастора с ржавым крестом на шее и потертую Библию. Помнила, как одела второе кольцо на палец Кристиана. Помнила клятву, что произнесла, как в трансе. Помнила, как он поцеловал ее, понимая, насколько больше этот поцелуй значит для него, чем для неё. Лив отвела взгляд от руки.

Кристиан был полон понимания к ней. Он не требовал ничего, кроме уважения к себе. Лив не лгала ему за все ее пребывание в прошлом. На любой его вопрос Лив отвечала правдой. От этого на душе ей было очень спокойно. Ей было спокойно от того, что он понимал насколько сложна ее ситуация и не пытался подбодрить или отвлечь ее. Он давал Лив время побыть наедине со своими мыслями, когда ей это было нужно. Лив же, вдоволь обдумав все, сама подходила к нему и первая начинала шутить и смеяться.

Кристиан принимал всю ее резкость и грубость, не свойственную для женщин того времени, хотя часто просил Лив помалкивать на людях. Он всегда был аккуратен с ней. Не делал замечаний при людях, но всегда указывал на ее ошибки, когда они были одни. Лив понимала, что он делал это, чтобы защитить ее от злых глаз и слухов, поэтому, не смотря на бурный характер Лив, из-за которого Кристиану однажды пришлось оттаскивать ее от женщины, которой, по словам самой Лив, она собиралась выколоть глаза, Лив молчала и позволила Кристиану говорить. А говорил он долго. Он почему-то считал, что чем длиннее длится его речь, тем больше информации останется в голове Лив. Иногда Лив не понимала, как он терпел ее и ее выходки.

Кристиан лишь менялся, когда его дом посещали охотники. Он становился суровым, хмурым, даже грубел его голос. Он молчал и просто смотрел на Лив, прося ее глазами подняться наверх. Что до безумия злило Лив. Но она понимала, что любой своей колкостью или словом может скомпрометировать Кристиана перед другими охотниками. А это было не ее время, а значит, она не имела права. Поднимаясь наверх, Лив думал лишь об этом, что будь это ее время, Кристиан бы так легко не отделался.

Лив вспомнила их разговор, который состоялся между ними, когда они вышли из церкви. Лив молчала и украдкой смотрела на Кристиана. Он же сразу это заметил и выдал:

— Не вздумай заявиться ко мне ночью, поняла? — Лив нахмурилась от столь резкого заявления.

— Прости, что? — Кристиан повернулся к Лив.

— Когда я одел кольцо тебе на палец, то посмотрев в твои глаза, я увидел тонну благородности. А учитывая, как долго ты шла к этому, ты считаешь себя должной мне. Из этого чувства, ты можешь посчитать, что обязана дать мне что-то взамен. — Лив приоткрыла рот. — Это не так. Ты поняла меня? — Лив кивнула. — Рад, что мы выяснили это. — Ответил Кристиан и прошёл вперёд к своей лошади. Лив просто смотрела на него. Он повернул голову и заметил ее взгляд. Он поднял брови. — Что? — Лив покачала головой.

— Я просто не знаю теперь вообще, что мне делать и как вести себя. — Кристиан вздохнул и подошёл к Лив.

— Веди, как вела. Я не стану контролировать или ущемлять тебя. Но твои действия покажут, насколько ты уважаешь отношения между нами. — Ответил Кристиан.

— Так просто? — Спросила Лив.

— Это сложнее, чем тебе кажется. — Лив просто кивнула. — Нам пора. Хочу доехать до того, как солнце сядет.

Лив помнила этот долгий молчаливый путь. Помнила, как они доехали до Алтена и Кристиан показал ей свой дом. Он был небольшим, но, на удивление Лив, очень уютным. Кристиан снова уступил ей свою комнату, а сам спал внизу на полу перед камином. В первую же ночь Лив сидела на ступеньках, укутавшись в плед, и смотрела то на спящего Кристиана, то на огни камина.

Лив отогнала воспоминания, подняла глаза и посмотрела на Дина.

— Я не сниму кольцо. — Ответила Лив Дину. — И мне плевать, что ты думаешь об этом. — Лив посмотрела на Бобби и Сэма, которые все еще были в кабинете Бобби, из которого прекрасно была видна гостиная. — И я не хочу больше возвращаться к этой теме. Касается всех. — Лив посмотрела на Сэма. — Я попросила Бобби помочь. Вас обоих это не касается. — Лив перекинула взгляд на Дина. — Всем спокойной ночи. — Пожелала Лив и поднялась вверх по лестнице.

***

Балтимор, Мэриленд

— Ты не говорила на прошлых сеансах об этом мужчине. — Лив пожала плечами. Квентин передал Лив чашку с травяным чаем. Лив забрала ее.

— Вы не спрашивали. И я не очень хотела говорить о Крисе. Это было не просто в прошлом, а ещё и не в моем собственном прошлом. — Квентин кивнул.

— Между вами на самом деле было просто сожительство или все-таки была связь?

— Доктор Мёрфи, вы спрашиваете меня спала ли я с Крисом? — Квентин сел на своё кресло и сделал глоток чая.

— Верно.

— Как это может лечению?

— Это поможет мне понять тебя. И то, что происходило у тебя в голове тогда.

— Что это значит?

— Даст понять многое о твоих чувствах.

— К кому?

— К трём людям, которые присутствовали и присутствуют в твоей жизни. — Лив сделала глоток. Она прекрасно понимала, о ком идёт речь. — Или же ты можешь сказать сама. Начнём с Дина.

— Да, я спала с Крисом. — Сразу же ответила Лив. Она была готова на все лишь бы не говорить о Дине. — Довольны? Это было мое решение. Я сама пришла к нему. Из чувства долга? Не знаю. Больше нет, чем да. Я знаю одно. Мне этого хотелось и я это сделала, потому что, почему нет? — Спросила Лив саму себя. — Может из благодарности, что он спас мне жизнь и женился на мне, спросите вы. — Лив пожала плечами. — Возможно, но это было не один раз. И я не чувствовала угрызений совести или стыда. Мне это нравилось. — Квентин снова просто кивнул, записал что-то у себя в блокноте и задал следующий вопрос:

— Отчего такая привязанность к вещам? — Сменил он тему. Лив иногда не успевала за ним.

— О чем вы?

— Мы не мало видимся с тобой и на тебе всегда стабильно три украшения. Крест на шее, охотничий браслет на руке и кольцо на пальце. При этом более ты ничего не носишь.

— Я не люблю украшения. — Просто ответила Лив. — А это — Лив коснулась шеи и подняла руки, показывая украшения — это подарки от важных мне людей.

— От кого?

— Крест от Пастора Джима. Возможно, вы знали его. Он пытался воспитать во мне прошение к тем, кто навредил мне и моей семье. Браслет сделал папа маме и когда она умирала, то передала его мне. Это все, что у меня осталось от неё. Кольцо от Кристиана. Вы уже догадались.

— И зачем ты до сих пор носишь его?

— Это дань уважения всему тому, что он сделал для меня. Да, я не любила Кристиана, как Ди... — Лив замолчала и вздохнула — ... как Дина, но он был мне дорог. Очень дорог. Понимаете, о чем я?

— Конечно.

— Я и разбила ему сердце своим исчезновением. 50 дней он был рядом. В последний день, я сказала ему уехать. Охотникам была нужна помощь, он хотел отказаться, я запретила. Я сказала, что когда он вернётся, я буду ждать его. Я обещала ему! А сама исчезла.

— Это было не твоё решение.

— Знаю, но мне все равно чертовски хреново от этого! Я не думала об этом много тогда, не думала о том, что он чувствовал и что это ему принесло! А сейчас, рассказав вам обо всем, что случилось в Салеме, а потом в Алтане. — На глаза Лив навернулись слёзы. — Мне больно за него. — Лив закрыла глаза. — Мне так жаль. Я даже не успела попрощаться с ним... я даже не успела сказать ему, спасибо. — Лив опустила голову. В чай упали две ее слезинки. — Знали бы вы, что он писал в своём дневнике обо мне. — Лив закусила губу. — Он так и не смог снова полюбить. Ушёл в охоту и она его и убила. — С глаз Лив снова полились слёзы. Лив вытерла их. — Я только и делаю, что отравляю всех вокруг. — Лив посмотрела на Квентина. На его лице появилось странное выражение лица. — Я сломала Дина. Я повторяю себе ночами на пролёт, что у меня было выбора, но мне не легче. — Лив еле сдерживала слёзы. — Я боюсь, с Джейсоном будет также. Боюсь, что я сломаю жизнь и ему, потому что я, как раненый зверь, которым назвал меня Крис. Мне больно и я раню всех вокруг. — Лив посмотрела в окно. Слёзы было уже не остановить.

***

Балтимор, Мэриленд

Дэвид стоял у своего синего пикапа и пил кофе. У него всегда была страсть к большим машинам, и совсем никакой к кофе. Также, как и у Лив. Кофе стало ее спутником из-за бессонных ночей и охотничьей жизни. Сейчас, живя в Балтиморе Лив не пила его больше. Ей не нужно было просыпаться рано, ехать в машине весь день, питаться в маленьких забегаловках, выслеживать кого-то, следить за кем-то, корпеть над книгами. Хотя последнее Лив все ещё делала. Она занималась проклятыми артефактами, а точнее тем, как их уничтожить или обезвредить. Иногда Лив могла провести весь день за книгами, не замечая времени. Доктор Мёрфи считал, что подобное лишь доказательство того, что Лив не отпустила охоту. Она отказалась от боя на передовой, но все ещё занимается охотой. Сама Лив считала это безвредным увлечением, даже назвала это на одном из сеансов хобби. Но доктор Мёрфи знал, что это больше, чем просто времяпровождение. Ведь только в этот момент, говоря об охоте, занимаясь ей, ее глаза светились. Только тогда, Лив чувствовала себя собой. Прежней собой.

Лив не признавалась себе в этом, хотя прекрасно это знала. Более того, она знала от кого ей это досталось. Жаль, что нелюбовь к охоте не передалась ей от матери. Ей лишь досталась одержимость отца. Но в отличии от Дэвида, Лив всегда умела расставлять приоритеты. Этому научил ее Джон. Она знала, что сейчас важнее для неё и знала, что не сорвётся.

Ее лишь беспокоил провал в памяти. Она днями напролёт сидела, уставившись в стену, и пыталась вспомнить, где же она была и что делала. Лив лишь поэтому согласилась на сеансы. Дэвид считал, что это поможет. Лив доверяла отцу. Она никогда бы не подумала, что сможет когда-то ему так доверять, но это случилось.

Сам же Дэвид перенял привычку Лив не спать ночами. Он часто думал о том, все ли он учёл, все ли сделал правильно. Эти мысли не давали ему покоя.

По правде говоря, он был спокоен, пока Лив не заявилась в Балтимор в крови, не помня ничего. Он боялся. Боялся за свою дочь и боялся того, что она могла натворить. Боялся, что не сможет с ней справиться. Когда он увидел руки Лив в крови, он чуть не сорвался и не позвонил Дину. Дэвид в этот момент посчитал, что только он сможет помочь или хотя бы сказать ему, что делать. Ведь Дин всегда хорошо справлялся с ее состоянием. Настолько хорошо, что Лив почти полностью стала собой. А потом все снова покатилось по наклонной. Лив отказывалась это признавать. Она вела себя как ни в чем не бывало.

У неё были срывы. Дэвид знал о них. Вот только на самом деле их было втрое больше и о всех них никто не знал.

Лив спасало то, что Джейсон весь день был на работе. Целый день Лив была предоставлена самой себе. Ей это нравилось. На неё давило внимание и вечные расспросы о том, как она. Джейсон был чересчур заботливым и иногда просто не давал ей личного пространства. Лив понимала, что он хотел помочь. Поэтому молчала и смиренно отвечала на все вопросы.

В то время, пока Джейсона не было, Лив могла поговорить с единственным человеком, с которым хотела говорить и могла говорить, о чем угодно. Но к сожалению, это была лишь ее галлюцинация. Но Лив это не отталкивало. Она смело вела беседы, часто начиная их первой. Ей было плевать на то, что твердил ей доктор Мёрфи. Она не откажется от галлюцинации. Не от этой. Никогда.

Дэвид допил свой кофе, посмотрел на свои наручные часы, подошел к мусорному вёдру, стоящему поодаль, выбросил стаканчик кофе и направился к больнице.

Он быстро поднялся вверх по этажам и без стука вошёл в кабинет доктора Мёрфи. Тот поднял глаза и посмотрел на Дэвида.

Доктор Мёрфи сидел на своём кресле. От него только ушёл пациент, рассказывающий о том, как сильно его раздражает его босс. Доктор Мёрфи глубоко вздохнул и сделав глоток горячего чая.

Дэвид закрыл за собой дверь и сел на кресло напротив. Квентин положил чашку на стол и посмотрел на Дэвида.

— Это кресло для пациентов. Или ты все-таки решил записаться на приём? — Спросил Квентин.

— Давай ближе к делу. Зачем позвал меня? Что с Лив?

Квентин встал на ноги и направился к своему рабочему столу. Он взял оттуда лист бумаги и свой блокнот. Дэвид все это время внимательно наблюдал за доктором Мёрфи. Он сел обратно в своё кресло.

— Новостей хороших нет, предупреждаю сразу. — Дэвид вздохнул.

— Давай, я слушаю. — Сказал Дэвид. Квентин открыл свой блокнот.

— Для начала у Лив I.E.D, ПТСР. Это и первокурсник бы понял по ней.

— Что это такое? Заболевания? — Спросил Дэвид. Квентин кивнул.

— I.E.D это психическое расстройство, характеризующееся взрывчатостью, несдержанностью, конфликтностью личности и её склонностью к тяжёлым аффективным вспышкам. — Дэвид кивнул.

— Все мы вспыльчивы. Это нормально! Если довести меня и я стану конфликтным и могу полезть в драку. И ты! — Квентин покачал головой. — Квентин, в этом нет ничего такого. Ты преувеличиваешь.

— Лив рассказала, что когда ты пришёл, а она этого не хотела, то она выстрелила в тебя. И если бы не Дин, пуля попала бы в тебя.

— Я разозлил ее, ясно? — Стал защищать Дэвид свою дочь. — Она только узнала, что я жив и была зла! Она винила меня в смерти Эмили. Это нормальная реакция, Квентин!

— Как скажешь. — Ответил доктор Мёрфи. Дэвид посмотрел на него.

— Что насчёт второго? Это такой же бред?

— Тебе решать. ПТСР это — тоже тяжёлое психическое состояние, возникающее в результате единичного или повторяющихся событий, оказывающих сверхмощное негативное воздействие на психику человека. Травматичность события тесно связана с ощущением собственной беспомощности из-за невозможности эффективно действовать в опасной ситуации. — Дэвид закрыл лицо руками. — Я ещё не видел никого с таким ПТСР, как у неё.

— Если обследуешь всех охотников, найдёшь это чёртово заболевание. Ее жизнь была нелегкой! — Дэвид поднялся на ноги. Он стал быстро ходить туда-сюда по комнате. — Я приведу тебе сюда любого охотника и он покажет такие же результаты, как у Лив! Давай, выбирай! Бобби, Руфус, Маркус, я, черт возьми! — Квентин молчал и смотрел на Дэвида.

— Еще я считаю, что у Лив биполярное расстройство. Знаешь что это такое? — Спокойно спросил Квентин. Дэвид остановился.

— Какая-то чушь с перепадами настроения. — Сказал он. Квентин кивнул.

— Все намного серьезнее, чем простые перепады. БАР это эндогенное психическое расстройство, проявляющееся в виде аффективных состояний: маниакальных и депрессивных, а иногда и смешанных состояний. — Дэвид нахмурился.

— Я ничего не понял, Квентин. — Признался Дэвид. Доктор Мёрфи кивнул.

— При биполярном расстройстве состояние мании — самое опасное. У человека может возникнуть ошибочное, болезненное восприятие реальности. В состоянии мании человек может совершить убийство или нанести увечья окружающим. — Дэвид сглотнул. — Если два типа БАР. В БАР I типа ярко выражена мания — крайняя степень нервного возбуждения, вплоть до потери самоконтроля и связи с реальностью. БАР II типа отличается тем, что у человека не развивается настоящих маний, но преобладают фазы депрессии, они могут продолжаться месяцами и даже годами. Если я прав, а ошибаюсь я редко, то у Лив БАР || типа и я не знаю выходила ли Лив когда-то из депрессии за всю свою жизнь.

Дэвид плюхнулся на кресло.

— Квентин, с ее депрессией я как-то разберусь. Она придёт в себя.

— Дэвид, это не простая депрессия. Это неизлечимая болезнь, которая с годами лишь ухудшается. Ей нужно серьёзное лечение. — Дэвид покачал головой.

— Нет, у Лив нет всей этой чуши. — Не верил Дэвид.

— Мне жаль, но есть. — Ответил Квентин. Дэвид зажмурил глаза и снова встал на ноги.

— У тебя есть алкоголь? — Спросил Дэвид и направился к закрытому шкафу. Он стал открывать полку за полкой в поисках чего-то спиртного. На пятый раз ему повезло и он нашёл закрытую бутылку коньяка. Дэвид достал ее, открыл и сделал три больших глотка. Квентин смотрел на него и на то, как он опустошает его коньяк за триста долларов. Он был спокоен. Он знал, что все люди реагирует по-разному на информацию о болезни своих близких. Глаза Дэвида заслезились от резкого количества алкоголя, а горло стало гореть, не позволяя дышать. Дэвид шмыгнула носом, вытер глаза и повернулся к Квентину.

— Я не закончил. — Заявил доктор Мёрфи. Дэвид тихо выругался.

— Какие еще недоболезни у моей дочери? — Спросил Дэвид, пригубив коньяк. Квентин вздохнул и посмотрел на лист бумаги у себя в руках.

— Это анализ крови. — Дэвид пренебрежительно посмотрел на лист. — Я настоял, чтобы Лив сдала его, но не сказал ей, что это за анализ. — Квентин замолчал, читая содержимое листа. Он думал с чего ему начать. Горький опыт научил его, что если и приносить плохие новости, то лучше говорить сразу и не тянуть. Есть новости, углы которых не сгладить. — Сейчас я покажу тебе результаты, а дальше тебе решать, говорить своей дочери об этом или нет. — Дэвид уже готовил себя к худшему. — У Лив найдены гены CDH13 и так называемого «гена воина» MAOA. — Дэвид выпил коньяка. Он уже не мог воспринимать Квентина трезвым. — «Ген воина» участвует в выработке нейротрансмиттера дофамина и в сочетании со злоупотреблением алкоголем или наркотиками провоцирует гормональную бурю агрессии. Ген CDH13, со своей стороны, отвечает за развитие связей между нейронами в мозге. Этот ген играет одну из ключевых ролей в возникновении синдрома гиперактивности с дефицитом внимания. — Те, кто обладает обоими вариантами этих генов, в 13 раз чаще совершают особо тяжкие преступления. Если прибавить к генам алкоголь и другие химические вещества — рецепт катастрофы готов. — Дэвид смотрел на Квентина и хотел, чтобы он замолчал.

— Что ты хочешь сказать, Квентин? — Спросил напрямую Дэвид. Квентин отложил лист на стол у своего кресла.

— Все эти болезни по отдельности можно контролировать. Но все вместе, почти невозможно. Если не эти болезни, то об этих генах можно в принципе не волноваться. Но в придачу с ними и вышесказанными психическими заболеваниями — это адская смесь. Твоя дочь — бомба замедленного действия. У неё уже был сильный срыв. Она не помнит, что она сделала. Никто не знает, насколько хуже могут быть последующие разы и что она может натворить ещё.

— Следующего раза не будет! — Заявил Дэвид.

— Он уже был. — Дэвид замер. — Джейсон звонил мне. Лив обезвредила двух малолетних грабителей в магазине. Одному она выстрелила в плечо, а другого просто так ударила в живот и по лицу. Парень и так лежал и не собирался вставать. А потом Лив не хотела отдавать пистолет полиции. — Дэвид провёл руками по волосам. — Вам повезло на этот раз. Все было не так плохо, как в первый. Так что, ты не сможешь это контролировать. Это не в твоих руках.

Дэвид резко поднялся на ноги и стал кричать:

— На неё много чего навалилось! Лив лишь хотела помочь, она не дала ограбить магазин. Это неплохо!

— Хорошо, а что насчёт первого раза? — Спросил Квентин.

— Скорее всего Лив просто была на охоте! Убила какую-то тварь и вернулась домой.

— А возможно, она убила невиновного. — Сказал Квентин.

— Нет. — Строго ответил Дэвид.

— Дэвид, возможно, кто-то сильно разозлил ее. И она потеряла контроль. У твоей дочери при генах убийц, присутствует сильное чувство вины. Наверное оно и выбило из памяти Лив то, что она сделала. Потому что Лив поняла, что это было неправильно. Ее мозг отчаянно борется, чтобы не вспомнить то, что она сделала. — У Дэвида стала трястись челюсть. Он не знал, что сказать. Все слова будто испарились. — Я знаю, ты думаешь, что всю ее жизнь все было хорошо. Почему же сейчас вдруг все так? — Дэвид посмотрел на своего старого друга. У Дэвида был очень встревоженный взгляд. — Эти болезни много лет с ней. Она сильная, Дэвид. Сильнее, чем все, кого я знал. Она контролировала себя и то, что чувствовала, но исходя из ее собственных слов, злость часто брала вверх над ней. Она, улыбаясь, будто это счастливое воспоминание, рассказывала о том, как однажды, когда Дин, человек, который очень ей важен, разозлил ее, она метнула в него нож. — Дэвид закрыл глаза. — Рассказала о многочисленных драках в школе. Почти все всегда начинала она. Да, конечно, ее задевали словами, но Лив сразу бралась за кулаки. Она рассказала про одну драку, в которой у неё забрали браслет матери. Она проучила парня и забрала браслет, но не смогла остановиться и вытащила нож. — Дэвид выдал смешок.

— И что дальше? Она же не убила его! Да, ладно тебе, Квентин, она была ребёнком. Дети бывают злые!

— У любой агрессии и злости есть причины! Если это начинается в детстве, то дети причиняют боль либо себе, либо другим.

— Ты считаешь, что если Лив была задирой в школе, значит сейчас она хладнокровный убийца? В чем связь?

— Связь есть. Просто ты ее не хочешь видеть, потому что любишь свою дочь. Если ты уверен, что ей нужно только это, то хорошо. Думай, как хочешь. Но если ты сомневаешься...

— Что я могу сделать? — Перебил Дэвид. Квентин вздохнул.

— Сначала Лив жила под тиранией Джона. Он держал ее под контролем. Потом, эту должность взял на себя Дин. — Дэвид фыркнул. — Как бы для тебя это не звучало, но Лив нужно, чтобы кто-то ее контролировал.

— Моя дочь не собака, чтобы ее кто-то вечно держал на коротком поводке! — Выдал со злостью Дэвид.

— Не воспринимай это так. — Попросил Квентин.

— А как мне это воспринимать? — Зло спросил Дэвид. Квентин молчал и смотрел на Дэвида.

— Хочешь профессиональный и дружеский совет? — Дэвид вопросительно посмотрел на Квентина. — Позвони ему. — Дэвид резко покачал головой. — Дэвид, Лив нужна помощь. Джейсон не справится с ней, мы оба это знаем. А ты все ещё боишься ее оттолкнуть и поэтому не можешь помочь. — Дэвид все ещё качал головой. — К чему это упрямство?

— Ты думаешь, я упрямлюсь? — Зло спросил Дэвид. — Ты думаешь, я не сделаю все, чтобы моей дочери было хорошо?

— Я знаю, что ты хочешь ее защитить. А ещё знаю, что ты можешь быть одержимым. По правде говоря, это все, что я знаю. — Дэвид усмехнулся.

— А теперь подумай, почему я не позвонил Дину с самого первого дня! — Давид развёл руками. — Он не приедет. Со дня, как Люцифер в клетке он не звонил. Он не знает, где она и как она. Ему плевать. Что бы я не сказал, он не приедет к ней. Дин Винчестер больше не опция для Лив. — Квентин просто кивнул.

— Все равно тебе стоит позвонить ему. — Посоветовал Квентин.

— Зачем мне это делать?

— Предупреди его. Лив может снова сорваться и приехать в Индиану. Но на этот раз, она может сделать что-то.

— Что, например?

— В помутнение разума Лив может посчитать, что женщина, с которой сейчас живет Дин, причина того, что он не с ней.

— Причина не в ней. Лив знает это.

— Не будь так уверен.

— Послушай, Лив не ангел, я знаю. Она делала ошибки, она убивала невиновных, знаю! Но она не сделает больно Дину. Она не тронет ни эту женщину, ни ее ребёнка. — Дэвид вздохнул. — Лив считает, что этот ребёнок сын Дина. — Квентин приоткрыл рот. Дэвид покачал головой. — Я знаю, что она не тронет их.

— Тогда все ещё хуже.

— Почему это?

— Эта женщина забрала ее шанс на счастливую жизнь с мужчиной, которого она любит до сих пор. — Дэвид пригубил коньяк.

— И именно потому что все ещё любит, Лив не тронет семью Дина. Поверь мне, Квентин. В этом я уверен на все сто. — Квентин поднялся на ноги, допил свой остывший чай и протянул стакан Дэвиду. Тот налил ему его же коньяк. Квентин сделал глоток.

— Дэйв, ты хотел, чтобы я помог Лив. Но при этом ты много от меня скрываешь. — Сказал Квентин. Дэвид посмотрел на друга и покачал головой.

— Нет, я рассказал тебе даже больше, чем нужно. — Ответил Дэвид.

— Я не знаю, почему Лив здесь. Не знаю, зачем она с Джейсоном. Лив рассказывает о нем, как девчонки о своём друге гее. Добрый, милый, и пушистый, а такие мужчины не во вкусе Лив. Ей нравится мужчины, что сильнее ее. Поэтому Джейсону с ней не справиться. Она не станет слушаться его, скорее тут будет наоборот. — Квентин снова сделал глоток. — У нее больше чувств к охотнику из прошлого, чем к Джейсону. Так зачем она с ним?

Дэвид замялся и снова выпил коньяка. Он не смотрел на Квентина. Дэвид пожал плечами.

— Лив сама решила. Наверно ей не хочется быть одной, а Джейсон хороший парень.

— Снова лжёшь. — Сказал Квентин. — Ты забываешь, что я психолог. — Дэвид почесал голову. — Она очень боится, что сломает ему жизнь, а когда твоя дочь боится, она отталкивает всех и делает ноги. Но она все ещё здесь.

— Лив комфортно с ним. — Парировал Дэвид.

— Она даже не считает это квартиру домом. — Выдал Квентин.

— И что ты думаешь? — Спросил Дэвид, уставший от расспросов.

— Что кто-то заставляет ее жить с ним. Это ведь не так, да, Дэйв? Я ошибаюсь, верно? — Квентин встал перед Дэвидом и посмотрел ему в глаза. Дэвид сунул бутылку Квентину в руки, потрепал его по плечу и сказал:

— Я не имею никого отношения к этому. — Дэвид выдавил из себя улыбку. — Спасибо, что помогаешь, Квентин. Я очень ценю это.

Дэвид направился к двери. Он спустился вниз и подошёл к своей машине. Дэвид встал около неё и закурил. Он провёл свободной рукой по лицу и тяжело вздохнул. Дэвид приложил сигарету ко рту и вдохнул никотин, а потом выдохнул. Он закусил внутреннюю часть щеки, бросил сигарету на асфальт, наступил на неё, посмотрел на здание и выдал:

— Черт возьми, Сара, надеюсь, ты права.

________________

«2000 Light Years Away» — Green Day

I sit alone in my bedroom
Staring at the walls
I've been up all damn night long
My pulse is speeding
My love is yearning
I hold my breath and close my eyes and...
Dream about her
Cause she's 2000 light years away

Перевод:

«За 2000 световых лет» — Green Day

Сижу один в своей спальне,
Тупо глядя в стену -
Я не сомкнул глаз этой чёртовой ночью.
Мой пульс ускорен,
Любя, тоскую...
Задерживаю дыхание и закрываю глаза и...
Начинаю мечтать о ней,
Ведь она за две тысячи световых лет от меня...

______________

* Гай Вале́рий Кату́лл — один из наиболее известных поэтов древнего Рима и главный представитель римской поэзии в эпоху Цицерона и Цезаря.