глава 27
Вячеслав.
Я схватил свою сумку и вышел из раздевалки. Как только я достал телефон, на экране всплыло сообщение о пропущенных звонках от Авроры. Увидев это, я почувствовал себя полным идиотом. Я обманывал девушку, которую любил больше всего на свете. Мысль о разговоре с ней вызывала во мне страх: я боялся, что не смогу оправдаться за свои лживые слова.
В то же время мне звонил дед. Я перезвонил ему, и он ответил лишь после третьего гудка.
- Слава, ты где? - спросил дед, его голос звучал напряженно. Он знал о моих боях и не одобрял их, но понимал, что все его слова для меня были пустыми. Я сам думал, что без бокса и этих жестоких боев не смогу существовать. Но теперь все изменилось.
- У меня был бой, что-то случилось? - спросил я, подходя к своей машине. Дед тяжело выдохнул, и я понял, что он не в духе.
- Ты мне нужен в офисе, приезжай, поговорим, - сказал он. Я завел машину и направился к офису деда.
- Понял, скоро буду, - ответил я, и дед отключился.
Мои отношения с дедом стали холодными после того, как он узнал о моих боях. Ранее он поддерживал меня в боксе, ведь сам занимался этим спортом. Но когда дело дошло до «элитных боев», его поддержка исчезла. Он просил меня уйти из бокса, но я не хотел этого. Я был обязан жизнью этому человеку, но моя жизнь - это бокс. Хотя теперь я начал в этом сомневаться.
Я припарковал машину рядом с офисом. Подходя к кабинету деда, вспомнил момент, когда застал здесь Аврору. Улыбка невольно появилась на моем лице, и я зашел в кабинет. Дед сидел в большом кожаном кресле и подписывал какие-то бумаги. Ему было почти семьдесят, но выглядел он на все пятьдесят - мужественный и накачанный старик. Он поднял на меня глаза и встал из кресла. Мы обменялись рукопожатием.
- Рад видеть тебя живым, присаживайся, - произнес он с легкой усмешкой. Я ухмыльнулся и сел рядом с ним.
- Не буду читать тебе поэмы о том, какой ты идиот за участие в таком дерьме, - сказал дед, посмотрев на меня с укором.
- Есть дела поважнее твоего непростительного характера, - добавил он. Я засмеялся и взглянул на него.
- Это не поэма, а уже настоящая комедия , - заметил я, облокотившись на спинку кресла. Дед закатил глаза.
- Тебя видели с какой-то девушкой. Кто она? - спросил дед, поднимаясь к шкафу с документами.
Улыбка исчезла с моего лица, и я серьезно посмотрел на него. Он встретил мой взгляд с удивлением.
- Даже так? - переспросил он. - Теперь стало интересно. - Он положил документы на стол и вернулся в свое кресло.
- Это та девушка, которая работала у меня уборщицей? - уточнил он.
- Да, ее зовут Аврора.
- У тебя с ней все серьезно? - спросил дед, глядя мне прямо в душу.
Я ощутил его проницательный взгляд.
- Да, я люблю ее, - признался я. Я заметил замешательство в глазах деда. Он знал меня лучше всех и понимал, что никогда прежде я никого не любил.
- Ты ее любишь? - переспросил он, наклонившись ближе, чтобы лучше рассмотреть мои глаза.
- Я люблю Аврору, - повторил я. Дед медленно моргнул и облокотился на спинку кресла, продолжая смотреть на меня.
- Тогда я хочу с ней познакомиться. Может быть, именно она сможет тебя образумить, - сказал дед и отвел взгляд на бумаги.
- Да, я больше не буду участвовать в боях на жизнь, - признался я. Дед резко посмотрел на меня.
- Правда? - спросил он с недоверием. Я кивнул в ответ. На его лице появилась легкая улыбка.
- Любовь творит чудеса.
Аврора.
Я уже вся извелась из-за этой чертовой записки. Кто это всё делает? Зачем? Я зашла в ванную и посмотрела на себя в зеркало. Тёмные круги под глазами, растрепанные волосы, отражение, полное тревоги. Затем мой взгляд переместился на маленькую шкатулку, стоявшую на полке. Я взяла её и открыла. Там лежал ещё один свёрток бумаги.
Первая записка.
Теперь там будет лежать ещё одна.
«Уродыш Ярика».
Я была уверена, что это дело рук моего отчима. Он ненавидит моего отца и, похоже, готов пойти на всё, чтобы причинить мне боль. Но зачем он это делает? На что он разозлился? Я ничего не понимала. Внутри меня росла паника, и я решила позвонить маме. Мы с ней переписывались, и вскоре мы придумаем план по экстренному побегу. Когда отчим уедет в командировку, мама улетит ко мне. И мы наконец-то будем вместе. Навсегда.
Я набрала номер мамы. Пара гудков, и она ответила шёпотом:
- Аврора, всё хорошо? - спросила она тихо. У нас было уже десять вечера, а у мамы двенадцать часов ночи. Я совсем забыла о времени.
- Мам, прости, пожалуйста, я разбудила тебя? - спросила я, нервно зашагав по квартире.
- Нет, всё хорошо, я не спала, - сказала она, и я почувствовала лёгкое облегчение, но тревога не покидала меня. Не трогал ли её отчим?
- Он рядом? - спросила я с замиранием сердца.
- Нет, он уехал в баню с друзьями, - ответила мама, и я выдохнула с облегчением.
- Аврора, с тобой всё в порядке? Почему ты звонишь так поздно? - спросила мама, я слышала её беспокойство.
- Всё хорошо, я просто переживала. Какой он в последнее время? - спросила я, стараясь скрыть волнение в голосе.
- На удивление, он спокойный. Возможно, у него появилась новая любовница, - сказала мама с ноткой недоумения.
- Любовница? - переспросила я, ощущая, как сердце забилось быстрее.
- Да, он последнее время не ночует дома. - Мама вздохнула. - Ладно, доченька, он скоро должен прийти. Я отключаюсь. Доброй ночи.
- Доброй ночи, береги себя, мама, - сказала я и положила трубку.
Словно камень свалился с души, но тревога осталась. Я вернулась к шкатулке и снова взглянула на записку. «Уродыш Ярика». Почему это так важно для него? Что он хочет этим сказать? Внутренний голос подсказывал мне: нужно быть осторожной. Время шло, и я понимала - мне нужно действовать быстро.