Король трёх океанов: Золото Одноглазого Краба

Гребцы оттолкнулись вёслами от берега, и, развернув шлюпки, поплыли к кораблю.

Я сидел на корме и глядел назад, туда, где виднелись домики жителей нашего села. Я видел трактир - то самое место, в котором я прожил так долго и которое, как был уверен, покидал навсегда. "Интересно, - подумалось мне, - когда дядя заметит моё отсутствие?" Мне казалось, что он будет вспоминать обо мне только потому что я много лет мыл у него в заведении полы. Моё содержание обходилось ему недорого, а работал я много - вот, наверняка, и всё, что останется на память о Джеке Шермане у дяди.

Шлюпки подошли к судну. Я прочитал на его корме название: «Чёрная акула». Это словосочетание ещё более взбудоражило моё воображение - ведь именно так назывался существовавший в моих мечтах корабль, на котором со мной случатся какие-нибудь невероятные приключения: например, борьба с дикарями, поиски сокровищ, необитаемые острова и тому подобное! О, я тогда не мог знать, что все эти мечты вскоре воплотятся в реальность!

С «Чёрной акулы» нам сбросили две верёвочных лестницы. Я вместе с остальными залез по ним, причём мне пришлось сделать это самым последним - ни один из моряков не пропустил меня вперёд себя.

Я впервые стоял на палубе корабля. Подо мной были качающиеся доски, надо мной - белые, как снег, паруса. На несколько мгновений я забылся, но это всего лишь на несколько мгновений. Ко мне подошёл капитан.

-Ну что, - сказал он, - как тебе новый плавающий дом?

Я, честно признаться, несколько растерялся.

-Право же, сэр, я ещё не успе...

-Джек, послушай, - сказал одноглазый, не давая мне договорить, - пойдём, я покажу тебе место, где ты будешь спать.

Я не успел ничего ответить. Хью, жестом пригласив идти за ним, направился на корму.

-Тут камбуз, - объяснял он, заводя меня в какую-то дверь. - То есть еду здесь готовят. Ты будешь частенько помогать коку. Знаешь, кто это такой?

-Конечно! Это повар! - не задумываясь, ответил я - мне ли, читателю морских романов, не знать значения этого слова!

-Верно!

Мы спустились по деревянному трапу, и капитан, указав рукой на пространство под ним, сказал:

-Вот здесь твоё место! Располагайся!

«Ага, располагайся! - подумал я. - Легко сказать!»

Под лестницей, на голых, грязных досках лежало несколько тряпок, от которых несло смолой и дёгтем. Это, видимо, была постель.

-Спасибо... - пробормотал я. - Очень, наверное... удобно.

-Ну что же, - сказал капитан каким-то странным голосом, чеканя каждое слово. - Я очень рад, что тебе понравилось.

И он посмотрел на меня. Посмотрел так, что у меня сердце ушло в пятки. С него спадала маска доброго человека, полюбившего меня. В его единственном глазе я увидел дьявола.

Я опустил голову, но Хью продолжал буравить меня своим страшным взглядом. Повисло тяжёлое молчание.

Чтобы как-то разрядить сложившуюся ситуацию, я спросил, не поднимая головы:

-Сэр, а чем вы на этом корабле занимаетесь? Торгуете, наверное?

-Нет, Джек, не торгуем.

-А что вы тогда делаете?

-Грабим корабли и убиваем людей! - громко, как будто ударив меня обухом по голове, произнёс капитан. - Мы режем людей, как свиней, или стреляем в них, как в куропаток. Мы пираты, Джек, и отныне ты тоже пират!

-Пират? - прошептал я, чувствуя, что проваливаюсь в какую-то бездну, из которой нет возврата. - Но...

Хью засмеялся, видя, как я, побледнев, схватился за ступеньку трапа. Какой же это был страшный смех! Он окончательно сдёрнул с моих глаз завесу, за которой, вместо морской романтики, я увидел кровь и тонущие корабли.

-Ладно, Джек, - сказал капитан. Ты тут давай осваивайся, я минут через десять тебя позову, с командой знакомить буду.

И он ушёл, напевая:

-Абордажный крюк уже наготове
Совсем скоро корабль будет наш!

Он ушёл, а я остался один на один со своими мрачными размышлениями. Что мне было делать? Я перебирал в уме самые разные планы, один невероятнее другого, но тут же отвергал их как совершенно неприемлемые.

И вдруг меня как гром поразила одна мысль: «А что если сбежать? Берег недалеко... Ещё не всё не потеряно...»

Я, вспомнив, что рядом со мной должен быть камбуз, в котором, конечно же, есть и ножи, огляделся вокруг. И действительно, дверь оказалась совсем недалеко. Я подбежал к ней и дёрнул её за ручку. Она не открывалась. Я дёрнул ещё несколько раз и понял, что она закрыта на замок.

Мне пришлось, оставив своё намерение, идти безоружным.

Дядя... Сейчас я всей душой хотел к нему, в трактир!

Чтобы не шуметь, я снял обувь и осторожно взобрался по лестнице на палубу. Со стороны мачт доносились хриплые голоса и ругательства пиратов. Я хотел было пробраться к верёвочным лестницам, которые, как мне казалось, ещё не успели убрать после прихода шлюпок на корабль - ведь тогда у меня был бы шанс спуститься в воду без лишнего шума. Но я услышал, что с той стороны доносятся приближающиеся шаги. Я попятился назад, и вдруг почувствовал, что моя спина влепилась во что-то мягкое.

На меня посыпался поток грязной ругани, из которой «щенок» было, наверное, самым мягким.

-Ты украсть чего-то собирался, щенок? - рявкнул чей-то голос над моим ухом.

Я обернулся и с ужасом понял, что случайно напоролся на какого-то матроса, очевидно, не имевшего по отношению ко мне никаких добрых намерений.

Я дико закричал и, размахнувшись, ударом кулака расквасил ему нос. Однако он не собирался расжимать свои железные тиски. Тогда я впился зубами в одну из рук, державших меня. Пират, изрыгая страшные ругательства, отдёрнул её, а я, оказавшись на свободе, перемахнул через фальшборт и полетел в воду.

Чуть не захлебнувшись, я всплыл на поверхность и отчаянно заработал руками и ногами.

Не знаю, сколько я так барахтался в воде. Знаю только, что это продолжалось до того, как послышался голос Хью:

-Стой, Джек, иначе я выстрелю!

Моя голова медленно, инстинктивно повернулась. Я увидел капитана, держащего в руках пистолет. Рядом с ним уже стояла толпа, состоявшая из других членов команды.

-Не заставляй меня повторять приказание! - сказал он, подкидывая своё оружие вверх и на лету перехватывая его другой рукой. - Запомни, Джек, что Одноглазый Краб (это, видимо, была его кличка) никогда не повторяет своих приказов дважды, и ты не исключение! Ты ведь знаешь, что мёртвые не выдадут, а море не продаст! Я могу сейчас просто всадить пулю тебе в затылок, а если ты не хочешь этого, то будь добр, возвращайся назад!

-Сэр, я не пират! - крикнул я. - Знайте, капитан, что Джек Шерман никогда не был и не будет пиратом!

-Это ответ, достойный настоящего мужчины! - криво усмехнулся Хью. - И поэтому я расстреляю тебя, как настоящего мужчину!

И он поднял опустившийся было пистолет.

«Это конец!» - подумал я. Мне представилась картина: моё тело, с простреленной головой, лежит на галечном дне, и как вокруг него копошатся крабы и рыбки. Неужели я действительно вскоре стану трупом?

Вдруг капитан - ему, видимо, было жаль потерять человека, который мог бы быть полезен в хозяйстве - опустил пистолет и гаркнул:

-А ну-ка на корабль живо!

Удивительное воздействие производил на других этот человек! Если, например, мой дядя что-то приказывал мне, я мог не исполнить это. Но если приказывал Хью, то я всегда повиновался. С первого взгляда он внушал невероятный страх и уважение.

Вот и сейчас, я не смог ослушаться его, и развернувшись, поплыл назад.

Мне скинули верёвку, и я забрался по ней наверх. Через минуту я, весь промокший и совершенно подавленный, с завязанными за спиной руками предстал перед капитаном.

Он уселся на бочке, и, взяв в руки пистолет, прямо на моих глазах зарядил его. Когда он вкладывал в него пулю, у меня в голове промелькнула мысль: «Наверное, сейчас эта пуля вонзится в меня!» Нелегко становится от таких мыслей!

Вокруг нас уже столпились люди из команды шхуны. И наконец Хью поднял голову и посмотрел на меня своим пронизывающим до костей взглядом.

-Ну что, герой, - насмешливо проговорил он. - Будем с тобой болтать?

Я не нашёлся, что ответить.

-Молчание - знак согласия, - сказал капитан, - давай начнём.

-Я готов говорить с вами, сэр! - произнёс я.

-Итак, первый мой к тебе вопрос: ты вступишь в наши ряды?

-Сэр, я ведь уже говорил вам, что Джек Шерман никогда не был и не будет пиратом!

-Звучит гордо. И что ты предлагаешь мне с тобой сделать? Что бы ты сделал со мной, если бы мы поменялись местами?

-Я бы вас отправил на берег, взяв предварительно честное слово, что вы никому ничего не скажете о произошедшем с вами.

-И ты мне предлагаешь так сделать? - протянул Хью. - Нет, Джек! Честному слову даже самого уважаемого джентльмена нельзя верить. Можешь ещё что-нибудь придумать?

Я очень долго перебирал в уме разные варианты, но так ничего и не придумал.

-Ну что же, - сказал капитан. - В таком случае я предложу тебе кое-что. Давай сделаем так: ты либо остаёшься у нас и не участвуешь в грабежах - ты нам всё равно там не нужен - либо висишь вон на той рее. Что выбираешь?

Конечно, перспектива остаться на судне меня теперь нисколько не привлекала, но болтаться на рее мне хотелось ещё меньше. И поэтому я незамедлительно выбрал первый вариант.

-Хорошо, - кивнул Хью, - ты будешь помогать коку, а иногда даже готовить за него - мало ли что с ним может случиться. Завтра ты должен будешь приготовить нам курицу. Где клетка с птицами, тебе покажут. Но, разумеется, это не всё. Тебе ещё будут разные поручения, быть может, подраишь палубу... Это, разумеется, бесплатно. Понятно?

Так вот оно что! Теперь я окончательно понял, зачем этот подлый обманщик заманил меня на судно. Ему просто хотелось иметь на судне человека, который умеет готовить курицу (он её, видимо, очень любил). Я готов был рвать на себе волосы от досады. Как всё получилось глупо! Как глупо я променял жизнь в трактире на рабство у капитана!

А он спокойно, будто ничего необычного не произошло, сказал:

-Кажется, у нас как раз сегодня много работы в камбузе. Отправьте этого юного героя в подмогу коку!

Никто не смел ослушаться капитана, и я тут же почувствовал хоть какую-то уверенность в том, что буду жить дальше.

Вся команда была недовольна - ведь они надеялись посмотреть на мои мучения, которым, как они думали, меня собирался подвергнуть Хью. Исключение составлял только тот, кому я расквасил нос - Палмер, и вскоре я понял, почему. Всё дело было в том, что он как раз и являлся коком!

Я провёл в камбузе весь оставшийся день и большую часть ночи. Днём Палмер сидел и, покуривая трубку, отдавал мне приказания, а вечером, сказав, что я должен помыть во всей каюте пол, а в случае неповиновения пообещав завтра дать в пять раз больше работы, ушёл спать. Я драил пол до глубокой ночи, а когда наконец свалился на свою «постель» под лестницей, то моментально уснул.

За своими заботами я даже не заметил, как мы вышли в открытое море.