21
- На тебе опять лица нет, - говорит мне мама, пока мы стоим на торжественной линейке. - Не узнаю тебя в последнее время. Вроде бы и работа новая, Кирюшка вон в школу пошёл. Всё наконец-то слава богу! Но как на тебя гляну, ты всегда в своих мыслях.
Слушаю её, а сама смотрю на сына. Он радостно улыбается во весь рот, я машу ему рукой и тоже отвечаю улыбкой. В своём классе он самый высокий, и всё равно букет в его руках выглядит просто огромным. Впрочем, как и ранец. Красивый мой, любимый мальчик. Гордость. Сердце наполняется теплом, а рука тянется к животу. Но я контролирую этот порыв. Всё-таки это счастье быть мамой. Даже, когда тяжело.
Делаю несколько фото на телефон и поворачиваюсь к маме.
- Не переживай, всё хорошо, - дежурно отвечаю. – Этим летом многое произошло.
- Угу, - недовольно поджимает губы она. – Потому ты и белая вся, словно призрака увидала. Можешь ни в чём не признаваться, но и матери врать бессмысленно, поверь.
Директор выходит на ступеньки перед украшенной школой и приветствует учеников. После торжественного вступления начинается небольшой концерт. Классная руководительница передаёт первоклассникам микрофон, и те зачитывают четверостишья.
У Кирилла заученные им строчки аж от зубов отскакивают. Умница. Мама записывает видео на телефон, позже мы с ней переглядываемся, испытывая за него гордость.
- Его папа должен был быть здесь, - хлопая выступлению детей, произносит она. Её голос утопает в шуме, но я прекрасно всё слышу.
Линейка заканчивается, я желаю Кириллу удачи в его первый учебный день и провожаю в класс. Сегодня у них будет знакомство и классный час. Так, что пообещав ему, что скоро вернусь, решаю провести несколько часов в городе. Пройдусь по магазинам, может, что-нибудь себе куплю.
Мне на плечи снова ложиться тяжёлый взгляд мамы. И за это я испытываю вину. Она не заслуживает такую никудышную дочь.
- Давай раз и навсегда закроем тему с отцом Кирилла, - прошу её. – Он в прошлом и навсегда там останется. У него давно своя жизнь.
- Звучит так, будто ты его защищаешь, - хмурится мама и краснеет от злости. – Он дважды от вас отказался. Дважды! – приглушённо ругается она, потому что мы выходим из школы в потоке других родителей.
- Бог ему судья, - единственное, что отвечаю я.
И мне тоже. Потому что я так и не нашла в себе сил рассказать ему про Кирилла, и никогда не найду. А со второй беременностью от Кораблина всё вышло на новый уровень сложности.
У меня не было секса семь лет. И всего одна ночь с ним… Одна-единственная ошибка!
Нет, того малыша, что уже растёт и развивается у меня под сердцем, я ошибкой не считаю. Более того, я поклялась себе, что буду самой счастливой и любящей мамой на свете.
Но за то, что я поддалась мужским чарам Кораблина и переспала с ним, буду корить себя до конца своих дней. Мы с ним слишком разные.
Прощаюсь с мамой и иду в сторону центра города. Сегодня тёплая погода, так что я, в кои-то веки надела лёгкое платье. Оно из белого льна, длинное, закрывает руки. А если погода чуть испортится – не страшно, я в нём не замёрзну. На ногах босоножки на небольшом каблуке.
Сегодня мне хотелось быть женственной, красивой. И не только потому, что Кирилл пошёл в первый класс. Кажется, во мне просыпается желание гнездования, присущее мамочкам. И начинаю я со своего внешнего вида.
Захотелось быть нежной, лёгкой, заново испытать радость материнства.
Неожиданно для самой себя останавливаюсь у витрины детского магазина. Здесь выставлены товары для новорождённых. Я особенно увлекаюсь разглядыванием нежно-розовой коляски.
Сама не замечаю, как рука ложится на ещё плоский живот.
Здесь распашонки, пелёнки, бутылочки… Всё такое красивое!
Я увлекаюсь и пропускаю момент, когда ко мне из-за спины кто-то подходит. А когда наши глаза встречаются в отражении стекла, онемевшими губами произношу:
- Кораблин!
Разворачиваюсь к нему лицом, и вся пылаю оттого, что была поймана на поличном.
А он даже на меня не смотрит. Тёмно-зелёный взгляд гипнотизирует коляску, которой только что любовалась я.
- Любопытно, - прерывает молчание он и пронзает меня таким взглядом, которого раньше я на себе ещё не испытывала.
Пронизывающий до костей. Холодный и резкий.
- Что л-любопытно? – заикаюсь и поправляю сумочку на плече. – Я, вообще-то, спешу.
- Сколько ты собиралась скрывать от меня правду? – делает шаг ко мне и чеканит. Мрачно смотрит сверху вниз.
- Понятия не имею о чём ты, - мотаю головой.
О беременности он знать не может. Это исключено. К тому же, я предупреждала его, что приму экстренную контрацепцию, чего не сделала.
Успокоив себя, смотрю на него уже смелее.
- Очень красиво выглядишь, - его голос меняется, когда он это говорит. Глазами он проходится по мне с макушки до пят. От этого взгляда мне неловко, тем более что у Егора дёргается кадык и моментально темнеет взгляд. – Была на каком-то мероприятии?
Сердце подскакивает в груди. У меня стучит в висках. Запугивает или знает, где я была и что именно делала?..
- Гуляю по магазинам.
- Интересно, - не скрывая сарказма произносит он и подходит ещё ближе. – Почему ты разглядываешь вещи для новорождённых, когда мой сын только что пошёл в первый класс? Ну, Валя, почему же ты замолчала?
Хватаю ртом воздух, словно рыба, выброшенная на берег. Холодеют пальцы, предательски дрожит подбородок.
Кораблин прожигает взглядом полным злости, а может, уже и ненависти. Я сжимаюсь, ведь таким его ещё не знала. Не видела.
Да он же в бешенстве.
Отпираться? Просто уйти?.. Оглядываюсь по сторонам, будто могу как-то спастись от этого разговора.
Решаю остаться и поднимаю глаза. Он терпеливо молчит, ждёт, пока я что-то скажу.
- Откуда узнал? – собственный голос звучит глухо, почти неслышно.
- Валя, - он выдыхает моё имя. Напряжённо и отрывисто. Будто ему было важно услышать от меня, что его догадка является правдой. – Я ведь тебя совсем не знаю.
Жёстко бьёт претензией он, а кожей ощущаю, что это только начало. Егор смотрит на меня с толикой горечи во взгляде, будто разочаровался.
У меня ком в горле. Это словно кошмар. Дурной сон. Который никак не рассеивается!
- Не смей меня ни в чём упрекать!
- Ты скрыла от меня сына! – Кораблин подходит ко мне, сметая с земли своей яростью.
Я мантрой напоминаю себе о том, что другого выбора, кроме как скрывать от него Кирилла, у меня не было.
Я схожу с ума, или действительно вижу в суровом взгляде Егора боль? Толику жгучей скорби, что заставляет меня испытывать вину.
Почему у него такая реакция, будто Кирилл ему нужен?..
Это не может быть правдой. И я не устану это повторять!
- Я тебя умоляю, Кораблин, - отхожу, чтобы увеличить дистанцию, между нами. И напоминаю: – Ты же сам просил меня не искать с тобой встреч.
- Ты прикидываешься, или правда не понимаешь, насколько это серьёзно? Отношения -это одно. А когда в них появляется ребёнок – совершенно иное, - жёстко поучает меня он.
- И что я, по-твоему, должна была сделать?! – вспыхиваю.
- Сказать мне.
- Как именно? Заявиться на твою свадьбу, размахивая тестом на беременность?
- Валя! – он берёт меня за плечо и, кажется, вот-вот одёрнет, до того злится.
- Оставь меня и моего сына в покое! Не лезь в нашу жизнь. Он тебя не знает, и так будет лучше для всех.
Разворачиваюсь и ухожу, если бы не босоножки, я бы сорвалась на бег! Рваными движениями смахиваю с лица слёзы. И слышу, как Кораблин идёт за мной. Сейчас обгонит и перехватит.
Именно это он и делает.
- Стой, - он сгребает меня в охапку и прижимает к себе. Я пытаюсь оттолкнуть его, но после недолгой борьбы обессиленно роняю руки. – Я не хочу скандала. Не хочу с тобой спорить или ругаться, - говорит он, зарываясь лицом в мои волосы.
- И в чём же подвох, Кораблин? – звучу обречённо.
- Никакого подвоха, - он смотрит мне в глаза, отводит прядь волос за ухо, оглаживает щеку большим пальцем. Нежно так. – Я тоже хочу воспитывать нашего сына.
- Нет, - отшатываюсь насколько это позволяют его объятия. Мотаю головой, как душевнобольная. Согласится на это – выше моих сил. Тем более, сейчас, когда я снова беременна.
- Почему?
- Я не хочу. Я не могу…
- Это не ответ, - в его голосе снова лёд и холода. - К тому же мне не нужно твоё разрешение. Достаточно будет теста ДНК. Суд определит расписание встреч.
- Что ты несёшь? – практически сгибаюсь пополам я. – Какой суд? Ты с ума сошёл?!
- То есть я должен отказаться от сына? – чеканит он. – Ты уже лишила меня семи лет рядом с ним. Я не планирую терять ни секунды более, Валя. Поняла меня?
- Это ты себя тех самых секунд лишил, - обессиленно шепчу ему в губы, до того мы близко. – Но вижу, что очень хочешь найти виноватых.
- Я хочу видеть своего сына, - проговаривает по словам, чтобы до меня наверняка дошло.
- Думаешь, ты будешь хорошим отцом? – от бессилия бью словами и попадаю прямо в цель.
У Кораблина аж лицо меняется. Я понимаю, что переборщила.
В этот момент в сумочке звонит телефон. Я разрываю сцепку наших взглядов, достаю мобильник и вижу, что звонят из школы.
Прочищаю горло, чтобы звучать спокойнее, и поднимаю трубку.
- Слушаю.
- Это Валентина Карнаухова, мама Кирилла? – судя по голосу это классная руководительница. И её поставленный, преподавательский голос звучит настолько громко, что Егор прекрасно всё слышит!
Чёрт!
- Да, это я, - отворачиваюсь от Кораблина, чтобы не слушал. Убираю с себя его руки.
- У вашего мальчика болит зуб, и щека, кажется, опухла. Вы далеко? Медсестра говорит, что нужно его показать дежурному зубному.
- Зубному? Странно, он утром ни на что не жаловался. Я буду через минут десять, не больше.
Набираю скорость и иду в сторону школы. Интересно, что у Кирилла с зубом. Они у него здоровые, только недавно проверялись.
- Ой, да вы что! Это же дети, только успевай по врачам таскать, - смеётся Светлана Викторовна. – Тогда мы с Кириллом будем вас ждать в фойе.
- Хорошо.
Сую телефон в сумку. И тут же на запястье ложится ладонь Кораблина. Он останавливает меня.
- Что случилось?
- У Кирилла зуб болит, - стряхиваю его руку. – Мне пора.
- Тебе? – перегораживает дорогу. – Нет уж. Нам пора. Садись в машину. Я отвезу вас в поликлинику.
- Ты в себе? Будешь знакомиться с ним по дороге к зубному?
- Я сам решу. И давай не будем терять времени.
- Егор, я тебя прошу, - чем ближе мы подъезжаем к школе, тем сильнее становится моё отчаяние. Ёрзаю на пассажирском сидении, будто у меня шило в одном месте. – Умоляю! Дай мне самой всё разрешить. Я познакомлю вас с Кириллом, только дай мне время его подготовить!
Кораблин в ответ на мои мольбы молчит. Но не потому, что спокоен. Я прекрасно замечаю, насколько более агрессивной стала его езда. А он не из безответственных водителей. Злится, причём сильно. На меня.
Чёрт!
- Ну не молчи, пожалуйста.
- Что ты хочешь, что бы я тебе сказал,Валя? Спасибо за сына, которого ты прятала семь лет? Или, "да, конечно, я буду продолжать играть по твоим правилам, и буду ещё хрен знает сколько ждать." Нет, - жёстко подытоживает он, - даже не рассчитывай.
- Я не прошу многого. Дай мне хотя бы день. Я найду нужные слова, и…
- И?
- Скажу ему, что у него есть папа.
Господи, как тяжело мне даются эти слова! И назад дороги нет, потому что Кораблин теперь держит меня в кулаке.
- А когда он спросит, где я был все эти годы, что ты ему скажешь? Что папа у него гандон? Или правду о том, что его мать, как капризная истеричка решила, что воспитает мужика сама, без отца? Оба варианта так себе.
- Я не истеричка.
Егор не отвечает, а до меня только доходит, что за время перепалки мы доехали до школы, и он прямо сейчас остановится у входа.
Именно это он и делает.
- Не думаю, что так парковаться разрешено.
Он окидывает меня холодным взглядом и глушит двигатель.
- Пойдём, - с этими словами он выходит из машины.
Очухаться не успеваю, как он открывает дверь с моей стороны, и вот мы уже поднимаемся по ступенькам в здание школы.
В фойе нас встречает классная руководительница в нарядном костюме и с причёской. За руку она держит Кирилла, который, в свою очередь, потирает щеку и смотрит на нас изподлобья.
- Ну здравствуйте! А кто это у нас тут, мама и папа? Да, Кирюш?
Женщина улыбается, а я готова провалится под землю! У Егора с Кириллом, конечно, есть сходство, но чтобы настолько очевидное. Какого чёрта она болтает ерунду? Я и так на взводе.
- Здравствуйте! Спасибо, что позвонили. Мы, пожалуй, поедем к зубному, – бросаю ей короткую улыбку и беру сына за руку.
- Конечно — конечно! До завтра, Кирюша!
Я не замечаю, что Кораблин стоит чуть поодаль, и когда я, держа за руку Кирилла разворачиваюсь к выходу, он оказывается прямо перед нами.
Я замираю, сын дёргает меня за руку.
- Мам, а это кто?
Твой отец.
- Я друг твоей мамы, - дружелюбно произносит Кораблин и присаживается перед Кириллом. Теперь их глаза на одном уровне. – Меня зовут Егор.
- Кирилл Карнаухов.
На протянутую руку Кораблина Кирилл отвечает рукопожатием. А я вою внутри, словно раненая волчица, потому что отчётливо понимаю, как была не права.
Сыну нужен отец. И моему мальчику он тоже был нужен, только я всё решила за троих.
Из-за страха, из-за боли, из-за гордости.
Смотрю на них и понимаю, что виновата перед обоими.
- Ещё успеете наговориться, - улыбаюсь вопреки желанию разреветься. – Егор после зубного заедет к нам в гости.
- На торт? – восклицает Кирилл.
- Какой ещё торт? – весело возмущаюсь. – Сначала посмотрим, что скажет врач! Пойдём.
Чувствую на себе взгляд Егора всё время, пока мы идём до машины, но сама посмотреть на него в ответ боюсь. Он всё слышал и знает, что ему нужно всего лишь дождаться вечера, и Кирилл узнает правду.
- Ого! Какая крутая тачка! – восхищённо и главное, совершенно позабыв про больной зуб, восхищается Кирилл. – Это, наверное, директора школы, - делает логичный для детского ума вывод он.
- Вообще-то это машина Егора, - объясняю я. – Он вызвался отвезти нас к зубному.
- Можно я поеду на переднем сидении? – зелёные глаза сына загораются.
И это же я вижу во светлом зелёном взгляде Кораблина. Меня аж пошатывает от того, насколько нереальным кажется происходящее.
- Можно? – Кирилл обращается к своему отцу.
- Можно, - тепло отвечает тот. – Но последнее слово пусть будет за мамой.
- Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! – просит он аж припрыгивая.
- Ладно, - пожимаю плечами. – Но если нас остановит полиция…
- Не остановит, - уверяет меня Кораблин и помогает Кириллу забраться на пассажирское сиденье.
Как только он захлопывает дверь, его лицо снова меняется. Нет на нём ни капли того счастья, которое вызывает в нём сын. На меня смотрит холодный, суровый взгляд.
- Вечером, - тихо подтверждает он, - и без фокусов, Валя. Хорошо?
- Каких ещё фокусов? – вспыхиваю, но говорю шёпотом.
- Я уже не знаю, чего от тебя ожидать. Так что на случай, если у тебя есть ещё парочка секретов, связанных с моим сыном, предлагаю всё обсудить прямо сейчас.
- Нет секретов.
Рука инстинктивно тянется к животу, но я сдерживаю этот порыв. Надо будет сказать Кораблину о беременности. Но не сейчас. Тем более, я не знаю, какая у него будет реакция.
Кирилл уже взрослый, тем более это первенец. Сын. Не факт, что за второго ребёнка Кораблин решит бороться точно так же.
- Точно? – требует он.
- Точно, - отмахиваюсь.
- Валя? – всё допытывается он.
- Поговорим у меня дома. Вечером. Секреты кончились Кораблин. Отвези нас к зубному, наконец.
Всю дорогу до поликлиники Егор с Кириллом не переставали говорить. Началось всё с разговора о его машине, и каким-то образом закончилось на теме космонавтов.
Как же им легко вместе. Слушаю их и испытываю горечь, перемешанную с облегчением. Мысли так и роятся около моего поступка, но я не даю чувству вины задавить себя.
Дантист осматривает больной зуб Кирилла и после оказанного лечения отправляет нас домой.
Сын снова забирается на переднее сидение и даже подсказывает Кораблину дорогу до нашего дома. Мне изредка приходится вмешиваться, чтобы мы не отклонялись от маршрута.
И, быстрее, чем я успеваю переварить произошедшее, машина останавливается у ворот.
- Кирюш, ты иди домой. Тебя бабушка ждёт, - заполняю неудобную тишину.
- Хорошо! Пока, Егор, - он протягивает руку Кораблину, и они по-мужски прощаются.
Он выходит из машины, смешно забрасывает ранец на плечо и идёт во двор.
- Живёшь с мамой?
- Да, - сухо отвечаю и собираюсь вылезти из машины. Только дверь заблокирована. Вздыхаю и сталкиваюсь с его взглядом в зеркале заднего вида. – Что?
- У тебя получилось мне отомстить.
- Даже не пыталась, - прячу глаза и не могу найти себе места. – Так вышло.
- Так вышло? – с нотой издёвки повторяет он.
- Дай мне выйти и приезжай вечером. Договорённость в силе.
- Ещё бы в силе, - давит жёстким тоном он.
Я выбираюсь из машины и на негнущихся ногах иду домой. Оборачиваться не хочу, потому что чувствую на себе взгляд Кораблина. Захожу во двор, чуть щурюсь из-за яркого солнца, и не сразу замечаю маму.
Она стоит посреди двора и смотрит мне за плечо. Туда, где ещё стоит машина Егора.
- Я что-то не поняла! – громко возмущается она. – Кирилл мне рассказал про твоего друга Егора, который катал вас по городу на «крутой тачке».
- Мам, тише.
- Тише? – она всё-таки понижает голос. – Я сейчас возьму из сарая вилы и разукрашу ему всю машину!
• •
Актив=глава
___________________________________________
Ставьте⭐ Пишите комментарий! ✨