📖 Глава 57.
После стрелки двор опустел. Дом быт разбежался, пацаны Универсама остались настороже, но напряжение было таким, что воздух можно было резать ножом.
Чужой стоял напротив Костра. Два авторитета прошлого, два человека, которых связывала кровь, предательство и улица.
- Значит, живой, - сказал Костёр хрипло. - А я всё это время верил, что закопал тебя.
Чужой усмехнулся.
- Верить легко. Труднее жить с правдой.
- Правда в том, что ты меня предал, - резко бросил Костёр. - Ты обещал держать спину, а врезал нож мне.
Чужой сделал шаг вперёд. Его голос звенел сталью:
- Нет. Это ты предал. Я защищал улицу, а ты - себя. Ты выбрал не братство, а власть.
---
Вера слушала, сердце колотилось. Она не выдержала:
- Хватит говорить загадками! Скажите прямо. Кто из вас врёт?
Чужой перевёл взгляд на неё.
- Девочка, я не вру. Твой отец... - он кивнул на Костра, - однажды продал нас ради места под солнцем.
Кощей шагнул вперёд, сжав кулаки.
- Значит, это правда? - он глянул на Костра. - Ты убил моего отца, потому что сам оказался предателем?
Костёр тяжело вдохнул, будто нес на плечах весь город.
- Я убил его потому, что иначе он бы сжёг всех нас. Он не остановился бы. Его жадность, его жёсткость - это был конец. Я сделал то, что должен был сделать.
Чужой усмехнулся.
- Красиво поёшь. Но сути не меняешь. Ты боялся, что я сильнее, и ты избавился от меня.
---
Молчание повисло над двором.
Вера стояла между ними, её руки дрожали.
- Значит... я родилась между вашим предательством и вашей ненавистью?
---
И тут вдруг раздался скрип тормозов. К подъезду резко подъехала машина. Из неё вышла женщина в длинном пальто, в глазах которой горел огонь, не уступающий мужскому.
Елена. Мать Веры.
- Ну наконец-то, - сказала она хрипловато, сжёвывая слова, будто сигаретный дым. - Я всё гадала... Живой ты или нет.
Все обернулись.
Вера - в шоке. Кощей - в напряжении. Костёр и Чужой - оба будто получили удар.
- Значит, живой всё-таки, - повторила Елена, глядя прямо на Чужого.
---
И двор наполнился тишиной, в которой даже птицы не решались чирикнуть.