📖 Глава 24. В палате
Белые стены, запах йода и тихий писк капельницы.
Лиля открыла глаза, моргнула, пытаясь понять, где она.
Голова гудела, виски болели, но первое, что она увидела — лицо Кощея.
Он сидел рядом, локти на коленях, глаза красные от усталости.
— Жива… — прошептал он, и впервые в его голосе не было злости или дерзости, только облегчение.
Лиля усмехнулась криво:
— А ты думал, меня так просто завалить?
Кощей вздохнул, провёл ладонью по лицу.
— Зачем ты это сделала? Зачем вылезла на стрелку?
— Потому что Вера — не игрушка, — тихо сказала Лиля. — И потому что она мне доверилась. Я не могла сидеть и смотреть, как вы друг друга жрёте.
Он посмотрел на неё пристально:
— Ты знала, где она, и молчала. Даже от меня.
Лиля отвернулась к окну.
— Если бы я сказала, ты бы ворвался к ней. Ты бы привёл за собой весь Универсам, а может и Дом быт. И тогда её жизнь превратилась бы в ад. Я берегла её.
---
Кощей встал, прошёлся по палате, сжал кулаки.
— Ты чуть не умерла, понимаешь? Я бы себе этого никогда не простил.
Лиля улыбнулась слабо:
— На улице мы все чуть не умираем каждый день. Только ты этого не понимаешь, потому что думаешь, что бессмертный.
Кощей замер, посмотрел на неё. В её глазах не было страха, только правда.
---
— Лиль, — сказал он тише, — ты моя семья. Турбо, Зима, Пальто, Адидасы — все мы. Но ты… ты другая. Я всегда знал, что могу тебе доверять.
Она закрыла глаза, кивнула.
— Тогда доверься ещё раз. Веру не трогай. Она сама придёт, когда будет готова. А если начнёшь её тянуть силой — потеряешь и её, и себя.
---
Дверь палаты приоткрылась — вошёл Турбо, за ним Зима.
— Как она? — спросил Турбо.
— Держится, — ответил Кощей, не сводя взгляда с Лили.
Она посмотрела на них всех и тихо сказала:
— Теперь у вас одна цель. Не Дом быт, не стрелки, не районы. А сохранить её. Если сможете.
---
И в этот момент Кощей понял: после этой ночи всё изменилось. Лиля уже заплатила кровью за свою тайну. А значит, дальше ошибок быть не должно.