А мы семья?
— Тош, давай вниз спустимся? — Вика лежала на его плече, водя пальцем по сильному прессу. Антон обнимал его рукой и тоже легонько касался голого тела. Они лежали на кровати в своей комнате, ветерок обдувал их после жаркой любви.
— Зачем? — не переставал водить рукой.
— Чтобы они ничего не заподозрили.
— Они и так всё поняли уже.
— Ну... может...
— Давай, — он убрал руку. Вика поднялась с кровати и стала быстро одеваться, — тебе не понравилось? — застегивая ширинку спросил Антон.
— Мне... понравилось... н...— она не стала договаривать. Быстро оделась и поспешила к выходу, но Антон преградил ей путь.
— Только что же всё было нормально. Что случилось? Я сделал что-то не так? Не то сказал? Обидел?
Вика опустила голову и упала ему на плечо. Тихие слёзы вновь плоились из глаз, вспоминая недавние события. Он обнял её и поцеловал в голову.
— Я просто не могу отойти от всего этого, — всхлипывая ответила девочка, — в голове столько всего крутится.
— Чего? Расскажи. Пойдём на веранду сядем и поговорим? — она кивнула. Они спустились вниз, уселись на веранде дома в мягкие кресла и продолжили разговор.
— Ну... с одной стороны это не правильно. Нам семнадцать. А с другой...
— Викуш, мы с тобой разговаривали уже, что оба хотели этого и какой-то год или даже пол года роли не сыграют. Это чисто психологическая установка, — взял её за руку, — за всё время наших каникул на даче мы так и не смогли закончить с тобой. Скоро уезжать в город и хорошо, что ты всё же решилась. А потом, мы прекрасно всё понимали. Я был в презервативе, поэтому ни беременность, ни болезни нам не грозят. Я старался быть аккуратным и нежным, — на этой фразе он заглянул к ней в глаза.
— Да, спасибо. Было немного больно, но ты был ласковый, — она улыбнулась смущенно.
— Понравилось? — тоже на улыбке спросил Антон.
— Угу, — кивнула.
— А что больше всего понравилось? Понятно, что сам процесс пока, наверное, был не очень из-за боли, но всё же.
— Ну, — она потупила взгляд в пол со стеснительной улыбкой, — то, что было перед.
— Я понял, — он поцеловал её в лоб.
Ворота стали медленно открываться и сквозь ночную темноту показались две яркие фары. Машина заехала во двор, но сразу за ней была другая машина. Антон нахмурил брови. Машина дяди Саши закатилась в гараж, а машина отца припарковалась перед въездом в гараж. Ворота закрылись. Двигатели заглушились. Фары погасли. Из машины вышел Арсений, а следом с переднего пассажирского и Полина. Они стали подниматься на веранду.
— Пап? — удивился Антон и подошел поздороваться, — ты же в воскресенье за нами хотел?! — пожал руку и тот сильно его обнял. Стоял молча и не отпускал сына. Антон, не понимая, просто стоял и ждал в объятиях.
На веранду зашёл дядя Саша с сумками, а следом и тётя Надя с большим цветком в горшке. Полина встала возле деревянного столба и облокотилась на него плечом.
— Сын, — шепотом сказал Арсений, — я очень люблю тебя.
— И...и я тебя... пап? Что случилось? — отец в темноте бегал зрачками по глазам сына, а потом так тяжело ответил:
— Лера умерла.
— Что? — отпрянул от объятий Антон, — как? Ты там был? — отец молча кивнул, — почему меня не взял?
— Резко всё произошло, ты уже здесь был. Нужно было срочно приехать к ним, помочь. С Полиной ездили, — Антон перегнулся и посмотрел за отцовскую спину, где стояла уставшая девушка.
— А...почему? — парень был подавлен. Он любил двоюродную сестру, хоть и очень редко виделся с ней.
— Врачебная ошибка... при операции.
Антон посмотрел на Вику, что стояла поодаль и не знала куда себя деть. Семейный личный разговор, который решили не скрывать от неё, доставлял ей дискомфорт. Она боялась пошевелиться, хотелось слиться с обстановкой, чтобы о ней забыли. Её глаза соприкоснулись со взглядом Антона.
— Викуш, пойдём спать, — Антона грустно и подавлено подвёл за спину девочку, пропустил вперёд себя домой. В дверях обернулся на отца и прошептал, сдерживая слёзы, — всё будет хорошо пап, — тот молча кивнул.
Дети ушли к себе, а Арсений вернулся к Полине, которая всё ещё стояла у столба.
— Он сильно расстроился, — сказала она, отдавая сумку с вещами Арсению.
— Знаю. Но он справится. Завтра все поедем домой, всё будет хорошо, — слегка улыбнулся и взял девушку за руку, — у меня есть ты. Я понял, что люблю тебя.
Спасибо, что съездила со мной.
— Я тоже тебя люблю, — на уставшей улыбке ответила Полина и поцеловала его в щеку.
***
Антон сидел в своей комнате и играл в приставку. Вчера они вернулись с дачи, завезли Вику домой. Она через два дня улетит на море с семьей. Из головы не уходила новость о его двоюродной сестре Лере. Понимал, что все смертны, но не так рано. Мысли менялись, частенько смеялся по сети с друзьями и полностью погружался в игру. Тут в двери повернулся ключ. Антон сидел в наушниках и не слышал ничего.
— Лёх, да мочи его, блять! Ты долбаеб что ли? Чёрный ты встал? Прикрывай Серого. Да бляяяяяять. Ух, епт, — он дернулся и снял наушники, — пацаны я на паузу, — он клацнул по кнопке и резко встал с пола, — здравствуйте.
— Привет, Антош, — нежно сказала Полина, держа в руках сумку, — играешь?
— Ам, — посмотрел в экран, словно убеждаясь в этом, — да, — и тут же залился краской, вспоминая как матерился, — давайте, — взял у Полины сумку.
— Папа мне ключи дал, сказал, что скоро приедет. Я решила продуктов купить, приготовить. А то дома ничего нет.
— А что, уже семь вечера?
— Нееет, я просто на удаленке, а папа решил пораньше прийти. Антош, — она остановилась, не дойдя до кухни, — а ты не против, что я тут... у вас...
— Нееет, — улыбнулся он, — вы мне нравитесь, да и папе тоже, — стал раскладывать продукты, — вы обычная, нежная, добрая. Не трясете с отца деньги.
— Ну... мы давно знакомы. Каждый сам зарабатывает.
— Да я не против, чтобы у папы была личная жизнь. Просто тут была одна, противная. Мне она сразу не понравилась. Там даже по виду понятно, — скомкал пустой пакет, — губы - во, — показал на себе, — жопа - во, сиськи - во! Ну куда такое? — Полина засмеялась и поправила ворот блузки. Поняла, что её маленькая грудь была вовсе не недостатком, — вам помочь?
— Антош, давай на «ты»? — забрала у мальчика скомканный пакет.
— Давай, — улыбнулся, — помочь?
— Ты вроде играл.
— Да там так, — отмахнулся, — время занять.
— Ну, тогда давай. Я пойду переоденусь, а ты пока почисть картошку, — парень кивнул и улыбнулся. Полина ушла в комнату к Арсению. Там лежала небольшая сумка домашней одеждой. Арсений привёз после поездки к сестре. Он сам предложил съезжаться. Полина была не против, но всё же решила, что для начала будет оставаться не дольше пары ночей в неделю.
Спустя час, на кухне послышался вкусный запах обеда. Арсений зашёл в квартиру и сразу понял, что на обед борщ.
— Я дома, — крикнул он из коридора и кинул ключи на столик возле зеркала. Снял обувь и прошел на кухню, — мммм, — улыбнулся, — вкуснотища, — поцеловал в макушку сына, а затем нежно за талию обнял Полину.
— Арс, — она убрала его руки, стесняясь Антона.
Мужчина прекрасно понял её жест и не стал продолжать. Заглянув в кастрюлю? Одной рукой стал ослаблять галстук.
— Давайте тогда сядем, покушаем? — спросил Арсений. Но не успел он услышать ответ, как ему позвонили, — минуту, — взял телефон и с недовольным лицом вышел в коридор.
— Дорогой, — послышалось в трубке, — нам нужно с тобой встретиться.
— Во-первых, я не дорогой, а во-вторых, сегодня после восьми вечера.
— Я уже возле твоего лифта, — голос явно звучал на улыбке, с какой-то ноткой ехидства.
— Хрррр, — недовольно и зло прорывал Арсений, — зачем? — бросил трубку. Собрал с вешалки ветровку Полины, её сумку и кроссовки, крикнул на кухню, — Полина!
Та спешно вышла.
— Что такое? — недоумевала она, смотря на Арсения со своими вещами в куче.
— Посиди в комнате Антона, пожалуйста. Сейчас Ангелина приедет. Она уже в лифте, — его взгляд устремился куда-то в пол, с чувством вины перед девушкой, которую любил. Ему было неловко, посвящать её во все свои бывшие амурные проблемы. А еще большим неудобством перед Полиной было то, то в одной квартире будут две девушки, которым он так или иначе принадлежал. И любимая вынуждена прятаться и запираться в комнате сына.
— Конечно, — с пониманием вздохнула Полина и хотела забрать свои вещи, но Арсений сам отнёс их и положил на кровать ребёнка.
Антон спешно направился следом.
— Тох, — возмущённо сказал отец, указывая взглядом на стул, где валялись трусы и носки.
— Ой, — стыдливо улыбнулся парень.
В дверь позвонили. Мужчина закрыл дверь детской и направился в прихожую.
— Вы...ты, — быстро поправил себя Антон, — прости меня. Я иногда забываюсь.
— Всё хорошо, — улыбнулась Полина, — это совершенно нормально. Твоя комната - твои правила. Хоть на стену их крепи, — Антон замер. Отец всегда учил его поддерживать порядок в своей комнате, даже без гостей, а тут...
— Но... — оба затихли и прислушались. Полина прошептала:
— Мы с тобой свои. Я думаю, что... ну... — Антон видел, как ей тяжело сказать и прекрасно понимал что именно.
— Если ты начнешь жить с папой, то мы станем семьей, — сказал он за неё и улыбнулся, — а если поженитесь, то и... мамой?! — это прозвучало немного неуверенно и с вопросом.
— Ты не против?
— Ннннет. Нет, — он подошёл к двери и прислонил ухо. Прислушался. Затем быстро залез к себе в тумбочку и достал от туда пакетик.
— Антон? — напряглись Полина, следя за действиями парня.
— Всё нормально, всё под контролем, — и он вышел из комнаты. Прошёл на кухню и встал в дверях.
— О! Антошик, — улыбнулась Ангелина, — отлично. Вся семья собралась. Теперь я могу говорить.
— Да не томи уже, — зло сказал Арсений кипятя чайник.
— Пап, — тихо сказал Антон, подходя к нему, — давай я чай сделаю, а ты спокойно побеседуешь?! — мужчина не стал возражать и присел за стол.
Антон аккуратно достал из кармана пакетик и положил его в солонку.
— Ну так вот, — она положила на стол снимки УЗИ и кучу бумаг, подтверждающих беременность, — наш малыш! — она улыбалась и уже ликовала. А вот Арсению было не до радости. Антон замер спиной к ним, держа в одной руке чайник, а в другой - кружку. Медленно повернулся. Хотел было сказать, но вспомнил про свою миссию и повернулся обратно.
— И что это? — Арсений вял в руки снимки, — разыграть меня решила? Между нами всё кончено. Убирайся из моей жизни!
— Аааарс, но у нас же ребёнок! Это живой человек, я беременна от тебя, — Ангелина пыталась вдолбить в голову, что бросать женщину с ребенком нельзя, — значит мы семья. А дети не могут рождаться внебрачно.
— Ещё чего?! Мы что, в средневековье? Или я император какой, что позор будет от внебрачного ребёнка? Нет. Свадьбы не будет никакой.
— Ваш чай, — встрял Антон и поставил две кружки. Одну специально взял уродливую, где написано «папа - лучше всех», чтобы Ангелина даже не захотел поменяться, а ей налил в красивую милую чашечку.
— Спасибо, Антош. Ну ты то, — она искала поддержки в глазах ребёнка, — скажи папе.
Антон кивнул, сделал вид, что понимал важность слов Ангелины и повернулся к отцу. Тот аж замер от неожиданности и побледнел. Сын всегда был против Ангелины в любом её проявлении, а тут никак не выражал свои эмоции, так еще и согласился с её просьбой.
— Пап, — начал Антон, — сделай тест ДНК, — внезапно заявил парень и Арсений выдохнул, а вот Ангелина недовольно скривила губы.
— Ну зачем весь этот цирк? — спросила она и сделала глоток чая, — мм, — посмотрела в кружку, — необычный вкус, — чем-то грибным отдает, но это даже вкусно.
— Из-за границы привезли чай, — улыбнулся Антон и посмотрел на отца, — так сделай тест, а потом уже думать будешь, — не стал акцентировать тему чая.
— Весь цирк устроила ты, — строго сказал Арсений. Ты наврала мне про беременность, ты... — но он не успел продолжить, как Антон специально просыпал вафли ему на пиджак, посмотрел в глаза отцу и еле незаметно замотал отрицательно головой, — Антон, давай ты к себе пойдешь? — стал отряхиваться, — взрослый разговор, ладно?
— Прости, пап, — он поставил на стол вафли и ушел.
В комнате его ждала Полина, которая молча сидела на кровати и что-то делала в телефоне.
— Ну что там? — прошептала она.
— Ангелина принесла УЗИ беременности, — девушка задумалась, — я предложил папе сделать тест ДНК, — продолжил Антон.
— Молодец. Интересно, какой даты были снимки? Наверняка недавние и там счёт на недели.
— Не знаю, я ничего не понимаю в этих циферках и буковках. Да я и не разглядывал, если честно.
— Ну, понятно.
В эту минуту за дверь послушалась суета и громкий голос Арсения «скорая! Десятый этаж...»
Полина выбежала из комнаты и зашла на кухню, там в судорогах на полу лежала Ангелина. Женщина быстро положила под голову беременной подушку со стула и развернула на бок, оставив тело лежать прямо. Изо рта стала стекать пена. Антон замер в дверях кухни. Ему стало страшно, что это сделал он. Захотелось вернуть время обратно и не делать этой ужасной ошибки, но уже было поздно. Из-за его злости мог погибнуть человек. А точнее он мог убить человека. Лицо подростка побледнело, он схватился на косяк двери и слегка отступил назад. Перед глазами всё плыло, в ушах звенело. Люди бегали как в замедленной съемке перед ним. В квартиру вбежали врачи с оранжевым чемоданом. Звуки эхом наносились в его голове. Последнее, что он увидел, это лицо отца, которое в ужасе кричало «Антон, очнись, Антоша, родной мой».