Глава 25
Сердце колотится так, что, кажется, вот-вот выпрыгнет из груди. Я в ловушке – между горячей водой источника и перспективой пробежки по лесу практически голышом. Промокшая сорочка липнет к телу, и от одной мысли, что кто-то меня такой увидит, щёки заливает краска стыда.
Лихорадочно осматриваюсь. Может быть, всё-таки рискнуть? Оббежать купальни, прижимаясь к стенам, и броситься к постоялому двору? Утренний воздух пробирает даже сквозь пар, поднимающийся от воды. Нет, это безумие – я либо простужусь насмерть, либо попадусь на глаза страже, что ещё хуже.
Шаги приближаются, и каждый звук отдаётся в висках пульсирующей болью. Я почти не дышу. Их голоса всё ближе, и мне кажется, что время растягивается, как патока – секунды превращаются в вечность.
— Здесь хорошо, — глубокий голос Тэхена звучит совсем рядом, и у меня перехватывает дыхание.
К моему невероятному облегчению, он и его спутник входят в соседнюю купальню. Только тонкая каменная перегородка отделяет меня от мужа, но сейчас это кажется настоящим спасением. Медленно, стараясь не создавать ни малейшего всплеска, погружаюсь в воду по самый подбородок.
Горячие струи обволакивают тело, но я едва замечаю их жар – всё моё внимание сосредоточено на звуках за перегородкой. Плеск воды, когда мужчины входят в источник. Задерживаю дыхание. Насколько долго они собираются здесь оставаться? Вода продолжает бурлить вокруг меня, и её тепло постепенно превращается в испытание. Или это напряжение так действует? По вискам стекают капли.
Я не смею пошевелиться. Каждое движение может выдать моё присутствие, и тогда... Нет, даже думать не хочу, что будет тогда. Представляю, как он войдёт сюда, увидит меня такой... От этой мысли внутри всё сжимается, и я не могу понять, от страха или от чего-то другого.
Боже, пусть они уйдут поскорее. Пусть что-нибудь отвлечёт их, позовёт прочь отсюда. Я готова молиться всем известным божествам, лишь бы выбраться из этой ситуации незамеченной.
А может... может, стоит просто показаться? В конце концов, чего я испугалась? Я же не делаю ничего плохого. Он не запрещал мне посещать источники. Объяснить всё? Но как объяснить своё присутствие? То, что пряталась? Нет, это только ухудшит положение. Остаётся ждать и надеяться, что они не останутся надолго.
Вода продолжает бурлить вокруг меня, а я застыла, словно статуя, боясь пошевелиться. И всё это время я остро, мучительно осознаю, как близко находится Кристард. Всего в нескольких шагах, за тонкой каменной перегородкой...
— Ну и как тебе семейная жизнь, о великий и ужасный? — хмыкает незнакомый мужчина, обращаясь к моему мужу. — Говорят, твоя молодая жена — та ещё заноза. Что ты такого натворил, что она рванула от тебя в лес к волкам?
— Не твоё дело, — холодно отвечает Тэхен. В его голосе слышится раздражение, от которого у меня по спине бегут мурашки.
— О, да брось! Я же видел, как ты на неё смотрел на церемонии. Даже твоё каменное сердце...
— Чонгук! — в голосе мужа появляются опасные нотки. — Мы здесь не для этого.
Вода плещется – кажется, Тэхен резко сменил позу. Я вжимаюсь в угол ещё сильнее, хотя куда уж больше.
— Ладно-ладно, — со смехом отвечает Чонгук. — Давай о делах. Расскажи мне ещё раз про Хвасу. Тени среди бела дня — это... необычно.
Сердце пропускает удар. Собираются обсуждать случившееся?
— Они были практически у границы, — голос Тэхена становится деловым, жёстким. — День тоже оказался пасмурным. Может в этом дело?
— Но раньше такого не было, — возражает Чонгук. — Тени — проблема сумерек или ночи. Как мы думали. Чимин думает, что тёмные что-то замышляют, но он параноик, ему можно. Мне же кажется, что мы просто ошиблись с условиями, при которых они активны.
— Или возможны оба этих варианта и что-то сверху.
— Да ты оптимист, — смеётся Чонгук, а после его голос впервые звучит серьёзно. — Знаешь, это неединичный случай.
— Говори.
— На востоке люди пропадают. Уходят в туман добровольно и не возвращаются.
Холодок пробегает по спине, несмотря на горячую воду.
— Сколько? — спрашивает Тэхен. Его голос звучит напряжённо.
— Достаточно, чтобы начать беспокоиться. Все свидетели говорят: туман словно живой, слышат голоса и прочее, что мы обычно считали просто сказками.
— Хосок рассказывал то же самое. Но мы вроде решили его проблему с непутёвыми родственничками.
— Ты б спросил у своей. Может тоже услышала чего?
Тэхен пропускает его слова мимо ушей.
— Почему сейчас? Почему всё изменилось?
— Это нам и предстоит выяснить, — по голосу кажется, что Чонгук улыбается.
— Ты что-то недоговариваешь, — злится Тэхен.
— Конечно недоговариваю! — смеётся тот. — Иначе какой из меня был бы лариан? Но вот что я тебе скажу: береги свою маленькую жену. Очень береги. А то украду.
— Ты мне угрожаешь? — температура в источнике, кажется, падает на несколько градусов от тона Тэхена.
— Дыши легче, — фыркает Чонгук. — Это дружеский шутка. Так же что если наши подозрения верны, то очень скоро она может тебе понадобиться. Больше, чем ты думаешь.
Я почти физически чувствую, как напрягся Тэхен. Его молчание говорит громче любых слов.
— Снова несёшь чушь, — наконец произносит он, но в его голосе нет привычной уверенности.
— Возможно, — легко соглашается Чонгук. — А возможно и нет. Время покажет. Кстати о времени, мне пора. В отличие от некоторых, у меня нет красивой молодой жены, которая греет постель. Эх-хх завидую дружище.
— Чонгук, — я едва различаю имя в выдохнутом Тэхеном рычании.
— Да-да, знаю – не моё дело, — слышится плеск воды. — Но серьёзно, Тэ... присмотрись к ней внимательнее. Иногда самое ценное прямо перед носом, а мы этого не видим.
После ухода Чонгука я жду ещё несколько минут, вслушиваясь в тишину, нарушаемую только плеском воды. Тэхен остался? Ушёл в лес? Почему-то мне кажется, что он и не такое может вычудить.
Наконец, решаюсь. Нужно уходить, пока есть шанс. Кто знает, сколько ещё Тэхен пробудет в источнике? Нельзя попадаться ему на глаза.
Медленно, стараясь не создавать ни малейшего всплеска, поднимаюсь из воды. Мокрая сорочка облепляет тело, с неё стекают ручейки. Каждый шаг даётся с трудом, ткань липнет к ногам.
Добравшись до раздевалки, едва сдерживаю облегчённый вздох. Мои вещи лежат там же, где я их оставила. Трясущимися руками стягиваю мокрую сорочку, торопливо вытираюсь. Холодный воздух покрывает кожу мурашками, заставляя двигаться ещё быстрее.
Только бы успеть... Лишь бы он не вышел раньше...
Шаги!
Уверенные, тяжёлые шаги за спиной заставляют меня замереть. Сердце пропускает удар, а затем начинает колотиться с утроенной силой. Я наспех пытаюсь завернуться в полотенце, но, по закону подлости, оно скручивается, оставляя меня даже без такой защиты.
Тэхен стоит в дверном проёме. Его волосы влажные после купания, полотенце висит на плече, даже не пытаясь прикрыть мощный торс. Ничего кроме на нём нет.