Глава 6
Вот уже как больше одной недели Нил забирал Викторию из дома или с учебы и отвозил в поместье Одвет. Он и вправду стал для нее подобием личного водителя.
Взамен броского красного спорткара, теперь Нил предпочитал забирать Викторию на более незаметном авто - все на том же черном кроссовере. И то делал он это, так и казалось, исключительно для комфорта Виктории, которая устала объяснять своим одногруппникам, кто это такой забирал ее недавно на столь изысканной тачке. Все возвращалось в норму.
Виктория также продолжала работать в саду, пересекаясь с членами семейства Одвет лишь изредка. Даже тот же Орест появлялся в саду и не так уж и часто, так что и большую часть времени Виктория проводила с ним - с Нилом.
В большинстве случаев он молчал. Они могли перекинуться парой фраз, наподобие того, какая сегодня прекрасная погода, однако вывести Нила на чистую воду никак не увенчалось успехом. Он умело уходил от ответа всегда, когда только появлялась возможность и исчезали причины на вопрос отвечать. И даже тот же вопрос Виктории, заданный недавно вскользь, до сих пор не получил разумного объяснения. Нил продолжал был разным каждый. Каждый чертов день.
Утром он мог быть в приподнятом настроении и вести себя, как настоящий смельчак. Он мог бойко допрашивать Викторию о ее жизни, о том, на кого она учится и как познакомилась с Орестом Одвет. Вечером же пыл его подугасал, и он становился невероятно молчаливым и тучным дядькой. Видимо, все в его жизни зависело только от его настроения.
- А у тебя есть парень? - и снова столь бесцеремонно спрашивал он. Виктория уже привыкла, что от Нила можно ожидать чего угодно.
- А если скажу, что есть, что-то изменится?
Нил качал головой.
- Да. Тогда я буду знать, что ты прекрасно умеешь врать. - и снова эта простодушная улыбка.
Впрочем, дурак-Нил удивлял не только странными вопросами и не менее странными ответами, начинал он пугать еще и слишком вовлеченным присутствием в жизни Виктории. Хотя и на это у него находился железный аргумент.
- Ты ведь понимаешь, что возить тебя - это что-то вроде моего наказания? Я под домашним арестом. Мне только куда и можно ездить, так это чтобы забрать тебя или отвезти домой.
- Возить меня для тебя такое ужасное наказание? - Виктория ловила на слове. Нил снова так забавно кряхтел.
- Нет, нет! Мне не сложно. Я о том, что изначально это расценивалось, как наказание.
- Ну, допустим. А мне что с того?
- А с того, что у меня есть деловое предложение. Ты со мной сходишь куда-нибудь, а я за тебя заплачу. И мы оба в плюсе - я получу свободу, ты - бесплатные развлечения. Обещаю, все будет максимально безопасно!
- Ну, господин Орест же не зря тебя на домашний арест посадил. Ты ведь, я так понимаю, в тот день без разрешения опять уехал? Как я тогда могу перечить его воле?
- Ну уехал, с кем не бывает! Ну а если ради меня, нарушишь ради меня правила, а? - и снова он корчил эту страстную рожицу.
- Нет, Нил. Еще чуть-чуть надо. Почти не слащаво.
- Ну, считай, это уже успех.
Виктория и вправду становилась для Нила ключиком на свободу. Он не скрывал свое положение в семье, да и, так и кажется, не намеревался врать, будто проводить время с Викторией было только его задумкой. Скорее он, после неудачи, которая чуть не стоила ему жизни из-за сигарет, теперь был вынужден выполнять любые указания папеньки, который не меньше прочего стал наблюдать за сыном и его передвижениями. Нил знал, что он доигрался. И больше не имел той свободы, которая и привела его к этой тюрьме. Надо было будто усыпить бдительность отца для ответного удара.
Виктория не была против изредка совершать с Нилом остановки по пути. Обычно действия его были самого обычного типа - заправки, магазины, иногда и кафе. Он либо пытался затуманить внимательной Виктории разум, чтобы после незаметно снова что-нибудь учудить, либо же и вправду своим поведением старался хоть как-то облегчить нелегкую ношу. Хоть он этого и не показывал, по его вечно трясущемуся телу и склонности к тревожности, становилось понятно, что он до крайней степени раздражен. Испуган. И точно не хочет быть пленником четырех стен поместья Одвет. Впрочем, даже спустя этот маленький период времени, за который Нил уже раз в 5 просил Викторию заехать с ним в магазин, Нил сообразил и кое-что поинтереснее тех же заправок и маркетов.
Виктория неуверенно плелась за воодушевленным Нилом, который на этот раз решил заехать в торговый центр. Был уже вечер, рабочий день Виктории закончился, так что и Нил, превозмогая прерывистые пробки, был вынужден отвозить Викторию домой, как и было обозначено в условиях наказания. И, невероятно сильным желанием нарушать волю отца, чересчур хорошим настроением Виктории, он все-таки уговорил ее зайти в торговый центр. Виктория подумала, что Нил снова хочет купить что-нибудь или что-нибудь посмотреть, поскольку за все предыдущие его желания остановиться в магазинах, он делал именно это. Однако насколько же было ее удивление, когда он прошел мимо всех магазинов, поднялся на последний этаж, где находился он - кинотеатр. Виктория стояла около табло с фильмами, вопросительно глядя на спину Нила, который, вновь ничего не сказав, а только пойдя на поводу своей резкости, уже побежал покупать билеты. Нил всерьез решил сходить с ней в кино? Настолько сильно ему не нравятся оковы дома? Или что с ним опять. Ох уж эти нестабильные мальчики.
- Значит, кино? - говорила Виктория, когда Нил так увлеченно рассматривал билеты. - Теперь ты захотел сходить в кино?
Нил так беззащитно склонил голову вбок, вновь напоминая только маленького щеночка. Для полноты образа не хватало ушек и хвостика.
- Только не говори, что ты уже смотрела этот фильм! - выдавал он такую испуганную эмоцию. На лице Виктории глаза раскрылись и еще шире. Она абсолютно не понимала логику сына Одвет.
- Нет, не смотрела, но...
- Будешь попкорн? - Нил ее перебил. Лицо его было спокойным, будто он прекрасно понимал, что делал, а то, что он делал, словно было не спонтанным решением, которое он придумал в своей голове час назад, а самой обычной мирской вещью. Будто они с Викторией изначально намеревались пойти в кино.
Виктория только снова набрала в грудь побольше воздуха, да скрестила руки на груди. Что же в этот раз задумал Нил?
- Нет, спасибо. - четко проговорила она. - Фильм, так фильм. - и снова она принимала правила игры. Нил только так радостно побежал покупать себе попкорн. Может хотя бы так получится хоть когда-нибудь вывести его на чистую воду. Ну, давай посмотрим, что же теперь ты придумал, Нил Одвет.
Виктория особо никуда не торопилась. На вечер у нее не было запланировано слишком важных и срочных дел, так что она была отчасти даже не против бесплатно посмотреть фильм, да еще и в столь шикарном кинотеатре. Это был один из самых лучших кинотеатров города, так что и отказаться от просмотра фильма в нем - было бы попросту глупо. Да и этот Нил... Виктории было невероятно интересно узнать, почему кино. Почему сегодня. Почему Нил привез ее в кинотеатр, что было в его голове? Почему он и снова поступал так нелогично, будто никогда не довольствовался своим мозгом или же той же логикой. Столько мыслей разрывали ее голову, она хотела узнать у Нила обо всем. Но еще больше она хотела понять, почему и снова Нил казался другим.
Указывало на странные намерения Нила, пожалуй, и выбор кино. Это была романтическая драма с рейтингом 18+. Неужели Нил любил подобные фильмы?
Нил купил попкорн, после чего товарищи тут же прошли в зал. К невероятным совпадениям, фильм только-только начался, до сих пор прокручивали ролики рекламы. Однако даже в такой ситуации возникал вопрос - а было ли все это чистым совпадением? Или Нил специально предугадал время, когда они будут проезжать мимо кинотеатра, чтобы успеть на фильм. И снова слишком много вопросов к такой персоне, как Нил.
Что ж, забавно. Последний ряд. Особенностью зала стало и полное отсутствие посетителей. Только Нил и Виктория, приглушенный свет, страстный парфюм Нила. Виктория не понимала, ей начинать бояться или плакать? И, самое главное, не намекает ли Нил ей на что-нибудь.
Товарищи прошли в зал, сели на свои места. Виктория демонстративно села через одно сидение от Нила, чтобы точно быть уверенной в том, что они пришли просто посмотреть фильм. Однако даже здесь, как и в тот раз за столом в поместье Одвет, Нил не менее демонстративно пересел на место рядом с Викторией. Девушка так озлобленно посмотрела на него. Нил же только продолжал засовывать в рот попкорн, корча до боли наивную рожицу, будто и не понимая раздражения Виктории на его странные намеки последнего ряда. Реклама продолжала идти. Успели к началу фильма.
- Значит, кино. Последний ряд, романтическая драма. Как интересно.
Нил дожевал попкорн, снова так ехидно улыбнувшись.
- Не любишь романтические драмы? - толкал он ее в плечо. А ощущать личные границы другого он до сих пор так и не научился. - Просто давно хотел посмотреть этот фильм. 2 месяца ждал! И я же говорил, что не люблю, когда кто-то сидит позади, поэтому и ряд последний. Мало ли, кто-то еще придет.
- Ладно. - Виктория кивала. - Что же это за кино такое, что ты его столько ждал?
Нил протянул Виктории попкорн.
- Очень печальное. Смотри, не расплачься.
Виктория только снова так неприветливо зыркнула на Нила, в то время как он только внимательно повернулся к экрану, будто больше и не обращая внимание на какие-либо телодвижения возле него. А фильм наконец начался.
Первые десять минут фильма были самыми напряженными. Даже было непонятно, из-за чего напряженность была больше всего - из-за действий 18+ на экране, из-за того, что Нил никак не мог перестать своим плечом дотрагиваться до Виктории, из-за того, что они были на последнем ряду зала да еще и совершенно одни... Или же потому что Виктория до сих пор пыталась найти хоть какой-то аргументированный ответ на действия Нила. Нил, Нил, Нил. Он был повсюду в ее голове. И везде он был неопределенно разным. Что за маска сегодня была на нем?
Впрочем, мысли подобные прошли сами собой, когда действия на массивном экране продолжали меняться одно за другим, а легкий парфюм Нила заполнил собой весь зал, так успокаивающе действуя на Викторию. И хоть Нил для нее до сих пор был странным богатеньким сынком, все-таки чувством стиля он обладал определенно. Оставалось только смотреть эти драматичные кадры, да изредка подворовывать у Нила попкорн на скучных моментах. Но под конец фильма изменилось абсолютно все.
- Милый, милый, пожалуйста, не умирай! - говорила девушка на экране. - Пожалуйста, не оставляй меня одну, я не могу... Я не могу без тебя жить, как я буду без тебя, нет, не оставляй меня одну!
Молодой человек лежал на земле окровавленный, пока яркие мигалки на машине скорой помощи подъезжали ближе. Его пустой взгляд прожигал ее душу насквозь, пока она, до чертиков испуганная за его жизнь, за их будущее, которое они собирались построить вместе, так старательно пыталась надавить на его грудь, на его сердце, чтобы оно завелось. Она кричала, она плакала, каждый вздох ее сопровождался болью от потери, каждое сказанное слово было неосознанным, непонятым. Потому что она не верила, что все это произошло, что все это могло произойти!
Виктория сидела, оперевшись одной рукой о подлокотник кресла, стараясь только не зевать. Какой же до банальности глупый фильм! Становилось только жаль Нила, который потратил столько денег на это гов... Виктория обернулась на Нила. И застыла, не зная, что делать теперь.
На лице Нила не было ни одной эмоции. Он не менее пустыми глазами, какие были и у героя, который умирал, смотрел вперед. И из глаз Нила текли слезы. Он не двигался, не моргал. На середине фильма он даже перестал есть попкорн, несмотря на то, что оставалось закуски еще очень и очень много. Нил только продолжал так безэмоционально глядеть вперед, пока слезы горючими струями стекали вниз по щекам, собираясь в единую каплю на подбородке. Нил даже не пытался их вытереть. Он не повел ни мускулом, ни проронил ни слова. Если бы ему дали темные очки, скорее всего, Виктория бы и не сразу поняла, что Нил плачет. Потому что делал он это невероятно бесшумно. И снова он словно был здесь, но его не было нигде.
Сердце сильнее сжалось. Нет, Виктория не могла поверить, что Нил плакал из-за кино. Даже самый-самый ранимый человек на планете не стал бы плакать из-за настолько низкокачественного фильма. Дело было в другом. Этот пустой взгляд, это бесчувственное тело и эти обессиленные глаза. Теперь Виктория понимала, зачем Нил захотел в кино именно на этот фильм. Потому что именно на этот фильм нормальные люди бы не пошли, а значит и рядом не было бы никого, кто заметил бы слезы Нила! Слезы, пролить которые, по всей видимости, он даже нигде не имел возможности.
Карты наконец-то сошлись. Излишняя тревожность, постоянное желание убежать. Страх, который он постоянно подавлял своими резкими телодвижениями и неуместными разговорами с шутками. И эта извечно глупая улыбка. Так вот, какие чувства ты скрывал за этой улыбкой, Нил, так вот почему ты извечно казался разным. Так вот, почему ты был столь эмоционально нестабильным, Нил. Ты хотел плакать. Навзрыд.
Виктория села равнее, глядя только на экран. Даже ее предвзятое отношение к Нилу не могло позволить ей сейчас его остановить. Она не могла поступить с ним настолько жестоко. Вот только что заставило его реветь?
Нил продолжал бесчувственно смотреть вперед, пока слезы одна за другой текли вниз.
- И снова я проиграл. - так тихо прошептал он.
Виктория с Нилом молча вышли из кинотеатра. От недавних слез на лице Нила ни осталось ни следа. Он профессионально умел прятать свои настоящие эмоции. Виктория не могла проронить ни слова. Что бы она сейчас не сказала, так и казалось, что все это будет ложью или неправдой, лишь попыткой начать разговор, чтобы его начать. Да и разве могла ли она подобрать подходящие слова, теперь полностью понимая, для чего Нил вытащил ее на это кино. А еще точнее, как долго он хотел найти хоть подобие места, где можно просто поплакать. Нил явно за последнее время натерпелся слишком много страданий и болей. И даже такого непоколебимому бойцу, каким был и он, понадобился отдых и возможность избавиться от эмоций.
Товарищи молча дошли до машины. Виктория не могла перестать изредка поглядывать на человека, поскольку до сих пор не была уверена, что ее поведение сейчас было самым подходящим из всех. Она не хотела видеть Нила расстроенным, по крайней мере, это не приносило ей абсолютно никакого удовольствия. Так что и попытки найти хоть что-нибудь, что позволит Нилу стать не таким измученным жизнью, имели место быть. Логика была проста - Нил был сыном Ореста, любимым сыном Ореста. А потому и проблемы Нила, которые становились проблемами Ореста, отчасти можно было назвать и проблемами Виктории, для которой господин Орест был важен.
Нил все так же молча открыл Виктории дверь. Она уже даже не стеснялась и не смущалась сидеть на переднем кресле, точно знала, что с Нилом иначе нельзя. Да и наездилась она с ним столько, что теперь уже и не боялась садиться к нему в машину после того случая. Она пристегнула ремень.
Нил был подавлен. Хоть он старался не подавать виду, изо всех сил старался скрыть, что только что происходило во время просмотра кино, теперь его ложь для Виктории виднелась сразу же. Больше он не умел для нее врать.
Его излюбленная простодушность, наигранная глупость, наивность, проскакивающая через не менее глупые шутки и попытки постоянно говорить слова в уменьшительно-ласкательной форме. Теперь каждая его дурацкая манера вести себя, как щеночек, становилась в глазах Виктории только попыткой Нила скрыть истину, чувственную истину его души. Теперь она знала, как Нил врет.
До сих пор оставалось тайной, что именно вынудило Нила проливать настолько горькие слезы. С одной стороны, можно было подумать насчет домашнего ареста и случая с Романом Гроп, однако это было бы слишком маленькой причиной, - Нил был мальчик уже не маленький. Навряд ли расстроился бы из-за этого, да и он явно знал, на что идет. Только если и плакал он от разрывающего страха. С другой стороны, проблема могла быть личного характера, например, нерешенный конфликт, возможно, с отцом. Хотя, если бы это был конфликт с отцом, это было бы слишком просто. Здесь было что-то другое. Может быть... с девушкой?
Виктория снова так озадаченно посмотрела на Нила. Нил, Нил, Нил. Что же за проблема у тебя, для которой ты не можешь найти места даже поплакать? Нил не мог не заметить, как Виктория пялилась на него все это время.
- Что такое? - и снова так тихо и ласково спрашивал он, будто мурлыкал. А по словам так и не скажешь, что только что он внутренне бился в панике и истерике от невозможности выразить чувства.
Виктория поджала губки, не зная, а следует ли задавать придуманный вопрос. Хотя, вопрос подобный может послужить для Нила эмоциональной разрядкой, а это точно не будет лишним.
- У тебя есть девушка?
Нил не ожидал, что Виктория в ближайшее время захочет спросить о подобном. Он повернул голову, пальцами начиная стучать по рулю, точно пытаясь найти причину внезапности Виктории.
- А зачем тебе? - искоса глядя на девушку, с таким подозрением спрашивал он. Неужели даже не пошутит насчет своего обаяния или на тему того, что Виктория набивается ему в жены? Даже по такой маленькой детальке становилось понятно, что Нил сегодня не в духе.
- Ну... ты выбрал такой фильм. - Виктория выкручивала на максимум свое красноречие, только чтобы никого не спугнуть. - Обычно мальчикам такие фильмы не нравятся. А если бы у тебя была девушка, я бы еще могла логически сопоставить факты.
Нил снова усмехнулся. Но на этот раз не так игриво, как было всегда. Смех его скорее был смехом от безысходности, перемешанной с легким привкусом усталости от бытия.
- Нет. У меня нет девушки. - твердо и сухо отрезал он, точно не желая особо и разговаривать. - Даже близких подруг, если тебе так интересно.
Виктория молча кивнула, после чего так растерянно повернулась к окну. И все-таки даже прокаченная красноречивость не давала ей набраться смелости долго смотреть в сторону Нила. Да и разве можно было спокойно смотреть на него, после того, как он около часа молча ревел в кинотеатре? Было страшно сделать что-то не так, испортить его настроение и еще сильнее. В некотором смысле было даже противно от одной мысли того, что из-за Виктории Нил может захотеть плакать и еще сильнее. Но так и думалось - лучшим способом хоть немного успокоить Нила будет говорить. Говорить. Говорить!
- Мне этот фильм чем-то напомнил моего отца. - начала Виктория, так нервно проводя пальцами по ремню сумки. - Мой отец тоже умер на руках мамы. - Нил повернул на Викторию голову, точно не ожидая, что она расскажет о чем-то настолько сокровенном. - Мы были на даче у бабушки, было лето. Как раз сезон пожаров. В тот год было так сухо, даже на моих глазах случалось, что трава начинала дымиться. - а перед глазами и снова появлялись картинки того ужасного дня. - Чуть ли не каждый полдень, когда солнце начинало жечь сильнее всего, начиналось воспламенение. Каждый день мы тушили дома соседей, а знаешь, еще забавно так, - Виктория вытягивала руку, - когда стоишь около огня, этого горячего-горячего пламени, волосы на руках сгорают. Вот и у моего отца вечно были руки обожжены. - она так печально посмотрела вперед. - А еще один пожар он и не пережил. Хотел вытащить... кошку! Ну, знаешь, это был дом соседки, ее кошку нельзя было не спасти... Однако, видимо, в том пожаре кто-то должен был все же сгореть. Так и казалось, что Богу в тот момент было абсолютно без разницы, главное просто забрать очередную душу... Вот он и забрал моего отца. Как сейчас помню, около 70 процентов тела в ожогах.
- Мне... мне жаль... - Нил снова так нервно вцепился в руль. - Прости, я не хотел, чтобы ты вспоминала об этом... - и паника его наконец-то показывалась на лице.
- Да ладно тебе! - Виктория кулаком толкнула Нила в плечо, так печально улыбнувшись. И все-таки она добилась своего - Нил наконец показал свои настоящие чувства, а значит, не все было зря. - Это давно было. Уже пережила. - усмехнулась. - И все-таки грим герою плохой сделали, настоящие ожоги выглядели не так, я уж знаю! Ни-че-го не умею в этом кино! - попыталась перевести дух, поглядывая на Нила.
Нил только так печально прошелся рукой по глазам, после чего и снова улыбнулся.
- Ты права. Слишком плохая игра актеров. Такое надо прекращать.
В следующий раз, когда Виктория снова пропалывала в саду, усыпляясь редким пением сверчков и бурлением искусственного водопада, в сад со всей резкости, бойкости и желанием нарушать вселенский покой, вторгся Орест. Но не один - с Яном.
- Я прошу тебя, - говорил сын, такой досадливый, - пересмотри решение еще раз!
Орест явно злился, он свирепо ударил тростью по плитке. Послышался характерный щелчок. Глаза Ореста так и казались красными, ну а брови, сведенные вместе, делали взор его в тысячи раз страшнее, чем успевал он бывать всегда. Виктория аккуратно привстала, растворяясь в помещении сада.
- Ты знаешь, что я не пересматриваю решения, Ян! - Орест был невероятно упрям. - И все, разговор закончен!
- Ты считаешь это нормальным?! - водил Ян руками из стороны в сторону. - Он - ребенок! РЕ-БЕ-НО-К! А ты хочешь отправить его совершенно одного в непонятную страну, непонятно куда?! Ты думаешь, он этого желает?! Думаешь, там будет лучше, безопаснее, интереснее, живее? Когда ты в последний раз хоть нормально с ним говорил? - выглядел Ян сейчас куда испуганнее и жестче, чем бывал обычно.
- ХВАТИТ! - Орест так громко стукнул тростью, не желая дослушивать сынка. Даже Виктория вздрогнула от подобного шума, медленно вылезла из кустов.
- Он - Одвет, ясно? Не ребенок, а мой сын! - рев главы семейства ничего хорошего не сулил. - Это лучше для его будущего!
Ян нервно смеялся.
- Лучше для будущего? ЛУЧШЕ ДЛЯ БУДУЩЕГО? ХА-ХА-ХА! - он уже начинал биться в истерике, не зная, куда и деться от внезапно пришедших чувств. - Да ты хоть что-нибудь о нем знаешь, а? Тебя хоть интересует, хоть немного интересует, чем живет твой сын? ХОТЬ ОДИН ИЗ СЫНОВЕЙ!
Около дверей в сад, пока Ян с Орестом продолжали спорить, Виктория заметила такого перепуганного Русика. Он крепко вцепился в дверную коробку, низко опустив плечи. Выглядел он напряженным. Так и чувствовалось, как гнев его необычайно быстро зреет внутри, пока он, перепуганный от неожиданного скандала и поворота событий, переводил взгляд с Яна на отца, кажется, пытаясь понять, а имеет ли и он сам, Русик, права встревать в диалог. И только по взгляду Русика становилось понятно, в честь кого начался этот спор.
- Ян, не лезь не в свое дело! - сквозь зубы говорил Орест, горячий, как огонь. - Я сказал, что он поедет туда учиться, значит он поедет туда учиться. И ТОЧКА!
Виктория вышла на плиточную дорожку, присутствием своим перепугав Яна и Русика. Русик, только заметив взгляд Виктории на себе, вздрогнул, будто увидел призрака. После чего тут же, случайно обронив горшок около двери, убежал на верхний этаж, обратив на себя внимание и скандалившего Ореста, и разъяренного Яна. Пока Ян пытался разобраться, а сколько же по времени Русик подслушивал их диалог, Орест наконец-то заметил не менее раздосадованную Викторию. Ян опешил, отошел назад, кинув в отца столь жестоким взглядом.
- Ты сам знаешь, что он еще ребенок. Какого черта отбираешь детство и у него? Нас было мало?! - сильнее сжимал кулаки. Он так крепко стиснул зубы, понимая, что надо срочно идти к Русику, пока ситуация не накалилась. Однако и отца не осудить больше не мог. - Почему ты делаешь, что вздумается, а из-за этого должны страдать МЫ?! - тыкал он пальцем в Викторию. Виктория от неожиданности аж обронила перчатку. Что Ян имел в виду? Почему Ян показал именно на нее? - Думаешь, мы хотим играть в твои маразматические игры? Делать вид, будто одобряем это все?! - он так тяжело дышал. Виктория от растерянности только успела поднять перчатку. Ян же наконец добивал сам себя. - После этого даже вопросов не остается, почему Нил не хочет иметь дел с тобой! - второй сын так нервно зашагал обратно, после чего со всей дури хлопнул дверью в сад. Виктория аж подпрыгнула от резкого звука.
Орест тяжело вздохнул, схватившись за переносицу. Ему явно не хотелось конфликтовать, да и по лицу ему было видно, что он не любил этого. Подобные драмы отбирали так много сил.
Орест устало уселся на скамейку неподалеку, где они с Викторией часто любили поговорить наедине о мирских вещах. И только по выражению его физиономии становилось понятно, насколько же он и сам страдает от своего решения. Виктория тут же убрала перчатки, вытерла руки, присаживаясь ближе. Так взволнованно взглянула на усталого Ореста - испугалась, мало ли, что с его сердцем могло случиться после такого скандала.
Орест измученно посмотрел на девушку, не в состоянии нормально мыслить головой.
- Ты все слышала, да? - делал он настолько обреченные вздохи. Виктория и вправду видела и слышала намного больше вещей в этом доме, чем ей разрешалось. И подобный инцидент не смог пройти стороной.
Она поджала губки.
- Да...
Тишина. Орест сложил руки на трость. Он всегда любил садиться в такую позу, особенно когда о чем-то сильно задумывался. Под легким движением его рук трость продолжала качаться из стороны в сторону, пока он так сокрушенно глядел на чистое небо сквозь прозрачное стекло теплицы. Оресту явно и самому нужно было успокоиться не меньше всех остальных. Он схватился за трость крепче.
- Я хотел отправить Русика за границу. - спустя томительную паузу начал он. - В военное училище. Чтоб они его поднатаскали, чтобы он сильнее стал. Мог за себя постоять. - истеричный смешок. - Он же такой ранимый мальчик, это ужас! До сих пор помню, как мы ему на пять лет подарили черную машинку, а он-то зеленую хотел. Ох, сколько слез-то было, какая была истерика! Успокаивали несколько дней. Да уж... А тут, и оглянуться не успел, как прошло уже почти 11 лет.
- У Русика скоро день рождения?
Орест кивал.
- Да. 16 лет исполняется. Идеальный возраст, чтобы начинать взрослеть. Я думал это будет хорошим сюрпризом. Ну, про границу и училище. Мне казалось, что, раз он интересуется оружием, то будет только рад, надо же хоть куда-то его потенциал девать, да, девать... Но Ян как узнал про это, взорвался так, что, ох, мама не горюй! И давно же я Яна таким не видел! Сколько же злости... И снова идет не туда...
Виктория почесала голову.
- Я заметила, что Ян очень трепетно относится к Русику. Думаю, тогда реакция Яна очевидна. Он переживает за брата.
Орест смеялся.
- Да-а, это так. Если с Нилом они вечно грызутся, как кошка с собакой, то с Русиком Ян кажется настоящим мужиком. Кого-кого, а Русика он в обиду не да-аст! Уж я-то это лично на своем опыте прознал! - и снова эта печально-истеричная улыбка.
- А почему Вы так сильно хотите, чтобы Русик учился именно там? - Виктория не сдавалась. Ей хотелось развить тему, чтобы понять, что именно имел в виду Ян своими упреками. - Это ведь, наверное, далеко...
Орест тяжело вздохнул. У него явно был подходящий ответ, сказать который он никак не осмеливался. Встал со скамьи и так печально взглянул на небо.
- Там будет безопаснее. Здесь есть много вещей, которые Русик отказывается принять. А не принять их просто не получится.
Виктория встала вслед за Орестом, стараясь подобрать правильные слова. Так и казалось, что у нее появился шанс узнать хотя бы одну тайну семейства Одвет.
- О каких вещах Вы говорите? Конечно, если не секрет. - так нежно сказала она.
И снова Орест смеялся. В его голове явно была мысль, не подвластная ее простому уму. Он так задумчиво нахмурил брови, словно давно о чем-то хотел сказать.
- Виктория, скажи, в чем именно мне не следует тебе доверять?
Виктория так озадаченно прищурила глаза. Очередная странная фраза. Кажется, примерно такой же вопрос задавал Орест, когда Виктория только пришла в сад. И какой же ответ хоть немного повысит шансы приблизиться к истине?
Зато теперь ясно, у кого это Нил научился так резко переводить темы и задавать неожиданный вопрос.
- Не следует доверять? - переспросила Виктория, надеясь, что просто неправильно поняла.
По Оресту же становилось понятно, что он и не планировал отвечать. Приходилось придумывать ответ на ходу.
- Наверное, во всех. Раз Вы не считаете меня достаточно достойной этого. - голос Виктории становился тише.
Орест опустил глаза. Он явно не предполагал, что Виктория сообразит подобное, а по причине всей, мысли его от ее спонтанности вызывали только улыбку.
- Твое остроумие прекрасно, как и всегда. - усмехнулся, и вновь принимая в голове очередное важное решение. - Ну, хорошо! - он так победно взглянул на Викторию. - Раз ты все слышала, стань для меня судьей. Скажи, как мне поступить с Русиком лучше всего, и я поступлю именно так. В противном случае, боюсь, мое решение и вправду принесет больше бед, чем пользы для семейства.
Виктория только качала головой. Она не хотела брать на себя подобного рода ответственность, да и что бы сделал с ней тот же Ян, если бы узнал, что это из-за Виктории что-то случилось не то.
- Я думаю, что Вам лучше спросить лично у Русика, чего он хочет. И уже в зависимости от этого принимать решение, которое устроит всех. Насильно мил не будешь, как и Русик навряд ли сможет стать "сильнее", пока сам не захочет этого. - так аккуратно отскакивало от зубов.
Орест усмехнулся и еще громче, так весело похлопав Викторию по голове.
- Насильно мил не будешь... - сказал он, тут же исчезнув из сада на оставшуюся часть дня.
И снова вечер. Пока Виктория доделывала работу в саду, в бесчисленный раз прокручивая в голове сегодняшнее происшествие, время не щадило минуты. Рабочие часы, как и положено трудовому договору, на сегодня подходили к концу. Виктория закончила с делами, собрала вещи, вышла во двор. Во дворе напротив ворот у припаркованного автомобиля уже стоял Нил. Как никак, он теперь был ее личным водителем. Но идиллию нарушил голос позади.
- Виктория! - внезапно окликнул ее Ян с крыльца. - Стой!
Нил поднял глаза, переставая так задумчиво протирать взглядом свои ботинки. Он оглянул Яна с головы до ног. Ему не меньше Виктории внезапно стало интересно, что Яну понадобилось от любимицы Ореста.
- Что-то случилось? - успевала интересоваться Виктория, не ожидая, что сегодня встретиться с ним и еще. От его злости, которая местами была даже страшнее, чем успевал бывать сегодня Орест, не осталось и следа. По всей видимости, Ян остыл. И выглядел теперь, как самый обычный взволнованный человек, будто сейчас ему придется решать какие-то невероятно важные вопросы. Однако взволнованность Яна тут же исчезла, стоило второму сыну посмотреть на Нила. Ян резко переменился в лице, словно увидел перед собой заклятого врага. А Виктория так и подумала - Орест оказался абсолютно прав, Ян с Нилом и вправду смотрели друг на друга, как собака смотрит на кошку.
- Эм... - Ян заметно замедлился и поднапрягся. Сегодня он явно не желал взаимодействовать с Нилом. - Можно поговорить с тобой наедине?
- О-о-о, - Нил отошел от машины, подняв голову так высоко, - уже и за Викторией начал ухлестывать? - говорил так игриво, словно все это была лишь игра. И в каждом слове и движении тела снова чувствовалась аура плохого мальчика. - Быстро же нашел себе новую игрушку. А как же любовь, узы, "это навсегда", а?
Ян явно внутри закипел. Он оскалил зубы, на секундочку опустив голову вниз. Виктория только успевала переводить взгляд с одного брата на другого, в попытках убедиться, что они не прожгут и ее за компанию своими взглядами.
- Так о чем ты хотел поговорить? - успевала она брать ситуацию под контроль, пока братья не накинулись друг на друга на ее же глазах. Нил, между прочим, еще должен отвезти ее домой, а ехать на автобусе она точно не собиралась!
- Да, Янчик, так о чем ты хотел поговорить? - Нил наклонил голову вбок.
Второй сын усмехнулся.
- А я смотрю, ты в секретари заделался. - Ян подошел к Нилу ближе. И хоть роста они были примерно одинакового, все же Нил был на пару сантиметров даже повыше старшего братца, из-за чего и выглядел наиболее устрашающе.
- Ну не всем же папеньке ботиночки целовать. - и снова эти уменьшительно-ласкательные словечки от Нила. А в глазах так и сверкал азарт.
Виктория уже начала забываться, на секунду ей показалось, что она попала в какое-то 8д кино. Нил продолжал просверливать старшего братца взглядом, впрочем, как и Ян старался не отставать. Однако в их противостоянии сильно чувствовалась разница - так и казалось, что Нил так и желал полезть в драку, в то время, как Ян предпочитал скорее задавить обидчика интеллектуальным путем. Однако Виктория очнулась, стоило ветру пройтись по ее коже и вернуть ее из захватывающих снов в реальность.
- Так, так, так! - тут же встала она между братьями, распихивая их руками подальше друг от друга и от греха. - Давайте-ка вы потом где-нибудь подеретесь, ага, а меня не надо в конфликт ваш втягивать. Нил вообще-то меня еще домой должен отвезти! - так вопросительно-утвердительно посмотрела она на Яна, выражением лица своего так и крича: "ты че, совсем дебил?"
Ян нервно захихикал, после чего и вправду отошел от Виктории и Нила чуть дальше.
- Ах, да! - так радостно-жестоко восклицал он. - Нил же теперь у нас твой личный водитель. Мальчик наш хоть так ведь будет под контролем с его любовью создавать проблемы.
- Ой, ой, ой! Конечно, давай поговорим об этом здесь, как умно!
Нил развел руками, не желая больше продолжать конфликт. Ему и вправду надо было отвозить Викторию, а не соваться в драки с Яном, и он это прекрасно понимал. Как и понимал, что, если они сейчас подерутся, от отца Нилу будет полнейшая смерть, а если это все еще произойдет и на глазах Виктории.... Нил сел за водительское кресло, приняв решение отступить.
- 2 минуты. Иначе поедешь на автобусе. - так сурово на конец отрезал он.
Виктория посмотрела на Яна, ожидая, что же он скажет.
- А, ну...так это... - опускал Ян глазки, не ожидая, что момент обсуждения настанет настолько быстро. И вправду, никакой ауры альфа-самца сейчас будто и не ощущалось. Впрочем, возникало такое ощущение, скорее всего, по причине отсутствия необходимости включать подобную ауру с тем, с чем Ян пришел. Даже одет он был в обычную домашнюю одежду. - В общем, я хотел уточнить, это же ты убедила отца... Ну, насчет Русика? Ты ведь слышала все, да? Сегодня в саду.
Виктория так озадаченно наклонила голову.
- Я не хотела подслушивать. Уж прости...
- Да я не об этом, - Ян подошел чуть ближе. Даже Нил поднапрягся, наблюдая за всем через боковое стекло заднего вида, - почему он передумал насчет училища? Это ведь не без твоей помощи, да?
Виктория качала головой.
- Не думаю, что в этом есть моя заслуга. Господин Орест сам посчитал, что следует так поступить, я только высказала ему свою точку зрения, вот и все. Решение он принимал сам.
Ян поджал губы.
- Отец пришел через пару часов к Русику, и спросил у него, хочет ли он вообще туда. Ответ Русика был очевиден. Отец пришел и спросил мнения? Он бы никогда в жизни не спросил так прямо чужого мнения! Обычно он сам решает все!
Виктория заметно обрадовалась.
- Так Русик все-таки не поедет? Это же замечательно! Тем более, если Русик и вправду хотел остаться здесь, это прекрасная новость, я рада за вас!
- Да-да... - Ян аж закусал губы. - И все же, - напор Яна становился заметным, - я уверен, что ты повлияла на это. Спасибо. Большое спасибо! - Он схватился за руки Виктории. Нил от такого поворота аж чуть с места не подскочил. Только снова так напряженно затряс ногой. Что этот Ян позволяет себе?! - Ты не представляешь, как это значимо для меня, ты не представляешь, насколько я благодарен тебе! Ты - мое золото!
Виктория только так растерянно улыбнулась, попытавшись от Яна. И понять, с чего вдруг он так вцепился в нее, не находилось фантазии. Хоть сейчас он и не включал свое обаяние, в попытках ее очаровать, все равно не налюбоваться его харизматичным личиком и блестящими глазами, было трудно. Неужели он до такой степени переживал за младшего братца, что чуть ли в ноги кланяться захотел?
- Не за что... - Виктория аккуратно возвращала свои руки к себе. - Обращайся, помогу, чем смогу.
Ян заметно повеселел. Он будто только этой фразы и дожидался.
- И еще, насчет моего предложения... Ты же его помнишь? Ну, насчет встретиться?
Виктория заметно напряглась.
- Да, конечно помню! - а Виктория ведь уже успела забыть об этом всем за времяпрепровождением с тем же Нилом. - Я... я не против, если так хочется, как бы...
- Так, все! - Нил встал из машины, так высокомерно взглянув на Яна. А он и не позволил Виктории договорить. Его явно что-то очень сильно завело в подобном разговоре. - 2 минуты прошло. Садись.
Виктория только уважительно кивнула, тут же устремившись в машину. Нил сейчас был для нее настоящим спасителем, поскольку она не особо, по правде сказать, хотела бы продолжать с Яном подобный диалог. Она не хотела ему отказывать, как и встречаться с ним, знала точно, будет для нее слишком некомфортно. Однако Ян не хотел так легко заканчивать подобный разговор. Виктория больше от этого не убежит.
- Дай мне свои контакты. - успевал он говорить, подбежав к окну машины, пока Нил уже во всю заводил мотор и открывал ворота с помощью пульта. - Свяжемся с тобой на днях.
Виктория так нехотя начала доставать телефон из сумки. Нил рукой остановил ее, выглядывая через окошка прямо на Яна.
- Не нужно. - Нил был таким властным, жестоким, ему явно не нравилось, что Ян к Виктории пристает. - У меня есть ее номер. Поделюсь с тобой, только попроси. - в словах так и слышалась угроза с упреком. -Ты же не против, Виктория? - так ядовито улыбался он.
- Да нет... не против... - напор Нила пугал. Чего это он так схватился за ее руку и сумку?
- Вот и отлично. - Нил убрал руку с Виктории, закрыл окно, после чего тут же выехал из поместья, не давая никому опомниться. И только Ян так озлобленно-печально продолжал смотреть вдаль уезжающему автомобилю. А Виктория никак не могла понять, что именно так сильно разозлило Нила.
Виктория с Нилом и снова ехали молча. По выражению лица его, по той же извечно трясущейся ноге, становилось понятно, что Нил очень и очень сильно рассержен. Виктория никак не могла перестать метать в него взгляды. С чего это вдруг он так сильно рассердился? Неужели на желание Яна увидеться с ней...
- Что? - так резко спросил Нил, уже не выдержав, когда Виктория в который раз исподтишка пыталась понять его поведение. Она аж вздрогнула. - Что ты на меня так смотришь?
- А нельзя? - ловила на себе его пассивную агрессию.
- Ты не ответила на мой вопрос.
Виктория снова сжалась. Чуть отсела от Нила в сторону.
- Уже посмотреть нельзя...
- Он красивый? - так резко переводил тему. Все, как в духе Нила.
- Кто красивый?
- Ян. Он красивый для тебя или нет? - голос Нила был необычайно серьезным и злым.
Кому и в честь кого адресовывался вопрос было очевидно с первой же секунды. Однако от понимания этого в любом случае не становилось менее страшно. Виктория не была уверена, что может подобрать правильные слова, которые не разозлят Нила и больше. Да и его странная реакция на события, которые произошли считанные минуты назад, не переставала просить найти ответы.
- Почему я должна отвечать? - старалась она как можно лучше обойти ответ на этот, казалось бы, совершенно прямой вопрос.
- Говори! - Нил сильнее вцепился в руль. Виктория только посмотрела на него, как на полного дурачка. Становилось понятно, что после его оров она явно не будет отвечать ни на какие вопросы этого одичавшего кретина. - Ладно... - Нил выдыхал, постарался успокоиться, понимая, что уже перегибал. - Прости я... Я не должен был... - он снова вздохнул. Так и чувствовалось, как сердце его бешено колотилось. - Просто... Он привлекательный, - будто начинал оправдываться, - он умеет произвести впечатление на людей, особенно на женщин. И я, я... Я не хочу, чтобы он... потом разбил тебе сердце. Поэтому будь осторожней с ним.
- А почему тебе так внезапно стало важно мое сердце?
Нил вцепился в руль и еще сильнее, что у него аж побелели пальцы. Ему явно было, что скрывать.
- Потому что... Да как бы сказать... - и снова нервно стучал ногой. - Потому что ты для меня больше, чем знакомая, ясно? Тем более, ты важна отцу, поэтому Ян вообще не имеет права на тебя засматриваться!
- Не имеет права?
- Да, не имеет права! - Светофор. Нил со всей дури ударил по тормозам, что даже Виктория чуть подскочила. Стало не по себе. Нил точно когда-нибудь ее угробит. - Не имеет, потому что и сам прекрасно знает, чем это закончится. С ним иначе не получается. А от этого будут проблемы, у всех!
- Ты хочешь сказать, что Ян настолько неверный, что только что и может, так это разбивать чужие сердца? Поэтому ты не хочешь, чтобы я встретилась с ним?
- Да нет же, нет! - Нил снова съехал на обочину. Излюбленная привычка. Он повернулся к Виктории. Хотя, это было безопаснее, чем если бы он продолжил ехать в подобном взвенченном состоянии. - Понимаешь, он не такой человек, как кажется. Он красивый, да, эффектный. Любая девушка готова падать к его ногам, черт, да я бы сам на него запал, если бы он не был моим братом, если бы я был девушкой и если бы не знал, какой он мудила! Он очаровывает, а потом бросает, понимаешь, и так повторяется из раза в раз, пока ему не надоест играться! Он кажется мужественным и верным, когда на деле жуткий бабник, который только что и делает - это свою харизму растрачивает в пустоту, вечно пытаясь скрыться за другими, да, черт, он даже сам не знает, кто он!
- Говоришь, как твой отец...
- Потому что это правда! - Нил стукнул по рулю. - Прости я... Я не должен был говорить тебе такого. Он же типа мой брат, да и я не он, как я могу его осуждать, да и не мне судить его действия, да и разве можно говорить так, если...
- Я поняла, что ты имеешь в виду. - Виктория спешила успокоить Нила, еще чуть-чуть, и он явно взорвется изнутри или что-нибудь учудит. - Ты прав. Ян очень хорош собой, чем он успешно пользуется. И в него и вправду тяжело не влюбиться. Но я уверена, что он не сделает мне ничего плохого. И уж поверь, его чары может и подействуют на меня, но только с моего разрешения. - Виктория наклонила голову. - А я такого разрешение давать не собиралась.
Нил крутил головой.
- И ты... ты не боишься, что влюбишься в него? Если знаешь, насколько он хорош...
Виктория рассмеялась.
- Ох, мой мальчик, ты и вправду похож на маленького щенка. Вроде и породистый, и гордый, но такий милый иногда. - Виктория так громко вздыхала. - Если уж кто в кого и влюбится, то это скорее он в меня.
Нил снова застучал пальцами.
- Тогда можно я скажу ему, что теперь ты моя?