История одной косатки

Через пару дней Виктория снова отправилась в сад. По договору она была обязана ухаживать за растениями около 3-4 раз в неделю. Делать этого каждый день попросту не выдавалось возможности - во-первых, огромную часть времени занимала учеба, тот же университет, учиться в котором Виктория старалась любыми способами. Во-вторых, и неприятная и долгая дорога до поместья не располагала к себе. Так что несколько дней в неделю было для сада более, чем достаточно.

Виктория снова копошилась в земле, лишь изредка вспоминая недавние слова и инциденты, которые происходили вокруг. Она до сих пор не могла свыкнуться с тем злостным вечером, когда вся семья Одвет была в сборе, подпуская Викторию ближе к себе. Хотя еще больше удивляло скорее то, что именно после того случая Виктория без остановки имела возможности видеть всех членов семьи Одвет.

Стоило ей нажать на звонок на массивном заборе, который прятал за собой содержимое поместья, как ворота перед ней открыл Ян. Не Орест, как это происходило обычно, а Ян. Тот самый блондин с дурной привычкой нравится женщинам и об этом знать. Виктория так и думала - хуже красивого парня только парень, который знает, что он красив. Однако внешности Яна и вправду можно было только и позавидовать.

Все сыновья Одвет, насколько Виктория успевала лицезреть недавно, были высоки. Рост их явно был не меньше 175 сантиметров, и то, с учетом того, что они не выглядели, как иссохшие тростиночки на ветру. И при этом не жалкого телосложения. И, снова повторяла Виктория про себя, сыновья Ореста были подобны принцам, сошедших со страниц любовных романов.

Отличительной особенностью Яна же была, пожалуй, невероятная харизматичность. Если приглядеться к личику его получше, можно было заметить и ассиметричные губы, и чуть приспущенный нос. Однако его умение удерживать внимание на себе и восторгать публику, делало каждую ямочку на его щеке намного красивее, чем она являлась. Мягкие шелковистые волосы, приятный парфюм, напоминающий только богатства. Нежное тело, холеное намного сильнее, чем руки матерей. Любой маленькой клеточкой тела Ян пленил каждого, на кого только решался положить глаз. И, как следовало ожидать, обязательно подобным пользовался.

Его всегда можно было заметить в компании звезд и популярных в тесном кругу личностей. Хотя, если вникнуть в проблему, Ян умело создавал впечатление, что он не настолько дурен, как мог быть. Несмотря на то, что многие девушки жаждали заполучить его в качестве сувенира, коллекционного предмета на полку своих перемешанных чувств, Ян никогда не давал поводов полагать, будто позволит другим играться с его же чувствами. Он знал, что он привлекателен. Знал, что невероятно собой хорош. А от того и каждый в округе был в курсе подобных знаний, понимая, что отношения со вторым сыном Ореста хватит только на одну ночь. Виктория посмотрела на него с таким волнением и страхом одновременно. Она не могла не поддаваться под действия его чар, однако знала, что поддаваться под обаяние такого человека, каким был и Ян, будет самой глупой ошибкой, впоследствии о которой она будет жалеть.

- Здравствуй, Виктория. - улыбался он так приветливо. Улыбка его и вправду была невероятно мила, скорее разжигая внутри огонь. Для очарования Яну хватило бы просто взмахнуть ладонью. - Мы встречались недавно с Вами, - поспевал он, заметив растерянность Виктории, - помните меня?

Виктория наконец оклемалась. Голос Яна звучал столь нежно, страстно, яро. Он, словно прибрежный ветер, норовил попасть в слуховые проходы. Слушать этот низкий басистый голос, чувствовать этот приятный аромат, исходящий от Яна... Виктория осмотрелась по сторонам, пытаясь не одурманиться сыном Одвет.

- А, да, да, конечно помню. - наконец очнулась она от сна. - Ян, да? Вы - сын господина Ореста. Мы сидели рядом недавно за ужином. - от красоты его не могла свести глаз. И все-таки не любоваться им не получалось.

- Это замечательно, что я запомнился Вам. - не переставал он так страстно смотреть. - Давай на "ты", хорошо?

- Да, конечно... - Виктория очнулась. Дежавю. Неужели все в семье Одвет настолько воспитанные, что всегда просят перейти с тобою на "ты"? Еще одним аспект идеального воспитания Ореста?

- Давай помогу.

Ян взял из рук Виктории сумку с удобрениями, которые она купила по дороге, а также с учебниками и тетрадями. Удивительным и странным показалось то, что даже Ян, вопреки своей безупречной внешности, тоже имел на руке ее - косатку. Такую же, как была у Ореста и Феликса. Так может быть идея того, что это была семейная татуировка в честь какого-либо события, казалась не такой и ложной?

Однако, мысль эта проскочила так же быстро, как и Ян успевал брать ситуацию в свои руки.

- Я рад, что выпала возможность познакомиться с тобой поближе. - так нежно ласкал он слух, точно знал, как расположить человека к себе. - Надеюсь, ты не будешь против, если я буду захаживать к тебе в сад? Думаю, такая очаровательная девушка очаровательна не только внешне, но и своим внутренним миром. Хотелось бы узнать о нем больше. - и снова этот жадный взгляд исподтишка.

Виктория нервно хихикнула. Ян, по всей видимости, сильно пытался произвести на нее впечатление, поскольку подумать, будто он в обычное время способен говорить настолько же трепетно - было попросту глупо. Если бы Виктория была чуть помладше, она точно бы на все это повелась, представляя вместе нажитое имущество, кошку и пятерых детей в своих розовых мечтаниях. Однако Виктория хоть и смотрела на многое через розовые очки, не забывала приспускать их, чтоб не споткнуться о незаметные камни. Такие сладкие речи только подтверждали звание ловеласа, жестокого красавчика, точно разбивающего женские сердца. Речи Яна казались настолько искренними, насколько и могли оказаться льстивыми. Было интересно, что же это за Ян. И какие цели преследует своим поведением.

- Да, конечно, можешь заходить, когда захочешь. - Виктория отрезала, не колебавшийся. - В любом случае, я тут только работаю. А вы живете. Так что не думаю, что с этим возникнет много проблем.

- А как насчет того, чтобы увидеться и после твоей работы? Если у тебя есть время и желание.

Виктория остановилась. Так озадаченно посмотрела на Яна. Розовые очки были приспущены, только вот все равно треснули от его слов. Что этот нежный мальчик себе напридумывал? Чего захотел от нее? Виктория не могла поверить, что здесь может быть разговор о том, что она могла ему просто понравиться.

Становилось не по себе, что Виктория могла напридумывать насчет Яна чего-нибудь лишнего, когда за душой его могло быть и не гроша в подобных предложениях. Он в эту минутную паузу только так наивно хлопал глазками, не понимая, от чего же Виктория замерла.

- Ох! - наконец он активировался, когда осознал, что же ляпнул. - Не пойми неправильно, - поспевал он за ходом мыслей Виктории, понимая, что с каждой секундой молчания, закапывает себя скорее, - я не имел в виду ничего такого! В том смысле, что ты и я, что... Черт! - он так виновато опустил голову. Даже Виктория после такого жеста словно потеряла из виду его несгибаемую харизму. Теперь Ян выглядел, как самый обычный человек, а не той альфа-скалой, которой мог показаться в действительности. Неужели даже непоколебимого Яна можно сломить? - Я просто хотел наладить контакт. Без какого-либо подтекста.

Не успела Виктория ответить, как на улице, прямо у входа в сад, ее окликнул Орест.

- Виктория! - так радостно подходил он, чуть насторожившись, увидев рядом с Викторией Яна. - Рад тебя видеть. Ты сегодня пришла раньше обычного. Неужели что-то произошло?

Виктория повернула голову на Ореста, улыбнувшись. Она была рада встречи с ним не меньше, чем он был рад снова увидеть ее. Да и напряжение, которое возникло между ней и Яном, уже нельзя было не замечать. Орест, спасибо тебе, спаситель!

- Здравствуйте! - скорее переводила Виктория тему, пока Ян так вопросительно смотрел на нее. - Да, сегодня нас пощадили, на час раньше отпустили с пар. - она осмотрела Ореста с головы до ног. - А Вы как себя чувствуете? Сердце больше не болит? Сходили к врачу?

- Так заботливо... - тихонько сказал Ян, стараясь не рассмеяться. Его явно забавляли отношения Ореста и Виктории, да и явно он находил какой-то неизвестный Виктории предлог.

Ян поднял голову, встряхнув своими шелковистыми волосами цвета соломы. От недавней адекватности и обычности, которые Виктория смогла увидеть за эти пару секунд его оправданий, больше не было ни следа.

- Рад видеть тебя, отец! - Ян точно взрывался. - Смотрю, хорошо спалось сегодня? Выглядишь та-а-к свежо!

Орест насмешливо зацокал.

- Сколько лет на свете живешь, а до сих пор льстить отцу так и не научился. - Орест легонько стукнул Яна тростью по носику ботинка. - Что ж ты тут делаешь-то, а? Пытаешься Викторию соблазнить? Лучше бы таланты свои так не растрачивал. - грозил он пальцем. - И уж тем более не на нее. - голос его становился настолько страшным. Даже Виктория почувствовала дрожь, медленной чередой проскачившую по телу Яна. Молодой человек сглотнул ком в горле. Виктория же понимала, что в словах Ореста точно был какой-то скрытый смысл.

- Да что же ты, отец, разве я осмелюсь? - Ян твердо смотрел на отца, уже не такой шустрый и непогрешимый, каким казался несколько минут назад. - Ну а ты прости меня, если неверно высказался. - переводил он взгляд на Викторию. - Но над предложением подумай. Я говорил серьезно.

Виктория встряхнула головой. И что же это за коварные воспоминания сегодняшнего утра полезли ей в голову? Да и разве мысли подобные помогут ей разгадать тайну быстрее? Она сняла перчатки, усевшись на плитку.

Дел в саду было невпроворот. Из-за того, что в прошлый раз она ушла домой значительно раньше по причине внезапной болезни Ореста и званого ужина, теперь приходилось успевать догонять все, чем она должна была заниматься и до того. Из важного, пожалуй, оставалось перетащить тяжеленные горшки с пальмами, которые Орест хотел высадить в саду камней. Ну и, конечно же, прибрать за собой после столь интенсивного физического труда.

Из-за особенностей своей работы, Виктории частенько приходилось таскать массивные вещи: те же растения, метра два в высоту, те же керамические горшки, один из которых весил ничуть не меньше двухметрового дерева. В такие моменты ее выручала смекалка - она брала тряпки или газеты, аккуратно стелила их около горшка. А уж потом, поднимая горшок с помощью импровизированного рычага, которым могла считаться даже та же лопата, Виктория аккуратно перетаскивала горшочек на ткань. Так было намного проще передвигать предмет из места в место.

Иногда и Орест помогал Виктории. Они вместе могли взять горшок и перенести его куда только глаза глядят. Только вот практиковали такое не часто - все-таки возраст Ореста, как и спина, были уже совершенно не те. Именно поэтому большие растения в горшках всегда стояли примерно на одном и том же месте, а Виктория даже не смотрела на них. Знала, что сама навряд ли перенесет такой огромный горшок, а из-за немолодости Ореста, из-за невозможности попросить помощи у прохожих, потому что прохожих словно и не было, приходилось все либо делать самой, либо отказываться от затеи. Да и пальмочки эти не так уж и сильно мешали в саду, и это стало только той же причудой Виктории - захотеть их передвинуть. Пальма начинала желтеть со стороны тени, так что появилось желание поместить горшок в более солнечное место теплицы.

Виктория начала пытаться передвинуть горшок. Горшок казался куда тяжелее, чем был до этого, любая физическая нагрузка на него будто вовсе и не действовала. Так что и не какая смелка теперь ей, так и казалось, не была в силах помочь. Виктория, видимо, каши сегодня не ела.

Горшок застрял на пороге подиума, который был предназначен для хранения инвентаря. Виктория так печально вздохнула, понимая, что сейчас спина ее не скажет спасибо, когда она попытается хотя бы на секундочку поднять горшок, с целью преодолеть внезапное препятствие.

Она обхватила руками горшок, начала тянуть его вверх. Как тут же почувствовала, как чья-то грудь уперлась в ее спину. Легкий аромат очередных дорогих духов, отдающая спиртом, да и эта странная металлическая подвеска креста, попавшая в поле зрения. Виктория тут же убрала руки с горшка, обернувшись на незнакомца. Незнакомец тем временем аккуратно обошел Викторию, поднимая горшок. Так и казалось, что его совершенно не интересовала ее реакция. Этим незнакомцем оказался Нил. Тот самый Нил, о котором Орест всегда рассуждал так смело.

Нил аккуратно поднял горшок, перенес его через порог. Виктория только продолжала смотреть на парня так, словно увидела призрака. Хотя и подкрался Нил настолько бесшумно, что точно за призрака бы и сошел.

Он отряхнул руки от земли, наклонил голову. И в глазах его снова отпечатывалось невесть что. То ли отчаяние, перемешанное со страхом. То ли интерес, перемешанный с детским любопытством. От незнания, что же это за человек, было в разы страшнее.

- Не поднимай тяжести. - отряхнул он руки. Голос его был таким спокойным, молодым, сильно отличался от голоса того же басистого Яна. - Куда переставить?

- А... вот туда будет хорошо. - указывала Виктория пальцем. Нил аккуратно перенес горшок. - Спасибо...

Нил сошел с подиума, выйдя на плиточную дорожку. Обернулся.

- Если захочешь что-нибудь передвинуть, лучше зови меня или Яна. В крайнем случае Русика. Девушкам вредно носить тяжелое. - он говорил так легко, и никакой злости или излишней агрессии точно не читалось в его словах. Почему же тогда Орест о нем извечно так говорил?

- Хорошо, я поняла. Еще раз большое спасибо... - Виктория никак не могла понять, откуда же он взялся.

Нил собирался уходить, как что-то его тут же остановило. Он загадочно почесал голову, снова обернувшись и взглянув на Викторию. Эта привычная усмешка на его лице... Виктория напряглась.

- Тебе нравится коричневый цвет? - нахмурил он брови.

- Коричневый цвет? Что?

Нил тыкал в одежду Виктории пальцем.

- Ты всегда приходишь в сад в одежде такого цвета.

Он добродушно улыбнулся, после чего тут же куда-то ушел. И только Виктория осталась в саде совершенно одна, не понимая, как расценивать подобные доводы.

Однако в голове возникал вопрос - откуда Нил знал, как Виктория выглядела раньше? Или еще точнее, всегда ли в теплице была только она.