56 chapter.
«Да! Я выйду за тебя!»
Я тащила чемодан так, будто в нём лежали все мои секреты, и каждый шаг отдавался лёгким стуком колёс по полу терминала. Том шёл рядом, держа свой багаж одной рукой, а другой всё время ненавязчиво касался меня, то к пальцам заденет, то к локтю, как будто проверял, на месте ли я.
Вдалеке уже светилась табличка с нашим рейсом на Нью-Йорк, и у меня внутри что-то щёлкало, смесь предвкушения, лёгкого мандража и... озорства. Я скосила на него взгляд:
— Думаешь, я сяду рядом с тобой?
— Если нет, я всё равно не разрешу тебе сесть с кем-то кроме меня.— хмыкнул он.
Я засмеялась и нарочно пошла чуть быстрее, чтобы он догнал меня, а когда он поравнялся, шепнула:
— Держись, Том. Это будет полёт, который ты не забудешь.
Мы прошли в салон, и я первым делом зацепилась взглядом за наши два кресла у окна. Том пропустил меня вперёд, и я, слегка качнув бёдрами, проскользнула к своему месту, ловя его знакомый прищур тот самый, когда он делает вид, что ничего не заметил, но я-то знаю.
Я аккуратно поставила сумку под сиденье, пристегнула ремень и скосила глаза на Тома, который устроился рядом, закинув свой чемодан на багажную полку. Он наклонился ко мне.
— У тебя вид, как будто ты сейчас выкинешь что-то безумное.—тихо прошептал он.
Я только улыбнулась и уткнулась взглядом в иллюминатор, чувствуя, как его колено едва касается моего.
Самолёт плавно оторвался от земли, и я почувствовала лёгкий толчок в груди, не только от взлёта, но и от мысли, что мы оставляем позади Берлин и летим к новому приключению. Том сидел рядом, слегка откинувшись в кресле, и я знала, он притворяется спокойным, хотя глаза выдавали ту же смесь азарта и нетерпения, что и у меня.
За иллюминатором проплывали облака, словно ватные острова, и время тянулось мягко, но вкусно. Мы то переговаривались шёпотом, то молчали, делая вид, что смотрим фильм, хотя на самом деле я краем глаза ловила его улыбку. Иногда он клал ладонь поверх моей, и тогда шум турбин становился лишь фоном к нашему собственному, тихому разговору без слов.
Из Берлина до Нью-Йорка лететь примерно 8 часов, достаточно, чтобы успеть выспаться, но я не собиралась спать.
Я повернулась к нему, чуть придвинувшись, чтобы говорить тише, самолёт гудел, но я хотела, чтобы он слышал каждое слово.
— Ты точно думаешь, что бросить все дела и улететь в Нью-Йорк на три недели, хорошая идея? — спросила я, пытаясь сохранить серьёзный тон, хотя улыбка уже норовила сорваться с губ.
Том посмотрел на меня так, как будто в его взгляде можно было утонуть. Медленно, почти лениво, он коснулся моей руки, большим пальцем провёл по коже, и ответил:
— Если это значит провести три недели с тобой... это лучшая идея в моей жизни.
Нью-Йорк
Мы вышли из аэропорта в тёплый вечерний воздух, и Нью-Йорк встретил нас не шумом Манхэттена, а солёным запахом океана? наш маршрут сразу увёл нас к побережью. Такси мягко катилось по дороге, а я, прижавшись к окну, видела, как дома сменяются на всё более низкие, светлые, будто вымытые солнцем.
Когда мы подъехали, перед нами оказался небольшой пляжный домик, весь в светлых тонах, с террасой и деревянными ступеньками, спускающимися прямо к песку. Волны шумели так близко, что казалось они разговаривают с нами.
Том открыл дверь и, не дожидаясь, пока я зайду, протянул руку:
— Добро пожаловать домой... пусть и на три недели.
Внутри пахло свежим деревом и морем. Я поставила чемодан у окна, из которого открывался вид на бесконечную воду, и на секунду просто замерла. Том подошёл сзади, обнял меня за талию, и мы оба молча смотрели, как на горизонте солнце тонет в океане.
Том повернул меня.
Его губы нашли мои неожиданно, тёплые, уверенные, с тем самым оттенком озорства, который всегда сводил меня с ума. Мы целовались жадно, словно время вдруг стало слишком коротким, а воздух вокруг слишком сладким. Его руки крепче сжали мою талию, и я почувствовала, как он хочет держать меня ближе, дольше.
И вдруг, будто сама не поняла зачем, я оторвалась, оставив его на полуслове поцелуя. Сделав шаг назад, я уже смеялась звонко, легко.
— Поймаешь — твоя! — бросила я, и, развернувшись, побежала к морю, чувствуя, как холодный песок бьётся о ступни. Волны уже шумели совсем близко, а за спиной я слышала, как Том, выругавшись вполголоса, идёт за мной.
Я была счастлива, я была там, где должна была быть.
Спустя три недели
Три недели пролетели, как один тёплый, длинный день, наполненный запахом океана, утренним кофе на террасе и нашими бесконечными разговорами до рассвета. Мы гуляли по пляжу босиком, купались в ночном море, смеялись до слёз, готовили ужины из свежей рыбы и засыпали под тихий рокот прибоя, прижимаясь друг к другу, будто боялись потерять это чувство.
В последний вечер я стояла на берегу, глядя, как солнце медленно тонет в воде, и внутри всё сжималось от мысли, что завтра мы уезжаем. Я не хотела. Совсем. Этот домик, этот океан, его присутствие стали моим миром.
Том подошёл сзади, обнял, и я почувствовала, как он чуть глубже вдохнул, словно собирался с силами.
— Эмили... — его голос был тёплым, но в нём звучало что-то новое, серьёзное.
Я повернулась к нему, и в этот момент он опустился на одно колено. В руках была маленькая коробочка, в глазах целый океан, только тёплее и глубже.
— Я не хочу, чтобы это закончилось. Не хочу, чтобы у нас был "последний день". Выходи за меня, и пусть это будет только начало.
Мир вокруг стал тихим, даже волны будто замерли. Горло сжало, а глаза защипало от слёз, не грусти, а той самой, настоящей радости, которая накрывает, как шторм. Я не смогла ничего сказать, только кивнула и бросилась к нему, а он поднял меня, крепко прижав и закружив в воздухе.
Я поняла: три недели счастья на пляже были только началом. А настоящее приключение — это наша жизнь вместе.
————————————————————
Скоро Эмили и Тома ждет счастливый конец...
Не забываем ставить⭐️⬇️