Рынок

Прошли годы. 

В часовне, где когда-то звучал патефон, теперь висели их портреты. 

В библиотеке стояли две пары стоптанных сапог у двери — одни с подковкой, после того как Антон десять раз спотыкался, другие — в грязт, Арсений до сих пор таскал его на рыбалку, хотя оба терпеть не могли рыбу. 

А на рынке омег, который давно закрыли, росла липовая аллея. И под самой большой липой — табличка: 

"Там, где любят, не бывает товаров. Только — людей."

Но самое главное было в маленьком домике у озера, куда они уезжали каждое лето. 

Две кружки на столе. 

Два стула. 

Две жизни — навсегда переплетенные. 

Конец.